СасуСаку.ру - Похитители - версия для печати

ТЕКСТ X



Подсветка:
СасуСаку - Откл/Вкл
Рисунки: откл/вкл

Похитители

- Я не надену это.
- Но, дорогая…
- Нет. Мне это не нужно.
Юная девушка, резко развернувшись, показывая тем самым своё раздражение и нежелание продолжать беседу, вышла из комнаты, в которой на кровати осталась сидеть невысокая светловолосая женщина средних лет.
Дама глубоко вздохнула, взглянув на сундук с одеждой, стоящий подле стены. Дочь уже не единожды утверждала, что все эти, как она выражалась, шмотки ей и даром не нужны, но госпожа Харуно всё же не оставляла надежду убедить её в обратном, хотя отчётливо осознавала всю тщетность своих попыток.
Помимо платьев, в сундуке имелись различные шали, воротнички и манжеты, кружева, ленты, чулки... Были даже драгоценности, хранящиеся в обитых разноцветными тканями коробочках. Но ничего из этого юная дочь Мебуки ни разу не надела.
Всё содержимое данного сундука не было куплено самой девушкой или её родителями, а подарено женихом юной Харуно. Отец юной девушки, Харуно Кизаши, не был особо богатым и известным человеком, но всё же кое-какой авторитет среди сильных мира сего он завоевал за свою жизнь.
Семья Харуно жила не в роскоши, но в достатке. Кизаши старался растить дочь достойной леди, пытался привить ей этикет, манеры, порядочность… Естественно, этому в довольно большой степени способствовала его супруга, Мебуки.
Сам Кизаши занимался тем, что помогал претворить музыку в жизнь. Жили они не в особо крупном городе, где мужчина основал своё небольшое, но всё же прибыльное дело. Он изготавливал музыкальные инструменты.
Поначалу спрос на данный товар был не шибко высок, но вскоре каким-то образом о прекрасно исполненных инструментах, о чистоте звучания, о том, что нет им практически равных даже в столице штата, что уж говорить об их городке, дошёл слух до высшего света.
Господин Харуно был крайне изумлён, когда одним утром в его мастерскую пожаловал довольно солидный мужчина, заявивший, что желает приобрести у Кизаши пианино. Всё бы, казалось, ничего, но состоятельный господин заявил, что желает купить не абы какой инструмент, а сделанный лично для него.
На заказ Кизаши ещё никогда не делал инструменты. При этом заказчик предоставил мастеру рисунок, который хотел бы лицезреть на поверхности инструмента. Но и это было ещё не всё. Господин, заказавший пианино, пожелал, чтобы данный узор был выполнен из сусального золота.
Господин Харуно, прекрасно осознавая, что вот-вот потеряет столь редкого клиента, всё же высказался, что не в состоянии добыть драгоценный металл в таких количествах, чтобы выполнить пожелание мужчины. На это заказчик, в который раз удивив Кизаши, лишь махнул рукой, заявив, что он предоставит мастеру абсолютно любые материалы для изготовления пианино, лишь бы всё было исполнено по высшему классу, включая и его пожелания относительно внешнего вида музыкального инструмента.
Вполне естественно, Кизаши согласился взяться за данный заказ, хотя и считал всё происходящее чем-то из ряда вон выходящим. Мужчина не мог поверить, что ему так повезло.
Господин Харуно взялся за работу в этот же день. Сроки изготовления пианино заказчик не оговаривал, но Кизаши не был из тех, кто даром тратит своё и чужое время. Да ему и самому хотелось поскорее закончить с изготовлением музыкального инструмента.
Кизаши не любил задержек и проволоки в работе. Ему казалось, что инструменты оживают в его руках, обретают душу… А если пустить всё на самотёк, то они будут страдать, оставленные в разобранном виде, как человек, лишённый конечностей, но вынужденный лицезреть каждый день довольных жизнью людей, не в состоянии присоединиться к их веселью. Затем их души медленно умирают в истерзанных телах, а музыка становится мёртвой.
Мебуки, как могла, помогала супругу. На женщине лежала ответственность за чёткое соблюдение своевременного нанесения очередного слоя лака, ведь нанеси новый слой раньше или позже, толще или тоньше, то вся работа будет насмарку.
За долгие годы создания музыкальных инструментов, которыми Кизаши мог по праву гордиться, он и Мебуки достаточно поднаторели в данном вопросе, так что всё происходило автоматически, при этом с аптекарской точностью.
Проблема состояла именно в узоре, заказанном состоятельным господином. Нет, господин Харуно и ранее украшал своих «детей» разнообразной росписью, но на этот раз всё обстояло намного сложнее. Узор, который было необходимо нанести, должен был быть выполнен из сусального золота, которое крайне вредно себя ведёт в момент нанесения. А у Кизаши не было возможности на ошибку. При этом сам узор шёл непрерывной росписью в виде переплетения стеблей жимолости по всей длине крышки инструмента. Малейшая оплошность не только с нанесением рисунка, но и с его идеальным расположением будет очень дорого стоить.
Кизаши довольно долго мучился, не зная, как приступить к украшению пианино. Сам инструмент был уже давно готов, но узор… Господину Харуно казалось, что он не сможет выполнить всё должным образом, что негативно отражалось на его самочувствии.
Мебуки тоже не решалась браться за нанесение узора, поскольку не обладала художественным талантом. Необходимо было найти человека, способного создать достаточно крупный рисунок, чёткий, без малейших неточностей, по которому можно будет нанести сусальное золото. Но где найти такого человека? Кизаши не знал никого, кому мог бы доверить столь важную работу.
Но время шло, тянуть со сдачей инструмента заказчику более было невозможно. При этом господин может попросту потребовать компенсацию за моральный и финансовый ущерб. А чета Харуно не могла позволить себе столь огромные траты. Поэтому выход был один - закончить работу любой ценой, а там уж…
Одним поздним вечером Кизаши всё никак не мог отойти ко сну. Что-то терзало его душу, заставляя беспокойно метаться из угла в угол по комнате. Супруга пыталась успокоить мужа, но всё было бесполезно. В итоге господин Харуно оделся и, стараясь не реагировать на возражения жены, направился в мастерскую. Войдя в помещение, Кизаши так и застыл на пороге, боясь даже вздохнуть. Ему казалось, что даже сердце остановилось. Спешащая следом за супругом Мебуки, всё же решившая посмотреть, что же задумал её муж, издала у него за спиной сдавленный стон.
Подле стоящего в самом центре крошечной мастерской пианино, выполненного по заказу состоятельного клиента, сидела на высоком стуле юная дочка четы Харуно, старательно что-то вырисовывая на лаковой поверхности музыкального инструмента.
Девочка была столь погружена в своё дело, что совершенно не заметила появившихся в мастерской родителей. Кизаши почувствовал, что сейчас лишится чувств. Столько работы, финансов… вот-вот будут испорчены всего лишь игрой его дочери. На негнущихся ногах мужчина медленно направился к девочке, которая так и не заметила присутствия отца и матери. Обернулась маленькая Сакура лишь в тот момент, когда услышала тихий голос Мебуки, умоляющей мужа быть благоразумным.
Удивлённо взглянув на родителей своими большими зелёными очами, девочка, осознав, что попалась с поличным, поначалу несколько растерялась, не зная, как и оправдаться, ведь ей было запрещено находиться в мастерской без присмотра и уж тем более трогать инструменты. А тут аж такое.
Прошло несколько мгновений, и маленькая Сакура, которой на тот момент было всего лишь девять годков, довольно улыбнулась, указывая ручкой в сторону своего творения. При этом было заметно, что малышка нервничает, ведь родителям может и не понравиться её творчество.
- Смотри, папа, что я нарисовала. Тебе нравится?
Кизаши трясло от гнева и бессилия. Он едва мог держать себя в руках. Его маленькая дочурка столь открыто и тепло улыбалась, так радовалась своим трудам, что он просто не мог накричать на неё, хотя безумно хотелось. Даже отшлёпать как следует ремнём.
В мастерской горела всего одна масляная лампа, принесённая Сакурой и поставленная рядышком с музыкальным инструментом. Вторая лампа, захваченная Кизаши, так и осталась висеть в коридоре. И всё же этого тусклого света оказалось достаточно, чтобы господин Харуно, приблизившись к пианино, застыл с раскрытым в удивлении ртом. На коленях его маленькой Сакуры лежал тот самый эскиз узора, который заказчик пожелал лицезреть на пианино. А на самом инструменте красовалась точная копия сего рисунка, выполненная мелом, но прорисованная пока лишь частично из-за отсутствия достаточного количества времени у девочки.
Нет, даже не копия. Казалось, что эскиз является дешёвой и грубой срисовкой того, что маленькая девочка изобразила на пианино. Кизаши не мог поверить своим глазам. Подошедшая Мебуки не находила слов, чтобы выразить свои эмоции.
Видя, что родители явно не желают хвалить её, Сакура перестала улыбаться, опустила головку и грустно провела пальчиками по рисунку на бумаге, лежащему у неё на коленях. Девочка так хотела, чтобы родителям понравилось, но оказалось…
- Сакура, это ты нарисовала? - выдохнул Кизаши едва слышно.
Дочь лишь едва заметно кивнула, при этом всхлипнув. Сакура понимала, что сейчас родители будут сильно ругаться, хотя и не понимала причин их недовольства. Да, она нарушила указ, прикоснувшись к пианино, но ведь нарисовала такую красоту.
- Это невероятно, - прошептала Мебуки.
- Милая, а ты… точно сможешь это… - Кизаши присел на корточки подле дочери, взглянув на узор на музыкальном инструменте, - дорисовать?
- Наверное, - пожала плечами маленькая Сакура, взглянув с надеждой на отца.
Девочке вовсе не хотелось, чтобы родители сердились и кричали на неё. Сейчас она была готова сделать всё, чтобы они улыбались.
- Так, сейчас не время для этого, - вмешалась госпожа Харуно, видя по лицу супруга, что тот готов на всю ночь оставить дочку в мастерской, лишь бы та закончила узор.
Кизаши сперва недовольно взглянул на супругу, но спустя пару мгновений, словно осознав, что только что в его голове были совсем не те мысли относительно его маленькой дочери, а самые настоящие размышления рабовладельца, мужчина отвёл взгляд, чувствуя себя самым последним мерзавцем.
- Сакура, солнышко, иди спать, - проговорил господин Харуно, погладив дочь по голове ладонью и поцеловав в щёку.
- Да, милая, - подтвердила слова супруга Мебуки. - Уже очень поздно, всем пора в постель.
Девочка взглянула грустным взглядом сперва на отца, а затем и на мать, шмыгнув при этом носом. Словно прочитав её мысли, Мебуки протянула дочке руку, а когда та вложила в ладонь мамы свою ладошку, проговорила:
- Вот завтра всё и сделаете с папой. Верно?
Госпожа Харуно обернулась к мужу, вопросительно глядя прямо ему в глаза. Кизаши, даже если бы и хотел, не смог бы сейчас отказать супруге. А сейчас он был обеими руками за то, чтобы его малютка Сакура закончила рисунок.
- Конечно, - кивнул мужчина, улыбнувшись дочурке.
Видя, что родители не рассердились, а даже поощряют её дело, Сакура довольно заулыбалась, а затем направилась с матерью в комнату. Кизаши же остался ещё на какое-то время в мастерской, продолжая рассматривать рисунок его маленькой дочки.
Через два дня Сакура завершила свой узор под неустанным наблюдением отца. Господин Харуно был просто поражён не только точностью исполнения, но и скоростью воспроизведения рисунка девочкой.
Оставалось лишь покрыть сусальным золотом в точности по линиям узора. На это ушло ещё три дня. В итоге пианино томилось в мастерской господина Харуно в ожидании своего будущего владельца.
Заказчик прибыл забрать пианино через неделю. С ним пожаловали ещё двое господ. Осмотрев критичным взглядом музыкальный инструмент, один из мужчин уселся на стул, поднял крышу и принялся музицировать. Казалось, мелодия лилась из ниоткуда. Словно сам инструмент рождал звуки, а человек, сидящий подле него, лишь пытался делать вид, что нажимает на клавиши, дабы потом сорвать в свой адрес всё восхищение публики.
- Что я могу сказать… - протянул музыкант, опустив крышку и поднявшись со стула. - Работа действительно стоящая. Уверен, госпожа будет в восторге.
Кизаши благодарно кивнул, отметив про себя тот факт, что клиент заказал пианино не для себя, а для леди. Такие подарки так просто не делаются. Очевидно, дама является знатоком в музыке, иначе вряд ли бы столь досконально проверяли звучание. А в том, что господин, музицировавший недавно на пианино, знает в этом толк, господин Харуно ни капли не сомневался.
Второй из свиты заказчика подошёл к инструменту, внимательно рассматривая узор. Довольно хмыкнув, он обернулся к теперь уже владельцу пианино, проговорив с лёгкой улыбкой на устах:
- Это ты заказал жимолость?
Мужчина утвердительно кивнул.
- Она будет в восторге, - сказал музыкант, глядя на своих спутников поочерёдно.
- А могу я узнать, кто выполнил сей узор? - поинтересовался мужчина, разглядывающий изображение на музыкальном инструменте.
Кизаши не знал, что и ответить на это. Быть может, господин заметил какую-то неточность, и работа не будет принята? Может, его интересует сама личность художника?
- Очень интересно, - продолжал тем временем мужчина, так и не дождавшись ответа мастера. - Видно, что художник не профессионал, но и не дилетант. Весьма и весьма хорошая работа.
- Дело в том, господа, - проговорил господин Харуно заплетающимся от волнения языком, - что этот узор… выполнила… моя дочь.
- Вот как? - удивлённо произнёс музыкант. - Юная леди обучалась у кого-то из мастеров?
- Нет, она… сама. Моя дочь ещё слишком юна, чтобы… отправлять её в столицу… Или ещё куда.
Мужчины переглянулись, а Кизаши с ужасом подумал, что его сейчас обвинят во лжи, заявив, что он присвоил труды художника, скрыв его истинное имя, приписав всё лишь какой-то девчонке.
- А можно увидеть Вашу дочь? - спросил заказчик пианино.
Мужчина впервые за всё время нахождения господ в мастерской подал голос. Всё это время беседовали в основном между собой его спутники.
- Да, конечно, - ответил Кизаши, склонив голову в поклоне.
Господин Харуно чувствовал себя ужасно, но и перечить состоятельным господам не мог. Глубоко вздохнув, он подал знак Мебуки, стоящей у двери, чтобы та привела девочку. Женщина удалилась, а вскоре в мастерскую вошла невысокая девочка в простеньком льняном платьице.
Господа какое-то время недоверчиво разглядывали стоящую перед ними девочку, явно что-то про себя обдумывая, прикидывая, после чего заказчик музыкального инструмента подошёл к Сакуре, опустившись рядом с ней на корточки.
- Ваш отец, юная леди, утверждает, что данный узор, - он сделал знак рукою, указывая на пианино, - является плодом Ваших рук. Это так?
Сакура взглянула на родителей, но те старались не смотреть в её сторону, дабы не быть привлечёнными к обвинению в давлении на дочь, а затем вновь посмотрела в глаза мужчине.
- Да, - кивнув, ответила она.
- А Вы, юная леди, можете… повторить сей узор ещё раз? Скажем… на бумаге.
- Зачем? - удивлённо спросила девочка. - Какой смысл рисовать одно и то же?
Кизаши хотел было приказать дочери не спорить, а делать так, как желают в данный момент господа, но промолчал, почувствовав, как супруга, явно предвидя его действия, сжала его руку. Заказчик пианино же усмехнулся, взглянул на своих спутников, которые тоже оценили остроту девочки, после чего произнёс:
- Просто нам бы хотелось самолично насладиться Вашим талантом. Почему бы Вам нас не порадовать?
- Я могу и что-нибудь другое нарисовать, - буркнула Сакура.
Девочке не нравилось, что её заставляют делать одно и то же несколько раз подряд. В чём смысл? Такой рисунок уже есть на бумаге. Пусть на него и любуются. Зачем зря переводить листы и тушь?
- И всё же, - настаивал мужчина.
- Ладно, - ответила Сакура, направившись к буфету, где взяла чистый лист бумаги, чернильницу с тушью и перо.
Кизаши хотел было сказать ей, чтобы взяла грифельные карандаши, но всё же промолчал, хотя и корил себя за это. Тушью очень тяжело рисовать, ещё и перьями. А тут… Тем временем девочка положила лист на стол, подле которого стали кругом господа, окунула в чернильницу перо, взглянула на стоящий неподалёку музыкальный инструмент, а затем принялась выводить на бумаге узоры.
- Потрясающе, - проговорил один из мужчин. - Пусть это и не художество, а лишь копирование… но оно идеально.
- Что же, - произнёс заказчик пианино, - я доволен. Инструмент заберу через… два дня.
Мужчина извлёк из кармана увесистый кошель, выполненный из бархата тёмно-синего оттенка и украшенный вышивкой серебряными нитями в виде герба семьи, к которой он, очевидно, принадлежал, и высыпал его содержимое на стол.
Множество золотых монет образовали кучку на деревянной столешнице, приковывая взгляд господина и госпожи Харуно, которые явно не ожидали такой щедрости. Это было в разы больше того, что клиент должен был за работу.
Заявив что-то вроде того, что это премия, поскольку он остался более чем удовлетворён услугами мастера, клиент и его спутники удалились. Напоследок один из мужчин посоветовал родителям побаловать дочурку, ну и подумать над тем, что было бы хорошо отдать девочку в обучение к какому-либо мастеру. Не обязательно художнику, профессий, где можно применить её талант, много.
Деньги господин и госпожа Харуно не потратили, а отложили. Естественно, Сакуре купили много вкусностей, новое платье, даже на серебряное украшение из бирюзы отец расщедрился. Сама же девочка отказалась обучаться художествам, заявив, что её это не интересует. Родители не стали настаивать, хотя и не были согласны с решением девочки.
Шли годы. Сакура превратилась из маленькой девчушки в довольно привлекательную молодую особу. Яркие зелёные глаза сводили с ума многих представителей сильной половины человечества, стройная фигура притягивала взгляды…
Но было кое-что, что не одобряли как родители, так и те, кто был наслышан о данном… деле. Пусть Кизаши и Мебуки старательно пытались скрыть сей факт, всё же в городке слухи быстро распространились.
Пусть внешне Сакура и привлекала к себе внимание молодых мужчин, но её… интересы отталкивали каждого, кто о них узнавал. Никто не желал узнать девушку глубже, изведать её душу.
Родители уже было отчаялись выдать дочь замуж. Пусть у неё и были ухажёры, но сбегали они довольно быстро, не выдерживая как увлечения девушки, так и её весьма тяжёлый характер. Сакура была далеко не из тех барышень, которые позволяют мужу запереть себя в кухне, а самим идти развлекаться.
Но в один из дней, возвращаясь с утренней молитвы, после которой Мебуки силком утаскивала дочь как можно дальше от людей, поскольку Сакура начинала вновь обсуждать всю глупость и комичность пастора относительно религиозных убеждений, их окликнул мужской голос:
- Леди, не подскажите дорогу к хорошей гостинице?
Мебуки и Сакура обернулись, увидев неподалёку повозку, из которой выглядывал молодой темноволосый мужчина, явно прибывший не из ближнего города, если судить по дорожной пыли на экипаже и усталому виду возницы.
- Вам прямо по дороге до магазинчика, где торгуют выпечкой, а за ним сразу направо и до конца улицы, - сказала госпожа Харуно. - Магазин Вы не пропустите, там вывеска в виде большого кренделя.
- Благодарю, госпожа… - проговорил с улыбкой незнакомец.
- Харуно.
Мужчина кивнул, после чего дал указание вознице трогаться. Мать с дочерью же продолжили свой путь, а Сакура в который раз завела тему о том, что не желает ходить в церковь, поскольку не приемлет никакую религию, разве что может согласиться с некоторыми аспектами язычества, чем доводила Мебуки до бешенства, хотя та ничего поделать не могла.
Вечером того же дня к их дому подъехал тот самый экипаж, который и повстречался поутру на пути. Как мужчина узнал, где они живут? Он пояснил, что испросил у шерифа. Кизаши и Мебуки этот ответ удовлетворил, а вот Сакура не особо поверила россказням брюнета. Этим она не преминула поделиться с родителями, когда мужчина покинул их дом.
- С чего это ему нас разыскивать? Всего-то дорогу подсказали.
- Господин дал открыто понять, - недовольным тоном проговорил Кизаши, глядя на дочь, - что ты ему приглянулась.
- Будь с ним поласковей, - сказала Мебуки. - Он в нашем городе проездом, через неделю уедет.
- Так чего напрягаться? - развела руками девушка.
- Прекрати немедленно! - рявкнул господин Харуно, ударив кулаком по столу, что аж посуда подпрыгнула, жалобно зазвенев, а затем уже более спокойным тоном добавил: - Веди себя подобающе леди.
- Он тебе совсем не по нраву? - спросила мать.
Сакура задумчиво уставилась в чашку с напитком, некоторое время помолчала, а затем проговорила:
- Он, конечно, довольно обаятелен, мил... Только вот… Не знаю, как-то мне не по душе он.
- Марш к себе! - заявил отец, хмурым взглядом буравя дочь.
Сакура молча поднялась и покинула родителей, направившись в свою комнату. О чём в дальнейшем между Мебуки и Кизаши шла речь, она не знала. Подобное сватовство было уже далеко не первым. И с каждым новым отвергнутым ухажёром отец становился всё злее и злее на дочь.
Но в течение двух последующих дней её никто более не донимал относительно подобных тем, что было удивительно. Сам их новый знакомый каждый день присылал различные дары для юной леди. Это были украшения, шали, платки, кружева… Мебуки была в восторге, Кизаши лишь удовлетворённо кивал, а вот девушке всё это отнюдь не нравилось.
Спустя неделю поток даров иссяк, чему родители нашли объяснение. Они же говорили дочери, что молодой господин должен был отбыть из их городка. Сакура лишь закатывала на это глаза. Она вовсе и не интересовалась этим, но её всё равно ставили в известность.
Через некоторое время вновь начали приходить подарки. В некоторых посылках лежали и письма, в которых мужчина расписывал о красоте девушки, пленившей его сердце. Ну и тому подобное.
Вот таким образом и набрался полный сундук разнообразных вещей, которые Сакура никогда не надевала, даже не примеряла, чем гневила отца. Кизаши при каждом удобном случае заявлял дочери, что та ведёт себя непотребным образом, хотя сама девушка не видела ничего предосудительного со своей стороны.
Так и жила юная Харуно, лавируя между желаниями родителей и собственными предпочтениями. Вскоре Сакуре исполнился двадцать один год. Незадолго до своего совершеннолетия девушка упросила родителей съездить в столицу штата, где будет давать концерт один из известных певцов. Мебуки и Кизаши решили не отказывать дочери, а поездка стала подарком на день Рождения.
И вот в день отъезда, когда зеленоглазая красавица вся парила в предвкушении поездки, собирая вещи, в её комнату вошла госпожа Харуно, которая попросила дочь присесть, поскольку у неё, как заявила светловолосая дама, был серьёзный разговор.
- Сакура, месяц назад твой отец получил письмо, - начала свою речь Мебуки, нервно теребя юбку, - от… нашего общего знакомого.
Сакура закатила глаза, подавив стон разочарования. Девушка уже и не знала, когда родители прекратят сватать её за того человека, которого она видела всего-то от силы полгода за всё то время, когда он бывал в их городке либо проездом, либо, хотя крайне редко, лично для того, чтобы повидаться с зеленоглазой красавицей.
- Мама…
- Дослушай меня, - перебила дочь госпожа Харуно. - Ты прекрасно знаешь, что я и твой отец желаем тебе лишь добра. Мы хотим, чтобы ты была счастлива. Поэтому…
Госпожа Харуно умолкла на несколько мгновений, глубоко вздохнув, собираясь с мыслями, а юная девушка в это время чувствовала, что должно что-то произойти. Что-то не особо хорошее, раз мать так волнуется.
- В общем, - проговорила Мебуки, - он попросил твоей руки. Твой отец уже написал ответное письмо, где дал своё согласие на ваш брак.
Сакуре показалось, что земля ушла у неё из-под ног. Её отдают замуж за человека, которого она не любит? Да что же это такое?
- А моё мнение вы спросили?! - взвизгнула юная Харуно. - Я не выйду за него!
- Выйдешь! - прогремел у двери голос отца.
- Но ведь я видела, что он тебе понравился, - сказала Мебуки, глядя на разъярённую дочь. - Ты так мила была с ним всегда, приветлива, улыбалась…
- Я лишь делала то, что вы просили, - рыкнула девушка.
- Ничего, это лишь очередной её бунт, - заявил Кизаши супруге. - Она всегда всё делала нам наперекор. Вот и сейчас глаза светятся от счастья, но из принципа ворчит.
Сакура аж задохнулась от возмущения, не в силах и слова вымолвить, чем и воспользовались родители, заявив, что всё давно решено. Свадьба должна была состояться через два месяца.
- Он пришлёт для тебя наряд, - заявил господин Харуно. - Ты вообще должна быть благодарна, что такой господин обратил на тебя своё внимание. Он богат, молод, красив. Любая мечтает о таком мужчине.
Кизаши развернулся, покинув комнату дочери.
- После нашего возвращения из столицы, - сказала Мебуки, - мы поедем в дом твоего будущего супруга. После свадьбы я и твой отец, естественно, вас покинем.
С этими словами Мебуки направилась следом за мужем, оставив дочь наедине со своим мыслями. Её родители сильно изменились за последние годы. Зеленоглазая красавица никогда бы не подумала, что её просто продадут кому-либо.
Сакура не проронила в этот день более ни слова. Она молчала всю дорогу в экипаже до вокзала, откуда по недавно проведённой железной дороге она и родители должны были отправиться в путь на паровозе в столицу.
Их вагон, как, собственно, и другие, был на половину пуст, поскольку не у всех людей имелось достаточно средств на столь шикарное средство передвижения. От Сакуры не укрылся тот факт, что отец слишком уж довольным выглядел. Очевидно, её жених оплатил и эту поездку.
Когда поезд тронулся, все пассажиры весело загомонили. Сакура же равнодушным взглядом смотрела сквозь стекло на серо-белёсый пар, на пробегающий пейзаж. Ей было не до всеобщего веселья.
Вечер только-только вступал в свои права, беря бразды правления у уходящего на покой дня, замещая лазурную синеву неба на более блёклые оттенки, а горизонт на западе постепенно окрашивался в малиново-пурпурный цвет.
Поезд мчался по пустынным прериям. Ехать они будут всю ночь, и лишь только утром будет остановка в городе, где поезд простоит около часа, а затем ещё один долгий переезд, когда к полудню следующего дня они достигнут столицы штата.
Сейчас же Сакура с грустью взирала на простирающиеся за окном на многие мили пустынные прерии, холмы... Если верить сидящим в вагоне мужчинам, разговор которых она невольно подслушала, то до ближайших поселений отсюда очень и очень далеко.
Сакура глубоко вздохнула, закутавшись в шаль. От скуки она стала считать перекати-поле, которые мчались вдогонку за поездом, подгоняемые ветром. Вот один кустик пробежал вдоль железной дороги. Вот другой, но уже по диагонали. Вот койот, сидя на холме, проводил взглядом странное железное чудовище, воняющее удушливым дымом. Вот всадники скачут наперерез поезду.
Всадники? Сакура уставилась во все глаза на группу из восьми всадников, действительно мчащихся от одного из холмов к поезду. Дорога в этом месте делала крюк, чем и воспользовались всадники.
Сакура оглядела пассажиров, но никто из них особо не всматривались в унылый пейзаж, поглощённые либо беседой, либо дремотой, либо ужином. Девушка решила было, что ей, возможно, показалось, когда до её слуха долетели звуки выстрелов.
Женщины в вагоне завизжали, мужчины повскакивали со своих мест, явно не понимая, что происходит. Оружие было лишь у двоих из полутора десятка пассажиров в вагоне, в котором ехала Сакура с родителями.
Шло время, все замерли в ожидании. И вот настал момент, когда распахнулась дверь между вагонами, являя высокого мужчину, лицо которого было скрыто платком. В руках он держал два револьвера, направляя их на пассажиров.
- Добрый вечер, леди и джентльмены, - довольно приятным голосом, в котором проскальзывали весёлые нотки, проговорил мужчина. - Приятной вам дороги. Вынужден прервать вас, но это ограбление. Будьте любезны сложить все свои ценные вещи вот сюда.
Бандит указал кивком головы на пустую скамью подле себя. Женщины продолжали хныкать, хотя и немного тише, чем вначале, опасаясь бандита. Никто с места не двигался.
- Побыстрее, будьте добры, - проговорил бандит. - Чем быстрее вы управитесь, тем скорее мы вас покинем, а вы свободно продолжите свой путь. Обещаю, если всё пройдёт так, как я говорю вам, то никто не пострадает.
И вновь ни единого движения. Только плачь и завывания.
- Я кому сказал?! - рявкнул бандит, и в голосе его уже не было ни капли вежливости и веселья. - Живо сняли цацки, выложили деньги!
Свои слова мужчина подтвердил выстрелом в потолок. Женщины забились в истерике, но стали снимать с себя украшения, мужчины принялись извлекать кошельки. Мебуки и Кизаши тоже, хотя и с явным недовольством, расстались со своими деньгами.
Сакура краем глаза заметила, как один из сидящих неподалёку от неё мужчин как-то странно пошевелился. Бандит не смотрел в его сторону, чем и воспользовался мужчина. Зеленоглазая красавица наблюдала за происходящим с какой-то отрешённостью. Вот пассажир вынимает оружие, но в следующее мгновение бандит, словно почуяв опасность, хотя даже не взглянул на него, резко вскинул свой револьвер, а затем прогремел выстрел. И вновь вагон огласили истеричные вопли женщин.
- Я же сказал, чтобы без глупостей, - проговорил бандит, не глядя на раненого мужчину, зажимающего рану рукою.
- Что за дела тут?
Сакура взглянула на второго бандита, появившегося из-за спины первого. Он был буквально на несколько сантиметров ниже своего напарника, но довольно крепким телосложением нисколько не уступал. В его руках тоже красовался револьвер, а второй покоился в кобуре на поясе.
- Не понимают, когда с ними по-человечески, - протянул первый, после чего принялся собирать добычу в мешочек.
Зеленоглазая красавица невольно отметила довольно приятный голос второго бандита. Хотя первый тоже поначалу был довольно мил. Девушка, хотя и крайне несвоевременно, задумалась над тем, как же должны выглядеть мужчины с такими голосами.
- Ясно. Леди, - обратился вновь прибывший к Сакуре, которая сидела как раз напротив него, - а Вас это разве не касается?
- Что именно? - поинтересовалась девушка.
- Полагаю, что Вашим украшениям придётся по душе компания уже собравших в мешке.
- Сомневаюсь.
- И всё же я вынужден настоять, - сказал бандит, подходя ближе к девушке и склоняясь к ней.
- Нет.
- Сакура, прекрати их злить, - зарычал на дочь Кизаши. - Снимай побрякушки.
Юная Харуно и сама не могла ответить себе, почему столь рьяно упорствует, отказываясь отдавать украшения бандитам. И всё же она не сделала даже и малейшей попытки, дабы снять серьги. При этом Сакура не могла отвести взгляд от как-то странно сверкнувших глаз мужчины.
- Что же, тогда я сам возьму... драгоценность, - усмехнувшись, проговорил бандит.
Сакура не успела опомниться, как мужчина внезапно ухватил её за запястье, резко рванув на себя. Девушка в буквальном смысле слова упала в его объятия под довольный смех напарника бандита, после чего он поволок несчастную девушку из вагона.
Зеленоглазая красавица принялась брыкаться, даже пару раз укусила бандита. Но тот, казалось, даже не заметил этого. Его подельник, собрав добычу, помчался следом. Рядом с поездом скакали кони бандитов. Сакура с ужасом подумала, что теперь она точно доигралась.
- Парни, погнали! - крикнул первый из увиденных Сакурой бандитов, после чего спрыгнул на одну из скачущих лошадей.
Девушка увидела, как из поезда постепенно повыпрыгивали оставшиеся бандиты, поскакав прочь от поезда к холмам. В следующее мгновение девушка взвизгнула от страха, поскольку держащий её бандит, закинув девушку себе на плечо, прыгнул на подведённую его напарником ближе лошадь.
Усадив юную Харуно перед собою в седло, бандит крепко прижал девушку к себе за талию, помчавшись следом за своими подельниками. Сакура испуганно взглянула назад, на удаляющийся поезд, осознав, что теперь ей уже никто не поможет.

Похитители. Глава 2

- То есть как это вы ничего не можете сделать?
В данный момент господин и госпожа Харуно пребывали в участке шерифа того города, в котором и совершил остановку поезд, на котором они и следовали. Естественно, первым делом все пассажиры злосчастного поезда помчались прямиком к законникам, дабы потребовать от них сию же минуту найти и наказать бандитов, что самым наглым образом их обчистили в пути.
Всем пассажирам, пострадавшим от рук неизвестных грабителей, казалось, что едва ли не в этот же день им будет возмещён весь ущерб, причём не только материальный, но и моральный. Но всё оказалось не так радужно, как многие представляли.
В первый же день пребывания в городе вообще ничего не удалось предпринять, поскольку самого шерифа на месте не оказалось, а с его помощником никто из пострадавших не пожелал вести дела, ссылаясь на какие-то просто до умопомрачения фантастические и глупейшие причины.
Когда же все осознали, что лучше бы им было сразу выложить все свои претензии помощнику шерифа, который и отправил бы людей по следу неизвестных грабителей, то пришли вновь в участок, но им было предложено ожидать шерифа, поскольку время всё равно упущено, так что ещё пара часов никакой роли уже и не сыграет.
При этом помощник шерифа с самодовольной ухмылкой заявил, что ни о какой компенсации, тем более в завышенном размере, как многие надеялись урвать себе под шумок, не может идти и речи, поскольку пострадавшие от рук грабителей сами виноваты едва ли не во всех своих грехах.
На все возмущения помощник шерифа заявил, что лишь самые последние идиоты не могли справиться с небольшим количеством бандитов, при этом, если разобраться, в каждом вагоне было по одному грабителю, а пассажиров насчитывалось порядка трёх десятков, среди которых добрая половина были мужчины.
Естественно, помощник шерифа не открытым текстом оскорбил всех обиженных бандитами, но выразился более чем ясно. На одного бандита действительно приходилось просто тьма народу, которые даже и не попытались защитить своё добро, отдав все ценности в руки грабителей без малейшего сопротивления.
Большая часть пыталась возражать, но под натиском вполне обоснованных и весомых доводов им пришлось отступить и закрыть рты. Если же, как заявил помощник шерифа, пострадавшие желали всё же представить заявление о нанесённом им ущербе самому шерифу, но уже в обдуманной форме, без каких-либо дурацких наценок, то им стоило дождаться его самого.
В итоге большая часть ограбленных разъехалась по своим делам, не видя смысла тратить время, ведь их ущерб не был столь уж большим. Какие-то серёжки, браслеты и несколько купюр, что хватит на сам билет на поезд до места назначения и обратно, не стоили тех проволочек и завуалированных насмешек, что уже устроил помощник шерифа, а после и учинит сам шериф.
Тех же, кто остался ждать шерифа, насчитывалось всего-навсего дюжина. А если убрать группу поддержки, то есть родственников и друзей, с коими и путешествовали пострадавшие, не брать в расчёт нытьё о компенсации каких-то несущественных сумм, то более-менее весомых заявлений на стол шерифа легло всего два.
Одно из них было от того человека, которому бандит и прострелил руку, покуда тот пытался извлечь оружие из кобуры, полагая, что делает это незаметно, а второе было написано именно Кизаши Харуно.
Покуда ожидали появление шерифа, который должен был вернуться с какого-то дела со дня на день, всех пострадавших разместили в гостинице, расположенной неподалёку от железнодорожной станции.
Шериф объявился в городе вечером второго дня. Пострадавших же позвали на приём лишь ближе к обеду следующего. Первым вниманием шерифа завладел неудавшийся стрелок, потребовавший отыскать мерзавца и вздёрнуть на виселице. Вполне естественно, что никаких более-менее точных описаний внешности бандита никто предоставить так и не сумел, поэтому шериф, глубоко вздохнув, лишь заявил, что он обязательно сделает всё возможное, чтобы отыскать этого человека.
Кое-как удовлетворённые ответами шерифа люди удалились, надеясь, что всё же таинственного негодяя схватят и казнят. При этом даже никто не удосужился подумать о том, что крайне маловероятно, что шерифу и его людям удастся отыскать человека, который одет в простую коричневую рубашку и тёмно-серые брюки, носит на голове чёрную шляпу и пистолеты в кобуре.
Да каждый второй житель данных земель подойдёт под столь скудное и смехотворное описание. Шерифу только и оставалось, что сунуть заявление пострадавшего в ящик, где валялись все вот такие вот писульки, раскрыть которые удавалось либо каким-то чудом, либо в том случае, если сами преступники крупно лажанутся.
Основную головную боль шерифу и его помощнику принёс именно Кизаши Харуно. Нет, с одной стороны, его понять можно, ведь была похищена его родная дочь. Но основную проблему составляло отнюдь не это, а кое-что совершенно иное.
- А что Вы мне предлагаете? - скрестив руки на груди и глядя на стоящего перед ним мужчину, протянул шериф.
- Предлагаю? - зарычал Кизаши. - Я не предлагаю, а требую немедленно найти мою дочь!
- Требуете?
Если шериф и разговаривал довольно вежливым тоном, абсолютно не повышал голос, то это вовсе не означало, что мужчина совершенно не подвержен гневу. Владеть эмоциями он прекрасно умел, чему в довольно большой степени поспособствовала его работа и стычки вот с такими вот потерпевшими, которые сами были готовы нагреть на хорошенькую сумму любого, чем затмевали многих заправских преступников.
- Именно.
Кизаши Харуно же не считал своим долгом вести себя прилично, хоть как-то держать себя в руках, поэтому всячески пытался угрожать шерифу и его помощнику какими-то там своими связями в высших кругах, давить на них… Да и вообще вёл себя не самым достойным образом.
- Я уже сказал, что сделаю всё, что будет в моих силах, чтобы найти Вашу дочь, - уже в который раз сказал шериф.
- Так ищите! - рявкнул Кизаши.
Мебуки всё это время сидела на стуле в углу, стараясь не поднимать взор на присутствующих в участке мужчин. Помимо шерифа, с которым и вёл разговор, если это можно вообще так назвать, её супруг, в участке находились помощник шерифа и ещё трое его людей.
Женщина понимала, что Кизаши вёл себя не самым лучшим образом, угрожая законникам, ведь это только могло подстрекнуть их к затягиванию дела, если вообще не к тому, что шериф и его люди могли попросту даже и не пытаться искать их дочь и тех, кто её похитил.
Госпожа Харуно лишь пару раз за всё время мельком оглядела законников, заметив на лицах некоторых довольно злые усмешки, когда её муж пытался надавить на шерифа своими якобы весомыми связями, а кое-кто откровенно переглядывался с таким видом, будто им хочется прибить самих потерпевших, лишь бы те поскорее избавили их от своего нытья.
- Мои люди делают всё возможное, - спокойно отозвался шериф.
- Очевидно, недостаточно.
Если шериф и хотел ответить нечто едкое на такую выходку Кизаши, то всё же промолчал, лишь смерив мужчину тяжёлым взглядом. Господин Харуно воспринял это в штыки, принявшись вновь давить на законника, что подключит все свои связи, чтобы он и его люди пожалели о своих проволочках.
- Что же тогда не подключите свои связи, чтобы найти свою дочь?
Кизаши резко обернулся в сторону говорившего, коим являлся помощник шерифа. Пока же он размышлял, чем бы ответить наглецу на его высказывание, вновь за дело взялся шериф, привлекая всё внимание потерпевшей стороны к себе.
- Пока я не получу хоть какую-то информацию, которая будет содержать нечто большее, чем описание примет «мужчины на лошадях с платками на лицах», то просто физически не в состоянии что-то большее предпринять.
- Да пока вы тут копошитесь, делая вид, что работаете, моя дочь… Кто знает, что эти проклятые мерзавцы сделают с моей девочкой.
- А что же Вы не удосужились даже попытаться защитить свою дочь от этих мерзавцев?
Очередное вмешательство в диалог помощника шерифа было встречено недовольным взглядом в его адрес самого шерифа и пылающим яростью Кизаши. При этом господин Харуно так и не нашёлся вовремя с ответом, а помощник шерифа, вновь взяв инициативу в свои руки, игнорируя при этом взгляд шерифа, продолжил:
- Почему же Вы не попытались отбить девушку у бандитов? Почему так легко позволили им её похитить?
- Да что ты знаешь, сопляк? - зарычал на него Кизаши.
- Попрошу без оскорблений, - вмешался шериф. - Мой помощник, в сущности, прав.
Господин Харуно, кипя от гнева, был готов кинуться на законников с новой порцией обвинений. Мебуки же, затаив дыхание, боялась даже пошевелиться, понимая, что хорошим такой разговор её мужа с шерифом не закончится.
- Прежде чем начать приём пострадавших, - продолжал тем временем шериф, - я не сидел сложа руки, не спал, как некоторые, сладким сном в мягкой постельке, а проводил опрос возможных свидетелей. И знаете, господин Харуно, что мне далось узнать?
- И что же? - с презрением бросил мужчина.
- Опрошенные мною в один голос твердили, что Вы даже и не попытались заступиться за дочь, когда бандит схватил её и поволок из вагона.
- И что же я должен был сделать? - зашипел Кизаши.
Шериф смерил Кизаши взглядом, а помощник шерифа и его люди лишь усмехнулись, прекрасно понимая всю ситуацию.
- Сделать? Хотя бы, раз кишка тонка была пойти против него в рукопашную, опасаясь получить по морде или попасть под пулю, его или подельника, можно было наобещать грабителям уйму всего, лишь бы не трогали девушку.
Кизаши взбесился от брошенного в его адрес откровенного оскорбления, но промолчал. Шериф же продолжил речь, проговорив:
- Столько мужчин, и ни один не заступился за девушку. Просто красота.
- У них было оружие, - вновь упёрся Кизаши.
- И что с того? Если бы они собирались всех перебить, то уже давно кое-кто лежал бы с дыркой в брюхе на кладбище, - усмехнулся помощник шерифа.
- Моя дочь вынудила бандитов обозлиться на неё, - заявил господин Харуно, пытаясь игнорировать слова мужчины.
Тут же по участку прокатился смех людей шерифа, в котором сквозило лишь презрение.
- Вынудила? - переспросил шериф, делая знак рукой своим людям замолчать. - Те же свидетели заявили, что она лишь отказалась отдать им серьги. Они были так ценны?
- Обычные побрякушки, кусок меди с узорами, - рыкнул Кизаши.
- Сомневаюсь, что грабители не смогли обратить внимания на то, что украшения не представляют серьёзную ценность. Ни драгоценного металла, ни камней... Так что несколько глупо выглядит заявление, что Ваша дочь как-то спровоцировала одного из них на насильственные действия в отношении своей персоны лишь отказом отдать серьги.
- Она упёрлась, не отдавала серёжки, когда этого потребовали бандиты. Это их взбесило.
- Сомневаюсь, - заявил шериф.
- Значит, её похитили с целью выкупа.
- Тоже весьма сомнительно, - опроверг очередное предположение Кизаши шериф. - Если верить словам свидетелей, да и Вашим и Вашей супруги, девушка не выглядела дамой из высшего света. Поправьте меня, если я ошибусь. Ваша дочь была облачена в обычное платье, драгоценностей на ней не было никаких, если не брать в расчёт те самые злополучные серьги из меди. Верно?
- Да, - буркнул Кизаши, не понимая, к чему клонит законник.
- Вы с Вашей супругой тоже не шибко смахиваете на состоятельных персон. Уж простите за откровенность, но это правда. Так с чего бы преступникам было предположить, что, похитив простую девушку, у которой вряд ли найдётся кто-то из родни с довольно внушительным состоянием, дабы выкупить её, им удастся нажиться?
Тут уж Кизаши не нашёлся с ответом. Доводы шерифа были неопровержимы. Если отбросить чувства, то действия бандитов не поддавались логике. С родных Сакуры действительно особо много не возьмёшь, хотя кое-что семья Харуно успела скопить.
Но выкуп есть выкуп. Суммы, фигурировавшие в таких делах, исчисляются многими нулями. Кизаши пришлось бы продать всё своё имущество, влезть в долги, чтобы собрать хотя бы большую часть тех денежных сумм, что обычно требуют похитители.
- Опять же, возвращаясь к самому моменту похищения, - продолжал шериф, - то выходит, что не только Вы, господин Харуно, но и все остальные мужчины в вагоне не удосужились даже попытаться защитить невинную девушку. Странно, не находите?
- Я уже говорил, что бандиты были вооружены. Один уже пытался пристрелить одного из этих гадов. И что в итоге? Его ранили.
- Тоже весьма странное обстоятельство, - протянул шериф. - Накинься вы все разом, у бандитов не было бы ни единого шанса уйти. Возможно, пулю-другую кто-то бы и отхватил. Но девушка была бы спасена, преступники схвачены. У всех в вагоне появились бы два дополнительных револьвера, чтобы иметь возможность отразить нападение подельников бандитов. Но вы все даже и пальцем не пошевелили, чтобы защитить своё имущество, как и девушку, трясясь за собственные шкуры.
Кизаши скрипнул зубами, поскольку был в ярости, но очередные доводы шерифа разбили его в пух и прах.
- Что же касается неудавшегося смельчака, то тут тоже масса вопросов. Уже то, что стрелявший в него бандит, если верить свидетелям, даже не взглянул в его сторону, а так метко прострелил запястье… И почему же преступник попросту не убил покушавшегося на его жизнь, а лишь слегка ранил? В его же интересах было бы прикончить наглеца, а не церемониться. Я бы на его месте не оставил в живых того, кто пытался убить меня.
- А мне откуда знать, что на уме у мерзавцев? - зарычал Кизаши.
- Так сделайте одолжение, не мешайте работать мне и моим людям.
- У Сакуры был жених.
Взоры всех собравшихся в участке шерифа обратились к до сих пор сидящей молча женщине, которая и обронила данную фразу полушёпотом.
- Не лезь не в своё дело, Мебуки, - зашипел на супругу Кизаши. - Это к делу не относится.
- Что Вы сказали, леди? - произнёс шериф, игнорируя выпад господина Харуно.
- К дочери сватался один богатый господин. Недавно мой супруг дал своё дозволение на их брак.
- А как юная леди отнеслась к этому?
- Она была против, - едва слышно произнесла Мебуки, склоняя голову.
- Почему же? Он чем-то не угодил Вашей дочери?
Мебуки глубоко вздохнула, не зная, стоит ли загружать шерифа данной информацией, от которой вряд ли будет какой-то толк, а Кизаши явно потом выместит на ней свою злость, но всё же решилась.
- Сакура, когда я ей сказала о скорой помолвке, заявила, что не любит его, поэтому не собирается замуж. Моя девочка весьма своевольна.
- А её жених в курсе, что юная леди ответила отказом?
- Нет. Мой супруг и он договаривались лично между собой о свадьбе.
- Ясно, - протянул шериф, а затем, вздохнув, проговорил: - Что же, более не смею вас задерживать. Можете отправляться по своим делам. Будет что-то, я мигом дам вам знать.
Видя, что более ничего не удастся выжать из шерифа, Кизаши поплёлся прочь из участка, при этом даже не пытаясь скрыть недовольную мину. Мебуки последовала за супругом, держась поодаль, при этом стараясь лишний раз не смотреть на разгневанного супруга.
Когда чета Харуно покинула участок, шериф, устало выдохнув, уселся на своё место, прикрыв глаза. Его люди всё это время недвижимыми статуями находились всё на тех же местах, где и ранее, продолжая хранить молчание.
Спустя некоторое время, в течение которого никто так и не осмелился и слова проронить, шериф открыл глаза, сел поудобнее, достал лист бумаги и принялся что-то на нём писать. Сложив лист, он убрал его в конверт, запечатал, после чего вручил своему помощнику, который, лишь взглянув на печать, без слов понял, кому адресовано послание, молча взял конверт и удалился из участка.
- Как же мне это всё надоело, - протянул шериф, обращаясь в пустоту. - Устал.

***

Всадники мчались по прерии, углубляясь всё дальше и дальше в ещё нетронутые цивилизацией земли. Сакура могла лишь с отрешённостью во взгляде взирать на далёкие холмы и бескрайние поля, поскольку в данный момент от неё уже ничего не зависело.
Бандиты осадили коней подле одного из холмов, поросшего редкими кустами, отвязали мешки, ранее притороченные к сёдлам, принявшись копаться в их содержимом. Лишь тот, кто сидел вместе с зеленоглазой красавицей на коне, не участвовал в данном деле.
- Вот и какой толк был от этого? - проговорил один из подельников.
- Согласен, - кивнул другой. - Сплошная дешёвка. И стоило им так рыдать из-за игрушечных побрякушек?
- А суммы видели? - усмехнулся третий. - Даже пирушку в захудалом кабаке не хватит закатить.
Что же, у Сакуры не оставалось сомнений, что бандиты решили проверить, сколько же им удалось награбить. Судя по восклицаниям, они были не шибко обижены столь скудным уловом. Тон голосов, вообще поведение мужчин свидетельствовали не о разочаровании проваленным налётом, а скорее…
Девушка никак не могла охарактеризовать поведение преступников. Казалось, они вовсе и не расстроились, увидав, что толком ничего и не удалось унести. Как-то у неё в голове не увязывалось всё это. Чего радоваться, если ты рисковал ради денег, которых так и не получил?
- С твоими запросами уж точно не хватит, - засмеялись подельники.
- Да куда уж мне до вас.
- Ладно, ссыпайте всё сюда, - проговорил один из грабителей, что и собирал деньги в том вагоне, в котором ехала Сакура с семьёй.
Его подельники молча пересыпали каждый свой улов в мешок мужчины, что крайне удивило Сакуру, поскольку ни один из них не выказал ни малейшего недовольства. Или этот тип их главарь, вот и… Размышления юной Харуно прервал тот, кто и похитил её, проговорив:
- Зачем тебе эти побрякушки?
- Поглядим, удастся ли что-либо выручить за них, - пожал плечами бандит. - Тебе пока оставить какую сумму из того, что есть?
- Нет. Слушай, лучше не пытайся. Видел же сам, что толком много и не получишь за них.
- Лучше, чем совсем ничего. Ладно, действуем по плану?
- Естественно. Если что, то сразу оповещаем друг друга.
Подельники быстро распрощались, поскакав прочь. Сакура же осталась наедине со своим похитителем, не зная, что и ожидать ей теперь. Поначалу она опасалась, что преступники что-либо сделают с ней, но теперь, когда остался лишь один из них, девушка ощутила прилив паники, которой не могла найти объяснение.
С одной стороны, преступники вместе могли придумать уйму всего, чтобы… поиздеваться над несчастной пленницей. Но теперь Сакуре хотелось, чтобы все вернулись, поскольку, вздумай её похититель напасть на неё, ей никто не поможет. Было, конечно, крайне маловероятно, что его подельники заступятся за несчастную девушку. Может, и сами не прочь будут присоединиться к веселью. Но всё же юная Харуно надеялась, что хотя бы у одного из них хватит достоинства защитить невинную девушку, заступиться за неё.
Теперь же все чаянья Сакуры пошли прахом. Всадник сидел на коне неподвижно, словно о чём-то раздумывал. Девушка же терялась в догадках относительно её дальнейшей судьбы. Прошло немного времени, и бандит тронул бока коня каблуками, пустив его шагом.
Юная Харуно же уже сотню раз сама себя прокляла за то, что так упиралась за какие-то серёжки. Отдай она их, то всё бы обошлось. Сейчас бы она была с матерью и отцом, а не посреди прерии в компании преступника, у которого неизвестно что на уме.
Ну вот что на неё нашло в тот злополучный момент? Родители всегда твердили, что её несговорчивость, наглость и упёртость когда-нибудь выйдут боком. Вот и результат. Нашла время спорить из-за каких-то серёжек.
Сакура раздумывала над тем, что бы сказать бандиту, чтобы попытать счастье с собственным освобождением. Не выяснить ли сперва цель её похищения? Ну, было бы логично предположить, что бандит захочет получить за неё хороший выкуп. Да и предпосылки к этому имеются неплохие, ведь добыча у пособников оказалась крайне скудной.
Но что-то юной Харуно не особо верилось в удачный исход сего предприятия. Отец, хоть и нажил себе некое состояние, вряд ли отдаст всё за неё. Нет, он, возможно, и любил дочь, по-своему любил, но жадность и алчность с годами сделали своё чёрное дело.
Зеленоглазая красавица так и не решилась заговорить с похитителем. Он тоже не проронил более ни слова. Так они и проехали в тишине весь остаток дня. Ближе к сумеркам, когда солнце всё ниже и ниже клонилось к горизонту, окрашивая небо в лилово-оранжевые тона, вдалеке Сакура увидала реку.
Добравшись до реки, всадник спешился, взял коня под узды и повёл вброд, тщательно проверяя, куда животное ставит копыта. Река была не особо широкая, но довольно бурная в этом месте, образуя на камнях небольшие пороги. Глубина же в месте переправы доходила похитителю до середины голени.
Впереди темнела какая-то неровная полоса. Лишь через некоторое время Сакура поняла, что это холмы, поросшие лесом. Это не прибавляло энтузиазма юной Харуно, поскольку, кое-что зная о географии этих мест, леса находились довольно далеко от городов. Нет, до непроходимой чащи так быстро бы они не добрались, но и этого было достаточно, чтобы спрятаться.
До поросших лесом холмов пара добралась уже затемно. Это была лишь окраина, так что конь довольно свободно мог передвигаться между стволами деревьев. Когда же солнце практически скрылось, погрузив всё вокруг во мрак, похититель остановил коня, спешился, а затем помог спуститься девушке. Сакура едва не рухнула прямо на месте на землю, если бы мужчина тут же не подхватил её.
Хотя и чувствовала зеленоглазая красавица себя крайне унизительно, являя бандиту свою беспомощность, но всё же длительная верховая прогулка не могла не сказаться на её теле. Мышцы затекли от долгого сидения в одной позе, ног же девушка вообще почти не ощущала до той поры, пока кровь не начала быстрее циркулировать, обрушив на Сакуру поток многочисленных мерзопакостных покалываний, от которых она поморщилась и принялась торопливо растирать конечности.
Юная Харуно даже не сразу заметила, что осталась одна. Промашка стоила ей возможности спастись, поскольку, кое-как оклемавшись, девушка огляделась по сторонам, не заметив рядом бандита. Мужчина куда-то исчез, зато конь стоял на том же самом месте, где и был оставлен всадником.
Сакура, воровато оглядевшись, было осторожно направилась к животному, надеясь быстренько запрыгнуть в седло и ускакать, ведь пешком похититель вряд ли её догонит, как услыхала за своей спиной:
- Не советую. Он не потерпит чужака в седле без меня. Сбросит в мгновение ока, может даже и затоптать.
Зеленоглазая красавица сильно сомневалась, что у бандита столь умное животное, но всё же решила сделать вид, что сильно испугалась возможной угрозы, поэтому отпрянула от коня, усевшись на лежащее неподалёку бревно.
Мужчина тем временем свалил в кучу хворост, что собрал неподалёку, принявшись разводить костёр. Сакура же раздумывала о плане побега. Можно было, конечно, кое-что провернуть, но не факт, что бандит солгал относительно своего коня. Можно и пешком, но куда, в какую сторону ближе всего до какого-либо города?
От ужина, состоящего из вяленого мяса и сыра, Сакура отказалась, хотя осознавала всю глупость очередного своего бессмысленного упорства. Бандит же не стал переубеждать девушку, расстелив подле небольшого костерка одеяло.
Юную Харуно аж передёрнуло от мысли, что ей придётся спать вместе с этим человеком. Но больший шок она испытала, когда похититель постелил второе одеяло напротив, затем вынул из седельной сумки толстую верёвку, подошёл к Сакуре, взял недоумевающую девушку за руку, подвёл к месту, усадил на одеяло, а затем…
Зеленоглазая красавица аж рот открыла от наглости мужчины, когда он принялся обвязывать её талию верёвкой. Нет, участь быть связанной на ночь её бы не испугала, ведь всегда можно тайком, будучи укрытой ночным мраком, развязаться и попытаться сбежать. Но когда Сакура увидела узел, которым похититель завязал верёвку…
Девушка едва не застонала в голос от бессилия. Ей никогда не удастся развязать этот узел. Вряд ли и бандит сам его распутает. Остаётся только перерезать. Но где ей взять хороший нож, чтобы перерезать такую верёвку? Крайне сомнительно было бы предполагать, что бандит одолжит ей один из двух охотничьих, которые она видела в ножнах, притороченных к седлу.
Привязав другой конец верёвки к ближайшему дереву, похититель, оглядев свою работу довольным взором, взглянул на насупившуюся девушку, ухмыльнулся, прошёл к своему месту, улёгся, укутался получше, а затем проговорил:
- Сладких снов, красавица.
- И тебе побольше самых жутких кошмаров, - пробурчала едва слышно Сакура.
Как бы юная Харуно не старалась, справиться в течение ночи с узлом ей так и не удалось. Результатом стараний стали лишь три сломанных ногтя. В итоге пришлось проститься с возможностью удрать от бандита сейчас. Утром же, стоило солнцу показать свой сиятельный лик из-за горизонта, похититель поднял Сакуру, усадил в седло, в этот раз даже и не предложив ей позавтракать, и направился прямиком в лесную чащу.
- И где же Ваши манеры, сударь? - проговорила юная Харуно, когда желудок уже был готов прилипнуть к позвоночнику, требуя хотя бы чуточку пищи.
- О чём Вы, госпожа? - деланно удивлённым тоном поинтересовался мужчина.
- Я голодна.
- Вы прекрасно знаете, что я могу Вам предложить. Всё в сумке.
- Я желаю нормальную и горячую пищу. Жареного на костре мяса, к примеру.
- А карпаччо из оленины Вы не желаете?
- Нет. Вот перепелов в сметане, ещё и под клюквенным соусом…
- Могу предложить личинки в собственном соку. С любого поваленного дерева кору содрать, так выбор превеликий на самый взыскательный вкус.
- Хам, - бросила ему Сакура.
Бандит же лишь усмехнулся, промолчав на высказывание девушки. Какое-то время юная Харуно ещё строила из себя оскорблённую невинность, но вскоре не выдержала, попросив своего спутника передать ей сумку с припасами. Весь день они провели в лесу, сделав лишь пару остановок, чтобы отдохнуть. Во второй половине дня, когда лес постепенно становился всё гуще и гуще, оба спешились. До вечера путь их лежал по едва проходимой чаще. Сакура уже и не знала, что ей и думать. Куда он её ведёт?
Ответ пришёл ближе к закату, когда пара вышла из леса, оказавшись на поляне, где располагался домик. Сакура сперва решила, что данное строение принадлежит охотникам, ведь в такой глуши вряд ли кто ещё будет жить, но её чаянья вновь оказались развеяны суровой действительностью, когда она поняла, что домом владеет именно либо её похититель, либо кто-то из его подельников, иначе бы он не шёл сюда так целенаправленно.
Кругом стояла тишина, нарушаемая лишь редкими птичьими трелями и отдалённым шумом воды. Очевидно, где-то неподалёку протекает река, возможно даже, что это слышен рокот небольшого водопада.
Дом оказался довольно просторным. Хотя об этом Сакура могла судить пока лишь по гостиной, в которой и оказалась, войдя внутрь. Довольно большой камин занимал противоположную стену, повсюду стояла немногочисленная, но довольно добротная деревянная мебель.
Оставив дверь в дом открытой, мужчина направился заниматься конём. Зеленоглазая красавица лишь хмуро взглянула на чернеющий лес, поскольку бежать на ночь глядя, ещё и не зная даже приблизительного направления, по этой чаще он не видела никакого смысла.
Если логично подумать, то легче всего было бы добраться до реки, шум которой она слышала. Все населённые пункты строят именно у воды. Следовательно, двигаясь вдоль русла, куда-нибудь выйдешь рано или поздно.
Но, опять же, ночью это было провернуть крайне сложно. Она не охотник, не умеет толком ориентироваться в лесной чаще. Да и мало ли какие опасности поджидают в лесу. Любая палка может оказаться змеёй, кочкой может прикинуться яма, кустом обратится дикий зверь…
Вот за столь не самыми радужными размышлениями её и застал похититель, вернувшись в дом и затворив следом дверь. Сакура даже не удостоила его взглядом, хотя едва ли не кожей ощущала на себе его взгляд, от чего бросало в дрожь.
За всё то время, что они были в пути, мужчина так и не показал ей своё лицо. Это немного вселяло в юную Харуно надежду, что он не желает являть ей свою внешность, дабы она не опознала его после того, как он её отпустит, получив выкуп.
Мужчина отворил одну из дверей, жестом пригласив Сакуру пройти в комнату. Приняв гордый вид, словно совершенно ничего и не боится, девушка прошествовала в комнату. Бандит зажёг лампу, покоившуюся на столе, а затем, пожелав девушке спокойной ночи, при этом явно несколько насмешливым тоном, удалился.
Скрежет в замке возвестил Сакуру о том, что её заперли в комнате. Подойдя к широкому окну и раздвинув занавески, при этом заранее зная, что ничего путного не выйдет, девушка было попробовала его открыть, но ставни оказались каким-то образом заперты.
Обречённо выдохнув, зеленоглазая красавица уселась на кровать, оглядывая обстановку в комнате. Простая, но отличного качества деревянная мебель, состоящая из кровати, стула, стола, комода и шкафа. Вот, пожалуй, и всё, что было в комнате.
Сакура, решив не раздеваться, легла на постель, с удивлением обнаружив довольно удобную перину и подушку. Укутавшись в одеяло, девушка ещё некоторое время просто смотрела в чёрный потолок, не представляя, что же делать дальше.
Юная Харуно с грустью подумала о родителях, которые явно вне себя от горя. А она их так подставила. Что же теперь будет? Погрузившись в свои не самые приятные мысли, зеленоглазая красавица забылась сном.

Похитители. Глава 3

Вопреки своим ожиданиям, мучивших девушку накануне вечером, Сакура проснулась ближе к полудню. Как бы юная Харуно не хорохорилась, но моральная и физическая усталость взяли над ней верх. Таким образом, девушка довольно крепко проспала всю ночь и утро, абсолютно ни на что не реагируя.
Немного полежав, Сакура поднялась с постели, принявшись бесцельно слоняться по небольшой комнате. При свете дня ей удалось более детально рассмотреть своё нынешнее место жительства на неопределённый срок, но особо большого толку от этого не было.
В доме царила тишина. С улицы, казалось, тоже не доносилось ни звука. Лишь подойдя к окну и прислушавшись, Сакура смогла расслышать тихое пение какой-то лесной птахи. Ещё раз проверив оконную раму, но лишь скорее для проформы, чем в надежде на успешное открытие окна, Сакура, вздохнув над столь ожидаемой неудачей, вернулась к постели, усевшись на матрац.
Тишина навела юную Харуно на мысль, что преступник, похитивший её и доставивший в этот домик в самой чаще леса, куда-то ушёл. С одной стороны, это радовало девушку, ведь покуда ей ничего не угрожало. Но вот с другой стороны…
Какое-то время Сакура старательно пыталась не обращать внимания на подсказки природы, но чем больше проходило времени, тем сильнее девушка начинала нервничать. В итоге зов природы всё же взял верх над бренным телом юной Харуно, поэтому зеленоглазая красавица подлетела к двери, принявшись со всей силы колотить по деревянной преграде кулаками и ногами.
– Немедленно отоприте дверь! – крикнула Сакура. – Слышите? Эй, есть тут кто-либо?
На её крики не последовало ответа, чему, собственно говоря, Сакура и не удивилась. Юная Харуно кинулась к окну, всё же решив попытать счастье, но рама оказалась столь прочно затворена на какой-то невидимый девушке засов, что открыть даже чуточку и одну створку не удалось.
Прорычав нечто не шибко лицеприятное в адрес похитителя, запершего несчастную девушку в этой комнате, юная Харуно вновь кинулась к двери, принявшись лупить по ней со всей силы, хотя и осознавала всю тщетность своих действий.
– Мерзавец! Негодяй! Я тебе это не прощу!
Опустившись на пол подле двери, Сакура была готова разрыдаться. Лишь бурлившая в ней ярость не давала покуда слезам найти путь наружу. Поднявшись с пола и устроившись на постели, сжавшись в комочек на матраце, зеленоглазая красавица принялась медленно раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь унять мучительные позывы природы, но ничего не выходило. С каждой минутой становилось всё невыносимей.
– Чего раскричалась?
Сакура в мгновение ока подскочила к двери, вцепившись пальцами до побеления костяшек в ручку. Так этот негодяй всё это время, пока она страдала в муках, был поблизости, но даже не удосужился прийти ей на помощь?
– Отопри дверь! – рявкнула юная Харуно.
– А где «пожалуйста»?
В голосе мужчины была отчётливо слышна ирония, которая распалила злость Сакуры просто до неимоверных размеров. Девушка откровенно не видела причин так подло потешаться над её страданиями.
– Немедленно открывай!
– Леди, Вы за ночь где-то подрастеряли вежливость?
– Я тебе сейчас эту вежливость знаешь куда засуну? – зарычала Сакура, уже мысленно представляя себе, что именно она сотворит с подлым негодяем, когда выберется из западни.
В том состоянии, в котором и пребывала на данный момент зеленоглазая красавица, не было никакого смысла даже пытаться выудить из неё хоть каплю вежливости. Девушка уже едва сдерживалась, её трясло, зубы сводило от напряжения…
– Вот пока культурно не станешь общаться, то не собираюсь впредь вообще вести с тобой диалог, – усмехнувшись, заявил бандит.
Сакура едва не застонала в голос, когда услышала стук каблуков его сапог по деревянному полу. Сейчас ей безумно хотелось его удавить.
– Немедленно открой, иначе я наделаю лужу прямо посреди комнаты! – закричала девушка, окончательно потеряв остатки самообладания.
Тихие шаги замерли, воцарилась на несколько мгновений тишина, после чего юная Харуно услышала:
– Вот сама и будешь вытирать.
Всё, это был предел.
– Ах ты…
Все дальнейшие слова не подлежат описанию в связи с жёсткой цензурой. Такие речи сделали бы честь самому заправскому пьяному сапожнику, заставив залиться краской стыда даже самых отпетых матерщинников. Приличной и благовоспитанной юной леди не пристало даже думать о подобном, не то что знать, а уж тем более и произносить такие выражения. Но Сакура была на грани, так что не видела никакого смысла вести себя с бандитом так, как полагается леди.
– Помедленнее, я записываю, – протянул бандит, когда Сакура сделала небольшую паузу, переведя дыхание.
Не успела зеленоглазая красавица продолжить более детально описывать похитителю всё то, что она о нём думает, как дверь неожиданно отворилась.
– За домом увидишь апартаменты, – усмехнулся мужчина, предусмотрительно отойдя в сторону. – Не промахнёшься.
Рыкнув, Сакура бросилась прочь от места своего заточения в указанном направлении. Как и говорил бандит, столь остро необходимое ей место нашлось сразу же, стоило юной Харуно завернуть за дом.
Сделав свои дела, Сакура было направилась обратно в дом, когда вдруг осознала одну вещь. Эта мысль столь внезапно ворвалась в её сознание, что девушка даже замерла на месте. А дело было в том, что она вечером отчётливо слышала скрежет в замке, когда её похититель запер дверь в комнату, куда и поселил на неопределённый срок зеленоглазую красавицу, зато, когда он отворил недавно всё ту же дверь, не было слышно ни звука.
Данный факт поразил Сакуру. Неужели всё это время дверь в её темницу была открыта? Юная Харуно не была уверена, что просто-напросто не расслышала скрежет ключа в замочной скважине, войдя в раж скандала с бандитом.
Нет, Сакура была твёрдо убеждена, что дверь в комнату была на момент её открытия не заперта. Тогда что же получается? Юная Харуно аж вспыхнула от стыда и ярости, стоило ей помыслить о том, что бандит приходил в её комнату утром, если вообще не посреди ночи, воспользовавшись тем, что девушка, безумно устав, крепко спала, а затем…
Зеленоглазая красавица обхватила себя руками, стараясь унять нервную дрожь в теле. В том, что этот человек входил в её комнату, когда девушка спала, юная Харуно ни капли теперь уже и не сомневалась. И всё же, стоило ей пробудиться, Сакура не испытала какого-либо дискомфорта, свидетельствующего о каких-либо непотребных действиях бандита в отношении её персоны.
Сакура принялась лихорадочно вспоминать все события после своего пробуждения. Всё, вроде как, было на местах. Да и не было в комнате чего-то такого уж, что могло бы срочно понадобиться этому человеку. Тогда зачем он приходил? Крайне сомнительно, что попросту пожелал открыть дверь, тем самым позволив своей пленнице воспользоваться возможным шансом на побег.
Неужели дело действительно в этом? Неужто бандит отсиживался где-либо в засаде, ожидая, попытается ли его жертва сбежать? Но для чего ему это нужно было? Или он решил развлечься таким вот образом? Попросту хотел, чтобы девушка сама нарвалась на наказание, неминуемо последовавшее бы за её побегом?
– Сударыня, коли Вы окончили свой утренний моцион, то будьте столь любезны пройти обратно в хоромы.
Насмешливый голос вернул юную Харуно в реальность, прервав её размышления о коварстве мужчины, стоящем в данный момент неподалёку, скрестив руки на груди и наблюдая пристально за действиями девушки.
– А если я желаю подышать свежим воздухом?
Сакура не была намерена так просто идти на поводу у похитителя, хотя и осознавала всю абсурдность данного действа. Всё же злить мужчину в подобных обстоятельствах было не самым разумным решением, но юная Харуно не могла позволить себе простить этому негодяю всё то унижение, которому он её подверг.
– Как пожелаете, – протянул бандит, слегка склонив голову в поклоне. – Но по лесу гулять я бы не советовал.
– Отчего же?
– Мало ли. Всякое бывает, – пожал плечами мужчина. – Лес таит множество опасностей.
Сакуру так и подмывало ляпнуть что-то о том, что главная опасность для всех и вся лишь в том, что такой негодяй, как тот самый бандит, стоящий в данный момент перед нею, вообще ходит по этой земле, но всё же своевременно прикусила язычок. Да и не время было сейчас с ним ввязываться в склоки. Сбежать, даже если и позволит пройтись немного по лесу, бандит ей явно не позволит, прекрасно осознавая, что девушка только об этом и помышляет. А малейшая её попытка на побег может лишь усугубить и без того не самое приятно времяпрепровождение в этом месте.
И бежать сломя голову не было смысла, поскольку юная Харуно не знала даже приблизительного направления, куда можно податься в случае удачного побега. Сперва не мешало бы осмотреться, прикинуть всевозможные варианты… А уже затем и поразмыслить над тем, как бы оставить негодяя с носом.
Гордо вздёрнув подбородок, зеленоглазая красавица направилась обратно в столь ненавистный ей дом, демонстративно игнорируя бандита. В служившую ей ночлегом комнату, собственно говоря, Сакура не собиралась заходить, вольготно расположившись на стуле в просторной комнате, служившей в доме залом.
Мужчина вошёл в дом следом за юной Харуно, хмыкнул, узрев по-хозяйски расположившуюся девушку, прикрыл входную дверь, а затем направился в соседнюю комнатку. Вскоре оттуда до слуха Сакуры донёсся звон посуды, тем самым дав девушке понять, что в том направлении находится кухня.
Желудок зеленоглазой красавицы мгновенно среагировал, давая знать своей обладательнице, что не прочь хорошенько подкрепиться. Сакура продолжила с невозмутимым видом сидеть на стуле, ожидая, когда же её похититель принесёт ей поесть. Но каково же было удивление юной Харуно, когда мужчина, показавшись из кухни, окинув её взглядом, поплёлся на вход из дома, держа в руках кружку с каким-то напитком и большой бутерброд с сыром и копчёным мясом.
– И что это всё значит? – протянула недовольным тоном Сакура.
Мужчина замер на пороге, обернулся, смерив взглядом, который она охарактеризовать не могла из-за тени от полей шляпы, скрывающей его глаза, юную Харуно, а затем проговорил:
– А что не так-то?
– Где моя еда? – немного более раздражённо, нежели поначалу планировала, спросила девушка.
– А я тут причём?
Негодованию юной Харуно не было предела. Это что же получается, этот негодяй не собирается её вообще кормить? Кто знает, сколько он намерен её тут продержать. Да она же с голоду ноги протянет. Не успела Сакура оформить гневную тираду в адрес её похитителя, как мужчина произнёс:
– Ежели желаете перекусить, сударыня, то сами и готовьте. Я не нанимался в слуги.
Не дожидаясь ответной реакции поражённой его словами девушки, её похититель молча вышел из дома, затворив входную дверь. Сакура же так и осталась сидеть на стуле, тупо пялясь в то самое место, где недавно стоял мужчина.
Нет, это было просто неслыханно. Пусть зеленоглазая красавица и не была доку по части пребывания в плену, но всё же как-то поведение этого человека не укладывалось в разумные рамки. Хотя…
Сакура вскочила со своего места и бросилась в кухню, при этом каждое мгновение ожидая, что её похититель вот-вот ворвётся следом, смеясь над её наивной попыткой. Но вышло ещё хуже, нежели она предполагала ранее.
Юная Харуно лелеяла надежду, что в кухне, как и полагается, она отыщет хороший нож, который можно будет в случае чего пустить в дело. Убить мужчину она не сможет, в этом Сакура прекрасно отдавала себе отчёт. Всё же её похититель намного сильнее и опытнее, нежели слабая девушка. Да и вообще... лишить человека жизни... И всё же хороший нож мог пригодиться впоследствии.
Но каково же было удивление зеленоглазой красавицы, когда она не смогла обнаружить даже самого крохотного и затупленного ножичка. Сакура едва не застонала в голос. Её вновь провели с такой лёгкостью, словно она какая-то сопливая девчонка.
Юная Харуно скрипнула зубами от досады, принявшись рыскать в поисках продуктов. Нашлось то самое копчёное мясо, сыр, немного картофеля и хлеб. И ничего, чем бы это всё можно было порезать на части.
Тогда как же бандит сделал себе бутерброд? Сакура едва саму себя не отругала за глупость. Вполне естественно, что мужчина, позволив ей расхаживать по дому, предусмотрительно убрал всё, что она могла бы использовать против него. А отличный охотничий нож у него имелся на поясе, насколько Сакура могла припомнить.
Юная Харуно взглянула на добытые ею съестные припасы. Что же, буханку хлеба она сможет с лёгкостью разломить. С сыром больших проблем тоже не должно возникнуть. В крайнем случае его можно ручкой ложки порезать. Но что делать с мясом? Не станет же она одичало вгрызаться в копчёную лопатку?
Решив не унижаться, пытаясь разделать мясо, тем самым порадовав своего мучителя, Сакура удовольствовалась лишь хлебом и сыром, а в качестве напитка заварила себе чай. Более ничего съестного девушке отыскать так и не удалось, что наводило на не особо приятные размышления. Оставалось надеяться, что припасы либо будут подвезены кем-то из сообщников похитителя в ближайшее время, либо они хранятся в каком-то укромном месте, например, в подполе.
До самого вечера мужчина так и не появился пред светлы очи юной Харуно, чем несказанно удивил девушку. Едва ли не каждое мгновение ожидая какого-то подвоха, Сакура пребывала большую часть дня на нервах. Лишь ближе к заходу солнца она несколько расслабилась.
Пока её похититель отсутствовал, зеленоглазая красавица осторожно обшарила дом. Но все её попытки отыскать что-либо ценное и пригодное для самозащиты от мужчины не увенчались успехом. Дом был словно необитаем. Складывалось впечатление, что сюда либо крайне редко наведываются охотники, либо намеренно вывезли всё имущество. Юная Харуно почему-то, хотя и сама себе не могла объяснить такую уверенность, склонялась скорее ко второму варианту.
Сакура проверила даже сарай, но и там ничего не удалось найти. Даже коня, на котором и уехал в неизвестном направлении мужчина. Явился её похититель в тот момент, когда солнце практически скрылось за горизонтом. Густой лес давно погрузился во мрак, все звуки стихли…
Измученная неизвестностью девушка в это время сидела в комнатке, которую и отвёл прошлым вечером в качестве спальни ей бандит. Она слышала ржание коня, когда мужчина подъехал к дому, слышала его шаги по деревянному полу дома… Но выходить и уж тем более разговаривать с ним Сакура не собиралась.
– Леди, как прошёл Ваш день?
Юная Харуно лишь фыркнула в ответ. Неужели он и в самом деле полагает, что она станет с ним любезничать, стоит ему проявить себя джентльменом? Было бы так, то не захватил бы её в плен, не держал бы на хлебе и воде…
Прошло немного времени, и в дверном проёме комнатки Сакуры появился высокий мужчина. Её похититель смерил девушку долгим и задумчивым взглядом, а затем проговорил:
– Если Вы голодны, то я кое-что привёз.
– Какое счастье, – отозвалась юная Харуно. – Мне это в сыром виде съесть или приготовить дозволите, сударь?
– Это уже на Ваше усмотрение, госпожа, – усмехнулся мужчина. – Но я бы не стал есть эту рыбу сырой. Мало ли.
Рыбу? Так он был всё это время на рыбалке? Сакура едва не застонала в голос. Он вовсе не следил за ней, не пытался подловить на побеге, а в самом деле отсутствовал. Неужели она так бездарно упустила столь удачный шанс для побега? Нет, ей явно не везёт в этой жизни.
– Ещё бы, и так состоите из одних глистов, – зарычала разгневанная столь отвратительной неудачей девушка. – Куда же ещё-то добавлять?
Мужчина усмехнулся, развернулся на каблуках и удалился прочь, оставив зеленоглазую красавицу терзаться в одиночестве своими мыслями. И всё же она действительно была голодна, поэтому Сакура, всё же кое-как пересилив себя, решила выйти из комнаты, надеясь, что её похититель сжалится, поделившись рыбкой.
Собственно, мужчина в этот раз действительно проявил себя более галантно, нежели ранее, предложив девушке тарелку с тремя крупными рыбинами, только что зажаренными им на костре подле дома. Названия этих рыб юная Харуно не знала, но на вкус они оказались просто великолепными. Хотя Сакура списала это на свой ужасный голод.
На ночь зеленоглазая красавица, дождавшись, когда мужчина, как и в прошлый раз, закроет дверь её комнатки на ключ, подпёрла ручку спинкой стула таким образом, что так легко у бандита не должно было более получиться войти.
В этот раз Сакура спала не очень хорошо, ожидая всякий раз, что её похититель вот-вот попытается войти в комнату. Но ничего подобного не происходило. В доме стояла полная тишина, словно кроме юной Харуно в нём и не было более ни одной живой души.
Пробудившись поутру, Сакура первым делом бросилась проверить дверь. И каково же было её удивление, граничащее с испугом, когда замок вновь оказался не заперт. Выходило, что её похититель ближе к утру отворяет замок. Но целей его девушка покуда понять не могла.
Решив пока не покидать комнату, зеленоглазая красавица уселась вновь на постель, принявшись рассуждать о том, что же ей далее предпринять. Пока её похититель не выказал ни единого намерения причинить ей вред, но ведь всё может измениться в любой момент.
Этот день не принёс никаких более сюрпризов. Разве что бандит где-то сумел отыскать парочку диких гусей. И того факта, что юная Харуно вновь упустила шанс сбежать. Сакуру поразило и то, что мужчина довольно отменно готовит, хотя она себя попыталась убедить, что, живя вот в таких условиях, поневоле научишься и не такому.
На третий же день её пребывания в этой хижине Сакура была разбужена стуком с улицы. Выглянув в окно, она едва смогла заметить причину, поднявшую её в столь ранний час с постели. Её похититель рубил дрова.
Решив пока не терять время, Сакура помчалась в кухню, где набрала в таз тёплой воды, которую и понесла в свою комнату, дабы помыться. Ванной, как таковой, в доме не наблюдалось. Было корыто, для которого необходимо было натаскать и нагреть воду, но её похититель заявил однажды, что, ежели она желает помыться, делать это всё будет сама.
Естественно, Сакура была в бешенстве, но всё же мыться целиком пока не была готова, хотя безумно хотелось. Приходилось пока довольствоваться вот таким вот скорым мытьём из тазика, обтираясь мокрым полотенцем.
Юная Харуно больше опасалась не физической нагрузки в момент приготовления ванны, а того, что её похититель может нагло подсмотреть за её омовениями. Такого удовольствия ему девушка доставлять не собиралась.
Поставив таз с водой на пол, юная Харуно подпёрла дверь стулом, что вошло у неё уже в привычку, а затем принялась раздеваться. Естественно, вздумай мужчина вломиться в её комнату, стул вряд ли его остановит, но это было единственной защитой, которую Сакура смогла изобрести в тех условиях, в каких она находилась в данное время.
– Эй, теме, где тебя носит?
Сакура аж вздрогнула, услышав громкий голос неизвестного ей мужчины. Хотя где-то глубоко в подсознании билась мысль, что она его где-то уже слышала. Но где?
– Теме? Ты где?
И тут юную Харуно словно осенило. Конечно, это же тот самый бандит, который и собирал награбленное в том вагоне, в котором она ехала с родителями, а затем и прострелил руку одному мужчине, который попытался его застрелить.
Её похититель уже давно не колол дрова, куда-то вновь запропастившись, поэтому Сакура принялась нервно оглядываться то на дверь, то на окно. Теперь их тут двое. Или же напарник её похитителя приехал не один, а со всеми остальными подельниками?
– Чего разорался, добе?
Судя по голосу, мужчина был в сарае. Сакура прильнула к окну, пытаясь уловить разговор мужчин, хотя это оказалось крайне сложным делом.
– Я тебя зову, зову, а ты не встречаешь и не отзываешься.
– Чего припёрся?
– Как грубо.
– Переживёшь.
– Я к тебе с новостями, а ты…
Сакура никак не могла определить, шутят мужчины между собой или всерьёз ругаются, поскольку голос её похитителя был абсолютно бесстрастен, зато тон его собеседника с каждой фразой менялся с обидчивого до задиристого.
– Что-то интересное?
– Ну… А где девушка?
Юная Харуно едва не отпрянула от окна в страхе, надеясь уловить хоть что-то полезное для себя из разговора мужчин.
– А тебе какое дело, добе? – недовольным тоном поинтересовался её похититель.
– Интересуюсь просто, теме. Может, ты её тут обижаешь.
– Её обидишь. Ладно…
Мужчина умолк, и Сакура невольно прижалась плотнее к стеклу, надеясь расслышать их дальнейший диалог. Но каково же было её разочарование, когда она смогла разглядеть лишь удаляющиеся от дома фигуры двоих мужчин.
Зеленоглазая красавица всхлипнула от досады, повалившись на постель. Похоже, ей не суждено было что-либо узнать. Возможно, сообщник её похитителя привёз какие-то новости о ней, о её родителях, о том, как продвигаются её поиски, но это предназначалось не для её ушей, так что мужчины предприняли все меры предосторожности, чтобы она ничего не смогла расслышать.
Спустя некоторое время юная Харуно услышала шаги в доме. Очевидно, что оба бандита сейчас в зале. Разговаривали они между собой довольно тихо, поэтому через дверь Сакуре ничего не удалось разобрать.
– Леди, обед готов! – услышала она громкий голос своего похитителя.
Немного подумав, Сакура всё же решила выйти из комнаты. Надежды, что сможет увидеть лицо второго мужчины, у неё были мизерные, поскольку тот, который и похитил её, все эти дни появлялся пред её очами исключительно в широкополой шляпе и с платком на лице.
Войдя в зал, зеленоглазая красавица увидела второго мужчину, который и прибыл недавно. Он сидел к ней спиной, что-то рассматривая в руках. Когда он услышал её шаги, то обернулся, внимательным взглядом скользнув по её фигуре.
Юную Харуно несколько передёрнуло от такого изучающего взгляда, но она постаралась не подать вида, что напугана. Сейчас Сакура имела прекрасную возможность вновь оценить внешность этого человека. Хотя лицо, как она и думала прежде, было скрыто.
Но именно благодаря маске из платка, закрывавшей большую часть лица мужчины, Сакура смогла оценить разительную разницу между её похитителем и его сообщником. У одного голос вечно недовольный, полный какой-то глубокой грусти, даже обиды. У второго же голос мягкий, задорный, словно в жизни этот человек крайне позитивный.
Но особую разницу между ними представляли именно глаза. Только их в полной мере девушка и могла рассмотреть в мужчинах. У её похитителя очи были чёрные, словно небо безлунной ночью. Зато у его напарника глаза были оттенка весеннего неба.
Размышления Сакуры о различиях двух бандитов прервал её похититель, вошедший в дом с каким-то свёртком в руках. Увидев Сакуру, он жестом указал ей на дверь кухни, проговорив следом:
– Леди, еда на столе. Можете пока выбрать себе кусочек посочнее.
– Вы сама галантность, – фыркнула Сакура.
Прекрасно осознавая, что при ней ни один из мужчин и словом о деле всё равно не обмолвится, так что нечего лишний раз их раздражать своим присутствием, Сакура пошла в кухню, где отыскала свёртки с копчёным окороком, сыром, крынкой молока, овощами и зеленью.
Что же, очевидно, что напарник её похитителя привёз еды своему товарищу. Это означало лишь то, что они тут надолго. Ничего хорошего это не предвещало. Глубоко вздохнув, Сакура положила себе на тарелку немного овощей, хлеба и сыра, налила молока в кружку и направилась в свою комнату.
Мужчины, сидящие по-прежнему в зале, проводили её внимательным взглядом. Лишь когда за девушкой затворилась дверь, прибывший бандит заговорил, обращаясь к своему товарищу:
– И что ты решил?
– Ничего, – вздохнул тот. – Мне нужно подумать ещё немного. Нельзя ошибиться.
– Времени мало. Мне ещё нужно ответ доставить.
– Заночуешь?
– Да, – кивнул мужчина. – Заодно и обдумаем вместе сложившуюся ситуацию.
– Ладно, тогда я тебе тут постелю. Не против?
– О чём речь, хоть в сарае. Забыл, что и не в таких условиях ночевали?
– Да помню я, – с грустью в голосе выдохнул черноглазый. – Только ведь тогда обстоятельства были иными.
– Так, не раскисай. Помочь пока чем?
– Пойдём на улицу, поговорим. А то не сомневаюсь, что она тут ушки сейчас греет.
Последняя фраза была произнесена насмешливым тоном. Друг похитителя девушки отреагировал на данное высказывание тихим смехом, а вот сама Сакура, которая действительно пыталась подслушать диалог мужчин, рыкнула и едва подавила в себе желание заехать кулаком по двери в порыве ярости.
Что же, теперь их тут двое. Один уедет либо завтра, либо через день, ежели не случится ничего из ряда вон выходящего. В это время юной Харуно следовало удвоить бдительность. Кто знает, что придёт в голову мужчинам. Сакура опасалась даже подумать теперь о своём будущем.

Похитители. Глава 4

- Нужно сообщить о похищении Сакуры её жениху, - проговорила госпожа Харуно, глядя на пляшущие в камине языки пламени. - Быть может, он…
- Не смей об этом даже заикаться! - рявкнул Кизаши.
Мебуке вся сжалась. Кизаши уже давно был вне себя от злости, так что в любой момент мог выплеснуть свою ярость на неё. И всё же женщина не могла молчать, ведь на кону стояла судьба её родной дочери.
- Но он ведь может помочь. У него есть деньги, связи…
- Именно, - прошипел её супруг, подходя ближе. - И этого всего мы можем лишиться в одно мгновение, стоит раскрыть рот о похищении Сакуры.
Госпожа Харуно подняла на мужа удивлённый взгляд. Женщина искренне недоумевала, что именно хочет сказать этим мужчина. Тем временем Кизаши вновь принялся мерить шагами комнату гостиницы, где он с супругой временно остановились.
- Подумать только, - говорил он, словно вёл диалог вслух сам с собой, - всё шло так идеально, но рухнуло в один миг из-за очередной выходки какой-то девчонки. Вот нужно было ей вцепиться в эти треклятые серьги.
- Но они были ей очень дороги, - произнесла Мебуке. - Ты ведь знаешь, что она сама их сделала. Столько времени потратила.
- Да плевать я хотел на это! - вновь крикнул мужчина, резко обернувшись в сторону жены. - Ей какие-то паршивые серёжки оказались дороже чести родителей.
- О чём ты говоришь?
- Да всё о том же самом. Ты только подумай теперь, что с нами будет.
- С нами? - недоумевала Мебуке. - Причём тут мы, когда наша дочь в руках бандитов? Кто знает, что они…
- Вот именно об этом я тебе и толкую, - прорычал Кизаши, вновь приблизившись к жене. - Прознай люди, что Сакура попала в руки бандитов, то на нас сразу же все станут указывать пальцем.
- Пальцем? - возмутилась светловолосая женщина. - Да как ты можешь?..
- Замолчи! Я столько трудился, такие надежды возлагал, мечтая устроить удачный брак для Сакуры. А что в итоге? Да кому она теперь будет нужна, когда выяснится, что её уже кто-то из преступников попользовал?
Мебуке едва не задохнулась от обуревавшего её возмущения. Она и подумать не могла, что Кизаши может вот так вот отзываться о дочери.
- Неужели тебе положение в обществе и деньги дороже жизни и здоровья дочери?
- А ты вновь хочешь жить впроголодь, считая монетки? Нет уж, я не собираюсь снова возвращаться к бедности. Я не для этого столько сил положил, чтобы выбраться из этой ямы. А теперь все мои старания оказались под угрозой благодаря очередной выходке этой девчонки.
Мебуке не могла даже рта открыть, чтобы хоть что-то сказать мужу. Она была до такой степени ошеломлена, что просто была не в силах осознать до конца происходящее.
- Сколько она портила мне жизнь, а, Мебуке? Вспомни, что она постоянно вытворяла. Да нас едва на смех не подняла. Тебе приятно, когда ты идёшь по городу, а на тебя все указывают пальцем, косятся и шепчутся в сторонке? Лично меня от этого уже воротит. И всё из-за её постоянных причуд.
- Сакура лишь пыталась найти своё место в жизни, - едва слышно проговорила блондинка. - Она делала то, что ей нравилось.
- Своё место в жизни? - прорычал Кизаши. - Её место подле мужа. Она должна рожать ему наследников, молчать и выполнять все его желания. А вместо этого эта поганка… Нет, я знал, чувствовал, что добром её выходки не закончатся.
- Кизаши…
- Ты будешь молчать, поняла? - прошипел мужчина, подойдя к жене. - Никто не должен знать, что Сакура попала к бандитам. Коли этот поганец шериф выполнит свою работу, вызволив девчонку из лап преступников, то и отлично. Но никто ничего знать не должен, ясно тебе?
- Но…
- Вот в тебя-то она и пошла характером, - рыкнул господин Харуно. - Вместо подчинения мужу, как и положено женщине, вы обе пытаетесь прыгнуть выше своей головы. И ладно бы только себя на посмешище выставляли, но вы и меня за собой тянете. Я сказал, значит, так и будет. Ты либо выполнишь, либо пожалеешь. Поняла меня или нет?
С этими словами Кизаши ударил кулаком по спинке кресла, в котором сидела женщина, прямо подле её головы. Мебуке сжалась от страха, но не проронила ни слова. Когда же мужчина схватил её за предплечье и с силой сжал, что на глазах у Мебуке выступили от боли и страха слёзы, она проговорила:
- Поняла.
- Вот когда Сакура, - продолжил Кизаши, глядя на испуганную супругу, - окажется на свободе, мы её отправим на обследование, причём не в своём городе. Если выяснится, что девчонка не пострадала от… рук бандитов, тогда смело можно будет везти её к жениху, если только он до того момента не передумает, решив, что мы, затягивая свадьбу, пытаемся его надуть.
- А если они что-то ей сделают?
- Тогда я сдам её в монастырь. Её уже всё равно никто не возьмёт в жёны. А посмешище мне не нужно. Из-за неё я не собираюсь страдать.
Кизаши вышел из комнаты, а Мебуке залилась слезами. Она и раньше, конечно, замечала, что муж не отличался особо тёплыми чувствами к Сакуре, а в последнее время его вообще словно подменили. Но такого женщина не ожидала услышать даже в самых страшных кошмарах.
Неужели для её супруга дочь всё это время являлась лишь капиталовложением? Да, Мебуке догадывалась уже довольно давно, что эта свадьба не просто так была оговорена между Кизаши и тем человеком. Но всё же блондинка в глубине души надеялась, что Сакуру хотят взять в жёны не из-за смазливого личика и привлекательного тела, а по любви.
Теперь же женщина глубоко сомневалась, если взять во внимание слова мужа, что Сакуру ждёт счастливая жизнь. Возможно, конечно, что жених девушки действительно питает к ней тёплые чувства, но из-за поступков Кизаши даже попытаться разузнать об этом не представлялось возможным.
Но что же действительно произойдёт, если Сакура… пострадает, будучи в плену у бандитов? Тут уж госпожа Харуно не могла не согласиться со словами супруга, что в данном случае девушка не будет нужна никому в качестве жены. Лишь в самом крайнем случае. Ни один мужчина, заботящийся о своей чести и чести семьи, не станет рисковать связью с опороченной девушкой. А если она ещё и повредится рассудком впоследствии...
Да, это было отвратительно. Общество слишком предвзято относится к женщине, подвергшейся насилию или имеющей любовную связь на стороне, откровенно презирает, зато совершенно не обращает внимания на мужчин, которые ведут весьма разгульный образ жизни, причём в основном даже и не скрывая свои похождения.
Мебуке не знала, что ей и делать. Оставалось лишь молиться, чтобы шериф и его люди поскорее отыскали её дочь, при этом надеяться, что девушка не пострадала. Что будет в противном случае, женщина не могла даже и подумать, чтобы не щемило от боли сердце.

***

- В общем, шуму мы наделали много, но…
- Но всё это шустро замяли, - усмехнулся черноглазый мужчина, взглянув на проплывающие по небу облака.
Мужчины отошли немного от дома, став на достаточном расстоянии так, чтобы им было всё хорошо видно, ни никто не смог бы расслышать их диалог или прошмыгнуть мимо незамеченным.
- Как-то так. В общем, мне удалось продать побрякушки, так что я привёз тебе всё то, что удалось купить на вырученную сумму.
- Я же просил тебя этого не делать.
- А куда я бы их дел? - развёл руками голубоглазый. - А так хоть на первое время хватит.
- Этих крох? Наруто, ты неисправим, - закатив глаза, проговорил мужчина.
- Нормально всё. В следующий раз привезу тебе больше вкусностей.
- Как там парни?
- Да что с ними будет, - махнул рукой голубоглазый мужчина. - Всё отлично. Следят за обстановкой.
Наруто уселся на пень, на котором обычно обитатели этого домика кололи дрова, поднял щепку и принялся что-то ею рисовать на земле.
- Ладно, ты ко мне припёрся явно не поболтать. Выкладывай всё до конца.
- Саске, почему ты такой злой? - с обидой в голосе протянул Наруто. - Может, я соскучился по тебе.
- Ты мне зубы не заговаривай.
- В общем, тут такое дело… - голубоглазый взъерошил волосы на затылке, стараясь смотреть куда угодно, лишь бы не на друга.
- Выкладывай, - в нетерпении проговорил Саске.
- Вот, - Наруто извлёк из кармана сложенный вчетверо лист бумаги. - Это для тебя.
- И что в нём? - поинтересовался черноокий мужчина, беря письмо в руки, при этом глядя на друга.
- А мне откуда знать? - пожал плечами Наруто. - Я ведь твой друг.
Саске присел на корточки подле Наруто, при этом поглядывая в сторону дома.
- Я в курсе, что ты мой друг, поэтому и спрашиваю, что в письме, чтобы не тратить время на прочтение.
- Да как ты можешь так обо мне думать? - Наруто буквально пылал от негодования. - Я думал, мы… А ты…
- Хватит орать, рассказывай, - проговорил Саске, слегка нахмурившись от громких криков друга.
- Кое-кто рвёт и мечет, - протянул голубоглазый. - Ты лучше сам прочти, там для тебя послание.
- Ладно. Потом прочту, - вздохнув, Саске вновь взглянул на небо, а затем обратился к другу: - Хочешь, я тебе кое-что покажу?
- Что? - оживился Наруто.
- Пойдём в дом. Время уже много… В общем, скоро узнаешь.

***

Сакура сидела на постели в ставшей теперь на неопределённое время своей комнатке, раздумывая над тем, что же теперь ей делать. Главным сейчас для девушки был отъезд второго бандита. С одним-то она как-нибудь справилась бы, но вот с двумя…
А не появится ли ещё кто-нибудь в ближайшее время? Вот только этого ей и не хватало. Хотя такой вариант развития событий более чем возможен, ведь подельников, насколько она помнила, было много. А скольких она ещё и не видела?
И всё же следовало попытаться придумать хоть мало-мальски подходящий план. Что-либо предпринять даже против черноглазого бандита было довольно сложно. Мужчина обладал крепким телосложением, так что физически Сакура ну никак не смогла бы ему что-то противопоставить. При этом девушка уже смогла убедиться в его ловкости и смекалке.
Помимо всего прочего, для юной Харуно основную проблему вызывала постоянная наблюдательность бандита. Он контролировал едва ли не каждый её шаг, жест, тем самым лишая девушку хоть малейшей возможности действовать. Вроде бы и нет его рядом, но в то же время, стоило Сакуре попытаться что-то разыскать, как он оказывался поблизости.
Сбежать можно было попробовать, ведь черноглазый мужчина уже пару раз отлучался довольно на длительное время, прекрасно осознавая, что девушка, опасаясь ловушки с его стороны, никуда не денется. Так и оказалось в итоге, что безумно злило Сакуру.
Но даже не в этом была суть. Рискнуть всегда можно. Но куда бежать, ведь кругом дикий лес? Да, зеленоглазая красавица знала, что где-то неподалёку есть вода. Возможно, протекает река, ведь шум исходил на подобии водопада. А где река, там и поселения людей, нужно лишь идти по течению.
Да, логично, но тут появлялась ещё одна проблема. Стоит бандиту не найти её в доме, то он сразу же помчится на её поиски. А у реки найти её не составит труда. При всём этом Сакуре по какой-то причине казалось, что этот человек прекрасно ориентируется в лесу, так что отыщет её в два счёта по следам. Да и местность ему эта явно отлично знакома.
Идти по лесу, но держаться так, чтобы река была постоянно с одного боку? Можно, но опять же вставала проблема, что бандит нагонит её по следам. Или же она окончательно заблудится в диком лесу, если вообще не нарвётся на диких зверей или не свернёт себе шею, рухнув в какую-нибудь канаву.
Да и кто знает, сколько она вот так проплутает по лесной чаще без еды и воды. Можно было попытаться украсть у бандита коня, тем самым улучив шанс оторваться от преследования, но почему-то юной Харуно казалось, что мужчина не солгал, когда говорил о том, что животное никого постороннего к себе не подпускает. Было довольно странно, что у бандита такой умный конь, но и слова его звучали весьма убедительно.
Сакура застонала в голос, повалившись на матрац. Неплохо эти мерзавцы всё продумали, притащив её сюда. Тут не так-то просто будет отыскать девушку, а в случае чего легче лёгкого скрыть от посторонних глаз. При этом до ближайших населённых пунктов явно не так уж и близко, так что над побегом нужно как следует поразмыслить.
Зеленоглазая красавица уже в который раз мысленно вернулась к тому моменту, как поезд, на котором она ехала с родителями, был захвачен бандитами. Прокручивая эту картину раз за разом, юная Харуно никак не могла понять мотивов преступников.
Ладно, они намеревались поживиться. Но неужели не видели, что особо ценного ни у кого нет? Хорошо, логично, что заранее они не могли знать, какой улов у них окажется. Но в то же время Сакура не могла не учесть тот факт, что бандиты очень удачно выбрали место, где и напали на поезд. Следовательно, они знали его расписание, готовились.
И всё же как-то странно выглядело это ограбление. Нет, зеленоглазая красавица не была профи в такого рода вопросах, но всё же что-то терзало её. Поодиночке заходить в вагоны, подставляясь под стволы пассажиров? Несколько странно. Либо бандиты были лишком уж уверены в себе, либо глупы.
Хотя, если вспомнить, как этот голубоглазый, который и собирал ценности в том вагоне, где и ехала Сакура с родителями, разобрался даже не глядя с одним из смельчаков, рискнувшим достать оружие, то о глупости преступников вряд ли может идти речь.
А если у них всех такой уровень профессионализма в стрельбе, то какой смысл грабить поезд, на котором едут обычные граждане? Людям такого уровня мастерства пристало грабить поезда с золотом и иными ценностями, а не разменивать свой талант на дешёвые побрякушки, которые по сумме не перекроют даже затраты на патроны.
Хорошо, бандитов было мало, поэтому по одному получилось на каждый вагон. Сакура вполне допускала, что это вся банда. Но довольно странно выглядел ещё и тот факт, что и вагонов в поезде было лишь на один меньше, нежели общее число нападавших.
И вот этот один, оставшись как бы без дела, и шастал из вагона в вагон, что-то высматривая. То ли что-то искал, то ли проверял работу своих подельников… Этого зеленоглазая красавица не знала, а пытаться догадаться бессмысленно. Кто знает, что на уме у этих людей.
В итоге случилось так, что дёру преступники дали лишь в тот момент, когда этот черноглазый схватил её, Сакуру, и поволок прочь. Ну, тут юная Харуно не видела ничего странного, ведь существовала угроза, что на бандитов накинутся мужчины, следующие в поезде. Хотя…
Зеленоглазая красавица грустно усмехнулась, припоминая, что ни один из мужчин даже не попытался не то что возразить что-то голубоглазому бандиту, который единолично появился в вагоне, требуя ценности и деньги, но и не попытались даже пошевелиться, когда его черноглазый друг схватил её и поволок из вагона.
Вздохнув, Сакура перевернулась на бок, устремив взгляд в окно, за которым сплошной стеной высился густой лес. Она не могла понять, почему никто не заступился за неё. Ладно ещё украшения и деньги, жизнь дороже. Но как же судьба юной девушки? Неужели всем было плевать на то, что с ней станется?
Что же, судя по всему, именно так и было. Все тряслись лишь за свои шкуры, а её проблемы… лишь её проблемы. И всё же Сакуре не давало покоя то, что этот черноглазый бандит привязался именно к ней. Неужели более подходящей жертвы не нашлось, пока обшаривал вагоны?
Юная Харуно уже не единожды корила себя за столь глупый и опрометчивый поступок, когда вступила в склоку с этим человеком. Отдай она ему тогда серьги, то ничего бы не случилось. Сейчас бы была вместе с отцом и матерью.
Сакура грустно вздохнула, вспоминая, что даже её родной отец не удосужился заступиться за собственную дочь, что уж говорить о посторонних. Если бы они все накинулись на бандитов, то у тех бы не было ни единого шанса уйти. Но никто даже не пошевелился.
При этом Сакура не могла не отметить тот факт, что черноглазый бандит, появившись в вагоне, внимательно осматривал едва ли не каждого пассажира. Неужели он действительно кого-то искал? Или просто выбирал жертву для похищения? Сакура уже не раз обдумывала идею, в которой бандиты могли работать по найму, но всё же... итог тогда оказался крайне глупым.
Да уж, промахнулся черноглазый знатно. Юная Харуно не могла не усмехнуться при мысли, что он выбрал её, хотя и взять-то с её родителей нечего. Хотя… Сакура задумалась, вспоминая его глаза. Он буквально пожирал её взглядом, стоило увидеть. А когда отец потребовал от неё отдать ему серьги, а не пререкаться…
Вот сдались ему её серёжки. Зеленоглазая красавица в недовольстве стукнула кулачком по матрацу. Видел же, что они ничего совершенно не стоят, но всё равно упорствовал. Хотя она тоже хороша, упёрлась рогами. Но ей-то серьги были дороги, ведь столько месяцев потратила на задумку и их изготовление. А ему зачем было так настаивать?
И что теперь? Юная Харуно ну никак не могла постичь замыслы бандитов. Разве она похожа на состоятельную даму, за которую можно урвать неплохой выкуп? А если?.. Сакура содрогнулась, представив себе, что бандиты её похитили отнюдь не ради выкупа, а для собственного развлечения.
Мысль эта, конечно, была кошмарной, но вполне логичной. Бандит просто решил, что непокорная девчонка заплатит за свою несговорчивость, вот и прихватил с собой. Представив себе эту картину, Сакура зажмурилась, похлопав себя ладонями по щекам, пытаясь взять себя в руки и не поддаваться панике. Пока не подтвердились её догадки, нельзя паниковать, иначе только станет хуже.
Но опять же, возвращаясь к моменту похищения, юная Харуно не могла не отметить, что бандиты знали, что вряд ли особо ценное что-то смогут найти в поезде. Одни их реплики только чего стоили, когда они принялись копаться в мешках с добычей. Да Сакура была готова голову отдать на отсечение, что ни один из них не выказал и капли недовольства неудачей.
Так в чём же был смысл этого набега? Может, дело было вовсе не в жажде наживы, а в чём-то ином? Ну, к примеру, спор между ними. Быть может, что-то ещё подвигло их на этот шаг. Но в том, что бандиты знали, что толковой добычи не будет у них, вот и не расстроились, юная Харуно почему-то не сомневалась.
И тут Сакуре пришла идея, не отличавшаяся гениальность, но всё же. А не рискнуть ли расспросить бандитов о их целях? Ну, логично, что толком они ей ничего и не скажут, явно поглумятся, но всё же есть шанс попытаться узнать, для чего они захватили её. Уж лучше горькая правда, чем терзания в неведении.
Поднявшись с постели, Сакура подошла к двери, прислушалась, а затем попыталась открыть. Ничего не вышло, замок оказался заперт. Юная Харуно аж зарычала в голос. И когда они успели её запереть, что она даже не услышала? Неужели настолько погрузилась в свои размышления, что не заметила?
Прислонившись спиной к деревянной поверхности двери, Сакура глубоко вздохнула, пытаясь решить, что же ей теперь делать. Что они там говорили? Кажется, собирались пойти на улицу, дабы что-то там обсудить, чтобы она не подслушивала.
Зеленоглазая красавица, немного помедлив, подошла к окну, пытаясь что-либо рассмотреть. В поле зрения девушки не попал ни один из мужчин. Даже приглушённых голосов слышно не было. А может, они заперли её в комнате, потому что ушли куда-то? Что же, эту возможность Сакура не отвергала. Но время шло, а девушке требовалось как можно скорее покинуть комнату.
- Отоприте немедленно эту проклятую дверь!
Эхо звонкого голоса девушки заметалось по комнате, что казалось, будто даже стёкла завибрировали. При этом Сакура не собиралась останавливаться на одном лишь крике, принявшись колотить по окну.
- Вы меня слышите?! Откройте дверь!
Ни ответа, ни привета. Юная Харуно была готова рвать и метать. Неужели оба бандита на самом деле куда-то уехали, оставив её одну, или просто издеваются, не обращая внимания на неё стенания, как это ранее уже проделывал черноглазый?
- Есть там кто?! Отоприте! Да чтоб вас обоих клещи закусали! Чтоб икота никогда не проходила! Чтоб вас извечная аллергия пробрала на всё абсолютно!
Сакура и сама не знала, как долго бы смогла вот так драть глотку, придумывая всё новые и новые кары на головы бандитов, если бы не услышала тихий смешок со стороны двери, за которым последовали слова:
- Видишь? А ты не верил. И так каждый день с утра до ночи.
Юная Харуно резко обернулась к двери, готовая проломить деревянную преграду, вцепившись зубами в глотку посмевшему насмехаться над ней мужчине. Так это что же получается, они всё это время были у двери, выжидая, когда ей приспичит... выйти, вот и заперли, чтобы развлечься?
И вообще, с какой стати этот поганец так нагло на неё клевещет? Да она всего лишь раз кричала в попытке его дозваться, причём по той же самой причине, что и сейчас. Нет, такое нахальство с рук спускать юная Харуно не намерена была, уяснив для себя, что при первой же возможности отомстит ему. Как? Да хотя бы крикнет над ухом так, чтоб оглох навсегда.
- А голосок звонкий, - ответствовал другой мужчина. - И это через толстую дверь. Боюсь даже представить, что же будет, если она подле кричать начнёт.
- Могу прямо сейчас и продемонстрировать! - рявкнула разъярённая девушка.
- Благодарю, юная леди, - усмехнулся тот, - но как-нибудь в другой раз.
- Зачем же откладывать удовольствие?
С этими словами Сакура со всего маху саданула по двери стулом, который жалобно заскрипел в её руках, норовя вот-вот развалиться на куски.
- Так, леди, мебель не портим, - сказал её похититель.
- А то что? - рыкнула Сакура.
- Накажу. Заставлю новый стул мастерить.
- Испугал ежа голой задницей! - крикнула взбешённая девушка, совершенно позабыв, с кем она разговаривает. - Немедленно отоприте, иначе пожалеете!
- Ого, какие мы выражения знаем, - усмехнулся её похититель.
- Ты ещё не знаешь настоящих слов, - прорычала юная Харуно.
- Милая, ты не забыла, где находишься? За такое и язычок можно подрезать.
- Давай, зайди сюда, тогда я тебе так подрежу, что навечно запомнишь! - рявкнула зеленоглазая красавица.
- Обалдеть можно, - засмеялся голубоглазый мужчина. - Это что-то. Я уж думал, что кроме Те…
- Замолчи! - прорычал черноглазый. Веселья в его голосе уже не чувствовалось. - Думай, что говоришь.
- Прости, забылся, - пробормотал тот.
- Ладно, развлеклись, теперь к делу. Леди, чего вновь буяним? Вы просто решили осчастливить нас своим неземным голосочком или что-то иное желаете?
- Выпустите меня отсюда, - уже более спокойным голосом проговорила Сакура. - Мне нужно… в уборную.
- Добе, отбегай в сторону, - услышала Сакура насмешливый голос её похитителя.
Едва слышно скрипнул замок, после чего дверь отворилась, являя взору разгневанной девицы двух мужчин, стоящих по обе стороны прохода. Их лица по-прежнему были скрыты от глаз юной Харуно за платками, но в глазах стояло веселье.
Смерив обоих надменным взглядом, Сакура, гордо подняв подбородок, проследовала из комнаты в гостиную, а оттуда и на улицу. Она не оборачивалась, зная, что, если мужчины и не пойдут прямо по пятам сию же минуту, то сбежать ей всё равно не дадут.
Как она и думала, стоило ей выйти из… заведения, как оба бандита уже поджидали её появления неподалёку, о чём-то попутно перешёптываясь. Специально делая вид, что вообще не замечает мужчин, юная Харуно прошествовала обратно в дом, вошла в свою комнату, а затем, прежде чем закрыть дверь, крикнула:
- Не забудьте приготовить обед! Я не собираюсь голодать!
- Уж я тебе такой обед устрою, что мало не покажется, - мстительно протянул Саске.
- Теме, - немного опасливо поинтересовался Наруто, - может, не надо?
- Надо. Я научу это негодную девчонку, как следует себя вести.
- Она ведь просто напугана, вот и…
- И ты в это искренне веришь? - усмехнулся черноглазый. - Добе, ты меня разочаровываешь. Нет, придётся преподать малышке урок вежливости.
- А…
- Не переживай, - плотоядно усмехнувшись, сказал Саске. - Ей это только пойдёт на пользу.
- Я боюсь, как бы потом это всё боком и не вылезло, - пробурчал Наруто.
- Всё будет отлично. Пусть знает своё место.
Но Сакура не слышала и не видела мужчин, так что пребывала в полном неведении своей будущей участи. Повалившись на постель, она вновь погрузилась в размышления.

Похитители. Глава 5

Сакура сидела на своей постели, то и дело нервно поглядывая на дверь. Девушка едва ли не в каждом шорохе слышала приближающуюся угрозу. Только вернувшись в свою комнату и немного успокоившись, юная Харуно осознала, что натворила, поддавшись порыву.
С одной стороны, оба бандита заслужили и не таких выражений в свой адрес за то, что так подло поступили с несчастной девушкой. Они откровенно глумились над ней, её страданиями, что просто непозволительно со стороны мужчин. Но с другой стороны, и Сакура повела себя далеко не как истинная леди. И дело даже не только в её речах в адрес бандитов, но и в самом поведении в целом. При всём этом юная девушка абсолютно позабыла, где и в какой ситуации оказалась.
Теперь же, когда пришло осознание всего произошедшего, зеленоглазая красавица тряслась в страхе, ожидая расправы со стороны бандитов. Но в доме было тихо. Казалось, что и вовсе на многие мили вокруг никого живого, кроме неё, и нет.
Юная Харуно уже много раз обругала себя за свой несносный характер и острый язычок. Ей и раньше её поведение доставляло уйму хлопот, но нынешнее положение девушки не шло ни в какое сравнение с прошлой жизнью.
Видимо, отец всё же оказался прав, постоянно твердя ей, что когда-нибудь девушка пожалеет о своём поведении. Вот и настал час. Она в плену у бандитов, никого, кто бы мог прийти ей на помощь, и в помине нет. Эти двое могут сделать с ней всё, что им заблагорассудится. И никто не помешает им. Причём в данный момент юная Харуно скорее предпочла бы, чтобы эти двое свершили свою месть как можно скорее, поскольку всё это тягостное ожидание лишь ещё губительнее сказывалось на состоянии девушки.
Сакура представляла, как эти двое сейчас обдумывают, каким именно из изощрённых способов наказать строптивую девчонку за все её выходки. А на воображение девушка никогда не жаловалась, чем и добавляла сама себе в данный момент ещё больше терзаний.
Зеленоглазая красавица едва не вскрикнула, когда дверь в её комнату отворилась. Девушка сжалась в комочек, не сводя взгляда с вошедшего мужчины. Её пленитель, казалось, вовсе и не замечая ни самой Сакуры, ни её состояния в целом, прошёл к столику, поставив на него тарелку и кружку. Обернувшись к замершей на месте девушке, он несколько мгновений не сводил с неё взгляда, чем заставил несчастную едва ли не трястись от страха, после чего проговорил насмешливым тоном:
- Ваш обед, леди, подан. Приятного аппетита.
Развернувшись, он удалился, оставив юную Харуно вновь в одиночестве. Какое-то время Сакура боялась даже пошевелиться, но всё же, заметив, что покуда никто более не собирается её посещать, да и есть хотелось ужасно, осторожно поднялась и направилась к столу.
Каково же было удивление зеленоглазой красавицы, когда, взглянув на содержимое тарелки, она обнаружила какую-то сероватую жижу, а в кружку была налита простая ключевая вода.
- Это что вообще такое? - пробормотала Сакура, зачерпнув ложкой непонятное месиво.
Первым побуждением Сакуры было желание зашвырнуть эту непонятную субстанцию вместе с тарелкой прямо в физиономию того, кто и принёс это сюда. Но девушка кое-как всё же сумела обуздать вспыхнувшую в ней ярость.
В том, что данная выходка является очередной провокацией бандитов, юная Харуно ни капли не сомневалась. Значит, они решили в очередной раз повеселиться за её счёт. Да что это вообще за люди такие, раз смеют так обращаться с девушкой?
Подойдя к двери, Сакура проверила замок. Он оказался не заперт, как ожидалось, так что девушка, хотя и опасалась, всё же вышла из комнаты, направившись на поиски обидчиков. Оба нашлись в гостиной, о чём-то вполголоса беседуя.
Заметив вошедшую в зал девушку, мужчины умолкли, устремив на неё взгляд. Сперва Сакура несколько стушевалась, не зная, верно ли поступает, вновь идя на поводу у своего характера, но всё же, раз решилась прийти, произнесла:
- Может, вы мне объясните, что это всё означает?
- О чём Вы, леди? - протянул её пленитель.
- Вы ещё спрашиваете. Я говорю о том, что Вы принесли мне только что под видом обеда.
- А что не так-то?
- Вы меня отравить решили?
Сакура постепенно всё больше теряла над собой контроль, тогда как оба бандита, казалось, вовсю забавлялись.
- Это каша из овсяных отрубей, - заявил голубоглазый. - Довольно полезно.
- И в чём же состоит польза?
- Ну, девушки любят такие блюда. Поговаривают, что для фигуры полезно.
- Полезна лишь нормальная еда, - зарычала девушка. - Я не собираюсь превратиться в тощее чудище, поедая всякую гадость. Иногда такую кашу ещё можно съесть, но чередуя с нормальной пищей.
- И что же для Вас, юная леди, является нормальной пищей? - спросил её пленитель, явно потешаясь над реакцией девушки на всё происходящее.
При этом подле обоих мужчин стояли тарелки, наполненные жареными кусками мяса и картофелем.
- Мясо, - зашипела на него юная Харуно, указывая на содержимое их тарелок, - рыба, птица. Всё, что питательно и сытно. Это понятно?
- Вот как заслужите кусок мяса, тогда и получите.
Понимая, что ничего более она не добьётся разговорами, Сакура развернулась, направившись обратно в комнату, где взяла тарелку с кашей, после чего вернулась обратно в зал. Подойдя к мужчинам, она взяла одну из их тарелок, а взамен поставила свою.
- Раз полезно, - заявила она, - то сами её и ешьте. Все последствия от жирной и тяжёлой пищи я великодушно возьму на себя.
- Не выйдет, - заявил черноглазый, выхватывая тарелку с мясом из рук девушки. - Либо каша, либо ничего.
Разозлившись от подобной наглости, Сакура, абсолютно позабыв обо всём вновь, схватила тарелку с кашей и швырнула её прямо в лицо бандиту. В зале мгновенно повисла тишина, нарушаемая лишь звоном оловянной тарелки об пол.
Каким образом мужчина успел среагировать, осталось тайной, но он всё же смог ухитриться заслонить лицо рукой, тем самым избежав удара самой тарелкой. Спустя мгновение Сакура, сообразив, что именно она только что натворила, рванула прочь, пусть и глупо помышляя где-либо тут укрыться.
Не успела девушка добежать до своей комнаты, как была схвачена со спины сильными мужскими руками и поднята в воздух. Завизжав, юная Харуно принялась отбиваться, но все её попытки оказались тщетны.
Бандит буквально швырнул её на постель, навалившись сверху. Сакура пыталась брыкаться, царапаться, даже кусаться, но мужчина быстро пресёк все её попытки к сопротивлению, умело и довольно быстро обездвижив свою жертву.
- Пусти! Не смей! - кричала на него зеленоглазая красавица, чувствуя подступающую истерику.
- Рот закрыла! - рыкнул на неё мужчина, сжав пальцами её челюсть.
- Теме, не надо. Отпусти её! - вмешался голубоглазый, войдя в комнату.
- Вышел отсюда, добе! - огрызнулся бандит на товарища.
- Теме, не дури.
Не обращая более внимания на своего друга, черноглазый вновь обернулся к испуганной девушке, склонился к ней ближе и проговорил:
- Слушай сюда, маленькая дрянь. Надеюсь, для твоего же блага, что ты не совсем полная дура, поймёшь мои слова, поскольку второй раз повторять не буду. Ты, видимо, забыла, где находишься. Это с тобой мамочка с папочкой, твои обожатели будут нянчиться, терпеть твои выкрутасы. А здесь это не пройдёт. Я пытался с тобой по-хорошему обращаться, но ты, как теперь вижу, не понимаешь человеческого отношения. Что же, придётся менять тактику. Запоминай, поганка. Я не потерплю твоих выходок впредь. Если я сказал что-то, то ты незамедлительно это выполняешь. Посмеешь хоть слово пикнуть против, так сразу же пожалеешь об этом. Что-то испортишь, то заплатишь за это, причём далеко не материально. Уяснила?
Сакура едва слышала слова мужчины. Её трясло от страха, в ушах шумела кровь, сердце было готово выпрыгнуть, проломив грудную клетку. Ужас настолько сковал девушку, что она не могла и слова произнести в ответ, хотя видела, с каким гневом мужчина смотрит на неё.
- Ты оглохла? - зарычал бандит, сильнее сжав челюсть девушки. - Поняла меня? Отвечай!
- Да, - едва смогла вымолвить юная Харуно.
При этом мужчина едва её расслышал, поскольку она произнесла данное слово настолько тихо и неразборчиво, что походило скорее на едва слышный стон.
- А сейчас ты пойдёшь, - прошипел черноглазый, - и уберёшь за собой в зале. Если понадобится, то заставлю языком вылизать всё вокруг. Чего удумала, едой швыряться. Свой мерзкий характер знаешь кому и где будешь выказывать? Я тебе ещё покажу, как переводить пищу. Найду хоть пятнышко, то сильно пожалеешь. Всё поняла?
- Да.
Мужчина слегка ослабил хватку и приподнялся, а в следующее мгновение Сакура вскрикнула в страхе, поскольку он ударил кулаком прямо возле её лица по матрацу.
- Теме, пойдём, - проговорил голубоглазый, подходя к другу и, взяв его за локоть, пытаясь оттащить от девушки.
- Я тебя предупредил, - прорычал её пленитель, обращаясь к Сакуре, пока друг не увёл его прочь.
Когда оба бандита удалились, Сакура, сжавшись в комочек на матраце, залилась слезами. Жуткий страх едва ли не целиком её поглотил, когда этот человек накинулся на неё, а теперь все эмоции хлынули на свободу, вылившись в истерику. Зеленоглазая красавица прекрасно осознавала, что во всём происходящем только что повинна лишь она одна, но всё же не в силах была сейчас обуздать весь страх в душе, порождённый действиями и словами мужчины.
Юная Харуно и понятия не имела, сколько вот так пролежала на своей постели, заливаясь слезами. Слова мужчины о том, что она должна всё убрать в зале, иначе пожалеет, не покидали воспоминания девушки, но она была просто не в силах подняться. Страданий добавлял ещё и тот факт, что она медлит, а подобное в её положении вызовет лишь ещё больший приступ гнева у её пленителя. Но Сакура ничего не могла поделать. Стоило ей представить, как черноглазый вновь разозлится, как её снова охватывала паника, сковывающая всё тело, даже дышать становилось тяжко.
В этот раз ей просто несказанно повезло, что рядом оказался его друг. Пусть Сакура и глубоко сомневалась, что он смог бы полностью огородить её от действий своего товарища, но всё же какая-то надежда у неё на то, что он не позволит свершиться насилию, оставалась. Но скоро он должен будет уехать. Юная Харуно даже помыслить боялась о том, что же тогда может произойти. Последняя её надежда на спасение от мести со стороны черноглазого мужчины развеивалась с каждым мгновением, приближавшим отъезд его друга.
Кое-как взяв себя в руки, Сакура поднялась и потихоньку направилась из комнаты в зал. Никого из мужчин она не встретила. Очевидно, голубоглазый куда-то увёл своего друга, дабы тот не сорвался и не привёл свои угрозы в действие.
Тарелка по-прежнему валялась на полу перевёрнутой, вокруг всё было измазано кашей. Юная Харуно закусила губу, не зная, что ей и делать. Хорошо ещё, что вся мебель в зале была сделана из дерева, а не имела тканевую обивку. В противном случае отмыть пятна от каши ей вряд ли бы удалось в подобных условиях.
Девушка направилась в кухню в поисках тряпок. Нашлось искомое далеко не сразу, тоже изрядно потрепав нервы зеленоглазой красавице, которая не знала, чем будет мыть всё вокруг, если не сыщет их. Взяв ведро, Сакура вышла на улицу, где из бочки зачерпнула немного воды, после чего вернулась в зал и принялась отмывать пол и мебель. Оглядев критичным взглядом зал, не упустила ли чего из виду, юная Харуно вымыла посуду, простирнула тряпки, повесив их на верёвку сушиться, после чего вернулась в свою комнату, молясь мысленно о том, чтобы черноокий мужчина хоть немного успокоился по возвращении.
Остаток дня зеленоглазая красавица не покидала комнаты, отлучившись разве что один разок на свой страх и риск в уборную. Она слышала, как вернулись мужчины, дрожа всем телом в страхе, что вот-вот черноглазый зайдёт к ней, заявив, что чем-то недоволен, а затем… О подобном девушка не могла даже и помыслить, чтобы не начало её трясти в истерике.
Ближе к вечеру к ней в комнату всё же пришёл один из бандитов. К неимоверному облегчению Сакуры, которая едва могла дышать от страха, стоило двери отвориться, им оказался голубоглазый товарищ её пленителя. Мужчина поставил на стол тарелку с едой и кружку с водой, после чего, обернувшись к замершей на постели девушке, внимательно следящей за каждым его движением, всё же опасность исходила от этого человека отнюдь не меньшая, нежели от его друга, проговорил:
- Поешьте хорошенько, леди, а то ведь весь день и крошки во рту не держали.
Сказав это, мужчина было направился на выход, но, замерев подле двери, он обратился к девушке тихим голосом, словно не хотел, чтобы его друг услышал данные слова:
- Леди, постарайтесь с ним не ругаться. Очень Вас прошу. Он на самом деле не такой уж и страшный, но не нужно его злить лишний раз.
Сакура на эти слова мужчины ничего не ответила, лишь отвела взгляд. Бандит, постояв ещё пару мгновений молча, словно над чем-то раздумывал, вздохнув, удалился, вновь оставив девушку наедине со своими мыслями.
Немного посидев, вслушиваясь в малейшие шорохи, юная Харуно поднялась и приблизилась к столу, взглянув на содержимое тарелки. Удивлению девушки с примесью страха не было предела. После всего, что произошло, на ужин ей принесли два куска жареного мяса, картофель, запечённый в углях, и пару томатов.
Зеленоглазая красавица не знала, радоваться ей или огорчаться. Было очевидно, что пищу ей выбирал именно голубоглазый мужчина. Её пленитель вряд ли в курсе, какими яствами её тут балует его друг. А ежели и знает, то явно не в восторге от происходящего, так что, после отъезда друга, он ей обязательно припомнит все эти изыски.
Ночь прошла более-менее спокойно. Сакура из-за постоянного пребывания в нервном состоянии ворочалась, просыпалась, когда казалось, будто слышит что-то либо подле двери в комнату, либо за окном. В итоге она забылась сном лишь ближе к рассвету.
Юная Харуно едва не подскочила на постели, когда услышала стук в дверь. Спустя пару мгновений в комнату вошёл голубоглазый мужчина, и по его виду Сакура поняла, что он вот-вот собирается отбыть из этого дома. Бандит приблизился к закутавшейся в одеяло девушке, немного помолчал, а затем произнёс:
- Доброе утро, леди. Прошу меня извинить за бестактность, но мне срочно необходимо что-нибудь из Ваших вещей.
Сакура непонимающе взглянула на мужчину. Она никак не могла взять в толк, что он от неё хочет, о каких вообще вещах ведёт речь. Заметив, очевидно, что девушка спросонья не совсем понимает его, мужчина пояснил:
- Мне нужно что-либо, что может принадлежать только Вам.
- Зачем? - протянула Сакура.
- Так нужно. Прошу Вас.
Юная Харуно хотела было его расспросить обо всём подробнее, но вздрогнула и сжалась от страха, услыхав голос:
- Что ты там с ней нянчишься? Отбери эти проклятые серьги.
Её похититель стоял в дверном проёме, внимательным взглядом изучая девушку. И почему-то зеленоглазая красавица догадывалась о том, что ему доставляет какое-то садистское удовольствие видеть её страх перед ним.
- Да почему именно серьги? - спросил его друг.
Очевидно было, что данный вопрос уже не единожды поднимался между мужчинами, поскольку недовольство в голосе голубоглазого явно свидетельствовало о том, что он уже пытался дознаться у друга обо всём ранее.
- Я тебе уже говорил. Она не просто так вцепилась в них, значит, они ей дороги по какой-то там причине. А это уже что-то. Для начала сойдут и они, а там посмотрим.
- Я не отдам серьги, - проговорила Сакура.
Она искренне недоумевала, зачем этим людям её простенькие серёжки. Расставаться с ними она так просто не собиралась, лишь бы угодить прихоти этого черноокого бандита. Пусть эти слова и были произнесены юной Харуно едва слышно, но её похититель всё же расслышал их, поскольку Сакура с ужасом заметила, как он протянул руку к ножнам, прикреплённым к поясу, извлекая из них огромный охотничий нож, а затем направился к девушке.
- Тогда я отрежу твои уши вместе с ними. И никаких проблем более не будет в дальнейшем.
Сакура едва не упала в обморок от страха, узрев хищный блеск в его очах. Угроза же и в голосе не была наигранной, так что сомневаться в достоверности слов мужчины не приходилось.
- Теме, прекрати уже её пугать, - вмешался его друг, отстранив мужчину от постели девушки. - Она и без того уже едва дышит.
- Ей полезно. Пусть знает своё место, - огрызнулся её похититель.
- Уйди, пожалуйста, - попросил голубоглазый мужчина.
Бросив какой-то странный взгляд сперва на друга, а затем и на девушку, мужчина резко развернулся и направился прочь из комнаты. Когда он удалился, его друг вновь обернулся к Сакуре, проговорив:
- Не бойтесь, он не причинит Вам вреда. Он просто ещё не успокоился после вчерашнего. Постарайтесь не перечить ему очень уж сильно, тогда ничего худого и не произойдёт. А пока, прошу Вас, отдайте мне Ваши серьги.
- Для чего?
- Вы ведь хотите вернуться домой?
- Естественно. Но причём тут серёжки?
- Так нужно. Прошу, не упорствуйте. Обещаю, когда Вы окажетесь дома, они вновь будут у Вас.
- Если она только такими темпами доживёт до возвращения домой, - вновь послышался голос черноокого мужчины из-за двери.
- Помолчи, теме, - недовольно бросил ему его друг.
Боясь мести со стороны своего пленителя, ведь его друг вот-вот уедет, оставив их наедине, Сакура пришла к выводу, что в данных обстоятельствах нет смысла упорствовать, поэтому, хотя и скрепя сердце, отдала серьги голубоглазому бандиту.
Улыбнувшись, мужчина удалился из её комнаты, затворив следом за собой дверь. Сакура слышала приглушённые голоса мужчин, которые явно о чём-то спорили, но не могла ни слова разобрать из их диалога.
Спустя некоторое время голубоглазый мужчина уехал. Теперь юная Харуно опасалась даже лишний раз вздохнуть. Её похититель до сих пор ещё не остыл после недавней её выходки, поэтому девушка то и дело опасалась, что он вот-вот решит наказать её.
У зеленоглазой красавицы едва сердце не остановилось, когда спустя какое-то время после отъезда голубоглазого мужчины в её комнату вошёл её похититель. Оглядев сжавшуюся на постели девушку, он спросил:
- Готовить умеешь?
Вопрос несколько поставил девушку в тупик, но она всё же поспешила кивнуть.
- Тогда поднимайся и шагай в кухню.
- Зачем? - протянула юная Харуно.
Мужчина недовольно взглянул на неё, а затем, усмехнувшись, сказал:
- А ты думала, я тебя задарма тут кормить буду? Приготовишь мне поесть. И чтобы было вкусно, иначе придётся тебя наказать.
Её похититель удалился, а Сакура, помедлив немного, всё же поднялась и пошла в кухню. Она не знала, что такого сделать ему в качестве завтрака, чтобы мужчина остался доволен, причём из не самого богатого разнообразия продуктов, что ей удалось отыскать.
Сейчас юная Харуно была как никогда благодарна тому, что мать в своё время обучила её кулинарии. Многие девушки её круга абсолютно не имели никаких представлений даже о том, как пожарить яйца, что уж говорить о чём-то более сложном.
Обжарив томаты с луком и хлебом, Сакура посыпала это всё сыром и залила смесью молока и яиц, а уже готовое блюдо посыпала зеленью. Получилось сытно и вполне съедобно. Ну, так думала сама девушка, но это не означало, что данное блюдо придётся по вкусу мужчине.
Её пленитель нашёлся в зале. Сакура поставила подле него на столик тарелку с приготовленным ею омлетом и кружку с молоком, став неподалёку. Смерив предложенное блюдо взглядом, черноглазый взглянул на юную Харуно, после чего поинтересовался:
- Яду, случаем, не подсыпала?
- Вы не давали такого указания, - ответила ему Сакура. - Коли желаете, в следующий раз обязательно добавлю. Только скажите, какой именно предпочитаете, а также то, где он лежит.
В зале повисла тишина, и зеленоглазая красавица была готова прямо сейчас же перерезать сама себе горло или вырезать язык, дабы более никогда не нарываться столь откровенным образом на неприятности.
Но то ли её похититель на данный момент несколько остыл после всего произошедшего, то ли решил пока оставить её в живых, чтобы потом придумать пытку куда более изощрённую, нежели придёт ему на ум впопыхах, а затем только лишь разочарует его чаяния, поэтому, хмыкнув, проговорил:
- Я учту. Далее, поешь сама, вымоешь посуду, приготовишь обед и уберёшься в доме. Найду грязь, то… Сама понимаешь. На этом пока всё. Иди.
Сакура не преминула поскорее ретироваться с глаз мужчины, иначе чувствовала, что не отвечает уже за свои действия. Надо же, какую честь он ей оказал, дозволив откушать. Зеленоглазой красавице безумно хотелось высказать ему всё, что она думает о его приказах и поведении в целом, ведь не служанка ему и не рабыня, но в данной щекотливой ситуации ей стоило запихнуть свою гордость поглубже, иначе новых неприятностей не избежать.
Позавтракав и убрав всё в кухне, девушка приступила к уборке. Черноокий мужчина в это время восседал в зале, что-то читая. Сакура, напустив на себя самый невинный, по её мнению, вид, прошла в зал с ведром и тряпкой, после чего, демонстративно поставив свою ношу перед мужчиной, принялась мыть полы.
Поскольку швабры юная Харуно так и не сыскала, а спрашивать у своего пленителя не стала, при этом в платье, в которое она была облачена, нагибаться и вручную мыть полы было более чем неудобно, зрелище мужчине предстало довольно занимательное.
Пару раз бросив мельком взгляд на черноокого мужчину и отметив, что он пристально наблюдает за её действиями, Сакура, якобы невзначай, несколько раз хорошенько прошлась тряпкой по его сапогам и задела как следует его бок локтём.
Мужчина стойко выдержал всё это, хотя для юной Харуно осталось загадкой его спокойствие. То ли он принял её игру, поверив, что она сделала всё это не нарочно, а лишь по той причине, что он ей мешал убираться, то ли продолжил составлять в уме список пыток ей на будущее. Почему-то подсознание Сакуры более склонялось ко второму варианту.
Всё же в течение дня черноокий мужчина не выказал особого недовольства действиями девушки, чем немного успокоил её нервы. Всё же всё это время юная Харуно постоянно пребывала в ожидании чего-то не особо приятного в свой адрес со стороны бандита. Но пару раз он её всё-таки как следует припугнул, так что Сакура особо не рассчитывала на какое-либо снисхождение от него в ближайшее время.
В такой напряжённой временами обстановке прошло ещё несколько дней. Похититель Сакуры вновь несколько оттаял, даже пару раз поучаствовал в очередной с ней словесной дуэли. И всё же юная Харуно не могла позволить себе полностью утратить бдительность, старательно следя за своим поведением и словами, дабы вновь ненароком не вызвать гнев мужчины.
Поскольку Сакуре не в чем было ходить, кроме её платья, которое всё же не вечно, да и пачкается, её похититель расщедрился до такой степени, что выделил ей, пусть и мужские, рубашку, брюки и сапоги, так что иногда девушка имела возможность переодеваться, пока её вещи были в стирке.
И вот в один из дней, когда девушка, постирав бельё, развешивала его на улице на натянутой верёвке, она увидела приближающегося к дому всадника. Сперва она решила, что это тот голубоглазый друг её пленителя, даже несколько обрадовалась, но вскоре поняла, что ошиблась.
Спешившись неподалёку от девушки, мужчина бросил в её сторону оценивающий взгляд, после чего, как следует привязав коня, дабы кто-нибудь ненароком не надумал прыгнуть в седло и ускакать, направился в дом, где на пороге его уже поджидал черноокий пленитель Сакуры.
Девушка проводила задумчивым взглядом неизвестного ей человека, про себя отметив, что ей не особо-то он и приятен. Пусть она и не видела его лица, поскольку оно было скрыто за платком, но что-то в нём было отталкивающее. Быть может, данному мнению поспособствовал тот взгляд незнакомца, которым он её одарил.
Юная Харуно не решилась войти в дом, дабы ненароком не вызвать подозрений мужчин, будто она подслушивает, а это чревато новыми неприятностями, поэтому некоторое время пробыла на улице. Вскоре незнакомец покинул дом, запрыгнул в седло и, вновь бросив на девушку взгляд, направился прочь.
Обождав, покуда он скроется в лесу, Сакура вошла в дом. Черноокий мужчина сидел в зале, запрокинув голову на спинку стула и прикрыв глаза. Стараясь не шуметь, девушка проскользнула мимо, направившись в свою комнату.
Усевшись на постель, зеленоглазая красавица принялась с беспокойством ожидать дальнейших действий её пленителя, ведь, стоило ей бросить взгляд на его лицо, когда проходила мимо, она, как уже успела подметить его эмоции, поняла, что он очень рассержен, а подобное может на ней отразиться не самым лучшим образом.

Похитители. Глава 6

Шло время, но покуда ничего особо опасного для Сакуры не происходило. Девушка первое время едва ли не от каждого шороха вздрагивала, полагая, что её пленитель вот-вот придёт излить на ней свой гнев по тому или иному поводу, но все её опасения пропали всуе, поскольку мужчина словно вообще позабыл о существовании девушки.
И всё же юная Харуно старалась подмечать различные нюансы в поведении своего пленителя, дабы ненароком не оказаться застигнутой врасплох. Да, в тот день, когда на пороге дома появился неизвестный, после встречи с которым черноокий мужчина довольно ощутимо разозлился, не прошёл бесследно и для девушки, поскольку похититель то и дело как-то странно поглядывал на свою жертву, чем нещадно заставлял страдать несчастную.
Сакура и понятия не имела, чем именно тот человек так разозлил её пленителя, какие скверные вести принёс, но всё же она была убеждена, что известия, какими бы они ни были, касались общих дел банды. Возможно даже, что дело было именно в самом похищении юной Харуно.
Зеленоглазая красавица полагала, что злость её похитителя на неё вызвана тем, что шериф близлежащего города, куда добрались её родители после того злополучного случая, после чего явно подали заявление, потребовав отыскать несчастную девушку, каким-либо образом напал на след преступников, приближаясь всё ближе и ближе к цели, загоняя бандитов в осадное кольцо.
Даже если всё и обстоит именно так, то всё равно у девушки не было ответа на вопрос, с какой целью бандиты отобрали у неё её серьги. От продажи крупной суммы они не выручат, стоят серёжки сущие гроши. Они были дороги девушке лишь по той причине, что она сама их сделала собственными руками.
Тогда для чего их забрали? Если судить по фразе, которую обронил в разговоре с другом её черноокий пленитель, с помощью серёжек бандиты намеревались что-то кому-то продемонстрировать. Но что бы это могло значить?
Сакура считала сперва, что серьги должны были сыграть один из пунктов в получении выкупа, то есть стать довольно весомым доказательством родителям девушки и законникам, что зеленоглазая красавица действительно в плену, а затем уже преступники и направят условия выкупа, заявят цену…
Хорошо, пусть так. Да, они доказали всем, что не являются мошенниками, наживающимися на чужом горе, пытаясь под шумок выудить из родных девушки деньги, покуда настоящие преступники не добрались с предъявленными требованиями. Но что же тогда будет дальше?
Юная Харуно и понятия не имела, к чему ей теперь готовиться. О похищениях, бандитах и всём остальном, что имеет место к подобного рода происшествиям, она знала лишь понаслышке и из книг. Теперь же, оказавшись в руках бандитов, девушка не знала, что и думать, как быть.
Домыслить некоторые вещи не составляло труда, вот только в итоге выходила не самая радужная для девушки перспектива. Какую сумму преступники могут запросить у её родителей за жизнь их единственной дочери? Что-то зеленоглазая красавица искренне сомневалась, что сумма будет мизерной. А суммы, о которых она знала всё из тех же книг, у её отца и матери уж точно не наберётся.
А что бывает с жертвой похищения, коли в установленный злодеями срок не будет ими получена запрошенная сумма? Сакура даже подумать боялась, что её черноокий пленитель сделает с ней в подобном случае. А если учесть его настроение в последние дни, то явно ожидать что-либо хорошее нет резону.
Юной Харуно оставалось лишь уповать на милость судьбы и компетентность в своём деле шерифа и его людей, ежели родители, а в этом девушка не сомневалась, действительно обратились за помощью к законникам в первом же городе, где и сделал остановку поезд, на котором они ехали.
Вот и сейчас зеленоглазая красавица пребывала в ставшей теперь на неопределённое время своей комнатке, не зная, чем себя занять, слушая мерные удары топора, доносящиеся с улицы. Сейчас её черноокий пленитель наколет дров, после чего заставит девушку приготовить ему обед. И так уже порядка нескольких дней.
Нет, юная Харуно отнюдь не жаловалась, ведь так ей удавалось за трудами хоть чуточку забыться и скоротать время. Но всё же данный факт, что она оказалась в роли безропотной служанки у этого человека, не доставлял ей особой радости. При всём этом Сакура старалась следить за своим поведением и языком, дабы ненароком не вызвать очередную бурю гнева со стороны мужчины. На этот раз ей уже никто не поможет, так что последствия могут оказаться крайне плачевными.
Но всё же зеленоглазая красавица была не в силах полностью побороть свой характер, тем самым изредка между Сакурой и её похитителем вспыхивали, пусть и не столь уж серьёзные, склоки, которые всё же быстро оканчивались тем, что оба расходились по разным углам, пытаясь успокоиться, дабы не прибить друг друга.
Юная Харуно даже пару раз пожалела о том, что, ежели она могла бы выбирать, её пленителем оказался этот черноокий монстр, а не тот обходительный его товарищ с голубыми очами. Девушка полагала, что тогда ей куда проще жилось бы. Возможно, удалось бы даже сбежать, уговорить его отпустить её…
Но судьба распорядилась иначе, подкинув несчастной наказание в виде этого невыносимого типа, который в данный момент колол на улице дрова. Сакура глубоко вздохнула, размышляя над тем, сколько ещё ей придётся вынести, покуда она окажется дома, в безопасности.
Следует отметить, что зеленоглазая красавица всё же не упустила возможности проверить достоверность слов мужчины относительно того, что его конь никого постороннего без своего хозяина не потерпит в седле. Да, девушка не верила, что у бандита может быть такое умное животное, поэтому в один из дней она решилась войти в конюшню. Результат оказался плачевным, поскольку она едва ли не с визгами вылетела оттуда.
Сакура потом с яростью вспоминала, каким довольством лучился её черноокий пленитель. Он как раз застал её убегающей от конюшни под громкое ржание его жеребца. Как бы девушка потом не пыталась уверить мужчину, что она ничего худого и не задумывала изначально, а лишь хотела покормить коня яблочком, но он явно не поверил ни единому её слову.
При всём этом к злости на мужчину примешивался и страх, когда Сакура припоминала, как, стоило ей приблизиться к стойлу, конь внезапно потянулся вперёд, едва не схватив её зубами за руку, как стал на дыбы, как громко он заржал, как агрессивно ударял копытами, словно вот-вот норовил сорваться с места и растоптать девушку…
После того злополучного случая юная Харуно более не рисковала походами в конюшню, чем явно не могла не порадовать своего черноокого пленителя, который мог более не опасаться, что девушки рискнёт сбежать верхом на коне. А пешком ей далеко уйти не удастся, в этом Сакура прекрасно отдавала себе отчёт.
Вот всё стихло за окном, и зеленоглазая красавица горестно вздохнула, зная наперёд, что ожидает её в скором времени. Буквально вчера её черноокий пленитель приволок пару подстреленных диких гусей. И ладно бы он приказал юной Харуно их просто приготовить. Так нет же, сперва мужчина стоял у неё над душой, то и дело покрикивая, что она то не так ощипывает тушки, а перья ему очень нужны для каких-то крайне важных дел, то не так потрошит, то не так разделывает…
Сакура даже зарычала в голос, вспоминая прошедший день. Как же ей хотелось засунуть этих самых гусей этому невыносимому типу в то место, где вечная тьма. А сегодня ей предстоит приготовить ему на обед мясо вышеупомянутых птиц. Девушка чувствовала, что бандит обязательно до чего-либо придерётся.
- Эй, леди!
Стоило послышаться голосу мужчины, как Сакура закатила глаза, уже догадываясь, что он сейчас обязательно скажет какую-либо гадость. Как-то невзначай уже порядка трёх дней мужчина то и дело бросал в адрес юной Харуно фразы с не самым приличным содержанием. Причём Сакура прекрасно догадывалась, что делает он это нарочно, дабы она учинила скандал, после чего он бы её наказал.
Что же, черноокий пленитель не стал разочаровывать свою прелестную жертву и на этот раз, оправдав её чаяния. Выждав несколько мгновений, но так и не услышав в ответ от девушки ни слова, не расслышав ни звука, свидетельствующего о том, что в доме вообще кто-то живой есть, он проговорил:
- Поднимайте с постели свою привлекательную попку и шагайте в кухню!
- Хам, - буркнула юная Харуно, медленно вставая с постели.
Делать вид, что она спит или не слышит, или вообще его игнорирует, не было смысла. Мужчина обязательно бы вошёл в её комнатку, а затем последовал бы либо очередной скандал между ними, либо девушке пришлось бы вынести очередную порцию насмешек и унижений.
При всём этом зеленоглазая красавица чувствовала, что всё это её пленитель учиняет не так просто. Она и сама себе не могла объяснить подобное, но по какой-то причине ей казалось, что именно так и есть на самом деле. Нет, мужчина не был таким нахалом, неотёсанным мужланом, сиволапым типом, каким пытался себя по какой-то неведомой для юной Харуно причине показать, поскольку ранее он выказывал совсем иное воспитание, хотя и временами в грубой форме. И Сакура догадывалась, что подобное неспроста, что-то грядёт.
- Леди, я долго ждать буду? Я голоден!
- Можешь травку на лугу пощипать, - заявила Сакура, направляясь на выход из комнаты. - Не расстроюсь, не сомневайся, если даже окочуришься.
- Что Вы там бормочите, леди?
Девушка вперила в стоящего напротив неё мужчину полный недовольства взгляд, но промолчала. Не хватало ей ещё ввязаться в его игру. Нет уж, так просто она не даст ему себя вывести на скандал.
Решив просто проигнорировать нахала, Сакура направилась дальше, напустив на себя самый гордый вид, на какой только была способна. Ну, она надеялась, что у неё получилось. Уже оказавшись подле дверей в кухню, юная Харуно сжала кулаки, мечтая чем-либо тяжёлым запустить в мерзавца, который, усмехнувшись, проговорил:
- Леди, я желаю не просто жареное мясо птицы, а что-нибудь поизысканнее.
Юную Харуно так и подмывало высказать негодяю всё то, о чём она подумала после данной его фразы, но всё же девушка неимоверным усилием воли заставила себя лишь кивнуть, скрывшись в кухне.
Ох, как же она отыгралась на несчастной птице, представляя на месте тушки тело своего черноокого пленителя. Какие она должна ему тут ухитриться подать изысканные блюда? Да, приготовленное на открытом огне свежее мясо будет просто отменным, но всё же девушка не имела доступа ни к различным приправам, ни к тому, из чего могла бы придумать соус…
- Вот сказал бы, чтобы я из тебя что-либо эдакое приготовила, - говаривала девушка вполголоса с кровожадной улыбкой на устах, - так я бы, клянусь, из кожи вон вылезла, но сотворила бы кулинарный шедевр буквально из ничего.
- Поскорее, леди! - вновь послышался голос мужчины. - Я же сказал, что очень голоден!
- Ну и сожрал бы сырое, - пробурчала в ответ Сакура.
Когда же блюдо было готово, зеленоглазая красавица переложила птицу на тарелку и направилась в зал, где восседал её пленитель, ожидая, когда же она подаст ему обед. Поставив подле мужчины на столик блюдо, юная Харуно стала неподалёку, ожидая, дозволит ли он ей уйти или вновь продолжит нести всякий вздор.
Мужчина даже не отвёл от девушки свой взор, чем крайне нервировал её. Сакура не знала, что он задумал, но чувствовала, что добром это не кончится. Ухмыльнувшись, бандит медленно поднялся со своего места, чем заставил юную Харуно замереть в страхе, и приблизился к ней. Обойдя девушку вокруг, при этом не спуская пристального с неё взгляда, черноокий её пленитель, словно удовлетворившись осмотром, вновь вернулся на своё место. Помолчав ещё немного, он в итоге небрежно махнул рукой, заявив при этом:
- Можете идти отдыхать, леди.
- Благодарю Вас, сударь, - процедила сквозь зубы Сакура, направившись в свою комнатку.
Со стоном юная Харуно повалилась на свою постель, мечтая, чтобы этот мерзавец отравился мясом и просидел на заднем дворе подольше, раздумывая над своим поведением. Нет, ну где это видано, чтобы так разговаривали с женщиной? Она ему что, служанка? Да как этот подлец вообще смеет так себя с ней вести? Оставалось лишь надеяться, что её мучения вскоре окончатся, она вернётся домой…
Но тут Сакура вновь задумалась над превратностями судьбы. Не суждено ведь ей вернуться домой, как бы ей того не хотелось. Её родители, которых она так любила, просто продали её первому же встречному, кто посулил за неё хорошие деньги.
Вздохнув, девушка села на постели, устремив взгляд на тёмную стену леса за окном. Почему-то, стоило ей вернуться к мыслям о том, что её насильно собирались выдать замуж, да и непременно выдадут, стоит только ей оказаться дома, как участь прожить в этом месте, вдали от цивилизации, даже в компании этого черноокого мерзавца, представлялась ей не такой уж и незавидной.
Нет, вполне возможно, тот, кого её родители прочат ей в мужья, не так уж и плох по всем показателям, он добрый и чуткий человек, но всё же Сакура не могла себе представить, что придётся прожить всю жизнь с тем, кого видела всего-то пору раз, да и то мельком. Но что она могла сделать, чтобы избежать столь противного всей её сущности замужества с человеком, которого она не то что не любила, а он даже ей не нравился и совсем чуточку?
Зеленоглазая красавица настолько погрузилась в свои тяжкие думы, что даже и не заметила, как оказалась уже и не одна в комнате, поэтому она вздрогнула и резко обернулась к двери, когда услышала голос:
- Голодовку объявила?
Мужчина стоял в дверном проёме, опершись плечом о косяк, при этом не сводя внимательного взгляда черных очей с девушки. Сакура даже немного поёжилась, когда осознала, что не может даже примерно ответить сама себе, сколько времени он вот так простоял тут, наблюдая за ней.
- Иди поешь, пока не остыло, - проговорил её пленитель, когда понял, что ответа уже не дождётся.
- С чего вдруг такая забота? - протянула Сакура.
- Скоро буду отсылать тебя домой по кусочкам, - проговорил бандит, - так что нужно, чтобы ты не особо отощала, поскольку планирую растянуть удовольствие. А с костей, сама понимаешь…
Сказав это, он развёл руками, как бы показывая тем самым, что ничего путного в итоге от её худобы не выйдет. Сакура же промолчала на реплику бандита, отвернувшись от него, а мужчина, решив по какой-то причине более покуда не досаждать девушке, усмехнувшись, удалился, оставив её наедине с собственными мыслями.
При этом зеленоглазая красавица невольно подумала о том, что ведь в этой его идиотской шутке кроется и доля правды. Не получи он запрошенный выкуп за неё, то наверняка начнёт отсылать её родителям части тела их дочери. Как в книгах: сперва пальцы, потом уши…
Юная Харуно вздрогнула, представив себе весь этот ужас. А ведь отец и мать могут и не знать о намерениях бандитов, поскольку они наверняка ещё не вернулись домой. Или вернулись? Тут девушка невольно задумалась над тем, откуда вообще бандиты в курсе того, куда следует направлять письмо с требованием выкупа.
Сакура с удивлением пришла к выводу, что ранее почему-то не додумалась до этого. Они знают лишь её имя, да и то благодаря упущению её отца. Но ни фамилии, ни города, ни точного адреса знать они не могут, а она и не говорила им.
Но ведь голубоглазый друг её пленителя куда-то повёз её серьги. Следовательно, что-то им всё же известно. Хотя, Сакура не могла отрицать, бандиты могли просто действовать через какие-либо свои агентурные сети. Ну, слухами земля, как известно, полнится.
Юная Харуно обдумала и такой вариант, в котором серьги могут подкинуть шерифу близлежащего города, куда и прибыл после того рокового случая поезд. А раз её родители наверняка подали заявление, то у шерифа и его людей должны быть её приметы. Ежели родители ещё в том городе, то шериф может показать им найденные украшения, их опознают…
Что же, Сакура была вынуждена признать, что такой вариант развития событий самый, пожалуй, возможный из всех тех, какие она передумала за всё время пребывания в плену. И девушка, пожалуй, и далее пребывала бы в подобной уверенности, если бы вновь не объявился в её комнате черноокий бандит, который поставил на стол тарелку с едой, бросив, перед тем как выйти, с усмешкой фразу:
- Ешь давай, а то женишок разлюбит. Тощие девицы никому не интересны, разве что несколько со странностями типам.
Сакуру едва не затрясло. Она никак не могла взять в толк, откуда этот мужчина знает о том, что у неё есть жених. Лишь спустя некоторое время, когда девушка слегка оклемалась от шока, зеленоглазая красавица наконец сообразила, что он просто случайно попал точно в цель своей репликой, ведь вполне логично было бы предположить, что у неё может быть жених. Всё же юная Харуно была довольно хороша собой, да и по возрасту на выданье, так что ничего удивительно во фразе бандита на самом деле не было.
При этом мысли юной Харуно вновь вернулись к тому, что она и не прочь была бы отделаться от столь нежелательного для неё замужества, так что участь остаться голодной и отощать не казалась такой уж особо глупой.
Её черноокий похититель более не досаждал Сакуре в течение всего дня, не отпускал ставшие уже постоянными всякие похабные фразочки в её адрес, так что юная Харуно даже несколько расслабилась.
Так прошло два дня, а ближе к заходу солнца третьего появился на пороге дома голубоглазый бандит. Сакура и рада была его видеть, ведь ранее он не проявлял к ней агрессии, был довольно учтив, галантен, не чета некоторым небезызвестным личностям, с которыми ей приходилось насильственно сожительствовать столько времени, но в то же время, заметив, что мужчины вновь удалились посекретничать, несколько заволновалась.
Юной Харуно безумно хотелось узнать, какие вести привёз друг её пленителя, но в то же время понимала, что ей это явно никто не поведает, а подслушать вряд ли удастся. А ежели её ещё и поймают за этим делом, то уж явно не поздоровится. В связи с этим Сакуре пришлось терзаться тяжкими думами в своей комнате, пытаясь уверить саму себя, что вскоре всё закончится благоприятно.
- Эй, сладенькая, приготовь нам что-нибудь перекусить! - раздался голос её пленителя.
- Да чтоб у тебя заворот кишок случился, - рыкнула Сакура, направившись в кухню.
Когда же она, быстро разложив по тарелкам то, что осталось с обеда, вынесла в зал, мужчины уже сидели подле камина, вполголоса о чём-то переговариваясь. Завидев девушку, оба разом умолкли и обратили свои взоры на неё. Первым нарушил молчание друг её похитителя, проговорив:
- Приветствую Вас, леди. Как поживаете?
- Хорошо, - ответила девушка, поставив на столик тарелки со снедью. - Но могло бы быть и лучше.
- Надеюсь, этот теме Вас не обижал? - поинтересовался мужчина, бросив многозначительный взгляд на друга.
Тот же, казалось, вовсе и не замечал происходящего вокруг, не слушал разговора между своим другом и девушкой. При этом Сакуру так и подмывало высказать товарищу своего пленителя о том, как по-хамски тот обращался с ней, но благоразумно промолчала, поскольку кажущееся расположение этого человека ещё не показатель искренности его чувств. Притворяться могут все.
- Ничего такого, о чём стоило бы рассказывать, не было, - уклончиво ответила юная Харуно, то и дело бросая взгляды на своего пленителя.
- А о чём не стоит? - продолжал допытываться голубоглазый.
- Умолкни, добе, - вступил в диалог черноокий мужчина. - А ты, лапочка, можешь идти.
Ох, если бы всё ограничилось только данной фразой, пусть и не шибко приличной, тогда бы, возможно, никто ничего особенного и не заметил бы. Но тот факт, что в следующее мгновение стоящая подле мужчины девушка схлопотала смачный шлепок по мягкому месту пониже поясницы, не прошёл незамеченным для всех присутствующих.
Сакура, сжав кулаки, мечтая придушить мерзавца, двинуть ему по макушке чем-либо тяжёлым, резко развернулась и направилась прочь, поскольку чувствовала, что вот-вот сорвётся. При этом радости не добавлял ещё и тот факт, что, помимо столь отвратительного поведения мужчины в присутствии третьего лица, его голубоглазый друг одарил сперва его, а затем уже и её каким-то странным взглядом, но явно не выказал и намёка на помощь несчастной девушке.
Оказавшись в своей комнате, зеленоглазая красавица принялась измерять её шагами, пытаясь взять себя в руки и успокоиться. Ну и как ей теперь быть? Она могла бы с лёгкостью вступить с ним в пререкания, даже как следует заткнуть его, расцарапать ему всю его самодовольную физиономию, но ведь тогда мужчина точно спуску ей не даст. Но и оставлять подобное безнаказанным юная Харуно не собиралась. Он ещё горько пожалеет о содеянном.
Тем временем в зале страсти кипели с не меньшим накалом. Наруто словно с цепи сорвался, накинувшись с расспросами и претензиями на Саске, а тот, в свою очередь, с завидным профессионализмом никак не реагировал на выходки друга, словно того вообще не существовало в данный момент не то что рядом, а вообще в природе.
- Нет, теме, ты мне всё же объясни, что это было, - продолжал уже в который раз допытываться до правдивого ответа друга голубоглазый мужчина. - Я что-то не припомню, чтобы хоть один разочек стал свидетелем подобного твоего поведения в отношении женщин.
- Хватит тебе, добе, - махнул рукой Саске. - Можно подумать, я совершил какой-то чудовищный поступок.
- Как поглядеть, - буркнул Наруто. - Ты отвратительно себя с ней повёл. Я бы ещё мог понять твои выходки с фразами, но такое… Нет, друг, ты переходишь границы дозволенного.
- С чего это? Подумаешь, шлёпнул разок по заду. Не изнасиловал же. Хотя, могу смело утверждать даже под клятвой, она не единожды напрашивалась как минимум на это. Порка для неё уже давно не является устрашающим фактором.
- Ты меня начинаешь пугать, - проговорил голубоглазый мужчина. - Может, всё же поменяемся местами?
- Нет, - ответил ему друг, усмехнувшись. - Я самолично доведу дело до конца. А ты делай своё дело.
- Хотя бы прекрати тогда себя так с ней омерзительно вести.
- Спросить всех забыл.
Блондин покачал головой, явно не удовлетворённый таким ответом и поведением в целом со стороны друга, но всё же решил не вступать с ним покуда в дискуссию, продолжая данную тему, поэтому поспешил перевести разговор в иное русло.
Наруто остался на ночь, а отбыл на рассвете, так что Сакура даже не успела с ним не то что поболтать, дабы попытаться хоть что-то узнать для себя ценного, но и даже попрощаться. Когда девушка проснулась, то застала лишь своего черноокого пленителя, который что-то вырезал из дерева, сидя подле камина.
При этом юная Харуно не упустила из вида, что после встречи со своим другом мужчина несколько повеселел. Видимо, новости, что принёс голубоглазый, оказались более благоприятными, чем предыдущие, поскольку пленитель Сакуры даже не стал досаждать девушке ставшими уже постоянными своими не самым вежливыми выходками.
Ещё три дня пролетели в полном спокойствии, ничто не предвещало беды. Но в одну из ночей девушке не спалось. Сакура никак не могла сомкнуть глаз, то и дело ворочалась, но сон всё не шёл. Уже давно стояла глубокая ночь, а юная Харуно всё ещё бодрствовала.
Сходив в который раз за водой, зеленоглазая красавица, прежде чем лечь обратно в постель, подошла к окну, устремив взгляд в чёрное небо, сплошь усыпанное мириадами звёзд. Залюбовавшись красотой ночного неба, девушка даже не сразу заметила движение неподалёку от домика. Когда же тень мелькнула непосредственно подле окна, Сакура, едва не вскрикнув от неожиданности и страха, инстинктивно отпрянула.
Кто-то бродил неподалёку, и это пугало девушку. Стояла тишина, не было слышно ни звука. Сакура не знала, что ей и делать. Может, позвать на помощь? В конюшне один-одинёшенек конь её похитителя. Пусть юная Харуно и недолюбливала мужчину, но несчастному животному она не желала столь ужасной участи быть растерзанным хищным зверем.
Стараясь сильно не шуметь, зеленоглазая красавица направилась в комнату своего пленителя. В темноте было сложно ориентироваться, при этом она ещё и никогда не бывала в ней, поскольку мужчина запрещал входить в эту комнату, поэтому девушка передвигалась на ощупь.
Добравшись до, как ей показалось, постели, Сакура попыталась нащупать тело мужчины. Что же, оно нашлось довольно быстро. Сама же юная Харуно старалась не думать, за какую именно часть его тела она ухватилась, пытаясь добудиться, после чего проговорила:
- Проснись. Пожалуйста, проснись.
- Тебе, как я погляжу, заняться нечем, - был ей сонный, но в то же время несколько насмешливый ответ. - Приключений на свою попку ищешь? Мамочка с папочкой не учили не врываться по ночам в спальню к мужчине? Или ты именно на это и напрашиваешься?
- Я кого-то видела на улице, - сказала Сакура, стараясь не обращать внимания на слова мужчины.
- В смысле?
Веселье, казалось, мгновенно слетело с её пленителя. Сакура заметила движение, он явно сел на постели, а шорох одежды возвестил девушку о том, что мужчина одевается.
- Мне не спалось, ну я и выглянула в окно, а там кто-то ходит. Боюсь, это хищник. Там ведь в стойле конь один.
- Сиди здесь!
Сакура слышала, как звякнула пряжка ремня, ударившись об оружие, когда мужчина, поднявшись, взял снаряжение и направился на выход. Девушка же, оставшись в одиночестве, залезла на его постель, сжавшись в комочек.
Тишина действовала просто угнетающе на юную Харуно. Она никак не могла понять, почему не слышно ни звука. Зато спустя пару мгновений девушка едва не вскрикнула от неожиданности, когда на улице прогремел выстрел, а за ним последовали и ещё три.
Затаив дыхание и не сводя взгляда с двери в комнату, Сакура не двигалась с места. Только сейчас пришло осознание того факта, что на улице мог быть не зверь, а человек. Возможно, это за ней. Её искали, нашли, а она… Неужели она сама отдала своих спасителей в руки смерти?
Прождав ещё немного, юная Харуно старалась прислушиваться к малейшим шорохам, которые могли бы подсказать ей о том, что же творится на улице, но все её попытки что-либо разузнать таким образом не увенчались успехом.
Зеленоглазая красавица даже подумала было, что её похитителя всё же могли и убить, ранить, ведь неизвестно, сколько именно людей точно было на улице, когда услышала тихие шаги. Не зная, к чему готовиться, Сакура старалась не шевелиться, а вскоре возник в дверном проёме силуэт мужчины.

Похитители. Глава 7

Сакура прижалась спиной к стене, не сводя взгляда с тёмной фигуры, появившейся в дверном проёме. Девушка и понятия не имела, кто перед ней: её пленитель или кто-то, кого она видела в недавнем времени на улице. Конечно, вряд ли это кто-то посторонний, ведь так сразу добраться до этой комнаты, при этом не зная обстановку дома, есть ли ещё кто-то внутри, крайне сложно. А ежели это её черноокий пленитель, то почему же он просто стоит и молчит?
Девушка невольно напряглась, готовясь к худшему. Всё же всякое могло произойти. Оставалась ещё и мизерная надежда, что, если это действительно кто-то чужой, то он не сможет так легко разглядеть её во мраке комнаты, когда она ещё и укуталась в одеяло.
- Милая, ты ещё тут? - услышала юная Харуно голос мужчины. - Или вновь упорхнула, посчитав, что я сочту твоё появление в своей комнате за видение?
Зеленоглазая красавица облегчённо выдохнула, пропустив мимо ушей несколько странное высказывание мужчины, стоило услышать насмешливые нотки в голосе того, кто уже столько времени изводит её своими выходками. Нет, не особо она и была счастлива появлению своего черноокого пленителя в добром здравии, но уж лучше он, чем какой-либо негодяй, который вряд ли станет с ней церемониться.
Сакура уже давно приметила странную особенность поведения её черноокого пленителя. Сперва он постоянно рычал на неё по малейшему поводу, огрызался, даже откровенно запугивал. Да, потом он принялся пошлить, даже откровенно пару раз распускал руки. Но ни разу не выказал и попытки действительно свершить над своей пленницей насилие.
Юная Харуно вовсе не жалела об этом, но всё же, начитавшись ранее книг, наслушавшись историй о похищениях, она ожидала большей грубости от бандита. Он запросто мог овладеть своей пленницей силой. Что ему до того, как ей потом придётся жить? И всё же дальше слов и редких шлепков по ягодицам между ними ничего не было, что не могло не вызывать удивления.
Всё это слегка озадачивало девушку, которая всё чаще ждала от мужчины какого-либо подвоха. И в этот момент, когда возникла опасность появления в доме кого-то постороннего, кто мог с ней и не утруждаться манерами джентльмена, а попросту изнасиловать свою жертву, Сакура была как никогда рада видеть именно своего ненавистного пленителя.
- Можно подумать, ты бы поверил в это, - пробурчала юная Харуно.
Мужчина хмыкнул и медленно направился к постели, на которой и устроилась Сакура. Девушка невольно вся сжалась, не зная, чего и ожидать в дальнейшем от её пленителя. Не лучше ли было ей действительно быстренько улизнуть обратно в её комнатку? Кто знает, какие идеи могут в столь интимной обстановке посетить его голову.
- Я думал, ты уже спокойно почиваешь в своей постели, - протянул мужчина, усевшись на противоположный от Сакуры край кровати.
Сейчас юная Харуно имела возможность несколько чётче его рассмотреть. Ну, это, конечно, слишком громко сказано. Да, она видела несколько более чётко его силуэт, очертания тела, лица… Но всё же полную картину внешности мужчины составить было практически невозможно. Но уже хоть что-то, чем видеть каждый день только его глаза.
И всё же зеленоглазая красавица невольно поймала себя на мысли, что рассматривает слишком уж пристально тело своего пленителя. Да, было очень темно, но всё же ей хватило освещения от тусклых лучей луны, пробивающихся сквозь полупрозрачные занавески, чтобы понять, что мужчина полуобнажён. Да и не особо много ума нужно было, чтобы до этого догадаться, поскольку, когда она пришла его будить, её черноокий пленитель спокойно спал, поэтому, стоило ему прознать о том, что их покой нарушен, он одел лишь брюки, захватил оружие и покинул комнату.
Поэтому в момент, когда до неё дошло, чем она столь бесстыдным образом занимается, Сакура была крайне счастлива, что он не видит её покрывшегося багровыми пятнами смущения лицо и вообще её взгляд, направленный слишком уж продолжительное время не туда, куда следовало бы смотреть юной и незамужней девушке, ещё и в отношении постороннего мужчины.
- Поспишь тут, когда стрельба вокруг, - отозвалась Сакура.
Мужчина усмехнулся, а юная Харуно, осознав, что вряд ли бы он так просто решил поупражняться глубокой ночью в стрельбе, решила поинтересоваться:
- Что там произошло?
- Ничего особенного, что стоило бы твоего внимания, - был ей ответ.
Зеленоглазую красавицу подобное не удовлетворило. Что это за уклончивые ответы?
- А что же не стоит моего внимания?
Её черноокий пленитель молчал, и юная Харуно не знала, о чём сейчас он размышляет. Думает, какую гадость ей ответить, или же просто раздумывает над тем, что вообще с ней сотворить, чтобы нахальная девчонка не смела более так с ним разговаривать?
- Ничего, - в итоге выдал он. - А теперь, моя дорогая леди, будь добра покинуть мою комнату.
Мужчина поднялся и потянулся, а затем устремил взор на по-прежнему сидящую на его постели девушку. Конечно же, любая другая женщина сразу же воспользовалась бы случаем и удалилась, дабы не нагнетать обстановку, не провоцировать бандита на какие-либо действия, что могли бы пагубно отразиться на её здоровье. Но юная Харуно не собиралась подчиняться каким бы то ни было приказам этого человека, покуда не дознается правды, поэтому, устроившись поудобнее, она заявила:
- Я никуда не уйду, пока не скажешь, что произошло на улице.
Нет, Сакура не была полной дурой, у неё не отсутствовал инстинкт самосохранения… Она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что её пленитель за подобную вольность с её стороны может с ней сделать прямо здесь и сейчас. И всё же её характер в очередной раз возобладал над разумом.
Мужчина тихонько засмеялся, и зеленоглазая красавица невольно поёжилась. Ни капли истинного веселья в его смехе она не почувствовала, а вот угрозу для себя видела как никогда чётко. Её черноокий пленитель сделал пару шагов к ней, и Сакура вжалась спиной в стену.
- Детка, ты, случайно, не забыла, где находишься и с кем разговариваешь?
Юная Харуно не могла с точностью сказать, какое у него в этот момент было выражение лица, но была готова отдать голову на отсечение, что он кровожадно оскалился, хищно сощурил глаза, при этом едва ли не облизнулся, как голодный зверь. И всё же отступать девушка не собиралась.
- Ты ведь стрелял. Зачем?
- Захотелось.
- Это не ответ.
Мужчина склонился к ней, опираясь руками о край постели. Сакура невольно подтянула ноги к себе, обхватив колени руками. Подсознание буквально вопило, чтобы она немедленно прекратила злить этого человека, но сама девушка была настроена решительно.
- А разве я обязан перед тобой отчитываться? - протянул брюнет. - Милая, не забывай, что я не твой женишок, ты не вправе что-либо от меня требовать.
Сакура спешно пыталась придумать хоть какое-то оправдание своей наглости, чтобы немного умаслить своего пленителя. Ещё немного, и он точно более доходчиво объяснит ей, как следует пленнице себя вести в его присутствии, а также разговаривать.
- Мне просто нужно знать, что там произошло, - проговорила она. - Я ведь волнуюсь. Как я могу лечь спать, когда может угрожать опасность?
Мужчина слегка склонил голову к плечу, устремив на девушку пристальный взгляд, от которого юная Харуно не знала, куда и деваться. Вроде бы ничего такого, но ей казалось, что он едва ли не видит её насквозь, может прочесть мысли. Да, глупость, но всё же Сакура невольно обхватила себя руками и немного отвернулась.
- Я же уже сказал, что волноваться нет причин. Я всё уладил, можешь смело ложиться спать.
Юная Харуно хотела было вновь вступить с ним в пререкания, как мужчина протянул руку, коснувшись её обнажённой ступни, а затем медленно провёл пальцами к колену.
- Или ты, - произнёс брюнет с ухмылкой на устах, - желаешь остаться тут и согреть мою постель?
Сакура задрожала, осознав, что именно он имеет в виду. Неужели она доигралась, её пленитель решил более не церемониться, а воспользоваться столь удобным случаем? Сама же сделала всё для этого. Девушка попыталась отползти, но мужчина ухватил её за лодыжку, удерживая подле себя. Зеленоглазая красавица невольно взвизгнула, предприняв попытку вырваться, но все её потуги оказались тщетны. Её затрясло с новой силой, когда стало ясно, что теперь ей никто и ничто не поможет.
- Марш отсюда в свою комнату! - рыкнул мужчина, после чего отпустил девушку.
Сакура молниеносно соскочила с постели и бросилась прочь из комнаты своего пленителя. Оказавшись у себя, она затворила дверь и, запрыгнув на свою кровать, укуталась в одеяло и сжалась в комочек. Какое-то время она лежала неподвижно, прислушиваясь к малейшему шороху. Но всё было тихо.
Немного успокоившись, поняв, что брюнет не собирается делать то, о чём намекал ранее, явно уже лёг спать, Сакура улеглась поудобнее, принявшись размышлять над тем, что же произошло. Нет, она совершенно не сожалела, что её пленитель вновь проявил себя не как преступник, а как мужчина, не воспользовался столь удачным моментом. Но всё же вряд ли ей и дальше будет сопутствовать удача, если она продолжит его изводить.
При этом зеленоглазая красавица чувствовала некий дискомфорт. Тут не было ничего удивительного, если учесть тот факт, что её вновь, если можно так выразиться, отвергли. Конечно, глупо было бы утверждать, что юная Харуно хотела бы быть совращённой этим человеком. Но всё же, как и любая женщина, в глубине души Сакура надеялась, что хоть чуточку её женские чары имею влияние на мужчину. А тут получалось, что он совершенно ею не интересуется. Как тут не разозлиться.
С такими двояки мыслями Сакура и погрузилась в сон. Утро же не принесло ей облегчения, поскольку после пробуждения она вновь вспомнила обо всём, что произошло прошедшей ночью, после чего в очередной раз вознегодовала над столь странным поведением её плениятеля.
Да, юная Харуно прекрасно отдавала себе отчёт в том, что не самая первая красавица. Но всё же разве это повод со стороны мужчины так с ней обращаться? Мог бы и для приличия хоть разочек притвориться, что она ему, ну, пусть и не нравится, хотя бы симпатична. Он что, хочет сказать, что она для него недостаточно хороша?
Оскорблённое женское эго требовало незамедлительной мести наглецу, осмелившемуся на столь дерзкий поступок, как пренебрежение обаянием девушки. Но всё же доводы разума, который упорно твердил, что лучше не провоцировать лишний раз мужчину, несколько охладили первоначальный пыл зеленоглазой красавицы, готовой тотчас ринуться в бой и доказать её пленителю, что она не вещь, не предмет интерьера, так что следовало бы ему быть с нею более обходительным.
Конечно, Сакура допускала, что такой мужлан, живущий в лесу, общающийся лишь со своими такими же дикими дружками, в крайнем случае, что зеленоглазая красавица не могла не принять во внимание, с девицами не самых высоких моральных принципов, только и знающий, что охотиться и оттачивать навыки в стрельбе, попросту не в состоянии оценить привлекательность настоящей женщины в полной мере. И речь не только о внешней красоте, но и о внутренней.
Но ведь были моменты, когда в его поведении и словах проскальзывали довольно ощутимые нотки прекрасного воспитания и образования. Что это, лишь попытка спародировать своего голубоглазого друга, который действительно был весьма обходителен, вёл себя с девушкой, как и подобает мужчине и джентльмену, или же это максимум, который брюнет смог вызубрить в целях необходимости, а большего от него и нет нужды ожидать?
Юная Харуно не знала, что же ей предпринять. С одной стороны, следовало как следует проучить наглеца, осмелившегося на столь вопиющую вольность прошедшей ночью, да и не только, к несчастной и беззащитной девушке. С другой стороны, следует учитывать и тот факт, что мужчина вряд ли станет добровольно выполнять то или иное действо, которое будет необходимо Сакуре для осуществления её замысла. А малейшее отклонение от плана, как и угроза, что её пленитель разгадает умысел девушки, могли крайне пагубно сказаться на её здоровье впоследствии.
Завтрак прошёл в гнетущем молчании, нарушить которое не решалась ни одна из сторон. Сакура упорно пыталась сделать вид, что вообще не замечает своего пленителя, при этом стараясь придумать, как бы ей отомстить негодяю, а Саске лишь наблюдал за крайне странным поведением девушки, пытаясь уловить момент, когда она ошибётся, выдав ему свои истинные намерения.
Брюнет не собирался попадаться на крючок юной Харуно, поверив в то, что девушка якобы смирилась с участью, покорно решила ожидать итог всего происходящего. Он ждал какой-то подвох, но никак не мог найти, к чему бы придраться. Да, Сакура была обижена, даже не скрывала этого, одно выражение лица, когда она подала брюнету завтрак, чего стоило. Он даже опасался сперва есть. Всё же и подсыпать чего-либо могла. Но он даже не мог понять, что в этот раз стало причиной недовольства его пленницы, так что задача по выявлению её истинных намерений казалась крайне сложной.
Вот в таком тягостном для Саске ожидании и прошли три дня. Зеленоглазая красавица словно превратилась в покорную служанку. И данный факт всё сильнее и сильнее пугал Саске, заставлял постоянно быть настороже. Он ни капли не доверял этой сумасбродной и нахальной девице, чтобы так легко ей проиграть, какую бы игру она не затеяла. Но, поскольку он так и не смог разгадать и толики её замысла, приходилось ждать, постоянно сосредотачивая всё своё внимание на каждой мелочи.
Ближе к полудню одного из дней Сакура затеяла стирку. При этом девушка, даже не удосужившись испросить разрешения у брюнета, спокойно прошла в его комнату, когда Саске лежал на постели и что-то там читал, поставив на пол широкую плетёную корзину, принявшись сваливать в неё вещи, какие посчитала грязными.
Первое время брюнет лишь наблюдал за всеми манипуляциями зеленоглазой красавицы, даже промолчал, когда она открыла шкаф и принялась рассортировывать вещи, коих и так было не столь уж и много, всего-то двое брюк и пять рубашек. Но когда Сакура, подойдя к постели, попросту согнала мужчину с матраца, пару раз хорошенько хлестнув его рубашкой, затем сняла простынь и наволочку, кинув их в корзину, Саске едва не лишился дара речи от подобного нахальства.
- Снимай своё тряпьё, - заявила юная Харуно, беря корзину с бельём и направляясь прочь из комнаты. - От тебя уже несёт невыносимо. И вымойся сперва, а затем уже и надевай чистое.
Брюнет аж рот открыл, едва не задохнувшись от возмущения, но от шока так и не успел вовремя что-либо высказать мерзопакостной девчонке. Сакура же тем временем преспокойненько покинула комнату, направившись на улицу, где и намеревалась устроить стирку.
Когда же девушка уже развешивала на верёвки сушиться бельё, её внимание привлёк всадник, приближающийся к домику. Даже не удостоив юную Харуно и взглядом, незнакомец, который уже как-то посещал это место, несколько напугав девушку, спокойно подъехал к дому, спешился, привязал коня и скрылся за дверью. Не успела Сакура закончить своё занятие, как оба бандита вышли из дома и направились за сарай.
Юную Харуно это несколько удивило, но она постаралась не задумываться слишком уж долго над действиями мужчин. Всё равно узнать ничего не выйдет, а так только сама изведётся. Решив, что можно и передохнуть, Сакура направилась в дом, где присела подле камина, рассматривая нечто, что её пленитель принялся вырезать из кусочка дерева накануне утром.
Фигурка явно намеревалась стать человечком в умелых руках мастера, поскольку уже были заметны некоторые пропорции, голова и руки. Юная Харуно тем временем перенесла своё внимания на уже практически готовую фигурку рыси, принявшись рассматривать её со всем вниманием.
Зеленоглазая красавица давненько приметила, что её пленитель обладает недюжинным талантом. Но всякий раз он то и дело прятал от девушки свои фигурки, поэтому ей никак не удавалось рассмотреть уже готовый вариант его работы. Сейчас же мужчина, стоило явиться его другу, очевидно, запамятовал, оставив фигурку дикой кошки на полу, где её и обнаружила Сакура.
- А вот если тебя надлежащим образом раскрасить, - пробормотала юная Харуно, глядя с восхищением на маленькую фигурку рыси, - то вообще будет глаз не оторвать. Как живая получишься.
Сакура была поражена тем, что бандит, которому полагалось, по тем же книгам, что читала юная Харуно, и рассказам людей, которые тоже явно не на личном опыте прознали обо всём, ничего не уметь, быть злобным, бездушным монстром, бессердечным тираном, любящим страдания людей, помышляющий только о наживе, способен создавать настолько прекрасные вещи из дерева, при этом имея из инструментов лишь охотничий нож.
- А если…
Зеленоглазая красавица воровато оглянулась, опасаясь быть замеченной за недостойным делом, после чего быстро спрятала фигурку рыси в карман. Ей оставалось лишь надеяться, что мужчина будет слишком занят с другом, поэтому, вернувшись, не вспомнит, куда дел фигурку, а решит, что уже убрал её куда-либо.
Если же обнаружится пропажа, то девушке несдобровать. Сакура это прекрасно понимала, потому спешно принялась раздумывать над тем, что же такого придумать, дабы отвлечь внимание своего пленителя, как-то его задобрить…
От размышлений юную Харуно отвлекли шаги. Девушка невольно обернулась, устремив взгляд на дверь, ожидая увидеть там своего черноокого пленителя, готовясь начать оправдываться, ведь оказалась пойманной на месте, не успела сбежать, но на пороге возник незнакомец, что и приехал недавно к своему товарищу.
Сакура несколько успокоилась, решив, что этот человек всё равно ни о чём не догадается, так что и нет нужды его опасаться, поэтому, приняв гордый вид, словно являлась хозяйкой этого дома, а незнакомец лишь мимо проходил, она хотела было подняться, как мужчина шагнул к ней.
Зеленоглазая красавица, особо не понимая, что происходит, невольно бросила взгляд ему за спину, ожидая увидеть своего пленителя, но брюнета словно и след простыл. Незнакомец с пугающим девушку взглядом приближался, и Сакура с ужасом увидела в его руке огромный охотничий нож.

 ***

- Как видите, господин Абуми, у меня более чем веские основания полагать, что всё происходящее является далеко не попыткой четы Харуно выудить из Вас денежные средства путём обмана.
Молодой черноволосый мужчина в данный момент сидел в удобном кресле подле камина в гостиной, медленно переводя взгляд с высокого мужчины, стоящего перед ним, на столик, на котором лежал бумажный конверт, а затем вновь возвращал всё своё внимание законникам.
Вести, принесённые с утра пораньше, не шибко обрадовали господина Абуми, который намеревался провести этот погожий денёк в более приятной компании, нежели законники. Заку вновь бросил хмурый взгляд на конверт, раздумывая над тем, что вся эта история уже слишком далеко зашла. А довольно частые в последнее время посещения шерифа и его помощника сказывались не самым лучшим образом как на настроении молодого человека, так и на его делах.
- Я, конечно, всё понимаю, шериф, - проговорил Заку, - но всё же склонен подвергнуть и эту… посылку сомнениям.
- То есть Вы считаете, - проговорил шериф, взглядом указав на конверт на столе, - что это тоже является обманом?
- Да.
- Тогда как Вы можете объяснить это?
- Шериф, - вздохнув, проговорил Заку, устремив взгляд на своего собеседника, - мне кажется, что это Ваша работа выяснять те или иные обстоятельства различных дел. Лично я по-прежнему убеждён, что всё происходящее подстроено четой Харуно, дабы выудить из меня деньги. А вот с этим, - мужчина взглянул на конверт, - разбирайтесь сами.
- И с чего бы Кизаши Харуно выуживать из Вас такую сумму, причём столь отвратительным методом, - проговорил шериф, - когда вскоре его дочь должна была стать Вашей невестой?
- Хотя бы по той причине, - произнёс Заку уставшим голосом, показывая тем самым, что ему надоело уже в который раз говорить одно и то же, - что после свадьбы дочь господина Харуно стала бы лишь единолично пользоваться моим состоянием. Причём не в полной мере, а лишь в тех рамках, что я бы сам установил. Её же родители не получили бы ровным счётом ничего.
- И какой же им смысл устраивать мнимое похищение дочери, ещё и с такими… посылками, когда, заполучив от Вас такую сумму, они оставят дочь жить в нищете с Вами?
Господин Абуми ухмыльнулся, смерив шерифа и его помощника внимательным взглядом, после чего проговорил:
- А кто сказал, что после всего этого я и дочь четы Харуно поженились бы? Кизаши спокойно мог заявить, что отказывает мне по каким-то там причинам. Или заставил бы меня отказаться от женитьбы, предоставив доказательства того, что девушка уже не невинна.
- И Вы бы отказались от свадьбы с девушкой, если бы узнали, что она подверглась насилию, - не спросил, а констатировал факт шериф.
- Именно, - кивнул Заку. - И мне всё равно, что Вы, шериф, думаете по данному поводу. В моём положении и так было слишком рискованно связываться с довольно сомнительной семьёй. Но я всё же попытался. И вот результат. Более я не вижу причин порочить свою репутацию, связывая судьбу с особой, которая, как я уже Вам говорил, не вызывает, как и её семья, у меня более доверительных чувств.
- Но я всё же склонен полагать, - продолжал шериф, - что всё происходящее не является лишь злым умыслом четы Харуно выудить у Вас состояние.
- Коли так, то и разбирайтесь, шериф. Я уже высказал Вам своё мнение на этот счёт.
- И Вы не готовы заплатить вымогателям требуемую сумму.
Заку глубоко вздохнул, прикрыв глаза, показывая тем самым, что его весьма утомил как этот разговор, так и вообще вся эта ситуация в целом.
- Я заплачу, шериф, - протянул он спустя некоторое время, что ушло на раздумья. - Но лишь в том случае, когда буду убеждён, что девушка действительно попала в руки негодяев, падких на чужое добро, а не всё это, повторюсь, подстроено её семьёй.
- Что же, пока у меня нет более к Вам вопросов, - сказал шериф. - Будут новости, я проинформирую Вас.
- Конечно, шериф. Держите меня в курсе.
Шериф направился на выход, а его помощник, что всё время, покуда длился диалог между его начальником и господином Абуми, простоял подле окна, делая вид, что ему безумно скучно, бросив мимолётный взгляд на хозяина дома, зевнул и, прихватив конверт со всем содержимым, неспешной походкой поплёлся за шерифом.
Заку проводил обоих законников недовольным взглядом, а затем, узрев в окно, когда оба скрылись за воротами, пустив коней в галоп, развернулся и быстрым шагом покинул гостиную, направляясь в сад, откуда прошёл к конюшне.
- Почему меня заранее никто не предупредил о приезде законников? - прорычал господин Абуми, подойдя к паре мужчин, что сидели подле конюшни.
- Да кто знал, что они сюда нагрянут? - протянул один из них. - Умотали оба ещё два дня назад куда-то, в округе вообще о них ни слуху, ни духу не было. И вот объявились.
- Я вам плачу не за то, чтобы вы тут только пьянствовали, а чтобы следили за ходом расследования, - огрызнулся Заку. - Кто вообще донёс шерифу о посылке, что пришла мне сегодня утром?
Мужчины лишь переглянулись, а Заку аж зарычал в бешенстве. Стоило ему проснуться рано утром, как слуга принёс сей злополучный конверт, который был найден на крыльце. Только брюнет его вскрыл, взглянув на содержимое, как было объявлено, что пожаловал шериф с помощником.
Господин Абуми в тот момент даже усмехнулся, подумав про себя, что стервятники всегда слетаются на падаль. Вот и в этот раз шериф, о котором давненько ходила слава, что он способен раскрывать самые тяжкие дела, может отыскать след там, где и псы теряются, словно учуял кровь, поэтому и пожаловал в дом Заку. И очередной допрос...
Мужчина глубоко вздохнул, развернулся и направился обратно в дом. Толку от его людей всё равно никакого не было сейчас. Заку совершенно не нравилось, что законники то и дело вьются вокруг, постоянно выспрашивая одно и то же. То, что шериф пытается выгородить чету Харуно, брюнету тоже совершенно не доставляло удовольствия.
Устроившись поудобнее в кресле, Заку вновь погрузился в размышления. Что же, похоже, что делом с серёжками, которые были привезены Кизаши Харуно шерифу с заявлением, что преступники прислали их с письмом, в котором говорилось о сумме выкупа за его дочь, Сакуру, всё не ограничилось.
Господин Абуми недовольно хмыкнул, вспоминая утреннюю посылку. Что же, становится очевидным тот факт, что девушка действительно в руках самых настоящих головорезов, а не каких-то там олухов, пытающихся отыскать путь к лёгкой наживе.
Да, жаль юную Харуно, коли дело действительно столь серьёзное. Но это вовсе не означало, что Заку намеревался отдавать кому бы то ни было все деньги. В первом письме, в котором преступники указали сумму выкупа, значилось всё нынешнее состояние господина Абуми. А на этот шаг мужчина идти не собирался.
Если в этот раз преступники доказали, что не шутят, церемониться с заложницей не собираются, прислав в конверте господину Абуми отрезанные уши, то оставалось лишь догадываться, до чего они дойдут, если их требования не будут выполнены в кратчайшие сроки.
Что же, пусть шериф разбирается с этим делом, а он не намерен вмешиваться. За нынешнюю оплошность его люди ещё заплатят. Заку взглянул на пляшущее в камине пламя, задумавшись о том, что же теперь будет дальше, как ему действовать. А выплачивать даже пару монет за изуродованную девушку он точно не станет. Это уже проблема её родителей.

Похитители. Глава 8

- Хоть убей, не могу понять, откуда эти кретины взяли проклятые уши.
Шериф расхаживал взад и вперёд по участку, пытаясь размышлять вслух о деталях происшествия. Когда ему принесли сообщение, что следует немедленно выехать к господину Абуми Заку, поскольку там его будет ожидать некий сюрприз, он никак не ожидал, что сюрприз будет настолько занимательным.
- Ладно тебе, Нагато, не суетись, - проговорил его помощник, вольготно расположившийся на стуле. - Может быть, они просто поругались, вот и в итоге нарисовался данный трофей. Пар выпустили и подарок отправили.
Шериф смерил своего помощника взглядом, говорившим красноречивее любых слов, а затем, просто махнув рукою, решил не связываться с ещё одним невыносимым типом. У него и без этого дел было по горло.
- Яхико, пойми, что я не могу так просто оставить без внимания данную посылку. Пусть хоть они там друг друга десяток раз поубивают, расчленят на мелкие кусочки и разошлют по свету. Но я желаю знать, кто ранее являлся истинным владельцем этих ушей.
- Так-то ты верно излагаешь, - протянул помощник шерифа, потянувшись. - Как бы мне того не хотелось, но что-то глубоко сомневаюсь, что они действительно друг другу уши в пылу ссоры порезали.
- И я о том же, - сказал шериф, присаживаясь на своё место за столом. - Получается, что они кого-то либо прикончили, либо покалечили.
- В первом варианте сомневаюсь, - произнёс Яхико. - Хотя… кто знает, что там произошло.
- Яхико, что может произойти в глуши, в которой эти олухи схоронились? - протянул Нагато. - Там людей на многие мили не сыщешь.
- Как видишь, отыскали же где-то, - усмехнулся помощник шерифа.
Шериф прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться и обдумать как следует сложившуюся ситуацию. Отрезанные уши ранее явно принадлежали мужчине, а не женщине. Слишком уж крупные, даже, если можно так выразиться, мясистые. Их владелец был крупным человеком. Крайне сомнительно, что юная стройная девушка могла бы ходить с такими ушами.
Помимо этого, если хорошенько подумать, Нагато глубоко сомневался, что похищенную девушку станут так просто уродовать. Да и в записке, прикреплённой к конверту с ушами, чётко указывалось, что это лишь предупреждение. Вот если выкуп не будет вскоре получен, тогда…
И всё же шериф не верил в достоверность угроз. Да, проволока с получением выкупа вряд ли на кого-либо подействует без агрессии. И всё же калечить девушку не имело никакого смысла, поскольку тогда за неё точно вряд ли удастся что-либо выудить из жениха, который не станет раскошеливаться за изуродованную невесту. Только родители останутся заинтересованы в возвращении дочери, но у них нет таких денежных средств, что были запрошены в сумме выкупа.
Но откуда же тогда взялись эти треклятые уши? Нагато всё больше склонялся к мысли, что не помешало бы всё хорошенько лично проверить. И что ждать в будущем? Очередную посылку с новой частью тела какого-либо человека? Нет, с этим нужно поскорее завязывать.
А что сам господин Абуми? Нагато очень не нравилась реакция мужчины на полученную посылку. Разве для того, чтобы жениться на девушке, не нужно быть хотя бы влюблённым в неё? Ежели так, то почему он так спокойно, беззаботно, даже с едва скрытым раздражением говорил о том, что его возлюбленную могут изуродовать? Шериф отчётливо видел, что Заку не намерен был расставаться с деньгами из-за похищенной невесты.
А эти заявления господина Абуми, будто это семья похищенной девушки причастна к её исчезновению и вымогательству у него денег… Нагато только усмехнулся, вспоминая поведение мужчины в течение всего разговора, вообще всех их встреч, пока длится данное дело. Слишком наиграно всё было, что аж тошнит от столь бездарной игры.
Что же, шериф был склонен полагать, что Заку не станет отдавать вообще никакие денежные средства за свою невесту. Ему откровенно безразлично, что сделают с девушкой похитители. Это одновременно радовало и злило Нагато, который теперь имел два направления, по которым ему следовало продвигаться, а затем он планировал плавно совместить их, тем самым обеспечив победу, если только вновь не возникнут какие-либо непредвиденные ситуации.
- Уничтожь это, - сказал Нагато своему помощнику, кивком головы указывая на конверт с отрезанными ушами, лежащий на подоконнике.
- А что потом? - поинтересовался Яхико.
- Потом я тебе кое-что скажу, - протянул шериф, раздумывая над кое-какими деталями дальнейших действий. - Да, ещё я желаю к вечеру получить полный отчёт от твоих «норушек».
- Сделаем. Я могу быть свободен?
- Да.
Когда Яхико удалился, Нагато вновь погрузился в свои думы. Сейчас главное было не упустить из вида даже самую, казалось бы, крохотную деталь, которая на первый взгляд не стоит и малейшего внимания. Если всё пройдёт по плану, то уже довольно скоро девушка окажется на свободе. И кое-что ещё.

***

Сакуру трясло от страха с неимоверной силой. Казалось, что всё её тело словно парализовало. Она могла лишь смотреть на приближающегося к ней мужчину с огромным охотничьим ножом в руке, но была не в силах подняться, попытаться себя защитить, в конце концов просто постараться убежать.
Незнакомец с пугающим девушку взглядом ухмыльнулся, узрев, какую реакцию у юной Харуно вызвало его появление, а затем направился прямо к ней. Сакура не знала, что ей и делать. Где её черноокий похититель? Неужели он допустит, чтобы её так просто убили? Быть может, он сам попросил этого человека с нею расправиться?
Незнакомец подошёл к девушке, остановившись буквально в паре шагов от неё. Он демонстративно немного вытянул вперёд руку, поигрывая ножом в пальцах. Сакура же медленно протянула руку к подолу юбки. Пусть это её единственный шанс, вряд ли ей удастся уйти, даже если сможет убить или хотя бы на время нейтрализовать бандита, ведь где-то на улице ещё один бродит, но иного выхода, как рискнуть, юная Харуно не видела.
- Ты чего творишь?
Зеленоглазая красавица невольно вздрогнула от неожиданности, услышав столь знакомый голос. Незнакомец заслонял собою обзор девушке на входную дверь, поэтому она не видела, как в дом вошёл её черноокий пленитель.
- Просто любуюсь твоею пленницей, - ответил его товарищ, при этом он не сводил внимательного взгляда с девушки.
- Налюбовался?
Сакура не видела лица своего пленителя, поскольку незнакомец так и не обернулся, зато тон его голоса несколько удивил её. Мужчина явно был раздражён, но девушка никак не могла взять в толк, чем именно вызвано его недовольство.
Судя по тому, как хмыкнул бандит, стоящий подле неё, девушке отнюдь не показалось, что её пленитель чем-то недоволен. Мужчина обернулся к товарищу, а затем, постояв некоторое время в молчании, словно одного взгляда ему было достаточно, дабы что-то уяснить для себя, он проговорил с некоторой усмешкой в голосе:
- Вполне.
- Тогда давай поскорее закругляться, - заявил брюнет, направившись в сторону кухни.
Его товарищ последовал за ним, бросив мимолётный взгляд на по-прежнему сидящую на полу Сакуру, внимательно наблюдавшую за мужчинами. Стоило бандитам скрыться, зеленоглазая красавица вскочила и помчалась в свою комнату. Затворив дверь и запрыгнув на кровать, она попыталась взять себя в руки и успокоиться. В этот раз, похоже, всё обошлось. Но что же ждёт её дальше?

***

- Весьма милая девочка, - проговорил товарищ Саске, когда мужчины спустились в подпол.
- И что дальше? - спросил брюнет, зажигая лампу.
- У малышки, как я погляжу, полная свобода действий, - усмехнулся мужчина. - Что-то не особо похоже, что она твоя пленница.
- А мне следует держать её на привязи, как сторожевую собаку?
- Ну, не столь, конечно, радикально. Но всё же девчонка довольно вольготно себя чувствует.
Черноокий мужчина повесил лампу на специальный крюк, прикреплённый к одной из балок, после чего подошёл к бочонку, стоящему в отдалении от других. Вообще рядом с ним ничего не было на расстоянии порядка шести футов.
- Прекрати, Гаара, - сказал Саске, открывая бочонок. - Бежать ей отсюда некуда, кругом дикие леса. На моём коне она ускачет разве что на тот свет. И она это прекрасно знает. Так какой толк мне её связывать? Хоть готовит и убирает, уже польза.
- А в чём ещё от неё польза? - спросил Гаара, взглянув на содержимое бочонка. - Ого, и как ты умудрился сюда запихнуть?
- Ты на что намекаешь? - огрызнулся Саске, резко обернувшись.
- Ты про первый или второй мой вопрос? - беззаботно поинтересовался его товарищ.
Черноокий мужчина стиснул кулаки, при этом едва не зарычал. Ему не нравилась подобная разговорчивость друга, который редко был столь словоохотлив. А пуще этого брюнета не устраивало то, что Гаара сыпал недвусмысленными намёками в адрес девушки и самого Саске.
- Я не сплю с этой девчонкой. Уясни это раз и навсегда.
- И в мыслях не было, - с видом оскорблённой невинности проговорил Гаара. - Я имел в виду, что ты, может быть, заставляешь её тяжёлую работу делать. Ну, дрова там колоть, конюшню чистить…
- Рот закрой, - рыкнул Саске, прекрасно осознавая, что именно о пошлостях и думал как раз Гаара.
- Кстати, ты бы получше приглядывал за девчонкой.
- А что не так-то?
Гаара взглянул на Саске, помолчал пару мгновений, а затем сказал:
- Если я тебе скажу, ты мне вряд ли поверишь. Потом помчишься проверять… А ты явно не сделал этого сразу. В общем, ты повнимательнее к ней присмотрись, к её поведению, движениям… Учти, малышка не так беззащитна, как кажется на первый взгляд.
- Давай уже, делай своё дело, - сказал Саске, которому не особо нравилось, что друг произносит какие-то туманные речи, а не напрямик сообщает ему, если что-то узнал.
Усмехнувшись, Гаара ловко отделил ножом части того, что было в бочонке, после чего положил их на большой лист лопуха, что мужчины принесли с собою, свернул лист, а затем проговорил, обращаясь к другу:
- А остальное куда денешь?
- Выброшу сегодня же ночью. Пусть падальщики сожрут. Либо сожгу. Видно будет.
- А я уж было подумал, - ухмыльнулся Гаара, - что своей пленнице на обед припасёшь.
- Не беси меня, - зашипел на друга Саске.
- Ладно, не злись. Совсем шутки перестал понимать.
- А ты меру знай. И думай, что и когда говоришь.
- А ты и впрямь без женской ласки тут столько времени, - деланно горестно вздохнул Гаара. - Ещё и бок о бок с такой красоткой. Агрессивный стал, бедняга. Хотя и раньше-то не отличался благонравием, но тогда хоть на Наруто срывал злость. Сейчас же…
- Пошёл вон, пока я тебе кишки не выпустил, - огрызнулся Саске, чувствуя, что вот-вот точно подерётся с товарищем.
Гаара засмеялся, но промолчал, прекрасно понимая, что Саске точно долго не будет сдерживаться, захватил свёрнутый лист лопуха с его содержимым и направился на выход. Вскоре мужчина покинул хижину, направившись по своим делам, оставив Саске вновь наедине с Сакурой.

***

Время тянулось медленно, пролетела ещё одна неделя. Хотя будет глупо полагать, что дни были скучны. Напротив, едва ли не каждый новый день был насыщен какими-либо событиями. Но не факт, что для всех они были приятны и приемлемы.
Решив выместить на своём пленителе злобу, вызванную тем, как его товарищ напугал её, Сакура приготовила на следующий день после отъезда незнакомца обед с некой приправой. В итоге Саске провёл на заднем дворе, погружённый в тяжкие думы, довольно длительное время.
Брюнет был убеждён, что Сакура его самым подлым образом напичкала чем-то, что вызвало диарею, но доказать этого не мог, поскольку юная Харуно при нём же разливала суп по тарелкам, ела в его присутствии то же самое. О том, что дело было не в супе, а в том, чем зеленоглазая красавица предварительно обмазала его тарелку, мужчина не смог догадаться, хотя был близок к истине.
В отместку Сакуре, которая столь мерзко с ним поступила, Саске на следующий день, немного отойдя от несварения желудка, приступил к осуществлению своего плана. Юной Харуно пришлось под его неусыпным надзором чистить конюшню, когда там находился конь.
Зеленоглазая красавица тряслась от страха, стоило жеребцу всхрапнуть или ударить копытом, но избежать наказания у неё не было никакой возможности. Естественно, её черноокий пленитель внимательно следил за тем, чтобы конь не навредил девушке, любуясь её состоянием. Но она-то этого не знала, полностью сосредоточившись на том, чтобы держаться подальше от животного.
Конечно же, подобное не могло остаться безнаказанным со стороны юной Харуно. В итоге новый день, и новая битва, где в лице нападавшего роль исполняла девушка. В этот раз её черноокий пленитель ел с опаской, вообще провёл весь день на нервах. Всё обошлось благополучно, и Саске было решил, что девчонка угомонилась. Но вот именно ночью он сполна ощутил её гнев, когда не мог уснуть из-за жуткого зуда. Когда всё же проверил кровать, обнаружил, что под простынёю были иглы чертополоха и крапива.
Месть не заставила себя ждать. Утром разгневанный мужчина вытащил Сакуру прямо из постели, выволок на улицу, привязав её к дереву, а затем, сходив в дом и вернувшись обратно с необходимым, разложил подле себя под ошарашенным взором юной Харуно ножи, которые принялся с кровожадной физиономией попеременно метать в дерево, к которому и была привязана его жертва.
Когда первые два ножа вонзились в ствол дерева прямо подле связанных рук испуганной и ошеломлённой таким поведением её пленителя девушки, юная Харуно завизжала от страха. Но её мучитель был только рад наслаждаться воплями перепуганной жертвы, поэтому продолжал. Потом, то ли устав, то ли решив, что так просто помирать не намерена, зеленоглазая красавица принялась сыпать в адрес мужчины такими выражениями, что ей позавидовал бы любой лингвист, собирающий нецензурные выражения. Сакуру даже не остановил, а лишь распалил ещё пуще тот факт, что мужчина, явно разозлившись на неё за сквернословие и то, что она перестала бояться, принялся метать ножи так, что они вонзались в ствол дерева прямо подле её головы.
Пусть Саске и вдоволь потешился, зато остался без обеда и ужина в этот день. Нет, юная Харуно приготовила, причём довольно много разнообразных блюд, ведь Гаара привёз кое-что новенькое во время своего визита, но в данной ситуации что-либо есть дома Саске было опасно не только для здоровья, но и вообще для жизни. Брюнет предпочёл ретироваться на несколько часов из дома, поймав себе рыбу в реке и пожарив её на костре. Было мало на весь день, но лучше, чем умереть в жутких муках.
В отместку за это Саске измазал всю посуду в доме маслом, так что Сакуре пришлось очень долго и много таскать воды из колодца, отмывая всё с мылом под неусыпным надзором своего пленителя. Успокаивало девушку лишь то, что данная месть была не столь уж и кровопролитной, какой могла бы оказаться, если вспомнить прошедшие дни. Её черноокий пленитель явно несколько успокоился. Либо решил, что, продолжи они в подобном духе, точно вскоре прикончат друг друга, так что можно на время и поубавить жар битвы.
Один из дней Саске вообще провёл в постоянном напряжении, поскольку Сакура сновала по дому с какими-то кружками, наполненными различными жидкостями, что-то то и дело варила в кухне, смешивала… Ещё и выгребла из камина несколько угольков. Мужчину пугало поведение девушки, словно она была колдуньей, готовившей жуткое зелье. В течение всего дня юная Харуно никак не обнаруживала угрозы жизни и здоровью брюнета, полностью сосредоточившись на своих делах, унося все свои варева в комнату, но всё же мужчина старался держаться настороже.
И всё же произошло кое-что, заставившее Саске затрепетать от страха. Он спокойно сидел вечером подле камина, никого не трогал, строгал что-то из дерева, полностью погрузившись в процесс, так что не сразу заметил, как к нему сзади подкралась Сакура. Мужчина среагировал слишком поздно, девушка уже умчалась прочь. Несчастному же оставалось лишь терзаться тяжкими раздумьями относительно того, для каких дьявольских козней и колдовских обрядов ей понадобилось отстригать ему прядь волос. Уж не порчу ли зеленоглазая бестия собралась на него навести?
И вот в одну из ночей Саске никак не мог сомкнуть глаз. Мысли его витали вокруг того, что же ещё мерзопакостного учинит его невыносимая пленница. Фантазии у девчонки явно было просто море, так что ему предстояло быть крайне внимательным, поскольку удара следовало ожидать в самое ближайшее время. Мужчина инстинктивно напрягся, потянувшись за оружием, когда услышал тихий шорох замка, когда кто-то снаружи нажал на ручку, а вскоре дверь в его комнату отворилась, впустив незваную гостью.
Саске был крайне удивлён, что его пленница вот так просто заявилась к нему в спальню посреди ночи. Что на этот раз она задумала? В прошлый её визит она предупредила его об опасности. Но теперь её крадущиеся движение не походили на то, что девушка испугана. Неужели что-то мерзкое для него всё же удумала?
Черноокий мужчина улыбнулся, продолжая лежать неподвижно, чтобы девушка решила, будто он спит. Сакура помялась на пороге, после чего осторожно приблизилась к постели, подошла к тому месту, где, по её предположению, была подушка, опустилась подле на колени и принялась внимательно всматриваться.
Саске не знал, что и делать. Он наблюдал за юной Харуно, но та не двигалась, просто пыталась что-то рассмотреть. Мужчина никак не мог понять, что она делает, с какой целью, но на всякий случай не обнаруживал, что не спит, наблюдая за нею из-под полуприкрытых век.
Так же неожиданно, как и пришла, Сакура спустя некоторое время поднялась и покинула комнату. Саске остался лежать в полном недоумении. Если зеленоглазая красавица и планировала какую-то пакость совершить, то, если он случайно не упустил из вида, что крайне маловероятно, она ничего не сделала, лишь просто сидела рядом на корточках.
Вскоре усталость всё же сморила мужчину, и он погрузился в сон. При этом он даже и не подумал сходить и проверить, чем же в это время занималась его пленница. Он наивно полагал, что она легла спать. Если бы только Саске знал, как заблуждался.

***

Черноокий пленитель давненько не захаживал в её комнату, так что Сакура не спешила прятать фигурку рыси, оставив её на столе. Рядом стояли несколько баночек и кружек с разнообразного оттенка густыми жидкостями, самодельные кисточки, листы бумаги, которые девушка с огромным трудом выпросила у своего пленителя, а также угольки. Свеча давала достаточно света для того, чтобы девушка могла сделать несколько набросков.
В данный момент, пусть на дворе и стояла уже глубокая ночь, зеленоглазая красавица что-то усердно выводила угольками на листе бумаги. Девушка настолько погрузилась в процесс, что ничего вокруг не замечала. Когда же силы оставили её, глаза болели от напряжения, организм настойчиво требовал отдыха, Сакура отложила свою работу, направившись спать.
Юная Харуно уже давно планировала попробовать сделать это, но всё никак не решалась. И всё же образ в её голове не давал покоя, требуя своего воплощения. В итоге Сакура довольно долго промучилась, смешивая различные вещества, дабы добиться нужных ей оттенков краски, которыми она намеревалась раскрасить маленькую деревянную рысь.
Но дело было не только в фигурке. Покоя девушке не давало кое-что ещё. И именно по этой причине она осмелилась прийти ночью в комнату своего пленителя. Ей было это очень важно. Пусть темно, но мужчина не до конца зашторил окно. Было полнолуние, и Сакуре хватило слабых лучей ночного светила, дабы заполучить желаемое.

***

Саске проснулся в обычное время, хотя довольно долго не сомкнул ночью глаз. Выпустив коня попастись, он наколол дров, часть уложил подле камина, а часть отнёс в кухню, натаскал воды из колодца. В общем, обычное утро.
Сакура всё не поднималась, а готовить самому себе завтрак брюнету было откровенно лень. Не для того ли она у него в плену, чтобы выполнять любое его указание? Конечно, девчонка по ночам бродила по дому, что-то задумав, вот сейчас и отсыпается.
Решив, что нечего устраивать ей поблажки, выспится после того, как накормит его, Саске, желая позлить и помучить немного свою пленницу, направился в её комнату. Как и ожидалось, девушка сладко спала в своей постели, ни о чём не подозревая.
Черноокий мужчина уже намеревался было подойти к ней и разбудить, хотя не придумал ещё, как это сделать: облить водою, крикнуть, ущипнуть, как, раскрыв шире дверь и войдя в комнату, его взгляд упал на небольшой столик, на котором лежало кое-что из того, что было необходимо юной Харуно для достижения желаемой цели.
Саске сперва заметил фигурку рыси, которую он уже обыскался. Мужчина точно помнил, что оставил её около камина вместе с другой недоделанной фигуркой, а затем, когда все последующие события завершились, он не смог её там сыскать. Думал уже, что просто куда-то закатилась.
И вот пропажа обнаружилась. Брюнет скрестил руки на груди, глядя попеременно на фигурку и спящую девушку. Значит, маленькая хулиганка попросту украла его фигурку. Что же, мужчина планировал за это юную Харуно в ближайшее время наказать. Нельзя спускать подобный поступок с рук.
Но что-то было не так. Саске подошёл поближе, присмотревшись. Теперь ему было ясно, в чём состояла неувязка. Фигурка была покрашена, причём довольно умело. Она казалась миниатюрной копией живой рыси. Неужели девушка взяла фигурку с целью её раскрасить? Для чего ей вообще это понадобилось? На эти вопросы у мужчины не было ответов.
Но потом Саске увидел нечто, что затмило всё вокруг. Он уже не вспоминал ни про кражу фигурки, ни про какие-либо выходки своей пленницы, ни вообще про то, зачем он пришёл этим утром в её комнату. Брюнет приблизился к столу, уставившись во все глаза на кое-что иное.
Саске просто не мог поверить своим глазам. Это казалось просто невозможным. Когда он уступил настойчивым просьбам своей пленницы выделить несколько листов бумаги, заявив ей, что всё равно не сможет она отправить послание кому-либо отсюда, так что лучше бросить наивную задумку, то уж никак не помышлял о подобном.
Черноокий мужчина даже невольно коснулся рукою одного листа, но сразу же отдёрнул, словно обжёгся. Если ему ранее и казалось, что всё лишь игра его воображения, то теперь Саске был убеждён, что это просто какой-то кошмар наяву.
С одного из листов на него смотрел он сам. Да, портрет был явно не закончен, имелись некоторые неточности, которые явно вскоре намеревались исправить, всё же углём рисовать не так-то и просто… Но в том, что девушка изобразила именно его, Саске не мог и сомневаться.
Нет, он ещё мог бы понять, пусть зеленоглазая красавица действительно обладает выдающимися художественными способностями, что она изобразила бы его в том виде, в котором он пред нею постоянно предстаёт. Но никак она не могла воссоздать его портрет целиком. Как и где она могла увидеть его без платка на лице?
Подобное не укладывалось в голове. Значит, все предосторожности впустую. Стоит ему отпустить девчонку, как она тотчас его узнает. Более того, она свободно повторит его портрет любому, так что всякий будет знать, кто причастен к её похищению.
Что же, Саске видел в данный момент только один выход. Оставалось уповать только на себя, свои актёрские способности. Да и запугать девчонку не помешает лишний раз, иначе… Нет, лучше не думать вообще, чем подобные способности юной Харуно могут не только для него, но и его друзей окончиться.
- Сладенькая, поднимай свою попку и тащи её в кухню! - громко проговорил Саске, подойдя к постели девушки и хорошенько шлёпнув её по ягодицам.
Девушка распахнула глаза, испуганно воззрившись на стоящего подле неё мужчину. Спустя пару мгновений она приняла сидячее положение, оглядываясь по сторонам, словно не могла понять, что произошло, чего её пленитель буянит.
- Я голоден, так что хватит спать, - заявил брюнет, скрестив руки на груди. - Живо поднимайся и принимайся за дело. Не на отдыхе, милая, не забывай.
- Да, я… сейчас, - пробормотала Сакура, потирая щёки ладошками.
Саске хмыкнул, развернулся и направился к двери, но, тут у юной Харуно едва сердце в пятки не ушло, внезапно остановился, взглянув на столик. Сакура и не думала, что он зайдёт, поэтому не спрятала листы и фигурку с красками. Что же теперь будет? Там же ещё и портрет.
- Ясно, - протянул Саске. - Значит, это ты стащила мою фигурку.
- Я не специально, - принялась оправдываться девушка. - Я только хотела её раскрасить. Потом бы вернула.
- Думаешь, я тебе поверю? - с этими словами брюнет подошёл к столу, взяв в руки лист с изображённым на нём угольками портретом. Сакуре же показалось, что у неё сейчас сердце остановится. Но в следующий момент она услышала: - А это ещё кто? Твой женишок?
Юная Харуно непонимающе заморгала, глядя на своего пленителя. Он не злится? Более того, он разве не узнаёт себя? Это было странно для зеленоглазой красавицы, которая была убеждена, что всё же смогла в точности разглядеть его черты, пусть и видела лицо своего похитителя лишь пару ночей в темноте. Неужели она ошиблась? Что же, видимо, так даже лучше. Он не убьёт её, а ведь запросто мог.
- Нет, это… Я просто представила себе этого человека.
- Причёска смахивает на мою, - протянул Саске. - А вот лицо... Сладенькая, ты, видимо, перечитала любовные романы. Это там всегда описывают мужчин такими.
- А тебе-то откуда знать? - пробурчала Сакура.
- Я не совсем безграмотный и тупой, милая, - усмехнулся мужчина, положил лист на стол и направился из комнаты. - Закругляйся со своими романтичными фантазиями, а то влюбишься ещё в вымышленного персонажа. Как тогда будешь с мужем жить? Представлять на его месте этого?
Засмеявшись, Саске покинул комнату девушки. Сакура же была готова швырнуть в него чем-либо тяжёлым. Что же, видимо, её ошибка лишь сыграла ей на руку, хотя и очень обидно было, ведь юная Харуно впервые опробовала свои способности в столь трудном деле, как попытка воссоздания внешности человека по скудным воспоминаниям его черт. Но и насмехаться этому мерзавцу она тоже над собою позволять не намерена была.
Ничего, она предпримет новую попытку, хотя вред ли её пленитель теперь так просто позволит ей что-то нарисовать. Он явно будет за нею следить. Мало ли. Переодевшись, Сакура направилась готовить завтрак, заодно размышляя над тем, как ей теперь поступить в дальнейшем.

Похитители. Глава 9

Сакура лежала на постели в своей комнате и откровенно скучала. Уже третий день подряд без перерыва шёл дождь. На улицу не выйти, не развеяться, не подышать свежим воздухом. Заняться было особо и нечем, так что девушка совершенно измаялась.
Её черноокий пленитель отобрал у юной Харуно оставшиеся чистые листы бумаги, заявив, что нечего тратить их на всякие девчачьи глупости. Если ей так хочется пофантазировать о каких-либо смазливых героях, то пусть лишь в мыслях у себя и выдумывает истории с ними, нечего переводить ценные листы.
Единственное, до чего снизошёл брюнет, так это предоставил Сакуре несколько своих деревянных фигурок для окрашивания. Хотя при этом и предупредил, что не спустит ей с рук, ежели она испортит хотя бы одну из них. Каким будет наказание, девушка не горела желанием выяснять.
Сакура взглянула в окно, где над верхушками деревьев медленно проплывали тяжёлые тучи. Дождь непрерывно барабанил по стёклам и крыше, наводя тоску. Мрачно, уныло, скучно. Зеленоглазая красавица, глубоко вздохнув, вновь устремила взгляд в потолок, пытаясь хоть что-то придумать, чтобы развеять угнетающую атмосферу.
Но что можно было придумать в данной ситуации? Даже попытаться вывести на лёгкую ссору брюнета было опасно, поскольку он мог запросто в качестве мести выгнать её на улицу, заставив несколько часов мокнуть под ливнем. Данная перспектива не шибко радовала юную Харуно.
Сам её пленитель тоже пребывал последнее время не в самом лучшем расположении духа. Что же, Сакура его прекрасно понимала. Ещё бы, прошло столько времени с момента похищения, но покуда, если судить по настроению мужчины, бандитам не удалось получить за девушку выкуп.
Следует отметить, что самой зеленоглазой красавице данный факт тоже не доставлял особого удовольствия. Успокаивало лишь, что пока её пленитель не проявлял в её отношении агрессии, если не считать мелких стычек. А ведь всё могло бы быть гораздо хуже.
Глубоко вздохнув, Сакура перевернулась на бок, вновь углубившись в размышления. Последнее время она частенько ловила себя на мысли, что всё как-то не так происходит. Нет, она, конечно, не была профи во всём, что касается похищений, но всё же происходящее её несколько волновало. Причём не в лучшую сторону.
Юная Харуно и понятия не имела, сколько затребовали бандиты за неё в качестве выкупа, но тот факт, что по прошествии такого времени они не получили ни монетки, наводило на неприятные мысли. Неужели сумма настолько велика, что никто не способен заплатить? Или же дело в другом? Может, просто никто и не желает платить вообще?
Сакура хотела как-то поинтересоваться у своего пленителя относительно происходящего, но всё никак не могла решиться. Да и вряд ли он ответит честно. В лучшем случае, как считала девушка, просто отшутится. Может вообще запугать. Но, скорее всего, явно просто не станет с нею беседовать на данную тему. С какой стати ему обсуждать свои дела с пленницей?
Хорошо, Сакура была готова предположить, что сумма, запрошенная за её голову бандитами, действительно огромна. Девушка и понятия не имела, сколько обычно требуют за жизнь пленника бандиты, но была уверена, что далеко не несколько монет. Но ведь её пленитель и его друзья видели, что она не столь уж и богата, её семья из простых. Им не под силу столько заплатить за неё. Почему тогда они не желают хоть немного снизить свои требования?
Возможно, как предполагала зеленоглазая красавица, если вспомнить слова её пленителя, бандиты в курсе, что она ехала к жениху, который довольно богат. Может, они планировали с него стрясти некую сумму за её жизнь? Но как они прознали про то, что её отец буквально продал дочь тому человеку?
Сакура вновь горестно вздохнула, устремив взор на бегущие по стеклу струи дождя. Какая, в сущности, разница, как бандиты узнали? Факт остаётся фактом, им нужны деньги. И эти средства бандиты точно собирались заполучить от её жениха, который… который попросту не стал им ничего платить.
Юная Харуно грустно усмехнулась. Почему-то она и не сомневалась, что тот человек, которому продал её отец, не станет отдавать деньги за какую-то девчонку. Найдёт себе другую. Сакура отчего-то никогда не верила, что он в неё на самом деле влюбился. Теперь же вообще убедилась в том, что её жизнь для него ничего не значит.
Нет, зеленоглазая красавица надеялась, что законники пытаются её разыскать, ведут с бандитами переговоры… Но с каждым днём её надежды на благополучное спасение таяли всё быстрее и быстрее. Да и настроение её пленителя говорило довольно красноречиво о том, что пока планы бандитов терпят крах. А это грозит девушке крупными неприятностями.
Сакура перевела взгляд на дверь, за которой послышались шаги. Опять брюнет куда-то собрался. В последнее время он редко покидал свою комнату без надобности. Хлопнула входная дверь, возвестив девушку о том, что мужчина ушёл из дома. Видимо, как решила юная Харуно, направился покормить коня.
До обеда было ещё далеко, готовить не хотелось, поэтому Сакура продолжила просто лежать на постели, предаваясь своим думам. Девушка скосила взгляд на столик, где лежали её рисунки, и усмехнулась. Ей было немного жаль, что так и не удалось узнать, как выглядит её пленитель на самом деле.
Нет, не для того, чтобы, если она всё же останется жива, вернётся к родным, сдать его законникам. Просто девушке хотелось увидеть его лицо. Ей ведь так и не удалось изобразить брюнета. Зачем? Юная Харуно и сама не знала. Видимо, долгое времяпрепровождение наедине требовало хотя бы удовлетворить женское любопытство о том, как же выглядит мужчина, с которым она так долго живёт под одной крышей.
Было время, Сакура ловила себя на мысли, что черноокий её пленитель солгал, когда, взглянув на портрет, принялся отрицать своё сходство с изображённым на листе человеком. Но юная Харуно одёргивала себя, напоминая, что ему не было смысла так поступать. Проще уж было, если она действительно его изобразила, как-то иначе воздействовать на девушку, даже физически, запугать, сделать ещё что-то, чтобы она и думать забыла о том, как он выглядит.
Сакура тихонько засмеялась, пытаясь представить себе, как же может выглядеть её пленитель, если отбросить тот внешний вид, что она изобразила на листе. Может, у него огромные губы, похожие на утиный клюв? Или нос картошкой? Может быть, у него огромные центральные резцы, как у бобра? Быть может…
Юная Харуно засмеялась в голос, пытаясь представить себе всё новые детали возможной внешности брюнета. Как жаль, что мужчина отобрал у неё листы бумаги. Девушке безумно хотелось всё это изобразить. Вот смеху-то было бы. Хотя тогда зеленоглазой красавице явно не поздоровилось бы, коли её пленитель увидел бы на себя карикатуры. Но это того бы точно стоило, в этом она не сомневалась.
При всём этом Сакура так и не отказалась от своей идеи относительно попытки соблазнить своего пленителя. Она не собиралась так легко спускать ему с рук факт игнорирования её персоны. Всё же задетое женское самолюбие требовало решительных мер по части мести мужчине. А вести завоевание обаятельного противника намного приятнее. Разве нет? Да и хоть мизерный шанс, что тогда он не убьёт её в случае неудачи, девушка не могла отвергать.
Доводить до, так сказать, некоторых последствий она, конечно, не собиралась, но чуточку поиграть с ним, пустить в ход свои женские чары, не могла себе не позволить. Существовала также опасность, что мужчина может всё же воспользоваться преимуществом, причём не только в физическом плане, попытавшись овладеть ею. Всё же он довольно долго живёт один, кроме Сакуры ни одной женщины нет вокруг, так что надлежало сперва хорошенько всё продумать.
- Сладенькая, не слишком ли ты там развеселилась?
Сакура мигом притихла, стоило услышать голос мужчины. Лёгок на помине. Вспомнишь… как говорится, вот и оно. Уж и посмеяться нельзя. Она не виновата, что у него который день плохое настроение. Можно подумать, у неё лучше.
- Радость моя, раз заняться нечем, то могу работку подкинуть!
Юная Харуно состроила мордашку на данные слова брюнета. Всё равно он не мог её видеть, так что безнаказанно она могла делать всё, что пожелает.
- И не кривляйся! Иди сюда!
Сакура закатила глаза, шёпотом передразнив мужчину. Конечно, не так уж и сложно было ему угадать, как она отреагирует на его заявления, поскольку они уже давненько кое-что друг о друге смогли выяснить. Но доказательств всё равно никаких, только собственная убеждённость.
Потянувшись, Сакура поднялась с постели и направилась в зал, где у камина сидел её черноокий пленитель. Демонстративно став подле него, девушка принялась ждать распоряжений. Но Саске молчал, просматривая какие-то бумаги, что лежали в небольшой коробочке.
- Раз ты у нас так хорошо рисуешь, - проговорил мужчина спустя некоторое время, - то возьми эти листы, - он кивнул на стопку бумаг подле себя, - и карандаши, а затем перекопируй мне кое-что из того, что я тебе дам сейчас.
Пусть юной Харуно и не особо хотелось что-то делать по указке своего черноокого пленителя, ещё и когда он с нею разговаривает в приказном тоне, но всё же в её очах вспыхнули искорки азарта, ведь появилась прекрасная возможность развеять скуку и заняться тем, что она любит.
- Листов ровно столько, сколько мне необходимо копий, так что не надейся что-то себе прибрать, - добавил Саске, а Сакура показала ему язык. Всё равно не видит, уткнувшись в свои бумажки. - И не порть лишний раз, чистых листов на самом деле мало.
- А что мне будет за это? - поинтересовалась зеленоглазая красавица.
Брюнет хмыкнул, помолчал несколько мгновений, а затем сказал:
- Придёшь ко мне сегодня вечерком, я тебе продемонстрирую твоё вознаграждение.
Сакура состроила ему рожицу в ответ, пока он не видел, хотя внутренне задрожала. Ей не нравились подобные его похабные шуточки в её адрес. Угроза была вполне реальна. Последнее время и поведение её пленителя, и тон его голоса, и его взгляды, слова, всё казалось девушке довольно пугающим. Конечно, она могла и сама себя накручивать, надумывая то, чего и не было на самом деле, но всё же необходимо было держать ухо востро. Мало ли.
Саске достал из коробки несколько старых листов, и юная Харуно с интересом взглянула на них. Листочки были сложены, на них имелись следы гари. Девушку это удивило и несколько встревожило. Неужели кто-то пытался уничтожить эти листы? Что же на них такого? Если сведения действительно столь ценные, то не опасно ли ей браться за копирование? Её пленитель вряд ли позволит столь ценную информацию вынести за пределы этого домика.
- Вот эти я хочу увидеть на новых листах. Поняла? Точь-в-точь.
Сакура не знала, что ей и делать. Было боязно браться за данные документы, какая бы информация в них не содержалась, но в то же время она не знала, как отреагирует брюнет на её отказ.
- А если не получится? - спросила девушка.
- А ты постарайся, - был ей ответ.
То, как мужчина взглянул на неё исподлобья, тон его голоса… Юная Харуно немного поёжилась, но промолчала, решив покуда более не искушать судьбу, взяла всё необходимое и направилась в свою комнату.
Освободив столик, чтобы ничто не мешало ей в работе, Сакура разложила перед собою пять листов, что мужчина передал ей с целью копирования, не решаясь взглянуть на их содержимое. Но дело надлежало выполнить, иначе брюнет её точно накажет, поэтому, глубоко вздохнув, юная Харуно взяла один из листочков, края которого были не так сильно обожжены, как у других, и медленно, словно опасаясь, что уже сама информация может ей навредить, раскрыла его.
Каково же было удивление зеленоглазой красавицы, когда на листе она не обнаружила ни единого слова, написанного чьей бы то ни было рукой. Имелось лишь изображение какого-то странного животного, напоминавшего крупную дикую кошку.
Сакура отложила лист в сторону, раскрыв поочерёдно и остальные четыре. То же самое, только изображения были различны. На одном листочке красовался с великолепными пантами красавец марал, на другом была изображена река с водоворотом посредине. А вот с двумя последними изображениями у девушки возникли проблемы, поскольку листы были очень сильно повреждены пламенем.
- И в чём смысл? - протянула задумчиво юная Харуно. - Ладно, животных он, видимо, для своих деревянных фигурок хочет изобразить наглядно. Но что означают река и эти… растения? Или что это такое, не пойму никак.
Решив пока не заморачиваться на этот счёт, зеленоглазая красавица взяла чистый лист, положила пред собою листочек с изображением марала, взяла подходящий, по её мнению, по оттенку карандаш и приступила к работе.
Сакура настолько погрузилась в процесс, что совершенно потеряла счёт времени. Очнулась она лишь ближе к вечеру, когда в комнате потемнело настолько, что невозможно было что-либо изобразить, не напрягая при этом до предела зрение.
Юная Харуно зажгла лампу, щедро выделенную ей в пользование Саске, решив продолжить работу, как спохватилась, вспомнив, что даже не приготовила обед, не говоря уже об ужине. То, что она даже про голод забыла, это одно, но вот её пленитель явно рассвирепеет за подобную её забывчивость. Но почему тогда он до сих пор не пришёл ей высказать своё недовольство? Что-то раньше его не останавливали и меньшие её проступки.
Отложив практически законченную работу, Сакура поднялась, потянулась, разминая затёкшие конечности и спину, после чего потихоньку, стараясь не шуметь, направилась в кухню. Может, мужчина просто ушёл куда-то, вот и не в курсе, что она не приготовила ему ничего поесть? Да, такой вариант не исключался, поскольку частенько уже случалось подобное.
В доме было тихо, юная Харуно даже обрадовалась, наивно решив, что мужчины действительно нет, но, стоило ей приблизиться к залу, она уловила движение тени в отсвете камина, что свидетельствовало о том, что её пленитель всё же никуда не ушёл.
- Иди поешь, а то потом обвинишь меня ещё в истязаниях голодом, - услышала девушка несколько насмешливый голос мужчины.
Ничего ему не ответив, Сакура направилась в кухню, где на плите стояла большая сковорода с пловом, который юная Харуно приготовила ещё вчера. Брюнет лишь разогрел, поскольку никаких следов готовки чего-либо ещё девушка не заметила.
Быстренько поев и помыв всю посуду, Сакура вновь умчалась в свою комнату, стараясь не попадаться на глаза мужчине. У него в последнее время редко бывало хорошее настроение, так что нечего было сейчас искушать судьбу, раздражая его. Да и девушке хотелось доделать работу, а так брюнет мог попросту вообще всё у неё забрать, вновь оставив киснуть от скуки.
Марала зеленоглазая красавица закончила лишь ближе к полуночи. Глаза ужасно болели, тело ныло, безумно хотелось лечь спать. Но девушка была рада, глядя с удовлетворением на то, что ей удалось сотворить. Было идеально, ну, по крайней мере ей так казалось. При этом она осмелилась добавить кое-какие детали, что были уничтожены огнём, лелея в душе надежду, что брюнет не сильно будет серчать на неё за своеволие. Всё же основные детали она не изменила.
Ещё немного посидев, разглядывая два узора, которые были сильно обожжены, пытаясь понять, что же это такое изображено, но всё же безуспешно, Сакура сложила всё аккуратно на столе, чтобы ничего не повредить и не потерять, погасила лампу и направилась спать.
Утром же юная Харуно, быстро сготовив завтрак, принялась упрашивать своего пленителя дать ей хотя бы ещё два листочка дополнительно. Объяснить внятно, для чего они ей понадобились, девушка так и не смогла, но на её счастье Саске был в хорошем расположении духа, поскольку завтрак ему понравился, дождь закончился, выглянуло солнце, так что он планировал прогуляться немного на коне, поэтому расщедрился выделить Сакуре ещё чистых листов.
Зеленоглазая красавица тотчас помчалась к себе в комнату, приступив к работе. И дело было не просто в желании всё выполнить, а в том, что ночью ей привиделась одна идея, которую девушка и намеревалась в данный момент воплотить в жизнь. И каков же был восторг юной Харуно, когда, спустя несколько часов упорной работы, она смогла взглянуть на своё творение.
- С ума можно сойти, - с улыбкой проговорила Сакура. - Неужели получилось. Конечно, стоит ещё многое доработать, но это как раз то, что нужно.
Сакура не знала, стоит ли ей показывать то, что она изобразила, своему черноокому пленителю. Но ведь и копировать только те крошечные кусочки, что остались на полуистлевших листах, она не видела смысла. Да, она фактически не перекопировала изображение, а заново нарисовала, причём явно иначе, нежели оно было задумано кем-то другим. Но ведь она не провидица, не может знать, что хотел преподнести создатель узора.
После обеда, который девушка постаралась исполнить на славу, дабы задобрить брюнета, она вновь умчалась к себе, продолжив работу, приступив в этот раз к существу, напоминавшему кошку. На этот раз работа отняла у неё больше сил и времени, нежели марал, поэтому и следующий день Сакура потратила лишь на один этот узор.
Основные проблемы у девушки начались именно с рекою, поскольку тяжко было перенести в точности крохотные штрихи. Девушка промучилась с рисунком почти три дня, при этом практически не отвлекаясь от работы.
Когда же всё было закончено, зеленоглазая красавица, ещё раз не без гордости осмотрев свои творения, понесла работы на суд своего пленителя. Саске довольно долго изучал её работы, скрупулёзно сравнивая каждую крохотную деталь с оригиналом. Сакура же, немного нервничая, ожидала его приговор.
- Что же, я доволен, - выдал в итоге брюнет.
Он бережно сложил листы, убрав их в коробку.
- А я могу поинтересоваться? - спросила Сакура.
Мужчина взглянул на неё задумчиво, а затем кивнул.
- Что это за рисунки? Ну, чем они так ценны? Ты ведь просил их перекопировать по той причине, что они повреждены огнём. Верно?
Саске довольно длительное время хранил молчание, и Сакура уже было решила, что её пленитель не собирается отвечать ей. Но вскоре он, вздохнув, протянул:
- Эти рисунки имеют ценность… для меня лично. Да, они были повреждены огнём, поэтому я хотел, чтобы они вновь оказались в целостности. Ты кое-где кое-что добавила, но я не против. Главное, ты сохранила основу, не испортив ничего.
- А как они оказались в огне? Случайно?
- Тебя это не касается, - огрызнулся брюнет, и девушка невольно отпрянула.
- Прости, - вымолвила она. - Я не хотела лезть не в своё дело.
Стараясь более не злить мужчину, Сакура направилась к себе в комнату, где, усевшись на постель, достала из-под подушки два листа, принявшись их разглядывать, а затем вновь аккуратно сложила и спрятала в наволочку.
Её пленитель не спросил про них. Запамятовал или просто решил не заморачиваться по поводу пары лишних листов, что она когда-то выпросила у него, не столь уж и важно. Но юная Харуно была рада, что смогла оставить для себя парочку особенно заинтересовавших её изображений.

***

Вечером следующего дня Сакура всё же решилась зайти в комнату своего пленителя. Пусть её и терзали неприятные предчувствия, она всё же постаралась отмести от себя все страхи, считая их беспочвенными, поэтому, решившись, направилась к брюнету.
Мужчина лежал на постели, лицо прикрывала от света лампы шляпа. Юная Харуно невольно отступила назад, собираясь уйти, дабы не мешать ему отдыхать, при этом чувствуя, как лицо начинает жечь предательский румянец, ведь брюнет лежал с обнажённым торсом, но была остановлена вопросом:
- Что хотела?
- Я… попросить хотела ещё… хотя бы одну фигурку, - протянула неуверенно Сакура, стараясь не смотреть на мужчину. - Те, что ты мне дал, я уже покрасила. Заняться больше нечем.
В комнате на некоторое время повисло молчание, и юная Харуно было решила, что ей будет отказано в просьбе, но брюнет проговорил:
- Возьми с полки любую.
Зеленоглазая красавица быстро прошла к небольшой трёхъярусной полочке, на которой располагались несколько фигурок из дерева. Девушка знала, что её пленитель держит на виду далеко не все свои изделия, но и понятия не имела, где и по какой причине прячет остальные. Она выбрала парочку и уже направилась на выход, как услышала:
- Погаси лампу.
Сакура послушно погасила свет, но уходить почему-то не спешила. Она и сама не знала, почему так поступила, но, обернувшись к мужчине, подошла к нему, присев на краешек постели. Некоторое время оба молчали, а затем юная Харуно решилась начать диалог первой.
- Я так понимаю, меня не торопятся выкупать. Верно?
- С чего ты так решила? - спросил после недолгой паузы Саске.
Сакура грустно улыбнулась, хотя он и не мог этого видеть.
- Я тут, как бы, не пару дней с тобою живу. Знаешь, - сказала она, поскольку мужчина ничего не ответил, - моя семья ведь не так богата. Да и по моему внешнему виду можно было бы догадаться. Я не знаю, сколько ты и твои товарищи запросили за меня, но, судя по всему, слишком много, чтобы у моих родителей нашлись такие средства.
- Было бы желание, так нашли бы, - был ей ответ.
- Да, ты в чём-то прав. Но почему нельзя хотя бы немного сбавить сумму? Ты ведь сам видишь, что у моих родителей нет таких денег, иначе бы они уже заплатили.
- Уверена?
Сакуру несколько передёрнуло от ядовитой иронии в его тоне, но она постаралась взять себя в руки и не обращать внимания.
- Да.
- У тебя ещё ведь женишок есть при деньжатах, так что могли бы и к нему за помощью обратиться.
Юная Харуно скривила личико в недовольстве, услышав об этом.
- Неужели ты всерьёз полагаешь, что он заплатит за меня? - спросила она. - Я этого человека и видела-то всего несколько раз в своей жизни. Понятия не имею, зачем понадобилась эта свадьба. Убеждена, что он ничего тёплого ко мне не испытывает.
- Если так, - сказал Саске, помолчав пару мгновений, обдумывая её слова, - то какая ему выгода от вашего союза? Ты ведь сама сказала, что твоя семья не имеет состояния.
- Да, - с грустью произнесла зеленоглазая красавица. - Я и сама не понимаю, зачем богатому человеку связываться с обычной девушкой.
- Так чем не доказательство, что он в тебя влюблён?
- Нет. Я уверена в обратном. Может, он и мой отец в чём-то для себя и видели выгоду, но точно никакие иные чувства во всём этом не замешаны.
В комнате повисла тишина. О чём думал мужчина, Сакура не знала, но саму её посещали весьма тяжкие помыслы.
- Что вы со мною сделаете, если никто так и не заплатит? - спросила Сакура, стараясь не заплакать.
- Заплатят, - ответил ей брюнет.
- Почему ты так на этом настаиваешь? - начала злиться юная Харуно.
Тут решается вопрос её жизни и смерти, а он привязался к глупой идее, что какой-то посторонний мужик отдаст за неё баснословную сумму.
- Сбавь хоть чуточку сумму, - едва не проскулила Сакура. - Умоляю.
- Нет.
- Почему?
Саске резко поднялся, оказавшись практически лицом к лицу с Сакурой. Девушка невольно вздрогнула, но не отпрянула. В темноте она его практически не видела, но всё равно ситуация казалась ей довольно неловкой. Юная Харуно чувствовала, что сильнее, нежели до этого, краснеет.
- Потому что это мои деньги, - едва ли не прорычал черноокий мужчина.
Сакура не понимала, о чём говорит мужчина, но его поведение начинало её пугать. Почему он так упёрся именно в конкретную сумму? С какой стати считает, что это уже его деньги? Девушка хотела было уже встать и уйти, но Саске схватил её за запястье, удерживая подле себя.
- А он полный идиот, - произнёс брюнет странным тоном, от которого по спине Сакуры пробежали мурашки. Она чувствовала, что истратила лимит времени для нахождения в комнате мужчины, но и сбежать уже не могла. - Я бы заплатил.
- В смысле? - протянула непонимающе юная Харуно.
- Ты красивая. Очень.
Сакура вздрогнула, когда мужчина коснулся пальцами её щеки, медленно проведя ими по подбородку и шее, от плеча к запястью. Сакура чувствовала, что должна бежать, пока не стало совсем поздно, но по какой-то неведомой для себя причине продолжала неподвижно сидеть на месте.
- Если бы ты была моей невестой, тебя бы украли, я бы отдал любые деньги, лишь бы тебя вернуть. Не сидел бы, не ждал, пока тебя тут, возможно, насилуют, режут на куски.
Последнее совершенно не нравилось зеленоглазой красавице, как и всё поведение мужчины в целом.
- Мы ведь даже отправили посылку с запиской, в которой указывалось, что будет потом с тобою, если не заплатят, но до сих пор тишина. Неужели им настолько плевать на тебя, что не боятся получить по частям?
По частям? Сакура едва могла дышать от страха. Он хочет сказать, что они её будут расчленять по кусочкам, а затем отправят родителям и её жениху, если так и не получат выкуп? Стоп! А что же они уже отправили, какую посылку? Неужели кого-то уже убили?
Зеленоглазая красавица не успела додумать столь страшную догадку, как брюнет притянул её к себе ближе, а затем приник к её устам в поцелуе. Сакура замерла, не зная, как и реагировать. Ей было и страшно, и приятно, и вообще всё происходящее её невероятно возбуждало, гранича между смертельной опасностью и непередаваемым желанием.
Сакура прикрыла глаза, отдавшись ранее неведомым ощущениям. Видя, что девушка не сопротивляется, брюнет потянул её немного на себя, а затем перевернул так, что юная Харуно оказалась лежащей под ним. Фигурки выпали у неё из рук, с гулким стуком ударившись об пол.
Если зеленоглазая красавица и испытывала страх, поскольку всё же не была полной дурой, осознавала, чем подобное может кончиться, но всё равно не спешила мешать мужчине, наслаждаясь его ласками, когда его сильные руки исследовали её тело, касаясь столь нежно спины, бёдер, ног.
Чувство самосохранения несколько притупилось осознанием того, что она всё равно уже никому не нужна. Это дали откровенно понять её семья и жених, оставив её тут погибать. И лишь когда брюнет провёл ладонью по её груди, заставив девушку задрожать от нахлынувших на неё чувств, а затем опустил руку, проведя по животу, направляя ладонь ниже, остатки самообладания вернулись к Сакуре, она инстинктивно сжалась, пытаясь оттолкнуть мужчину.
Сакуре казалось, что это конец, ей теперь уже точно никто и ничто не поможет, справиться с сильным мужчиной девушке не под силу. Но в следующее мгновение брюнет, рыкнув, отстранился, сев на противоположной стороне постели.
Сакура смотрела на него со смесью страха и непонимания. Почему он остановился? Нет, она не особо и сожалела, что её пленитель её пощадил, но всё же. Юная Харуно ощутила странное желание прикоснуться к нему. Девушка протянула руку, словно хотела пожалеть, утешить, хотя и не понимала причин подобного, как мужчина проговорил сдавленным голосом, словно слова давались ему с огромным трудом:
- Уходи.
Сакура медлила, словно хотела что-то сказать в ответ, но не могла подобрать нужных слов. Она и сама не понимала, почему хочет пожалеть своего похитителя, бандита, который только что едва не изнасиловал её, как мужчина рявкнул:
- Убирайся отсюда!
Словно очнувшись и сбросив оцепенение, Сакура вскочила и помчалась прочь из его комнаты. И лишь оказавшись в своей комнате, она осознала, что только что ей грозило, какой участи она лишь чудом избежала. Причём далеко не благодаря самой себе, а лишь странному благородству её пленителя, который в следующий раз вряд ли упустит такой удачный шанс.

Похитители. Глава 10

Поутру Сакура не желала даже выходить из комнаты. Ей было несколько страшно, но в то же время хотелось ясности. Вполне естественно, что девушка волновалась, будто мужчина может либо накинуться на неё, довершив дело, которое прервал накануне, либо попросту начнёт над нею потешаться. Но и оставлять данное дело безнаказанным зеленоглазая красавица не собиралась, желая знать, что стало причиной того или иного поступка брюнета.
Каково же было огорчение девушки, когда она, собравшись с силами, покинула комнату, но никого в доме не обнаружила. Её похититель попросту вновь куда-то исчез. Это лишь разозлило зеленоглазую красавицу. Да как он посмел уйти, когда она собиралась ему высказать всё, что думает о нём и его поступках? Что за беспредел? Кем он себя возомнил? На ком она должна теперь выместить злобу?
С одной стороны, Сакура была довольна тем, что мужчина отсутствовал в доме с самого утра. Девушка полагала, что он специально сбежал, испугавшись. Чего? Не суть важно. Возможно, брюнет осознал, как подло поступил с несчастной и беззащитной девушкой, его охватил стыд, вот он и… Нет, топиться не помчался. Хотя Сакуре доставляло наслаждение думать на подобную тему. С другой стороны, зеленоглазую красавицу не оставляла мысль о его слабохарактерности, поскольку ночью он, видите, был весь такой из себя соблазнитель, а поутру моментально исчез, лишь бы не сталкиваться с нею даже взглядами. Также отвращение вызывала мысль, что её пленитель, будучи человеком не самых высоких моральных принципов, вообще и думать забыл о девушке, о её чувствах, душевных терзаниях, отправившись со спокойной душою по своим делам.
Как бы то ни было на самом деле, но первую половину дня Сакура была предоставлена самой себе. Чего только девушка не передумала за это время. В её фантазиях брюнет предстал в образе и трусливого зверька, удирающего даже от собственно тени, что пятки сверкают, и кровожадного монстра, что лишь наслаждается страданиями других… В общем, на фантазию она никогда не жаловалась, в очередной раз насладившись картинами, что подкидывало с огромным удовольствием воображение, и пожалев, что не на чем изобразить столь «славные» обличия мужчины.
Саске заявился домой лишь во второй половине дня, при этом старательно делал вид, что весьма занят. То ему крайне важно было наколоть побольше дров, то срочно вычистить конюшню едва ли не до такого состояния, чтобы с пола можно было спокойно есть, то вдруг спешно понадобилось что-то крайне важное сделать в своей комнате…
В общем, брюнет делал всё, что только мог придумать, лишь бы не встречаться с Сакурой без крайней надобности. Первое время девушку это устраивало, даже развлекало. Зеленоглазая красавица принципиально то и дело крутилась возле мужчины, радуясь тому, как он отводит взгляд, старается не сталкиваться с нею… Но потом юной Харуно как-то поднадоело всё это. Особенно их будни и не изменились, они вновь каждый в своём уголке отсиживались, если не считать, что мужчина уже не так пылко сыпал комплиментами сомнительного содержания в адрес девушки.
- Иди ужинать! - позвала Сакура черноокого мужчину.
Её пленитель даже дошёл до того, что принялся вырезать очередную фигурку, устроившись на пеньке на улице, а не как обычно делал это, сидя в уединении у камина. Сакура усмехнулась и покачала головою, заметив, как брюнет медленно откладывает нож и деревянный брусок, из которого что-то мастерил, тщательно отряхивается, словно опасается оставить на одежде хотя бы кроху опилок, а затем неспешной походкой, будто бы любуясь вечерним небом, направляется к дому.
Решив оставить его в покое хотя бы на время ужина, Сакура заблаговременно поставила тарелки с едой на столик в зале, положила приборы, хлеб, налила в кружку воды, а сама удалилась в свою комнату. Спустя некоторое время, решив, что мужчина уже поел, она направилась в кухню, чтобы помыть посуду, но заметила в зале сидящего брюнета.
- У нас хлеб заканчивается. Ты в курсе? - проговорила Сакура, не зная, как и с чего ей начать разговор.
Убегать обратно, делая вид, что и не выходила, она не собиралась. Прятаться по углам и отмалчиваться уже порядком надоело. Раз уж они тут наедине, то можно уж как-нибудь попытаться разобраться со сложившейся ситуацией. Всё равно никто не узнает, если он не расскажет своим дружкам. А ей и некому. И вообще, взрослые же люди, а ведут себя сродни маленьким обиженным деткам.
- И что ты от меня хочешь? - последовал ответ.
Недовольный тон, которым это было сказано, вызвал бурю негодования в душе девушки. Что она от него хочет? Пусть изыщет способы сообщить своим товарищам, что им тут скоро есть толком нечего будет. Пусть хотя бы муки привезут, она лепёшек наделает. Есть одно мясо, что мужчина время от времени добывает, как-то не особо радовало юную Харуно.
- Что-то твои друзья позабыли о тебе, - в тон ему отозвалась Сакура. - Давненько никто не приезжал.
Мужчина бросил на девушку взгляд искоса, но промолчал. Юная Харуно лишь хмыкнула. Конечно, что ему ответить? Девушка направилась было уже в кухню, как услышала за спиною:
- Что ты на меня взъелась? Откуда мне знать, кто и когда приедет? Может, вообще не приедут.
- Взъелась? - зашипела зеленоглазая красавица, обернувшись к мужчине. - Это лишь твоя прерогатива, милый мой, огрызаться на всех по любому поводу и без. Я лишь констатировала факт.
- Может, мне самому поехать тебе за мукою? - рыкнул Саске.
- Да можешь вообще ничего не делать, - заявила Сакура, уперев руки в бока. - Только учти, что скоро траву жрать будешь. Надеюсь, не отощаешь на салатике. Могу ещё сделать муку из опилок. Как думаешь, не слишком ли будет, не поправишься на таких изысканных харчах?
Брюнет едва не зарычал, стиснув кулаки. Эта девчонка доводила его до такой степени бешенства, что ранее никому и даже на малую толику сего не удавалось. Вот ведь привязалась. Он и сам в курсе, что провизия заканчивается. Но его товарищи уже на самом деле давно не появлялись, он безумно нервничал, ведь всякое могло произойти. А тут ещё и эта поганка ему нервы треплет.
- Я знаю, что еды мало, - кое-как взяв себя в руки, проговорил мужчина. - Но я ничего не могу с этим поделать. Придётся урезать запросы. Будем есть только мясо и рыбу, остальное понемножку. Я не знаю, приедет ли кто из моих друзей в ближайшее время, так что постарайся распределить продукты рационально.
- Муки осталось дня на три, не больше, - пробурчала в ответ Сакура, осознавая, что действительно зря сорвалась на мужчину. - Яиц всего пара десятков. Остались маринованные овощи, крупа.
- Значит, посидим на каше.
- Ты мой хороший. Кашки захотел, малыш мой сладенький, - протянула юная Харуно елейным голосочком, а Саске одарил её яростным взглядом. Затем же, усмехнувшись, девушка сказала уже более серьёзным тоном: - Молока, как ты знаешь, уже давно нет. Масло почти закончилось. Каша будет на воде. Не уверена, что долго ты на такой еде протянешь.
- Переживу, - огрызнулся брюнет. - О себе подумай.
- Ой, какие мы заботливые стали, - закатив глаза, сказала юная Харуно. - Сейчас лишусь чувств от умиления.
- Надеюсь, - рыкнул Саске. - Может, хоть какое-то время тогда помолчишь, а то слишком уж разговорилась что-то.
Показав мужчине язык, Сакура развернулась и ушла в кухню. Разговаривать с этим типом было просто невыносимо. Её так и подмывало треснуть мерзавца чем-нибудь тяжёлым. Как он вообще смеет так себя вести? Можно подумать, только она во всём виновата. Да если бы не он, не его треклятое похищение, то вообще ничего из этого не произошло бы.
Спустя какое-то время в кухню вошёл и её пленитель. Поставив подле упорно делающей безразличный вид, словно не замечает его, девушки посуду, он немного помолчал, а затем, словно слова давались ему с огромным трудом, проговорил:
- Ладно, прости. Мы оба последнее время на нервах. Я надеюсь, что кто-нибудь в ближайшее время приедет.
Что же, Сакура его прекрасно понимала. Саске жаждал узнать новости, она тоже. Всё же они уже довольно длительное время пребывают в неведении, что не может не отразиться на их общении. Но это вовсе не означало, что девушка была готова простить ему столь откровенно нахальное поведение.
- Кто-нибудь, - передразнила его Сакура.
- Что, ждёшь кого-то конкретного? - спросил брюнет, недовольно поглядывая на девушку. - Уж не блондинчика ли?
- Да уж с ним приятнее разговаривать, чем с тобою.
- Я ему при встрече обязательно передам, что ты в него влюбилась.
- Благодарю. Не забудь и мне передать его ответ в точности, - бросила ему юная Харуно.
- Боюсь, тебя ждёт разочарование, - заявил Саске. - У него есть возлюбленная.
- Полагаю, этот вопрос мы с ним лично обсудим наедине. Тебе нечего вмешиваться.
Не удостоив девушку ответом, мужчина резко развернулся и удалился с кухни. Сакура же лишь сокрушённо выдохнула, понурив голову. Вот с какой целью она в очередной раз ввязалась с ним в скандал? Пришёл он, извинился, хотя и не обязан был. Для чего она начала на него снова огрызаться? Неужели не живётся спокойно?
Сакура и ранее страдала из-за своего характера. С нею практически никто не общался, о дружбе и речи не идёт. А тут она откровенно провоцирует мужчину, бандита, находясь с ним наедине в глуши, где на многие мили нет ни единого человека. Да уж, инстинкт самосохранения, как уже успела убедиться юная Харуно, у неё отсутствует напрочь. Как и мозги.
Естественно, во всём винить лишь себя одну Сакура не собиралась. Он и сам мог бы прекрасно промолчать, но не стал. Вместо этого принялся говорить ей всякие пошлости. С чего вдруг этот тип вообще удумал обвинять её во влюблённости в одного из своих друзей? Будь даже и так, ему-то какое дело? Чего сразу в штыки так воспринимает подобное?
Тут юная Харуно несколько призадумалась. А не является ли озлобленность её пленителя просто банальной ревностью? Нет, зеленоглазая красавица отнюдь не питала иллюзий относительно собственной привлекательности, особенно в глазах этого человека. Подобное проявление эмоций с его стороны может оказаться лишь обыкновенным соперничеством. Ну, раз она с ним тут наедине столько времени проводит, то и, по идее, в него должна влюбиться, а не в кого-то там, кого и видела от силы пару раз. А тут такое. Вполне логично было бы предположить, что сие вызвало гнев у мужчины.
Ладно, так или иначе, но девушка полагала, что взрослый мужчина просто обязан держать свои эмоции под контролем. Не имеет значения, что послужило причиной его недовольства, но брюнет мог хотя бы сделать вид, что ему всё равно, а не срывать на ней свой гнев.
Кстати, что он там ей недавно выговаривал? Кто-то умничал, что Сакура перечитала любовные романы, фантазирует о смазливых красавчиках? А сам-то? Юная Харуно не могла без смеха отметить тот факт, что мужчина лично ей только что продемонстрировал одну из форм поведения героев вот такого вот романчика с розовыми соплями. Ох, девушка не влюбилась в него, отвергла, предпочла другого. Какое горе. Как жить дальше?
Ладно, а если серьёзно, то зеленоглазая красавица действительно не в силах была постичь поведение своего пленителя. То он с нею довольно нежен и обходителен, то превращается в жестокого тирана, то просто игнорирует, словно её и не существует на этом свете, то ведёт себя подобно пылкому влюблённому, то откровенно издевается, любуясь её страданиями.
Кстати сказать, раз речь уже в который раз зашла о влюблённости, юная Харуно на самом деле не могла никак понять, что же движет мужчиной. Нет, вряд ли всё же он в неё влюбился. Девушка не верила во все эти бредни о любви с первого взгляда. Любят не внешность, не красоту, а человека, всего, без каких бы то ни было оговорок. Красоту просто хотят. Следовательно, слишком уж глупо и самонадеянно было бы предполагать, что мужчина питает к ней какие-либо тёплые чувства. С её-то характером в неё влюбится разве что больной на голову извращенец. Да, брюнет живёт тут один долгое время, девчонка под боком. Почему бы и не воспользоваться случаем, если природа просит?
Что же, сие ближе к истине, поскольку брюнет именно так и заявил ей прошлой ночью. Он ведь не стал вдаваться в какие-то детали, а попросту заявил, что она красивая. Всё. Вот вам и вся романтика. Да и что ожидать от бандита, который привык к подобному образу жизни? Сакура была убеждена, что в его жизни сие в порядке вещей. Заведений, где предоставляют услуги определённого рода, рядом нет, так что брюнет просто решил воспользоваться случаем.
Хорошо, пусть так. Но почему он тогда её прогнал? Нет, юная Харуно отнюдь не была расстроена данным фактом. Она едва не потеряла голову, он вовремя её выгнал. Но причин сего поступка мужчины Сакура не могла понять. Нет, были кое-какие размышления, но они наводили на девушку тоску и уныние.
Единственное, что приходило в голову зеленоглазой красавице, что мужчина захотел её, как женщину, но так и не смог по каким-то там причинам себя пересилить, избавиться от отвращения, которое она у него вызывала. Да, было омерзительно осознавать, что ты не в состоянии вызвать даже крохотное желание у бандита, который долгое время одинок, но факт оставался фактом. И Сакуру это весьма сильно удручало.
Но хуже всего для девушки было осознавать, что брюнет в чём-то оказался прав, когда заявил, что она, выйдя замуж, будет представлять на месте мужа нарисованного человека. Прошлой ночью, поскольку совершенно не знала, как её похититель выглядит на самом деле, юная Харуно действительно представляла на его месте того, кого сама и выдумала, изобразив на листе бумаги. Смешно? Да, для кого-то крайне занятная ситуация. Но для зеленоглазой красавицы было ужасно осознавать, что она уже несколько суток только и думает о придуманном ею же персонаже, пытаясь, если можно так выразиться, видеть его на месте своего пленителя.
Более за весь вечер Сакура и Саске не общались, даже не виделись. Юная Харуно, закрывшись в своей комнате, пыталась раскрасить деревянные фигурки, хотя мысли её то и дело уносили девушку к иным темам, не давая сосредоточиться, поэтому зеленоглазая красавица бросила своё занятие, опасаясь испортить из-за задумчивости фигурки, направившись спать. Брюнет же вернулся в дом лишь после полуночи, сразу же завалившись в кровать. Где он был и чем занимался, Сакура не знала и знать не хотела. Слишком была подавлена, чтобы вновь думать об этом человеке.
Так прошло ещё три дня. Сакура старалась лишний раз не разговаривать с Саске, вообще с ним без надобности не пересекаться. Брюнет, казалось, не имел ничего против подобной тактики девушки, поскольку и сам не горел большим желанием в очередной раз ввязываться в ссору с невыносимой девчонкой.
Нервы обоих были напряжены до предела. Никаких вестей не было уже довольно длительное время, что не могло не вызывать неприятные размышления по данному поводу. Ничего хорошего в подобной ситуации ожидать не приходилось.

***

Нагато расхаживал по участку, словно голодный зверь в клетке. Его что-то тревожило, но мужчина никак не мог понять, что же именно не даёт ему покоя уже несколько дней подряд. Его люди так и не сообщили до сих пор ему ничего, что можно было бы использовать в качестве зацепки. Пришлось даже к довольно опасной хитрости прибегнуть, но пока результатов не было.
Слишком тихо, просто до одурения. Шериф прекрасно осознавал, что грядёт нечто отвратительное, но ничего не мог поделать. Он не знал, куда ему мчаться, за что хвататься. Даже самая крохотная оплошность может стать роковой. А этого допустить никак нельзя.
Очень много времени потрачено зря. Надлежало немедленно что-то предпринять. Яхико уже все уши ему прожужжал относительно того, что пора действовать напрямик, но Нагато не спешил на столь радикальные меры. Подобной неосмотрительностью они лишь погубят всё дело.
И всё же Нагато никак не мог понять, почему вдруг настало какое-то странное затишье. То хоть что-то происходило, а нынче уже несколько дней вообще ничего. Что-то явно случится. Но что? Неужели мерзавцы узнали нечто, что им было знать не положено? Неужели все старания обратятся вскоре в прах?
Шериф уже давненько не испытывал настолько кошмарной нервозности. Словно каждая его клеточка вопила о приближающейся опасности. Но откуда ждать угрозу, с какой стороны? Не может же он разорваться, чтобы охватить сразу всё. Нагато был даже готов уже плюнуть на всё, согласиться с Яхико, ударить в самое сердце… Но ведь не поможет, всех не уничтожит, лишь на время придёт затишье. А он выдаст свои планы негодяям с потрохами.
- Нагато!
Крик помощника шерифа отвлёк мужчину от раздумий. Нагато обернулся, взглянув на Яхико, который появился в дверях участка. Рыжеволосый мужчина был крайне взволнован, что не могло не нервировать шерифа. В руках Яхико держал какую-то бумагу.
- Вот, читай, - заявил помощник шерифа, передавая записку Нагато. - Я получил её только что. Похоже, это конец.
Нагато не требовалось много времени, чтобы понять, от кого пришло послание. И то, что он прочёл, повергло шерифа в гнев, в котором присутствовала толика отчаянья. Вот то, чего он так опасался. Неужели действительно вот-вот произойдёт непоправимое?
- Собирай людей, но так, чтобы никто ничего не видел и не слышал, - сказал он Яхико. - Наблюдение усиль. Никто не должен уйти незамеченным. Ты останешься здесь за старшего. Я отправлюсь с парнями, мне нужно… человек восемь. Буду ждать у склона уныния.
- Понял, - ответил его помощник, после чего бросился выполнять поручение.
Нагато едва ли не трясло от злости. Столько сил потрачено впустую. Конечно, основной его план мерзавцы ещё не раскусили, но теперь они явно заподозрят неладное, закопошатся. Придётся из кожи вон вылезти, но сделать так, чтобы уничтожить гадов раз и навсегда одним ударом в самое ближайшее время. Сейчас же надлежало вовремя успеть, иначе он никогда себе не простит, что позволил сему случиться.

***

- Куда ты их дела?
Саске перерыл всю комнату девушки, перевернул вверх дном кухню, но так и не смог сыскать пропажу. Сакура упорно отмалчивалась, стойко снося ярость брюнета. Сейчас же он копался в гостиной, но пока безрезультатно.
- Я всё равно их найду, - рычал мужчина, обыскивая каждый уголок в доме. - А ты схлопочешь такое наказание, что забудешь, как тебя вообще зовут.
Всё началось ещё в обед, когда Саске, вернувшись домой с рыбалки, заметил, что в его комнате чего-то не хватает. Оказалось, что Сакура попросту спрятала несколько его фигурок, решив тем самым отомстить мужчине за то, что он отказался намедни дать ей ещё парочку для раскрашивания, а на предыдущие её старания заявил, что всё не годится, она лишь испортила его творения.
Поскольку юная Харуно посчитала, что он лишь придирается из вредности, просто в очередной раз желает её обидеть, то и решила спрятать фигурки. Зеленоглазая красавица не собиралась ничего отдавать мужчине, пока тот не извинится, тем самым вынудив его приступить к поискам. В итоге Саске облазил практически весь дом, но все его старания так и не увенчались успехом.
Брюнет, прорычав что-то неразборчивое, раздумывая, где же ему ещё поискать, взглянул на сидящую в кресле девушку, которая, напустив на себя оскорблённый вид, до сих пор ни слова не проронила. Когда же Саске заметил, как мельком Сакура бросила взгляд на камин, в его глазах вспыхнул недобрый огонёк.
- Если ты их сожгла, - прошипел мужчина, медленно приблизившись к девушке, - клянусь, я с тебя шкуру живьём спущу и сделаю прикроватный коврик, а из твоих костей сотворю новые фигурки.
Сакура продолжала упорно хранить молчание, чем ещё сильнее выводила мужчину из себя. Саске был готов рвать и метать.
- Где они? - зарычал он, схватив Сакуру за предплечье, притянув к себе. - Не скажешь по-хорошему, тогда я из тебя выбью признание.
Пусть внешне юная Харуно и казалась спокойной, но в душе она безумно дрожала от страха. Её пленитель был рассержен не на шутку, так что угрозы его о применении насилия вряд ли можно было бы посчитать лишь попыткой её запугать. Но и уступать мужчине так просто девушка не собиралась.
- Поднимешь руку на беззащитную девушку? - протянула Сакура, стараясь, чтобы голос звучал ровнее, не выдавая её тревог. - Какой же ты мужчина после этого?
- А мне плевать, что ты думаешь обо мне, - огрызнулся Саске. - Вообще обнаглела до крайней степени. Следовало тебя действительно на цепь посадить, заперев в подполе.
- Давай, запри, - ответила ему с вызовом юная Харуно. - На иное, как я погляжу, ты и не способен.
- Я тебя сейчас выпорю, поганка, - пообещал брюнет. - Я тут с тобою так и этак, стараюсь все условия комфортные обеспечить. А ты что в итоге?
- Ох, поглядите на него, - выпалила Сакура. - Бедненький и несчастненький. Я не просила меня похищать, так что нечего тут строить из себя обиженного.
- Если бы ты действительно содержалась в условиях, в которых и держат похищенных, то не выделывалась бы сейчас, а тряслась от страха, захлёбываясь в рыданиях, прикованная в подвале. Я же тебя обеспечил всем, дал полную свободу действий. И чем ты мне отплатила?
- Сейчас зарыдаю от сочувствия к тебе.
- Ты просто неблагодарная дрянь.
Выслушивать более оскорбления в свой адрес Сакура не собиралась. Да и самообладание её было на исходе. Девушка вот-вот была готова на самом деле расплакаться, причём не столько от страха, хотя сие тоже присутствовало, сколько от обиды, что этот человек с нею так обращается.
Почему нужно обязательно рычать на неё, угрожать? Почему не мог просто дать ей то, что она попросила? Не развалился бы на части. Да, она тоже не особо красиво поступила, буквально выкрав фигурки. Но так разговаривать и обращаться с женщиной… Да что он вообще за человек такой?
- Подавись! - выкрикнула Сакура, приподымая юбку.
Саске лишь с толикой непонимания и смущения смотрел на то, как девушка отвязала от ноги тряпичный свёрток, в котором оказались завёрнуты несколько фигурок. Юная Харуно швырнула в прямом смысле слова в лицо мужчине свёрток, а затем убежала в свою комнату.
Но не тут-то было. Её пленитель не собирался так просто оставлять девушку в покое. Спустя некоторое время Саске вошёл в комнату Сакуры, поставив на столик две фигурки, а затем, взглянув на лежащую спиною к нему юную Харуно, проговорил:
- Нечего строить из себя обиженную. Ты сама виновата. Можно было всё миром решить, но тебе вновь понадобилось провоцировать меня на скандал.
- Отстань от меня, - огрызнулась Сакура.
Брюнет немного помолчал, раздумывая над своими дальнейшими действиями, решая, придушить мерзопакостную девчонку или просто выпороть, а затем проговорил:
- Давай договоримся. Ты ведёшь себя так, как и положено приличной девушке, а я не буду так грубо с тобою обращаться. Согласна?
- И как же это? - ядовито усмехнулась Сакура, сев на постели и глядя на мужчину. - В ногах у тебя ползать?
- Хотя бы за языком следи.
- На себя сперва посмотри. Сам-то как разговариваешь с женщиной?
- Не доводила бы, так всё было бы отлично, - не остался в долгу Саске. - Твой характер и поведение тоже далеки от идеала, милая. Мне даже искренне жаль того, кто возьмёт тебя в жёны. Это ж как нужно разочароваться в жизни, чтобы добровольно связать себя узами с тобою.
- А тебе-то не всё ли равно? - рыкнула Сакура. - Чего вдруг решил постороннего мужика пожалеть?
Юной Харуно было безумно обидно, что мужчина вновь надавил на больное место, заявив, что она никому не нужна.
- Да даже врагу не пожелаешь такую жену, - заявил брюнет.
- Можно подумать, что ты прям предел мечтаний, - выпалила девушка. - Грубый, озлобленный, мерзкий тип, что только и умеет запугивать женщин.
Саске просто развернулся и покинул комнату Сакуры, оставив девушку одну. То ли мужчина осознал, что дальнейший их диалог точно хорошим не кончится, то ли попросту решил не связываться больше с больной на голову истеричкой, то ли ещё что-то. Не столь уж и важно теперь было.
Юная Харуно же промаялась весь вечер в раздумьях. Сперва она была ужасно зла на мужчину, но затем, когда эмоции несколько поостыли, осознала, что тоже вела себя крайне отвратительно. Это ж как ей повезло, что её похититель настолько терпелив. Другой бы на его месте уже её точно давненько прикончил и за меньшее. И это в лучшем случае.
Да и нервы давно сдали у обоих. Сакура не могла понять, почему никто не едет к ним. Она видела, что её пленитель тоже нервничает, срываясь по поводу и без, что наводило на размышления, что что-то не так. Быть может, переговоры прошли удачно, его подельники выжидают, когда будет передана сумма выкупа за неё. Возможно, что их схватили, пытают, убили. Может быть, им отказали в выкупе, так что теперь подельники раздумывают, прикончить Сакуру или по кусочкам отправить родным. Бандиты могли заметить какой-либо подвох, вот и затаились, а они тут изнывают без информации.
Девушка долго не могла сомкнуть глаз. Все её размышления в итоге сводились к тому, что никто за неё не собирается и гроша ломаного выплачивать, так что вскоре её в любом случае ждёт смерть. И данные помыслы подтолкнули её к действию.
Сакура направилась в комнату своего похитителя. Было темно, на дворе стояла глубокая ночь. Мужчина явно спал, но юная Харуно не могла уже повернуть назад. Она должна была кое-что сделать. Если нет, то так тому и быть.
- Что опять затеяла?
Стоило ей прикрыть за собою дверь в комнату мужчины, как Сакура вздрогнула, услышав его голос. Он не спит? Почему? Ладно, так даже лучше. Ей будет легче привести свой план в исполнение. Если вообще что-либо удастся.
- Поговорить хотела.
- Ещё не всё мне высказала?
Да, Сакура прекрасно понимала и разделяла его недовольство. И всё же сейчас не время для ссор.
- Я хочу, чтобы ты мне правду ответил. За меня вряд ли заплатят. И можешь не отрицать, ты сам это уже понял. Так вот, я хочу знать, убьёшь ты меня или нет.
Тишина, повисшая в комнате, давила на нервы со страшной силой. Да что тут можно раздумывать? Юная Харуно никак не могла понять причин молчания мужчины. Так трудно сказать лишь одно слово?
- Нет.
Ответ прозвучал столь неожиданно, что Сакура невольно вздрогнула. Нет, она ждала ответ, но всё же полагала, что мужчина ответит положительно.
- Тогда что же ты сделаешь? - спросила юная Харуно.
- У тебя есть иные предложения, кроме как возможность отвезти тебя подальше и бросить? А что, вдруг кто подберёт, тогда ты будешь уже его головной болью.
Тон немного насмешливый, но Сакура уловила в голосе грусть. Ему явно уже всё равно, что с нею станется, не заботила её судьба. Он лишился денег, что собирался за неё выручить, так что девчонка ему более не нужна.
- Да.
Сказав это, Сакура медленно приблизилась к постели мужчины. Он приподнялся, ожидая её дальнейших действий. Пусть юная Харуно и не могла видеть, но чувствовала, что мужчина явно напрягся, следит за каждым её движением, ожидая подвох, ведь она могла запросто всадить ему нож в грудь.
И в следующий момент зеленоглазая красавица, стараясь более не раздумывать, иначе был страх отступить, подалась вперёд, поцеловав мужчину в губы. Поцелуй был неумелым, ведь она вообще второй лишь раз в жизни целовалась с мужчиной, при этом первый раз выступала инициатором.
Саске обхватил её одной рукою за талию, прижимая к себе, а другую положил на затылок девушке, не позволяя отстраниться, углубив при этом поцелуй. Сакура ощущала, как под её ладонями играют его могучие мышцы, когда она ласкала плечи и спину мужчины, и это сводило её с ума.
- А теперь брысь отсюда, - заявил брюнет, отстранившись от девушки.
Но Сакура не собиралась на этот раз уходить. Она не для этого пришла в его комнату этой ночью.
- Нет. Я всё равно никому не нужна.
- Дура, он на тебе точно не женится, - прорычал Саске, когда девушка вновь прижалась к нему, пытаясь вовлечь в новый поцелуй.
- Я буду только счастлива, - проговорила зеленоглазая красавица, несколько неловко, ведь не была уверена в правильности своих действий из-за неопытности, целуя шею мужчины. - Ему плевать на меня не меньше, чем мне на него. А тот, кто действительно полюбит, если такой вообще найдётся, возьмёт в жёны и… такую. Если вообще доживу до этого момента.
То ли он внял её словам, то ли просто уже и сам не мог сдерживаться, но брюнет, крепко сжав в объятиях девушку, повалил её на постель, вовлекая в страстный поцелуй. Сакура лишь глубоко вздохнула, когда Саске потянул за полы рубашки, стягивая её через голову девушки.
Сакуре казалось, что её кожа горит в тех местах, где он её коснулся. Она выгибалась в его руках, пытаясь неосознанно прижаться плотнее к телу мужчины. Когда Саске принялся целовать сперва её шею, спускаясь всё ниже и ниже, медленно подбираясь к груди, девушка, запустив пальцы в его шевелюру, потянула его голову вниз, заставляя ускориться.
Саске лишь усмехнулся, но перечить не стал. Раз она желала получить удовольствие, он не собирался препятствовать сему. Напротив, был только рад обеспечить ей незабываемое наслаждение. Когда его губы обхватили один сосок, Сакура слегка вскрикнула от ощущений. Она и представить себе не могла, что её грудь может быть такой чувствительной.
Когда брюнет коснулся рукой самого чувствительного места на теле девушки, Сакура непроизвольно сжалась. Неизведанное манило и страшило одновременно. Саске старался её отвлечь поцелуями, и вскоре юная Харуно позволила ему делать со своим телом всё, что он читает нужным, полностью отдавшись наслаждениям от умелых ласк.
Когда мужчина несколько отстранился, зеленоглазая красавица протестующе застонала. Саске ухмыльнулся, прошептав, что всё хорошо, ей необходимо расслабиться, а затем, подхватив девушку ладонями под ягодицы и слегка приподняв её бёдра, он приступил к главному.
Сакура сперва ощутила, как что-то большое, твёрдое и тёплое упёрлось ей в промежность, а затем ощутила дискомфорт. Когда же это что-то проникло в неё на небольшую глубину, девушка вскрикнула от внезапной боли, впившись ногтями в плечи мужчины. Он принялся её успокаивать, целовал, ласкал, шептал какие-то слова. Боль вскоре отступила, оставив после себя тянущее чувство внизу живота, и Сакура подалась бёдрами навстречу Саске, неосознанно прося продолжить, чтобы избавить её от столь странных ощущений. Брюнет не стал мучить более девушку, принявшись совершать медленные и осторожные движения, опасаясь причинить ей боль. Но вскоре он уже едва мог себя контролировать. Да и Сакура тоже. Зеленоглазая красавица извивалась под ним, царапала ногтями спину, кусала за плечи, если мужчина осмеливался замедлять движения, когда она желала получить максимум удовольствия, наслаждаясь его мощью.
Сакура не помнила себя. Она никогда не ощущала такого удовольствия, даже представить себе подобного не могла. Ей было абсолютно всё равно, что Саске о ней подумает, когда она громко стонала от наслаждения. Когда же девушка достигла пика, то выгнулась в его руках дугою, прогнувшись в пояснице, и закричала.
Сердце билось в сумасшедшем ритме, кровь шумела в ушах, вокруг всё кружилось, в глазах плясали мириады вспышек. Сакура просто упала без сил на постель, едва осознавая, что Саске отстал от неё буквально на пару мгновений, а затем лёг подле неё.
Когда оба несколько пришли в норму, брюнет притянул девушку к себе, укутав одеялом. Сакура не знала, о чём он сейчас думает, а спросить боялась. Она не желала разрушать столь хрупкую гармонию, то счастье, что она получила этой ночью. Пусть это лишь только сейчас, но думать о плохом не было никакого желания. Сакура просто прижалась к мужчине, наслаждаясь его теплом.
Возможно, уже завтра это всё покажется ей лишь сладким сном, когда наступит суровая реальность. Будущее никому знать не дано. Сакура лишь наслаждалась близостью с Саске, не подозревая, что предстоит пережить в скором времени. Возможно, он её действительно убьёт. Быть может, бросит где-нибудь. Возможно, её всё же выкупят. Что бы ни было, это будет потом.

Похитители. Глава 11

Сакура проснулась довольно рано. Солнце уже взошло, за окном заливались трелями птицы. Причин для пробуждения не было, напротив, следовало бы насладиться отдыхом после бурной ночи, но девушка отчего-то не могла более сомкнуть глаз. В итоге отбросив потуги вновь забыться сном хотя бы на пару часиков, юная Харуно обернулась, взглянув на спящего рядом мужчину. Брюнет лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку. Как он умудрялся дышать при этом, оставалось для девушки загадкой.
Решив, что нет никакого смысла вот так лежать и ждать, когда он проснётся и прогонит её, Сакура, стараясь не разбудить мужчину, потихоньку поднялась и направилась в свою комнату. Переодевшись в своё платье, она пошла в кухню. Завтрак никто не отменял. Лучше уж сейчас что-либо съесть, чем страдать весь день от голода, поскольку после, как полагала девушка, ей, встретившись лицом к лицу со своим пленителем, который наверняка станет язвить относительно её поведения накануне, уже вряд ли кусок в горло полезет.
Стоя у плиты, Сакура то и дело ловила себя на мысли, что не может выбросить прошлую ночь из головы. Да, с одной стороны, она поступила как самая настоящая дура. Что она ожидала, предлагая этому человеку себя? Что он её отпустит? Нет, юная Харуно даже не думала о подобном. Конечно же, её пленитель не станет так поступать, не для этого потратил со своими подельниками столько сил и времени.
С другой же стороны, а что ей в её положении оставалось? Родители просто продали её первому же желающему, кого она не то что не любила, а к кому не испытывала даже и толики симпатии. Своего новоявленного жениха Сакура и видела всего-то пару раз, но и этого ей с лихвой хватило, чтобы почувствовать к нему неприязнь. Хотя девушка и не понимала, почему так реагировала на мужчину.
Конечно, отдаться бандиту было не самой блестящей идеей, но Сакура испытывала жуткое отвращение при одной лишь мысли, что ей придётся стать супругой того человека, которому её и продали родители. Зато мысли о близости с её пленителем почему-то не вызывали у неё столь тошнотворной реакции.
Зеленоглазая красавица уже довольно давно задумывалась о подобном. Пусть она и не видела лица своего пленителя, но по какой-то причине испытывала к нему какое-то странное влечение. Да, они, можно сказать, с самого первого мгновения знакомства ругались, жутко ссорились, но всё же юная Харуно чувствовала, что её словно что-то непреодолимо тянет к этому человеку.
Нет, Сакура не отметала возможность того, что её приятно удивил его талант. Девушка с уважением и пониманием относилась к тому, что делал своими руками её пленитель. Почему-то юной Харуно казалось, что бандит, на чьих руках кровь и жизни людей, в чьём сердце лишь злость и ненависть, не способен создавать из дерева такие великолепные фигурки.
Нет, Сакура вовсе не была знатоком людских душ, но всё же не могла себе представить, что тот, кто создаёт такую красоту, может быть хладнокровным и безжалостным убийцей, интересующимся лишь деньгами. Да и то, как он к ней относился всё это время, заставляло девушку задуматься всерьёз о происходящем.
Будь её пленитель действительно кровожадным бандитом, то явно не стал бы столько времени терпеть её выходки. Он, в этом юная Харуно не сомневалась, уже давно бы её посадил на цепь в подвале, да кормил раз в день. Причём это ещё мягко сказано. Сакура прекрасно отдавала себе отчёт в том, что, если вспомнить всё, что происходило с момента её похищения, её пленитель запросто мог её покалечить, изнасиловать. Даже убить.
Ну, последнее уже было бы крайней мерой, поскольку он сам ей заявил, что ему нужны деньги, а за мёртвую девушку выкуп вряд ли бы получил. Но всё же мужчина ни разу, если не брать в расчёт их мелкие склоки, не поднимал на неё руку. Словесно угрожал, пытаясь запугать, но дальше разговоров дело не заходило.
Вспоминая о том, что между ними происходило все эти дни, что девушка находилась в плену, Сакура невольно улыбнулась. Почему-то зеленоглазая красавица всерьёз считала себя извращенкой. Разве может нормальный человек получать удовольствие от откровенных попыток разозлить другого до такого состояния, чтобы его мечтали удавить?
Да, временами Сакура безумно боялась своего пленителя. Шутки шутками, но ведь и на самом деле он в любой момент мог её убить. Юная Харуно прекрасно помнила момент, как он рассвирепел, когда она отказалась есть кашу, потакая его выходкам и того светловолосого мужчины, вывалив всё содержимое тарелки на голову своему пленителю. Если бы не его товарищ, Сакура не сомневалась, что брюнет её бы хорошенько поколотил. И это самое приятное, что приходило ей в голову.
Зеленоглазая красавица и сама не понимала, почему постоянно огрызалась на своего пленителя. Нет, ей было страшно, причём частенько и довольно сильно, но она почему-то продолжала его злить, словно получала какое-то невероятное наслаждение от своих мазохистских выходок. Вспоминая все свои проделки, девушка вообще поражалась тому факту, что всё ещё жива, здорова, не лишена каких-либо частей своего тела, даже не поцарапана, хотя полагалось уже давно кормить червей в самой убогой канаве.
И всё же, несмотря на все попытки мужчины её запугать, Сакура словно знала, что он не причинит ей вреда. Да, глупо основываться лишь на каких-то там своих домыслах, но всё же юная Харуно была убеждена, что ей не грозит быть умерщвлённой.
Но ведь её пленителю и его подельникам нужны деньги, иначе бы вряд ли её похитили. Но только ли лишь жажда наживы толкнула этих людей на подобное преступление? После недавних событий Сакура глубоко сомневалась, что дело лишь в желании заполучить кругленькую сумму денег. Судя по разговорам и манерам, мужчины довольно образованы, что не увязывалось в сознании девушки с образом бандитов.
Если взглянуть на всю эту ситуацию с самого начала, то слишком странным казался тот факт, что бандиты схватили именно её, простую и непримечательную чем-либо девушку. Если уж похищать кого-либо с целью выкупа, разве не надлежит сперва подыскать кого-нибудь из состоятельной семьи? А они схватили первую же попавшуюся им девушку, у которой едва ли не на лбу написано, что она из простой семьи, так что получить за неё крупный выкуп можно и не мечтать.
Хотя тут можно поспорить. Её пленитель несколько раз намекал на то, что деньги есть у её жениха. Следовательно, перед нападением на поезд, в котором и ехала юная Харуно с семьёй, бандиты всё же кое-что разузнали. Но девушке всё равно не давала покоя мысль, что слишком уж много надежд бандиты питали на то, что какой-то мужик выложит целое состояние за дамочку, которая лишь на словах числится у него в невестах.
Хорошо, со стороны можно предположить, что жених девушки действительно души в ней не чает, иначе бы не было и смысла объявлять о свадьбе. Но ведь за всё то время, что она пробыла в плену, не сложно было догадаться, что ничего подобного и нет. Были бы чувства, хоть какие-нибудь, то мужчина бы попытался её выкупить. А ничего подобного и не произошло.
Далее, раз не вышло получить выкуп за жертву, то почему бы бандитам было попросту не избавиться от девушки, как от ненужного свидетеля? Нет тела - нет доказательств. Зачем упорствовать, продолжая требовать выкуп, что так называемый жених не собирается предоставлять за девушку, терять время, рискуя попасть в поле зрения законников?
Ладно, предположим, что бандиты всё ещё не потеряли надежду выудить из жениха девушки хоть что-то. Но почему тогда её пленитель заявил, что не собирается занижать сумму выкупа? В чём смысл такого упорства? Он ведь только подставит под удар себя и своих товарищей. Чем больше времени они теряют на переговоры, тем больше шансов, что на их след нападут законники.
Ещё Сакура не могла забыть слова своего пленителя о том, что выкуп, который он желал получить за девушку, является его деньгами. Что означала его фраза? Неужели мужчина так обожает деньги, что считает ещё даже и не полученную сумму своей собственностью? Нет, юная Харуно упорно отвергала эту мысль. Слишком глупо, не увязывалось с тем образом мужчины, что она видела пред собою. Тут было что-то иное, но она никак не могла понять, что же не даёт ей покоя.
Прошлой ночью он сказал, что не убьёт её. Но что тогда сделает, если так и не получит деньги? Сакура не верила, что бандиты позволят ей остаться с ними рядом, ведь в любой момент она могла их сдать законникам, коли выпадет удобный случай. Но и отпустить её на все четыре стороны не могут всё по той же самой причине. Она ведь укажет путь к домику. К тому моменту, конечно, тут уже никого и не будет, поскольку нужно быть полными идиотом, чтобы сидеть и ждать, когда по твою душу придут законники. Но всё же оба этих варианта, как считала Сакура, были слишком глупыми и надуманными.
Тогда каков же верный ответ на слова её пленителя? Что с нею будет в дальнейшем? Как бы Сакура не старалась, найти ответ не могла. Пожалуй, лишь её пленитель мог пролить свет на будущее девушки, но не факт, что ответит честно, ежели попытаться расспросить. А его товарищи? Нет, юная Харуно опасалась разговаривать с ними на эту тему. Если с блондином ещё и можно было попытаться в шутку обернуть сей вопрос, то всё равно нет никакой гарантии, что он ответит правду. С остальными же товарищами брюнета она опасалась даже взглядом встречаться. Про диалог лучше и не заикаться вовсе.
И всё же, возвращаясь к причинам, побудившим Сакуру отдаться своему пленителю этой ночью, юная Харуно не сожалела о содеянном. Она не желала выходить замуж за того, кого родители выбрали ей в качестве жениха, банально продав её. Даже если ей удастся выйти живой из всей этой передряги, девушка прекрасно осознавала, что её жених мгновенно откажется от свадьбы, прознай о том, что она уже не невинна.
Конечно, зеленоглазая красавица прекрасно отдавала себе отчёт в том, что никто не пожелает брать в жёны ту, которой, с позволения сказать, попользовались бандиты. Ни о каком браке по расчёту в таком случае, на который так возлагали свои надежды родители девушки, и речи быть не может.
Понятно, что прыгнуть в постель к первому попавшемуся мужчине не лучший вариант, но всё же Сакура не корила себя за импульсивность. Даже мысль о том, что она провела ночь в объятиях своего пленителя, была многократно приятнее, нежели воспоминания о том, что она могла бы стать женою человека, который вызывал у неё отвращение.
Видимо, судьба у неё такая. Возможно, лишь сейчас юную Харуно не страшила участь прожить оставшуюся жизнь одной. В будущем она может и пожалеть обо всём случившемся, но в данный момент Сакура была счастлива. Да, как бы глупо это не звучало, зеленоглазая красавица испытывала невероятные чувства в душе, стоило ей вспомнить прошлую ночь.
Пусть ей лишь привиделась теплота, отзывчивость и нежность, но этой ночью, как полагала юная Харуно, она познала счастье быть женщиной. Да, ни о какой любви и вообще взаимности она и не заикалась. Было больно думать, что брюнет ею лишь воспользовался, так сказать, удовлетворил свои потребности за неимением другой женщины рядом. Но ведь она сама себя ему предложила, так что нечего теперь и слёзы лить.
И всё же в душе девушка чувствовала невероятную лёгкость. Чем этот мужчина привлёк её? Всегда был холодным, отстранённым, грубым, дерзким, откровенно нахальным… И всё-таки он по какой-то невероятной причине запал ей в душу. Возможно, это лишь по неопытности, ведь девушка не имела богатого опыта общения с мужчинами. Пусть так, но юная Харуно не желала в данный момент омрачать теплоту на сердце тяжкими мыслями о будущем, в котором она будет одинока.
Было ещё кое-что, что не на шутку волновало девушку. Доказательств у неё не было, лишь домыслы. Да и много времени уже прошло, так что она вполне могла и ошибиться. Мало ли совпадений бывает в жизни. Но всё же зеленоглазая красавица решила, если ей всё же удастся хоть что-то обнаружить по данному вопросу, она обязательно дознается до правды.
Сакура настолько погрузилась в размышления, что совершенно ничего вокруг не замечала. Она даже не слышала, как в кухню вошёл тот, кто занимал уже многие дни мысли девушки. Что уж говорить про это утро. Зеленоглазая красавица едва не взвизгнула, когда неожиданно ощутила на своей талии прикосновение мужских рук.
- Чего так рано поднялась?
- Чего подкрадываешься? - огрызнулась Сакура, стараясь скрыть за раздражением нахлынувшие на неё эмоции, стоило мужчине, приобняв за талию, прижать её к себе. - В лоб давно не получал?
- Ясно, ещё не завтракала, - вздохнув, протянул Саске.
Сакура уже хотела было возмутиться, что ничего подобного, она не бесится лишь по той причине, что голодна, но все слова и мысли испарились в мгновение ока, стоило ей ощутить лёгкий поцелуй в шею. Подобное проявление нежности от человека, которому, по идее, на неё должно быть наплевать, поразило девушку. При этом вновь нахлынули воспоминания о прошедшей ночи.
- Уйди, ты мне мешаешь, - пробормотала Сакура, пытаясь вырваться из рук Саске.
Выходило, мягко говоря, никак, поскольку столь вялые попытки освободиться в априори не могли привести к положительному результату.
- И чему же я мешаю?
Собственно, Сакуре и нечего было толком ответить на данный вопрос. Завтрак она уже приготовила, а до появления её пленителя в раздумьях просто крутила в руках вилку, глядя при этом в окно. Но это вовсе не означало, что юная Харуно собиралась дозволять ему насмешливый тон в разговоре.
- Настраиваться на завтрак. Ты портишь мне аппетит.
Зеленоглазая красавица уже было собиралась предпринять очередную попытку оттолкнуть от себя мужчину, как он крепче обнял её, принявшись покрывать поцелуями шею.
- Хочешь, я тебя… порадую? - проговорил брюнет на ушко девушке.
От нахлынувших на неё чувств Сакура едва соображала, а тут ещё и он со своими странными разговорами. И чем же, позвольте полюбопытствовать, он может её порадовать? Отпустить её на все четыре стороны? Запечься самому на углях в качестве обеда для неё? Не смешите, ей такое счастье может только сниться.
Не успела юная Харуно даже толком обдумать его слова, как мужчина немного отстранился, а затем развернул её к себе лицом. Сакура распахнула в удивлении глаза, уставившись на стоящего перед ней человека. Это было просто невероятно. Неужели всё это правда, не снится ей?
Девушка протянула руку, коснувшись ладонью щеки мужчины. Она до сих пор не могла поверить в происходящее. До этого момента Сакура всерьёз думала, что действительно придётся следовать советам своего пленителя, когда он в тот раз, пусть и в шутку, предостерегал о возможности влюбиться в вымышленный образ, представляя его на месте другого мужчины. Но теперь…
- Похож? - проговорил с ухмылкой Саске.
Похож? Да юная Харуно мечтала ему сейчас чем-либо тяжёлым по голове треснуть, чтобы не смел более с нею так подло поступать. Неужели она смогла на самом деле в тот раз изобразить его? Сакура никак не могла поверить, что перед нею сейчас стоит именно тот, кого она нарисовала на листе угольками.
- Зачем ты тогда солгал? - спросила Сакура.
Она всё ещё не в силах была поверить своим глазам. Она ведь видела всё это время только его глаза, лицо дорисовывала лишь исходя из собственных соображений. То, что она пыталась рассмотреть мужчину спящим, а затем и изобразить, не играло большой роли. В портрет юная Харуно вложила скорее фантазию, нежели реальные воспоминания едва различимых черт, что удалось узреть ночью.
- Были причины, - ответил брюнет, отведя взор.
Да, причины были, и Сакура прекрасно их знала. Окажись на свободе, юная Харуно могла запросто, зная, что изобразила именно своего пленителя, сдать его законникам. Описать его внешность, даже вновь изобразить на бумаге проблем бы не составило. Но ведь теперь…
- Зачем ты мне сейчас показал лицо? - поинтересовалась зеленоглазая красавица.
В душе Сакура безумно переживала. Ночью он говорил, что не убьёт её, но теперь девушка глубоко в этом сомневалась. Она ведь теперь знает, как он выглядит. Следовательно, мужчине нет никакого резона оставлять в живых свидетельницу.
- Я тебя не убью, не волнуйся, - сказал Саске, заметив страх девушки. - Только пообещай кое-что.
- Что?
- Решишь меня сдать, ничего не рассказывай про остальных.
Сакура, нахмурившись, воззрилась на брюнета. С чего он решил, что она его сдаст законникам? Нет, конечно, это вполне логично, если учесть некоторые обстоятельства. Всё же от пленницы, оказавшейся так или иначе на свободе, похититель иного не вправе ожидать. Но всё же юной Харуно мерзко было осознавать, что он такого мнения о ней, поскольку девушка даже не думала о подобном развитии событий.
- Я и не собиралась кого-либо из вас сдавать, - рыкнула Сакура.
- Скоро ты окажешься на свободе, - проговорил Саске таким тоном, словно и не слышал вовсе её слов. - Тебе никто и ничто не будет угрожать. Я обещаю.
- Ты что несёшь?
Юная Харуно оттолкнула от себя мужчину, вновь повернувшись к нему спиною. Её просто переполняла злость на то, что он смеет думать том, что она может так подло поступить. Конечно, если бы он причинил ей зло, может быть, тогда она бы и подумала о мести. Но брюнет не сделал ей ничего плохого за всё время, если не брать во внимание сам факт похищения.
- Когда кто-нибудь из ребят приедет, - продолжал брюнет, - я попрошу отвезти тебя до места, откуда ты сможешь спокойно добраться до города.
- Хватит чушь молоть, - прошипела девушка.
Юной Харуно было интересно, подумал ли он о том, что с ним сделают за подобное его напарники. Вряд ли остальным участникам банды придётся по душе, что пленницу так просто отпустили на свободу. Да они же его самого и прикончат за подобное.
- Я серьёзно. Всё равно ничего не вышло.
Сказав это, Саске вздохнул и направился прочь из кухни.
- Что, не желаешь меня более задарма кормить? - крикнула ему вдогонку Сакура. - И не мечтай так просто от меня отделаться!
Сказать, что юная Харуно была в ярости, так это ничего не сказать. Как он вообще посмел с нею так разговаривать? То есть развлёкся, а теперь можно и избавиться от неё? Нет уж, так легко она не позволит ему улизнуть. Чего удумал. Раз похитил, то пусть и доводит дело до конца, а не бросает при первой же неудаче. Либо её освобождают законники, либо он её отпускает, получив сперва выкуп. Третий вариант не предусмотрен, так что нечего и выдумывать, пытаясь тем самым оправдать свою безалаберность в данном деле.
Но на самом деле зеленоглазую красавицу злила больше всего не попытка мужчины быстренько увильнуть от ответственности, а то, что он даже не удосужился поговорить о прошедшей ночи. Да, по идее, он и не обязан вообще оправдываться, ведь во всём виновата лишь Сакура. Не приди она к нему ночью, то и не было бы ничего. Но раз ему вообще всё равно на то, что между ними было, то мог хотя бы просто послать её ко всем чертям, а не целовать, попутно заявляя что-то вроде: «Крошка, всё было отлично. Счастливо оставаться».
- Мерзавец! - крикнула Сакура. - Я тебя обязательно сдам, но не законникам, не надейся, а твоим же дружкам! Не переживай, придумаю, что им наговорить, чтобы они тебе хорошенько бока намяли и зубы пересчитали!
Некоторое время спустя, немного успокоившись, юная Харуно вышла на улицу, собираясь снять с верёвки бельё, что развесила накануне после стирки, как заметила всадников, что приближались к дому. Пусть Сакура и видела лишь мельком тех, с кем её пленитель совершал налёт на поезд, в котором она ехала с родителями, но девушка была убеждена, что среди дюжины неизвестных, что в данный момент подъезжали к дому, нет никого из них.
Конечно, Сакура и понятия не имела, сколько в банде вообще членов, но почему-то была убеждена, что эти люди не имеют никакого отношения к товарищам её пленителя. Решив, что лучше бы сказать об увиденном брюнету, юная Харуно направилась на его поиски, сыскав мужчину в комнате.
- Там кто-то приехал.
Саске медленно поднялся с постели и направился к выходу. Сакура же решила пока не появляться перед неизвестными мужчинами. Если это пособники её пленителя, им вряд ли придётся по душе тот факт, что пленница свободно разгуливает по дому. И так уже заметили её, а Сакура не хотела, чтобы разразился скандал. Юная Харуно уже собиралась скрыться в своей комнате, как услышала голос мужчины:
- Живо спрячься!
Зеленоглазая красавица, сжав кулаки, направилась в зал, чтобы сперва высказать нахалу всё, что думает о его приказах, ведь и так собиралась отсидеться в комнате, без его наставлений сообразила, что ей нужно делать, даже подыграть ему планировала в случае чего, как внезапно тишину разорвал выстрел. Сакура присела на корточки подле стены, а затем взглянула в сторону окна, у которого прятался брюнет, осторожно выглядывая на улицу.
- Давай договоримся! - раздался с улицы насмешливый мужской голос. - Нас больше, всё равно сдохнешь, если решишь сопротивляться! Отдай нам девчонку, тогда, может, мы тебя не тронем!
- Это не твои друзья? - протянула Сакура, хотя и осознавала всю глупость своего вопроса.
- Я тебе что сказал делать? - огрызнулся Саске. - Брысь отсюда!
- Не указывай мне, - заявила юная Харуно.
Она не собиралась прятаться в такой момент. Конечно, ей опасно тут находиться, никто и не спорит. Но разве в комнате ей будет спокойнее? Нет уж, лучше рядом с ним находиться, нежели ожидать, когда эти типы ворвутся в дом. Правильно было сказано, их много, а противостоять им будет всего один человек. Он физически не сможет выстоять против дюжины. У брюнета банально не хватит патронов.
- У тебя есть ещё оружие?
Мужчина взглянул на Сакуру со смесью удивления и непонимания. Конечно, тут разгорается кровавая бойня, а какая-то девчонка всякую чушь спрашивает. Видимо, расценив всё же её слова на свой лад, брюнет сказал:
- В моей комнате под кроватью найдёшь ящик. Принеси сюда, мне понадобятся патроны.
Сакура не стала более тратить время, направившись в комнату мужчины. Ящик оказался не таким уж и маленьким, так что девушке пришлось хорошенько постараться, чтобы дотащить его волоком до зала. Когда же её пленитель раскрыл ящик, юная Харуно увидела в нём множество патронов различного калибра. Судя по некоторым, в доме должно быть и ружьё, только что-то Сакура его ранее не замечала.
- Что надумал, малыш? - вновь послышался с улицы голос. - Полагаю, девчонка не столь уж и большая плата за жизни наших товарищей!
- О чём он? - проговорила Сакура, но Саске успешно проигнорировал её вопрос.
- Твари, решили окружить, - едва слышно проговорил он, но юная Харуно его всё-таки расслышала.
Только этого не хватало. Будь тут хотя бы ещё пара человек, они бы запросто отбились. Сейчас же девушка опасалась того, что их попросту решат выкурить из дома. На открытом месте перебить не составит труда. То, что она и брюнет не уйдут живыми из рук этих людей, зеленоглазая красавица не сомневалась. В том, что это бандиты, а не законники, не было никаких сомнений.
- Дай мне оружие, - попросила Сакура, взглянув на один из трёх револьверов, что лежали в ящике с патронами.
- Размечталась, - заявил Саске, прикрыв демонстративно крышку ящика.
Он положил подле себя на пол небольшую кучку патронов, вновь устремив взгляд в окно. Сакура же пылала праведным гневом. Если он отказал ей по причине того, что думал, будто она решит его пристрелить, то ошибался. Хотя не был далёк от истины, поскольку сейчас девушка мечтала его прибить за подобное к ней отношение.
- Я тебе сказал спрятаться, - сказал брюнет, даже не взглянув на Сакуру.
- Куда? - язвительно протянула в ответ девушка. - Раз они нас окружить собрались, то точно постараются пробраться в дом. Я не собираюсь их ждать в той же комнате.
- Тогда найди безопасное место, - огрызнулся Саске, осознавая верность её суждений. - Спрячься в подполе.
- Единственное безопасное место в доме - за твоей спиною, - ответила юная Харуно.
И это отнюдь не было пустыми словами. Она прекрасно помнила, на что способны его товарищи, да и он сам. И уж лучше сидеть тут, где есть оружие, нежели ожидать свою не самую завидную участь, забившись в нору и едва ли не умирая от страха.
При этом юная Харуно подозревала, что эти бандиты имеют какое-то отношение к одному случаю. Той ночью, когда она увидела в окне какой-то силуэт, а затем и сообщила своему пленителю об этом, опасаясь, что это хищный зверь, который может навредить коню, мужчина направился на улицу, а затем девушка услышала выстрелы. Вернувшись, он ничего не объяснил ей, зато потом весьма странно вёл себя со своим товарищем. Видимо, той ночью к их домику прокрались члены банды, брюнет их пристрелил. Но, как видно, во мраке ночи промахнулся, кто-то выжил, сообщив своим подельникам обо всём. Теперь они явились мстить.
- Что же, ты сам выбрал свою участь!
Стоило бандиту окончить речь, как раздались выстрелы. Сакура невольно вскрикнула, когда стекло окна, неподалёку от которого она находилась, разлетелось на куски.
- Спрячься за камин, - рыкнул Саске, а затем схватил девушку за руку и толкнул её в направлении очага.
Да, это было резонно. Камин достаточно широк, сложен из камня, так что шальная пуля не должна так просто настигнуть девушку. Стены дома достаточно толстые, так просто не пробить, но можно и через окно подстрелить.
Завязалась перестрелка, в ходе которой Сакура старалась лишний раз не высовываться из-за камина. Даже тот же рикошет никто не отменял. С одной стороны, её пленитель обладал небольшим преимуществом перед бандитами, поскольку имел хороший обзор, мог прицелиться, не был виден нападавшим. Но в то же время, если хорошенько разобраться, бандитам не составит труда вычислить его местоположение, а затем попытаться пристрелить, целясь именно туда.
Собственно, вскоре именно это и произошло. Стараясь оставаться за укрытиями, бандиты постепенно подбирались всё ближе и ближе к дому. Но волновали далеко не те, что пытались подстрелись Саске, а те, кто пошли в обход дома. Сакура помнила, что окна закрыты, так просто не отворить, но это вовсе не означает, что нельзя выбить стекло.
За канонадой выстрелов девушка пыталась расслышать, не раздастся где-либо в доме звук бьющегося стекла, но все её попытки были тщетны. Зеленоглазая красавица безумно переживала, как бы кто не подкрался сзади. Саске был занят перестрелкой, может попросту не заметить угрозы, хотя и знает о ней прекрасно. И опасения девушки сбылись самым ужасным образом, когда она увидела тень в коридоре.
- Обернись!
Это было единственное, что она успела выкрикнуть, предостерегая брюнета об опасности, но было поздно. Саске обернулся, но одновременно с этим раздались выстрелы. Спустя пару мгновений трое мужчин упали на пол. Сакура же едва могла дышать, глядя на распростёртые неподалёку от неё тела незнакомцев. Девушка дрожала от страха, а в голове была одна-единственная мысль: «Убила».
Услышав стон, юная Харуно немного пришла в себя, взглянув в сторону своего пленителя. Тот лежал на полу, держась за бок, а под ним медленно растекалась алая лужа крови. Вид раненого брюнета несколько отрезвил Сакуру, которая бросилась к нему, присела рядом и стала разрывать подол юбки на лоскуты.
- Сейчас, потерпи немного.
Нужно было хотя бы попытаться перевязать рану, остановить кровотечение. Но нападавшие, видимо, были иного мнения, поскольку, воспользовавшись тем, что никто им не отвечает на выстрелы, они осмелели и подошли ближе к дому. Сакура едва успела вновь схватить своё оружие, выстрелив совершенно не целясь в окно, когда заметила в нём человека. Бандит исчез за окном, но девушка не знала, попала или нет.
Но следом в окне возник ещё один бандит, которого постигла участь товарища. Сакура открыла ящик, извлекала револьвер, убедившись, что барабан полон патронов, подошла к окну и принялась отстреливать всех, кто попал ей на глаза. Трое бандитов сразу же нашли свою смерть от пуль, выпущенных девушкой, оказавшись на открытом пространстве, но двоим удалось скрыться.
Пока вновь возникла заминка, юная Харуно смогла подсчитать количество трупов. Если никто из бандитов не притворялся, то ей и её товарищу по несчастью удалось уложить десять человек. Сейчас Сакура как никогда была рада, что когда-то, игнорируя злость отца и косые взгляды знакомых, поскольку женщине не пристало подобным заниматься, всё же брала уроки стрельбы у одного человека, что ранее служил шерифом, а ныне ушёл на пенсию.
Если бандитов было действительно дюжина, то остались двое. Нужно было избавиться от них, иначе ей и брюнету придёт конец. Зеленоглазая красавица всеми силами старалась взять себя в руки и рассуждать здраво, хотя получалось с огромным трудом. Стрелять по мишеням далеко не одно и то же, что стрелять по живым людям. Пусть хоть тысячу раз бандиты, но отбирать чужую жизнь…
Оставшиеся двое не должны знать, что брюнет ранен. Они не видели, кто стрелял последний раз. Следовательно, у Сакуры было небольшое моральное преимущество. Но тут юная Харуно опомнилась, бросившись к брюнету. Только бы не были повреждены внутренние органы, иначе мужчине не выжить.
Рана оказалась серьёзной, брюнет потерял довольно много крови до того момента, как Сакуре удалось перевязать его и остановить кровотечение. Но этого недостаточно, надлежало извлечь пулю, а на это нужно время. И что-то зеленоглазая красавица глубоко сомневалась, что бандиты дадут ей такую возможность.
Зарядив оба револьвера полностью, Сакура вложила один из них в руку мужчине, чтобы в случае чего мог себя защитить во время её отсутствия, а второй прихватила с собой, направившись в кухню, дабы взять воды, чистые полотенца и что-нибудь, дабы продезинфицировать рану. Девушке удалось отыскать лишь спирт, но выбирать не приходилось. Прихватив острый нож, она направилась обратно в зал.
Спешно оглядев улицу, она присела подле брюнета, принявшись ослаблять повязки. Сакуре едва удавалось сдержать слёзы, видя, что мужчина едва дышит. Слишком много крови потерял, что может оказаться фатальным. Юная Харуно разрезала на нём рубашку, чтобы было удобнее обрабатывать рану, затем осторожно, стараясь причинять как можно меньше боли, омыла её, а после, попросив мужчину собрать все силы, попыталась достать пулю.
Такого страха Сакура никогда не испытывала. Нет, её пугал не вид крови и открытой раны, а стон брюнета, судороги его тела, когда она в попытках нащупать пальцами пулю пыталась извлечь кусок свинца. Юная Харуно понимала, что лишь разрывает ещё пуще рану, причиняет страшные муки мужчине, но и отступить не могла.
- Да вытащи её уже! - рявкнул Саске, едва дыша от нахлынувшей на него боли.
- Пытаюсь, - проскулила Сакура.
У зеленоглазой красавицы едва сердце не остановилось, когда мужчина внезапно затих. Спустя несколько мгновений ей удалось нащупать пулю и извлечь из тела. Отбросив её в сторону, Сакура склонилась к брюнету, прижавшись ухом к груди, надеясь расслышать биение сердца.
Её радости не было предела, когда Сакура поняла, что он всё ещё жив, но, очевидно, потерял сознание от болевого шока. Да и потеря крови могла сказаться. Обработав рану и перевязав, Сакура укрыла мужчину пледом, снятым с кресла у камина, присев подле него.
Время тянулось безумно медленно. Юная Харуно и понятия не имела, что же теперь будет. Где же оставшиеся бандиты? Сбежали или готовят нападение? Если днём девушка и могла попытаться что-либо им противопоставить, то ночью у неё практически не будет шансов.
Но больше всего Сакуру пугало, что бандиты могут просто поджечь дом, тогда она и её спутник точно погибнут. Но и попытаться бежать, оставив его тут раненым одного, девушка не могла. Присев рядышком с брюнетом, Сакура положила его голову себе на колени.
- Пожалуйста, не умирай, - прошептала она. - Не оставляй меня.

Похитители. Глава 12

Сакура и понятия не имела, что же ей теперь предпринять. Оставшиеся два бандита где-то схоронились, так что в любой момент можно ожидать нападения. Вряд ли теперь они сунутся напрямую, когда их подельники лежат мёртвыми. Нет, они явно придумают что-то иное. Но что? Единственное, а также, пожалуй, самое страшное, что приходило на ум девушке, был поджог. Ежели бандиты подожгут дом, то у всех, кто внутри, останется лишь два варианта: сгореть живьём или же, выскочив всё-таки на улицу, оказаться под пулями. Так или иначе, но смерть неминуема.
Зеленоглазая красавица понимала, что у неё есть, пусть и крохотный, шанс попытаться сбежать. На улице остались лошади бандитов. Если она доберётся хотя бы до одного коня, то сможет ускакать. Да, за нею, если получится уйти от пуль, тотчас погонятся. Не факт, что удастся сбежать, но это уже какой-то вариант.
Но девушка не могла так поступить, поэтому, стоило данной идее мелькнуть, тотчас её отбросила. Она не могла бросить тут погибать брюнета. Пусть он и пленил её, но всё же не обращался по-скотски, как мог бы. Юная Харуно не питала к нему ненависти, не желала ему смерти, напротив, её совесть и душа были против данного шага, сердце тянулось к нему, умоляя защитить. Но в то же время девушка прекрасно отдавала себе отчёт в том, что не сможет незаметно вытащить из дома мужчину. Бандиты, затаившись, следят за домом. Сама бы она и могла постараться улизнуть под покровом ночи, если до этого момента бандиты не предпримут какой-либо шаг, но с мужчиной, если не сможет сам мало-мальски передвигаться, ей не управиться.
Поднялся сильный ветер, раскачивая деревья, отламывая мелкие ветви и швыряя их на землю, разбрасывая мелкие предметы, и Сакура то и дело вздрагивала при малейшем шорохе. Ей казалось, что вот-вот кто-либо ворвётся в дом. И чем дольше тянулось ожидание, тем тягостнее девушке давалось его выносить. Почему эти проклятые бандиты не могут напасть? Неужели ещё не догадались, что она осталась тут одна? Пусть так, но могли бы уже обойти дом с тыла, проникнуть внутрь. Почему медлят, заставляя нервы напрячься до предела?
Юная Харуно взглянула на брюнета, лежащего неподвижно. Он всё ещё был без сознания, и девушка понятия не имела, выживет ли он или погибнет. Слишком много крови потерял, да и лекарств она не нашла. Может, что-то всё же и есть, ведь домик предназначался, как ранее и предполагала Сакура, для охотничьих нужд, но ни времени, ни возможности для тщательных поисков у зеленоглазой красавицы не было. Если бы брюнет мог хотя бы сказать, где следует искать, то ещё можно было бы хоть что-то предпринять, а так шансы мизерные.
Грустно поглядывая на брюнета, зеленоглазая красавица потихоньку гладила его волосы, думая о том, что всё-таки судьба несправедлива. Сперва это странное похищение, потом жизнь в этом домике наедине с мужчиной, который совершенно и не походил на негодяя ни по каким критериям, какие только девушка могла себе вообразить, затем её чувства, которые взяли над нею верх совершенно незаметно, сделав бандита единственным желанным для девушки мужчиной, а ныне и весь этот ужас.
Сакура знала, что ей всё равно не уйти живой из лап убийц. Юная Харуно догадывалась, что ей светит участь намного страшнее, нежели просто смерть. Её наверняка сперва изнасилуют, а потом лишь убьют. Сакура чувствовала, что брюнета прикончат сразу, как только до него доберутся, и ей хотелось, чтобы в таком случае он всё ещё был бы без сознания, чтобы не видел мерзавцев, когда он столь беспомощен, чтобы не чувствовал боли. А она… Её уже ничто не спасёт.
Сперва зеленоглазая красавица не обратила внимания, когда заслышала ржание лошади. Да, коней бандитов где-то рядом с домом много. Конечно, испугавшись стрельбы, они разбежались, но явно не очень далеко. Но спустя пару мгновений Сакура схватила в руки револьвер, устремив взор на дверь. Она была убеждена, что расслышала голоса, кто-то приближался к домику. Стараясь унять дрожь, девушка медленно поднялась и подошла к окну, но затем в ужасе отпрянула, вновь опускаясь на колени подле брюнета.
К дому приближались десять всадников, и юная Харуно прекрасно отдавала себе отчёт в том, что с ними ей одной никак не управиться. Были бы лишь те двое, что улизнули, тогда можно было бы попытаться хоть что-то сделать. Теперь же и оставшиеся ранее крохотные шансы выжить совершенно улетучились.
- Осмотрите дом, только осторожно. Вы вокруг, проверить всё тщательно.
Мужчина, который отдавал команды, был явно лидером в этой команде. Что же, Сакуре оставалось лишь ждать, когда её схватят. Нет, конечно, она пристрелит столько бандитов, сколько сможет, так легко не позволит убить её саму и брюнета. Но итог всё равно для них будет печален.
- Куда собрался?
- Я сам проверю.
- Я не разрешал тебе туда идти. Зачем вообще тебя взял с собою?
- Спросить забыл.
Сакура слышала медленные шаги, кто-то подходил к двери дома. К разбитому окну на этот раз никто предусмотрительно не сунулся, осознавая, что с лёгкостью можно словить пулю. Конечно, существовала пряма угроза быть подстреленным посреди двора, пока будешь подходить к дому, но тот, кто направился к двери, как полагала девушка, наверняка находился под прикрытием товарищей. Пусть даже если и убьют одного, другие уж точно ошибки не совершат, зато прознают, где искать стрелка.
Дверь медленно отворилась, и Сакура, недолго думая, направила в сторону входа дуло револьвера. Первый же, кто сунется, заработает пулю в лоб. Юную Харуно затрясло с такой силой, что она едва могла держать прицел. Да, убеждённость в том, что нужно убить бандита до того, как он доберётся до неё и брюнета, это одно, но совсем другое, когда ты не сразу нажимаешь на спусковой крючок, давая себе время на раздумья относительно своих действий, тебя изводят ожиданием, заставляя едва ли не забиться в истерике.
И именно это и сыграло на руку мужчине, появившемуся в дверном проёме. Девушка помедлила буквально на пару мгновений, прежде чем совершила выстрел. Мгновенно среагировав, мужчина успел в последний момент укрыться за дверью, пуля его не задела. Юная Харуно же едва не разрыдалась, осознав, что утратила свой единственный шанс, элемент внезапности упущен безвозвратно. Он явно успел заметить, что целилась в него женщина.
- Никому не подходить! - крикнул мужчина, явно обращаясь к своим товарищам.
Зеленоглазая красавица не успела толком сообразить, с какой целью он их останавливает, ведь лучше было бы всем разом накинуться, как в следующий момент услышала:
- Сакура, не стреляй. Я понимаю, ты напугана. Но дай мне тебе кое-что показать.
Юная Харуно с неподдельным удивлением слушала мужчину, не в силах понять, откуда он знает её имя. Лишь с запозданием зеленоглазая красавица осознала, что это могут быть товарищи её пленителя. Они-то ведь в курсе, как зовут девушку, за которую требовали выкуп. Да и голос того, кто с нею разговаривал, был ей знаком.
- Я сейчас покажу тебе руки, чтобы ты убедилась, что револьвер в кобуре. Вот, смотри, - девушка действительно увидела, как из-за двери мужчина медленно вытянул руки, демонстрируя, что в них ничего нет. - Сейчас ты меня увидишь. Я не причиню тебе вреда.
И всё же юная Харуно не спешила убирать револьвер, продолжая держать его нацеленным на появившемся в дверном проёме мужчине. Это оказался голубоглазый блондин. Сакура от обуявшего её ранее страха никак не могла понять, кого он ей напоминает, но когда мужчина прикрыл нижнюю часть лица платком, девушку затрясло в истерике. Слезы застилали глаза, руки дрожали с такой силой, что она едва могла удержать револьвер.
- Это я. Не бойся.
Блондин медленно приблизился к девушке, стараясь не совершать резких движений, дабы не напугать её. Когда же он забрал револьвер, Сакура зарыдала в голос. Блондин крепко обнял её, пытаясь успокоить, говоря, что теперь всё хорошо, ей нечего бояться, никто не причинит ей зла.
- Они так внезапно появились, - проговорила сквозь слёзы юная Харуно. - Они нас окружили.
- Вижу, - ответил блондин, мельком взглянув на два трупа в противоположном конце зала, а затем едва слышно проговорил, словно слова давались ему с огромным трудом: - Давно это… случилось?
- Он жив, - поспешила заверить мужчину Сакура, прекрасно понимая, о чём идёт речь. - Серьёзно ранен. Я пыталась извлечь пулю, когда он потерял сознание.
- Ясно, - облегчённо выдохнул блондин, а затем немного отстранил девушку, взглянув ей в глаза. - Сакура, слушай меня внимательно. Сейчас ты выйдешь на улицу, но не бойся, никто тебя не обидит. Сейчас к дому приблизится мужчина, я его позову специально. Ты пойдёшь к нему. Это шериф, так что тебе не о чем беспокоиться.
- Шериф? - удивилась юная Харуно, но затем, бросив взгляд на брюнета, что до сих пор был без сознания, нахмурившись, произнесла: - Но ведь тогда… А как же вы?
- Всё будет хорошо, - продолжал уговаривать её блондин. - Просто делай так, как я говорю. Никто не обидит тебя.
Голубоглазый мужчина поднялся, подошёл к двери, а затем сказал, обращаясь к кому-то, кто ожидал на улице:
- Нагато, подойди.
- В чём там дело? - услышала Сакура голос того, кто ранее и отдавал распоряжения.
- Тут юная леди, она напугана. Покажись, чтобы она поверила, что здесь шериф, ей ничего не угрожает.
Вскоре в дом вошёл высокий мужчина. Юная Харуно невольно сжалась под его взглядом, когда он внимательно осмотрел сперва её, затем лежащего рядом брюнета. На жилете девушка заметила значок шерифа. Крайне сомнительно было, что подобным могут завладеть бандиты, чтобы потом так свободно носить на одежде.
Но тут зеленоглазая красавица несколько занервничала. Неужели это действительно шериф и его люди прибыли? Если так, то существует неподдельная угроза жизни этому блондину, что сейчас стоял немного позади шерифа, и её незадачливому пленителю, который и без того едва дышит. Девушка хотела избежать этого любыми путями.
- Госпожа Харуно, - проговорил Нагато, приподнимая слегка шляпу в знак приветствия. - Я шериф Узумаки. Заверяю Вас, теперь Вы в безопасности. Сейчас мои люди проверяют окрестности. Понимаю, Вам трудно говорить после пережитого, но мне бы хотелось, чтобы Вы рассказали всё, что знаете. Что тут произошло?
Сакура и понятия не имела, что ему ответить. С одной стороны, лгать шерифу себе дороже, но с другой стороны, она и правду сказать ему не могла. Но всё же надлежало что-то сделать, иначе будет только хуже.
- Эти люди схватили меня, когда я ехала с родителями в поезде в столицу, - начала свой рассказ зеленоглазая красавица, стараясь не смотреть шерифу в глаза, надеясь, что он решит, будто ей тяжко от воспоминаний. - Когда привезли сюда, то заперли в подполе. Я не знаю, сколько их всего в банде. Иногда кто-то уезжал, а кто-то приезжал. Время от времени они выпускали меня, заставляя делать грязную работу. При этом они откровенно глумились, угрожали меня изнасиловать, покалечить, изуродовать, если ослушаюсь. Я постоянно была под надзором, иногда даже на прицеле револьверов, - на этих словах Сакура немного поёжилась, обхватив себя руками, словно ей было очень страшно. - Сегодня меня вновь выпустили, чтобы я приготовила им побольше поесть. И тут я услышала стрельбу и крики.
- Где стреляли? - поинтересовался шериф.
- На улице. Я не знала тогда, что происходит. Думала, просто вновь напились и устроили разборки, такое уже бывало. Пару раз они даже своих подельников убивали. А потом, когда пальба стихла, в дом ворвался этот мужчина, - Сакура взглянула на лежащего подле неё брюнета, положив ладонь ему на грудь. - Я не знала, из шайки он или нет, даже подумать не успела, не только хотя бы слово сказать, как появились двое бандитов, что были всё это время в доме. И тут прогремели выстрелы. Он смог уложить бандитов, но и сам оказался серьёзно ранен. Я пыталась помочь ему, но вскоре он потерял сознание. Пожалуйста, умоляю, - произнесла юная Харуно, взглянув в глаза шерифу, - помогите ему. Он спас меня.
- Вы убеждены, госпожа, что он не один из них? - спросил Нагато.
Зеленоглазая красавица едва не застонала. Неужели шериф не может хоть чуточку ей поверить? Что за подозрительный взгляд? Неужели он всерьёз полагает, что пленница будет выгораживать бандитов?
- Да, хотя и не могу объяснить причины своей уверенности. Может быть, это охотник, что бродил неподалёку. Либо он решил навестить домик, явно ведь построен тут для охотничьих нужд, а оказалось, что в нём устроили логово бандиты. Как бы то ни было, но он спас меня.
- Можете ли Вы назвать хотя бы приблизительное количество бандитов? Понимаю, Вы не могли видеть всех. Но в этот день их примерно было сколько?
- Дюжина.
- Здесь десять трупов, - вмешался в разговор блондин. - Ещё двоих мы прикончили по пути сюда. Скорее всего, это все.
- Меня не устраивает неопределённость, - заявил шериф, взглянув на мужчину, а затем вновь вернул всё своё внимание Сакуре. - Не переживайте, госпожа Харуно, мои люди сейчас проверяют окрестности, как я уже ранее Вам сообщил. Если кто и ушёл, мы их отловим. А сейчас, госпожа, пойдёмте, я отвезу Вас в город.
- А как же?.. - начала было юная Харуно, взглянув на брюнета, но шериф её перебил:
- Ему помогут, окажут помощь, а затем доставят в город к лекарю. Не переживайте, уверен, Вы ещё сможете лично поблагодарить его за спасение.
Сакура неуверенно взглянула на блондина, который едва заметно кивнул ей, затем, попросив шерифа немного подождать, направилась в свою комнатку, достала из-под подушки листы, что спрятала ранее, забрала портрет, спрятав бумаги под лифом платья, а затем вернулась в зал, проследовав за шерифом на улицу.
Нагато помог девушке взобраться на коня, что его люди подвели к ней, а затем, отдав несколько распоряжений, взяв с собою пару людей, направился сопровождать юную Харуно в город. Сакура же с грустью обернулась назад, глядя на домик, в котором оставила того, кто завладел её сердцем и душою. Встретятся ли они ещё хоть когда-нибудь? Девушка безумно надеялась, что он хотя бы останется жив.
Существовала угроза, что шериф ни капли не поверил в её рассказ. Один его взгляд чего стоил. И что же это за странный такой охотник, у которого даже ружья с собою нет? С револьвером на охоту не ходят, если добычей не является человек. Да и одежда не особо годится для долгих скитаний по лесу, пусть даже и верхом на коне. И как же, скажите на милость, один смог уложить на открытом пространстве столько бандитов? Ладно, предположим, он великолепный стрелок. А для кого посреди зала стоит ящик с патронами? Два бандита, что оказались в доме, если верить рассказу девушки, поставили его у окна просто так, для красоты? А стекло почему разбито? Сами же и расколошматили? А дыры от пуль в стенах? В доме палили для развлечения? Окно в комнате кто разбил? И где все бандиты спали, когда явно пользовались лишь двумя постелями? Почему лишь один конь в сарае, а остальные бегают свободно на улице? А ежели шериф и его люди вздумают проверить раны на трупах, вообще собрать воедино все улики, то вся история, придуманная впопыхах Сакурой, не выдерживает никакой критики.
Да, юная Харуно понимала, что вскоре шериф так или иначе узнает правду. Что тогда произойдёт, она не знала, даже думать не хотела. О себе Сакура не беспокоилась, ведь могла всегда заявить, что от страха вообще не соображала, что происходит вокруг. Вряд ли девушке не поверят, ведь вполне логично выглядело бы подобное оправдание. Но зеленоглазая красавица беспокоилась именно за черноокого мужчину. Если что, его могут обвинить в пособничестве бандитам, тогда точно повесят. А этого Сакура допустить не могла, но и поделать была что-либо уже не в силах, только продолжать лгать, ежели шериф решит подвергнуть её допросу.

***

- Очнулся, наконец.
Саске едва мог понять, где находится. Стоило ему очнуться, как тело словно свинцом налилось, даже дышать было трудно. Он попытался пошевелиться, но застонал от пульсирующей боли в боку. И в этот момент он услышал голос друга. Сперва Саске хотел было высказать поганцу, что он думает о нём, поскольку состояние было не самым лучшим, чтобы терпеть выходки Наруто, но внезапно вспомнил все обстоятельства произошедшего.
- Сакура- прохрипел мужчина, но друг его прервал, проговорив:
- Она не пострадала. Сейчас находится под защитой шерифа. Не знаю, что тут произошло, но когда мы приехали, то всё уже было кончено.
- Эти сволочи появились тут внезапно, - сказал Саске. Было отчётливо видно, что говорить ему тяжело. - Гаара передавал тебе, откуда у нас появилась посылка для Абуми?
- Да.
- Видимо, той ночью я не всех прикончил. Вот эти и явились по мою душу. Сакура заметила их на улице, сообщила мне, что кто-то приехал. Я думал, что кто-то из вас, а оказалось… Они начали требовать, чтобы я отдал им девушку, а после, когда не получили желаемое, начали пальбу.
- А эти обошли дом, проникнув через окно, - кивнул в сторону пары мёртвых бандитов Наруто. - Это они тебя со спины?
- Да. Только не совсем со спины, иначе бы я уже был давно трупом. Сакура пряталась за камином, чтобы шальная пуля её не задела. Я обернулся, когда она закричала, но было поздно.
- Всё равно отлично получилось. Ты смог уложить двоих, а сам отделался лишь ранением.
- Если бы, - ответил Саске, пытаясь усмехнуться, но вышла лишь перекошенная гримаса. - Я уложил лишь одного из них.
- А второй? - удивлённо спросил Наруто. - Не от страха же копыта отбросил.
- Эта девчонка его и пристрелила, - сказал брюнет, наблюдая за выражением лица друга.
- Ты дал ей оружие?
- Не угадал. Оказывается, Наруто, мы с тобою, особенно я, могли бы уже давненько кормить червей. Когда приезжал за посылкой для Абуми Гаара, он мне кое-что сказал, но из-за его дурацких намёков и насмешек я ничего и не понял, а потом как-то из головы вылетело. А он говорил мне присмотреться к Сакуре повнимательнее, якобы она не так беззащитна, как кажется.
- Я не понимаю.
- Я тоже не понимал до одного момента. Я ведь её не обыскивал. Да и с какой бы стати мне это делать, верно? Простая девчонка, только немного нагловатая. А вот зря. У неё под юбкой был револьвер, Наруто, - произнёс Саске, не без удовлетворения подмечая, как ошарашенно друг на него уставился после этих слов. - Она и прикончила одного из этих двоих бандитов, а затем перебила остальных, когда я едва мог подняться.
- Так ведь она могла запросто и тебя пристрелить, - ошеломлённо протянул Наруто.
- Верно. Только понять не могу, почему не сделала этого, хотя возможностей у неё была масса. Хорошо, согласен, она не знала, в каком направлении отсюда нужно бежать, чтобы добраться до города. Да и конь у меня с норовом, не ускачешь на нём. Но ведь могла убить ещё в тот момент, когда я с вами распрощался после налёта на поезд. Да, до поселений тоже не близко, но хотя бы вдоль железной дороги могла бы следовать, не заблудилась бы.
- С ума сойти. Неужели она умеет стрелять.
- Раз мы оба остались живы, то явно умеет, иначе бы я уж точно с тобою бы сейчас не разговаривал. Доберись эти гады сюда, то был бы конец, - сказав это, Саске прикрыл глаза, но вскоре вновь взглянул на друга, спросив: - А вы тут как оказались? Я бы понял, что припёрся лишь ты, поскольку что-то долго никого не было. А шериф как сюда попал?
- Не знаю толком подробностей, но Нагато точно знал, что бандиты направились сюда на какие-то разборки. Видимо, шпионы доложили. Я встретил их на выезде из города, вот и увязался с ними, - протянул Наруто, а затем с ухмылкой взглянул на друга. - А ведь Сакура и меня едва не подстрелила.
- Когда это?
- По пути мы столкнулись с парочкой бандитов, допросили, а затем… ну… случайно они попали под пули. Сам понимаешь, всякое в этой жизни случается. В общем, приезжаем сюда, а тут одни трупы вокруг. Нагато, естественно, начал командовать, чтобы всё вокруг внимательно проверили, вдруг кто в засаде, ведь нет желания пока на тот свет отправляться, а я пошёл в дом. Открываю, значит, дверь, а на меня револьвер нацелен. Едва успел спрятаться.
- Жаль, - заявил брюнет. - Хоть понял бы, каково мне сейчас.
- Ежели судить по твоему рассказу, а также увиденному мною, я бы уже никогда ничего не смог бы понять, поскольку был бы трупом. Это ж как мне повезло-то, сам не верю.
- Что сказал Нагато?
- Ничего не сказал. Потом явно пообщаетесь. Кстати, - произнёс с хитрой улыбкой Наруто, глядя на Саске, - слышал бы ты, что сказала ему Сакура.
- И что же? - протянул Саске.
Ему совершенно не хотелось выслушивать от друга сейчас о том, как эта девчонка сдала его со всеми потрохами шерифу.
- Это нужно было слышать. Не думал, что малышка такое выдаст шерифу. Она заявила со всей серьёзностью, что эти бандиты, что теперь валяются повсюду, и похитили её в поезде, а затем держали тут в заточении, издевались, - говоря это, Наруто не без удовольствия любовался выражением лица друга, который явно был поражён услышанным. - А ты у нас, значит, выступил в роли спасителя. Весь такой из себя герой, перестрелял всех преступников, спас красавицу. Да, жаль, не смог получить сразу же от неё поцелуй в знак благодарности, ведь оказался сражён вражеской пулей, но она надеется тебя отблагодарить впоследствии, ежели не окочуришься.
- Она это сказала Нагато? - проговорил удивлённый Саске.
- Именно, - кивнул Наруто. - Так что твоя пленница оказалась ещё той штучкой.
- Зачем она солгала шерифу? Должна же понимать, какими последствиями ей это может грозить.
- А ты чем вообще недоволен? - возмутился Наруто. - Красотка тебя тут всячески выгораживала, а он ещё и выделывается. Ладно, ребята почти закончили прочёсывать местность. Сейчас с трупами разберёмся, сменим тебе повязки, а затем двинемся в город, тебя нужно лекарю показать.
- Не сдохну, не мечтай.
- Да я уже давно распрощался с этой надеждой, - с деланной грустью в голосе произнёс Наруто.

***

- Моя дорогая, как же я счастлив Вас видеть.
Сакура натянуто улыбнулась, стараясь не выдать своего отвращения. Стоило шерифу и его людям привезти её в город, как слухи о вызволенной пленнице облетели округу в считанные часы. Намеренно или нет сие было сделано, девушка и понятия не имела. Вполне вероятно, что шериф таким вот образом продемонстрировал всем вокруг, что для него нет невыполнимых задач. Быть может, кто-то из его людей пустил слух. Не суть важно в данном случае.
Недовольство юной Харуно вызывало отнюдь не распространение слухов о её спасении из лап бандитов, а то, что в участок шерифа, где она на данный момент и находилась, прибыл господин Абуми Заку. Поскольку родители девушки уехали домой, прибыть сюда смогут не в ближайшие дни, а одну Сакуру шериф отказывался отпускать домой, было решено, что девушка будет дожидаться родителей в городе. Зеленоглазая красавица полагала, что её устроят хотя бы в гостинице, но теперь, когда она увидела своего жениха, девушка осознала, что скорее всего шериф отдаст её ему на попечение.
- Я пребывал каждый день на нервах, места себе не находил, - продолжал распинаться тем временем мужчина. - Уже была собрана запрошенная преступниками сумма, но я переживал, что с Вами, моя дорогая леди, всё равно могут что-то сделать. Я рад, что Вы не пострадали.
Сакура едва подавила в себе желание поморщиться от неприязни. Какая наглая и циничная ложь. И ребёнок бы заметил, что мужчина даже и не пытается говорить искренне. Зеленоглазую красавицу так и подмывало врезать ему по физиономии чем-либо тяжёлым со словами: «Больше артистизма, жалко выглядишь».
- Я тоже счастлива, что шериф меня освободил.
Юная Харуно намеренно заявила, что рада не каким-то там попыткам жениха помочь с её освобождением, ведь ничего подобного и близко не было, она была в этом твёрдо убеждена, а благодарит именно шерифа и его людей. Если господин Абуми и заметил откровенное оскорбление из уст девушки, то никак этого не показал.
- Поскольку Вам нечего более делать в этой дыре, - заявил Заку, имея в виду участок шерифа, - мы можем незамедлительно отправиться домой.
Как же Сакуре хотелось послать его далеко и надолго, но всё же она сдержалась. Нет, не время и не место сейчас.
- Госпожа Харуно может дождаться родителей и в гостинице, - заявил помощник шерифа.
Сам же шериф молча наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой, но вмешиваться явно не собирался. О чём думал мужчина, Сакура не знала, но очень надеялась, что он не допустит, чтобы ей причинили вред.
- Моя невеста будет дожидаться родителей только в моём доме, - ответил ему господин Абуми. - Там полно охраны, которая не допустит угрозы леди.
Яхико усмехнулся, и Сакура заметила, что помощник шерифа хотел бы сейчас многое высказать Заку, в том числе и о вышеупомянутой охране, но всё же промолчал. Девушка надеялась, что шериф всё же приставит наблюдать за домом кого-либо из своих людей, хотя и осознавала, что у него нет причин так поступать. Вряд ли кто из преступников рискнёт выкрасть вновь девушку.
- Пойдёмте, моя дорогая, - проговорил Заку, увлекая девушку за собою. - Вы отдохнёте, примите ванну. Заверяю вас, теперь Вы в полной безопасности.
Покидая участок шерифа, девушка оглянулась, заметив, как Нагато тихо даёт какие-то указания своему помощнику. Покорно сев в экипаж, Сакура старалась не смотреть на своего жениха, думая о том, что же её ждёт впереди. Интересно, что он скажет, когда узнает, что его невеста уже не невинна? Большой ли разразится скандал? И что сделают её родители? Явно ничего хорошего в будущем ей не светит.
Дом господина Абуми оказался огромным поместьем, что располагалось неподалёку от самого города. Сакура не без удивления рассматривала сад, фонтанчики, когда экипаж проезжал по аллее от центральных ворот к самому дому. Когда же девушка оказалась внутри поместья, она не могла оторвать взгляд от убранства. Сакура была поражена красотою обстановки. Дорогие ковры, гардины, гобелены, старинные вазы, сервизы, хрустальные люстры… Она словно попала в королевский дворец. Но в то же время всё это богатство наводило на девушку уныние, ведь этот человек даже и монетки не вздумал заплатить, чтобы выкупить её жизнь.
- Я пока отдам распоряжение относительно ужина и приготовления для Вас ванны, - заявил Заку, наблюдая с удовольствием, насколько девушка впечатлена убранством поместья. - А Вы, моя дорогая, можете покуда выбрать себе комнату. Поднимайтесь на второй этаж, слева по коридору. Или же Вас проводить?
- Нет. Я сама.
Сакура не хотела, чтобы рядом с нею был сейчас Заку. Ей казалось, что этот человек буквально убивает всю красоту интерьера, словно его тут и не должно быть. Хотя скорее самой юной Харуно хотелось быть подальше от него. Радуясь, что есть возможность немного побыть наедине со своими мыслями, осмотреть всё это великолепие, зеленоглазая красавица поднялась на второй этаж, решив сперва выбрать всё же себе комнату, поскольку хотела отдохнуть и обдумать своё положение.
Поднявшись по широкой мраморной лестнице наверх, девушка обратила внимание, что коридор ведёт вправо и влево. Что же, проверять, что в другой стороне, покуда она не спешила, поэтому направилась, как и советовал Заку, налево, по пути рассматривая картины на стенах.
Сакура замерла возле одной из дверей, невольно проведя рукою по деревянной поверхности, на которой были вырезаны узоры. Сердце девушки непроизвольно ускорило ритм. Зеленоглазая красавица, не раздумывая, отворила дверь, шагнув в комнату. Взору юной Харуно предстала просторная комната, но довольно уютная. Большая постель, выполненная из тёмных пород дерева, была устлана мягкой периной и подушками. Комод, шкаф, тумбочки, резные полочки и трельяж из тех же пород дерева, что и кровать. Бархатные портьеры, хлопковое постельное бельё с вышивкой шёлковыми нитями. Красиво, шикарно. Комната для высокородной особы, а не для простой девушки.
Зеленоглазая красавица, обойдя комнату, взяв кое-что с одной из полочек, чувствовала, что вот-вот лишится чувств. Упав на постель, девушка прикрыла глаза, пытаясь справиться с накатившими на неё эмоциями. Это было просто невероятно, невозможно. И всё же у юной Харуно имелись неопровержимые доказательства правоты своих суждений. Девушку буквально затрясло, стоило осознать, что всё это истина.

Похитители. Глава 13

Юная Харуно приняла ванну, а после вновь удалилась в комнату, которую не покидала до тех пор, покуда её не пригласили в столовую отужинать. Девушка сослалась на слабость и нервозность, попросив её не беспокоить. Естественно, после пережитого похищения, когда она пробыла в лапах бандитов в течение такого длительного срока, вполне закономерно, что юная леди чувствовала себя не совсем хорошо, поэтому её никто и не тревожил.
За ужином зеленоглазая красавица старалась особо не разговаривать, то и дело ссылаясь на перенесённые потрясения, покуда пребывала в плену страшных злодеев. На самом же деле ей просто не хотелось вести диалог с Абуми Заку, одно присутствие которого наводило на девушку дискомфорт.
Сакура и понятия не имела, сколько пройдёт времени, когда за нею прибудут её родители. Всё же надлежит сперва доставить послание господину и госпоже Харуно, в котором будет указано, что их дочь жива и здорова, успешно спасена, будет ожидать их там-то, а затем им придётся проделать путь до города на поезде. Что же, в итоге, как полагала девушка, всё это займёт в среднем неделю, быть может, и больше.
Нет, юная Харуно и не переживала бы вовсе по поводу ожидания, если бы не тот факт, что ей придётся провести несколько дней наедине с этим человеком. Абуми Заку и ранее не привлекал Сакуру, а после того случая, когда родители попросту продали её ему, девушка испытывала к мужчине откровенное отвращение.
Следует также отметить тот факт, что юной Харуно предстояло жить в одном доме совместно с мужчиной. И пусть хоть сотню раз они числятся женихом и невестой, но то, что рядом нет ни её матери, ни отца, ни кого-то из родных, кто должен блюсти целомудрие до свадьбы, может крайне негативно отразиться на репутации юной особы.
Сказать по правде, зеленоглазая красавица вовсе и не переживала по поводу того, что о ней могут распространиться далеко не самые лестные слухи. Ей было всё равно, что и кто подумает. Её больше волновала собственная безопасность, да и не только своя, если положить руку на сердце, нежели болтовня «куриц», которым за счастье кого-либо пообсуждать, поскольку их собственная жизнь настолько ничтожна, что и ищут вокруг нечто интересное, копаясь, так сказать, в грязном белье, выискивая несуществующее, раздувая его до неимоверных размеров.
Стоило завершиться ужину, Сакура тотчас удалилась в комнату, не желая ни с кем разговаривать, вообще видеть кого бы то ни было. Если господину Абуми и не понравилось столь откровенно негативное отношение к его персоне со стороны юной Харуно, то мужчина никак не выказал, что сие его как-либо задело. Быть может, Заку решил, что девушка попросту ещё не пришла в себя после пережитого ужаса плена. Возможно даже, он посчитал, что юная Харуно старается не навлекать излишнего подозрения относительно чистоты их отношений до свадьбы, дабы никому неповадно было очернить пару лживыми слухами. Хотя кто увидит, что творится на самом деле за стенами дома? Как бы то ни было на самом деле, но брюнет не стал докучать девушке, пытаться настоять на общении.
Удалившись в свою комнату и заперев на замок дверь, Сакура получила возможность более тщательно осмотреть весь интерьер. Собственно говоря, ничего сверхъестественного она не обнаружила, если не принимать во внимание некие интересные детали. Было заметно, что некоторые предметы были удалены из комнаты, но непонятно, намерено или нет. Юная Харуно обшарила все ящики, шкаф, но ничего, что могло бы привлечь её внимание, более не обнаружила. Комнату целенаправленно подготовили к тому, что тут будет временно кто-то проживать, так что ничего, помимо белья, она не сыскала.
Ночь прошла более-менее спокойно, если не считать того факта, что Сакура спала беспокойно, то и дело вздрагивая, заслышав какой-либо шорох. Девушке постоянно казалось, что кто-то может попытаться войти в её комнату, хотя и самой себе не могла объяснить столь странных домыслов. Но всё же юная Харуно неплохо выспалась, не ощущала поутру дискомфорта и сонливости от частых пробуждений этой ночью.
За завтраком зеленоглазой красавице никто не составил компанию. Нет, девушка отнюдь не переживала по данному поводу, просто было любопытно, почему Абуми Заку не удосужился присоединиться к своей невесте за трапезой. Сакура поинтересовалась у слуги относительно отсутствия брюнета, на что получила ответ, что господин отбыл рано утром по каким-то там важным делам. Что же, юную Харуно сие более чем устраивало, поскольку видеть Заку, выслушивать о том, как он сочувствует ей относительно того ужасного случая с похищением, якобы представляет, что она пережила, всё такое прочее, девушка не горела желанием.
При всём этом Сакура не чувствовала полной свободы, если вообще в данной ситуации можно выразиться подобным образом. Слуги вроде бы и крутились постоянно подле девушки, стараясь ей во всём угодить, но зеленоглазая красавица не была совсем уж полной дурой, прекрасно осознавая тот факт, что на самом деле эти люди никакие и не слуги вовсе, по крайней мере в том смысле, в котором пытаются себя показать.
Юная Харуно догадывалась, что все эти люди намерено приставлены к ней Абуми Заку с целью следить за нею, докладывать хозяину о каждом её шаге. С какой целью? Да мало ли какие умозаключения натолкнули мужчину на подобное. Возможно, он пытался тем самым показать, что старается уберечь невесту от очередной попытки похищения. Быть может, брюнет действительно желает угодить своей невесте едва ли не каждое мгновение, вот и шастает рядом с нею то и дело кто-то из слуг, готовых тотчас исполнить любой каприз юной леди. Всякое может быть.
Но данные умозаключения были скорее ответом на происходящее для окружающих, ежели кто случайно завидит сие или прознает, но никак не для Сакуры. Зеленоглазая красавица была абсолютно иного мнения, далёкого от идеализации заботы её жениха. И на то у девушки были основания, хотя и не подкреплённые теми или иными неопровержимыми фактами.
Что же, юная Харуно планировала изменить сие, отыскав доказательства или опровержения своих умозаключений, причём в самые короткие сроки. Ежели её домыслы окажутся правдивы, то надлежало незамедлительно принять меры. Если же она глубоко ошибается, то лишний раз удостовериться в этом тоже не помешает. Оставалось лишь попытаться, но дадут ли ей сей шанс?
Первым делом юная Харуно решила осмотреть дом. Естественно, где-то поблизости то и дело кто-то из слуг крутился, делая вид, что заняты делами. Сакура едва сдерживалась, чтобы язвительно не ухмыляться при их появлении в тот или иной момент. Девушка упорно делала вид, что весьма увлечена убранством дома, ничего вокруг не замечает.
Хотя в данном случае зеленоглазая красавица не кривила душою, поскольку посмотреть действительно было на что. Красивая мебель из дерева, обитая дорогими тканями. Восхитительные сервизы из фарфора, серебра, хрусталя и золота стояли в сервантах. Удивительные фарфоровые, хрустальные и терракотовые статуэтки поражали красотою и мастерством исполнения. Невероятной красоты ковры устилали полы.
Девушка и понятия не имела, с чего ей начать поиски, поэтому просто бродила по дому, надеясь, что наткнётся на что-то интересующее её, придумает по ходу, куда направиться, что предпринять. Выходило покуда не особо, поскольку вечно досаждающие своим присутствием слуги лишь мешали, не давая как следует осмотреться.
Первым делом Сакура осмотрела столовую, но помимо великолепных сервизов ничего стоящего для себя не обнаружила. Далее на осмотре была гостиная. Тут юная Харуно задержалась несколько дольше, любуясь весьма изысканным интерьером. Девушка обнаружила много интересных для неё деталей, но всё же сие не могло служить неопровержимыми уликами.
Но внезапно девушку осенило. Конечно, крайне глупо пытаться что-то интересующее её сыскать в подобных местах. Юная Харуно прекрасно отдавала себе отчёт в том, что не стала бы прятать что бы то ни было на глазах у любого желающего. Даже так называемые доверенные слуги могут прибрать это что-то к рукам, использовав в тех или иных целях.
Нет, не совсем так. Зеленоглазая красавица полагала, что как раз бы и спрятала нечто ценно для неё так, что оно было бы вроде как и скрыто, но в то же время оставалось практически на виду. Но это зависит от многих факторов, основным из которых является сам предмет сокрытия.
Делая вид, что увлечённо разглядывает одну из статуэток, Сакура пыталась раздумывать над тем, что именно она ищет, дабы знать, где же сосредоточить свои усилия. Ничего особо путного на ум не приходило, если не считать множество мелких доказательств, обнаруженных ею, которые, как казалось на данный момент девушке, были чем-то значимым лишь для неё, но никак не станут неопровержимыми уликами для окружающих.
Но что же можно посчитать неопровержимым доказательством? Что такого нужно предъявить незаинтересованному в том или ином итоге деле человеку, чтобы он согласился, что сие действительно крайне важно? Что имеет огромную цену, чтобы надёжно спрятать от посторонних глаз, причём так, что и не догадается кто бы то ни было о том, будто это оно и есть, даже если будет в упор смотреть, но при этом иметь возможность при каждом удобном случае это что-то открыто демонстрировать любому желающему?
- Госпожа, как Ваше самочувствие?
Сакура едва подавила в себе желание горестно вздохнуть, стоило ей заслышать данные слова. Как же невовремя он появился. Хотя тут тоже можно расценить сие двояко, ведь теперь у юной Харуно появился шанс постараться расспросить мужчину аккуратно на интересующие её темы. Пытаясь напустить на себя самый беззаботный вид, девушка обернулась, стремив взгляд на стоящего в дверях Абуми Заку.
- Благодарю, всё хорошо.
- Я прошу меня извинить, что не присутствовал за завтраком. Неотложные дела.
- Я понимаю.
- Надеюсь, Вы ни в чём не нуждались.
- Слуги были сама любезность.
На этих словах юной Харуно казалось, что эмоции на её личике вот-вот выдадут мужчине её истинные помыслы. Но, очевидно, ей всё же удалось взять эмоции вовремя под контроль, тем самым обманув брюнета. По крайней мере на это она рассчитывала, иначе весь её план полетит ко всем чертям, хотя девушка ещё даже и не приступила толком к его осуществлению.
Сакура отвернулась, принявшись делать вид, что рассматривает вазу. Девушка не знала, как ей следует себя вести, чтобы Абуми Заку в случае чего не заподозрил, будто она что-то там замышляет, но в итоге пришла к выводу, что надлежит постараться вести себя сродни беззаботной вертихвостке. Если только у неё получится.
- У Вас такой красивый дом, - проговорила юная Харуно.
- Я рад, - сказал брюнет, - что он пришёлся Вам по вкусу.
- Вы сами приняли решение относительно данной обстановки? Или руководствовались чьими-то советами?
- Сам, - был ей ответ.
- У Вас великолепный вкус, - произнесла с улыбкой девушка.
- Благодарю.
Стараясь не обращать особого внимания на довольную физиономию мужчины, словно и не добивалась данного эффекта, а сказала лишь то, что и без того любому ясно, Сакура продолжила осмотр гостиной, раздумывая над своими дальнейшими действиями.
- Я пока не имела удовольствия взглянуть на убранство всего дома, - сказала зеленоглазая красавица, - но убеждена, что повсюду просто безупречный вкус.
- Если желаете, я мог бы провести для Вас небольшую экскурсию, - ответил Заку.
Юная Харуно едва сдержала довольную улыбку. Пока всё шло хорошо, но это отнюдь не означает, что и итог будет столь же идеален. Да и крайне сомнительно, что Заку покажет ей все свои тайны, так что надлежит быть весьма внимательной не только к различным мелочам, но и к своим словам, эмоциям. Малейшая оплошность может слишком дорого стоить не только девушке.
- Я буду Вам весьма признательна.
- Откуда желаете начать? - поинтересовался господин Абуми, приблизившись к девушке.
- Даже не знаю, - протянула в ответ беззаботным тоном Сакура, поведя плечиком. - Пусть даже и с гостиной. Мне очень понравились сервизы. Они старинные?
- Не все. Кое-какие достались мне в наследство, а некоторые я купил совершенно недавно. Мне несказанно повезло заполучить эти сервизы по символической цене от друга. Он женился, намеревался переехать, а тащить с собою весь скарб в другой город не желал, вот и предложил мне.
Сакура лишь кивнула на слова мужчины, стараясь внимательно следить за своими эмоциями, дабы не выдать своих истинных чувств. У Мебуке, матери юной Харуно, была подруга, с которой светловолосая дама частенько прогуливалась по магазинам. Сакура тоже ходила с ними иногда. Так вот, та женщина являлась супругой одного мастера, который на заказ изготавливал фигурки, статуэтки, а иногда и посуду. Частенько эта дама приглашала после похода по магазинам и просто прогулок Мебуке с дочерью в гости, а пока женщины болтали за чашечкой чая, Сакура рассматривала творения мужчины, иногда его о чём-то расспрашивая, а тот охотно делился с любопытной девочкой своими знаниями.
В итоге юная Харуно кое-что знала и понимала в авторских работах, так что данное утверждение господина Абуми было для неё смехотворным. На большинстве изделий, когда девушка рассматривала ранее вазы, статуэтки и сервизы, она обнаружила клейма, что ставят авторы, но никак не заводы при массовой штамповке. Старинные изделия девушка заприметила сразу, их крайне сложно было спутать с чем-либо, а сервизы авторской работы уж никак не могли достаться Заку за гроши. Подарить подобное тоже мог лишь весьма богатый человек, но если бы речь зашла про один, а не про три сервиза сразу. Это надо быть полным идиотом, чтобы такую ценность просто отдать кому-то. Подобная ложь могла быть проглочена запросто любым несведущим в данном вопросе человеком, но уж никак не Сакурой.
- Вы музицируете? - поинтересовалась зеленоглазая красавица, прошествовав к стоящему у окна пианино.
- Нет, - ответил Заку. - Но в моём кругу есть друзья, которые кое-что понимают в этом. Когда мы собираемся вместе у меня в гостях, то любим наслаждаться игрою на инструменте одного из наших друзей.
- Полагаю, пианино дорого Вам обошлось.
- Что Вы, ничуть, - махнул рукою господин Абуми, а затем, заметив несколько удивлённый взгляд девушки, пояснил: - Инструмент на самом деле не очень дорогой, я приобрёл его на базаре. Пришлось нанять настройщика, но в целом я оказался в выигрыше.
- И кто же, интересно, продавал на базаре пианино? - протянула юная Харуно.
Произнося данные слова, девушка очень надеялась, что в её тоне мужчина не заметит нотки тщательно скрываемого сарказма и даже презрения. Такие вещи стоят очень дорого, никто не потащит инструмент на базар, опасаясь его испортить. Да и проще продать напрямую, если очень уж нужны деньги, заложить в антикварную лавку. Даже любой мальчишка с улицы додумался бы найти лучшее применение пианино, нежели тащить на базар.
- Один мужик, - сказал брюнет, явно не заметив реакции девушки. - Ему срочно были нужны деньги, как он мне заявил, вот и продавал.
Ох, как же юной Харуно хотелось в данный момент рассмеяться в голос. Даже самый последний нищий пригласил бы сперва оценщика, окажись у него каким-то образом подобная вещь, но уж явно не поволок бы куда-то пианино, за которое собирался выручить ту или иную сумму, опасаясь его испортить, поцарапать.
И дело было даже не в этом. Всякие тугодумы и болваны встречаются на белом свете. Есть масса людей, которые готовы уничтожать бездумно и древние скульптуры, нечто, что насчитывает не одну сотню лет. Но сейчас речь не о скудоумии людей, а о том, что видела пред собою юная Харуно, что слышала от мужчины.
Будучи дочерью мастера музыкальных инструментов, зеленоглазой красавице было достаточно едва ли не одного взгляда, чтобы дать приблизительную оценку тому или иному инструменту. И данное пианино, сколько бы её не пытались уверить в обратном, стоило огромных денег, создавалось на заказ, а не просто с целью обычной продажи. И Сакура была готова отдать голову на отсечение, доказывая свою правоту, утверждая, что подобные инструменты не могут просто так оказаться в простой крестьянской семье.
Но было кое-что ещё, что заставляло зеленоглазую красавицу воспротивиться словам мужчины, едва ли не воспылать негодованием. В любое другое время Сакура высказала бы брюнету всё, что она думает о его словах, но не сейчас, когда следовало всё же довести свой план до конца.
Конечно же, нет нужды отрицать, что подобное действительно могло быть, пианино какой-либо идиот мог на самом деле попытаться продать на базаре. Но крайне сомнительно было со стороны столь обеспеченного человека, коим является господин Абуми, даже не попытаться узнать истинную судьбу и стоимость инструмента после его приобретения. Юная Харуно видела по поведению брюнета, что он буквально помешан на попытке произвести на окружающих впечатление, повсюду кичится своим положением, деньгами. Так чего не побоялся притащить в дом развалюху, впоследствии опасаясь упасть в глазах друзей, среди которых, как он выразился, есть тот, кто музицировал на данном пианино?
- А Вы музицируете сами? - спросил Заку.
- Нет. Видимо, мне не перешла по наследству любовь к музыкальным инструментам. Да, послушать люблю хорошую игру, но сама никогда этим не увлекалась.
Ну, тут Сакура особо и не лукавила, поскольку действительно не умела играть на клавишных, да и никогда не утруждала себя обучением, больше интересуясь иными занятиями, которые и приводили отца в бешенство, поскольку, как считал господин Харуно, для приличной леди были неприемлемы.
- Давайте я Вам продемонстрирую ещё что-нибудь, - заявил господин Абуми, предлагая даме опереться о его руку, дабы продолжить экскурсию по дому.
Что же, Сакура тоже желала немного пройтись, сосредоточив своё внимание на иных деталях, которые могли бы ей помочь в её деле. Рядом с гостиной располагалась ещё одна просторная комната, но девушка и понятия не имела, для каких целей она предназначалась. Заку пробурчал что-то о том, что планировал тут сделать гостиную ранее, но позже перенёс в иное место, а эту комнату забросил, покуда не придумает, что тут можно сделать.
Юная Харуно не особо верила ему, хотя и доказательств обратного не имела. А что тут такого? Мужчина мог действительно приобрести данный дом, но живёт тут один, без супруги, семьи, так что ему и нет нужды напрягаться, придумывая, как бы занять все комнаты. Вот появится супруга, так пусть и продемонстрирует себя хозяйкой в полной мере.
Больше всего зеленоглазую красавицу привлекла библиотека. То есть, как решила юная Харуно, ранее данное помещение являлось библиотекой, а ныне служило в качестве рабочего кабинета. Нет, вполне вероятно, что и прежний хозяин дома тоже устраивал тут свой кабинет, но всё же в большей степени использовал комнату в качестве именно библиотеки.
Высокие шкафы были сплошь заставлены книгами, и Сакуре очень хотелось узнать, какие именно труды тут собраны, но надлежало придерживаться образа беззаботной вертихвостки, которую интересуют лишь материальные ценности и состояние жениха, но никак не духовные. То есть нужно обращать своё внимание на дорогую мебель, предметы интерьера, чтобы господин Абуми не заподозрил ничего, а не проявлять интерес к литературе.
- Тут очень мило, - пролепетала Сакура.
Юная Харуно пыталась напустить на себя вид, будто сейчас желала оказаться скорее в более интересном месте, а не в скучной библиотеке, но вынуждена была для приличия показывать, что её интересует всё, что есть в этом доме, а не только материальные блага.
Зеленоглазая красавица прошла к массивному столу, якобы скучающе оглядывая обстановку в кабинете, хотя сама внимательно старалась рассмотреть всё, что попадало в её поле зрения. Сакура была наслышана о пристрастии многих мужчин хранить ценные бумаги в кабинете, скрывая их в неких тайниках. Даже её отец так поступал. Не всё, конечно же, скроешь в подобном месте, но бумаги проще всего спрятать там, где полно различных печатных изданий.
Девушка не знала, как ей и поступить. Кабинет-библиотека был идеальным местом для поисков, но ведь и не позволит Заку ей тут долго околачиваться, ещё и без присмотра, логично расценив, что не может такая дурочка, какую она из себя тут строит, просто так длительное время проводить в месте, где для неё нет ничего занимательного.
Почему внимание Сакуры привлёк именно кабинет? Просто зеленоглазая красавица пришла к выводу, что одним из самых неоспоримых доказательств чего-либо являются именно документы. Такие вещи проще всего спрятать, ежели хранить дома, а не в том же банке, в кабинете, где полно различных бумаг, и в спальне.
Логично, что в спальню к брюнету Сакура не сунется ни под каким предлогом, если только это не окажется её единственным вариантом. Да и то ещё сотню раз подумает наперёд. Если её там застанет кто-либо, то уже не отвертится, а расплата будет очень дорогой. Кабинет был на данный момент самым предпочтительным местом для поисков чего бы то ни было, но надлежало придумать, как ей сюда почаще захаживать, когда тут не будет Заку. Лишь бы его цепные псы не заподозрили чего-либо.
Сакура быстренько осмотрела с напускной скукой книжные шкафы, пробежав взглядом по многочисленным бумагам, сложенным на столе. Затем господин Абуми повёл её дальше, показывая дом. При всём этом юная Харуно отметила тот факт, что нигде не было ни единого портрета, даже самого крошечного. Нет, картин она видела множество, сюжеты завораживали, но не было портретов никого, кого можно было бы отнести к родственникам мужчины.
Зеленоглазая красавица между делом поинтересовалась о том, откуда та или иная картина, намекая брюнету на то, что ей, как его будущей супруге, весьма интересно, насколько состоятелен её жених, чем она будет ошеломлять гостей, производить впечатление. На самом же деле девушку интересовал ответ лишь ради интереса.
Заку же заявил, что большинство картин достались ему вместе с домом, лишь парочку он лично приобрёл. Сакуре не сильно верилось в подобное, поскольку, ежели это действительно оригиналы полотен, то крайне сомнительно, что прежний их владелец так просто с ними расстался. С какой радости лишаться таких ценностей? Если это подделки, пусть и весьма искусные, просто работы неизвестных художников, то вновь вставал вопрос о глупости человека, который, имея такое состояние, будет демонстрировать своим весьма влиятельным товарищам картины непонятного происхождения, опасаясь разоблачения и насмешек.
На вопрос же, почему нет ни единого портрета кого-либо из семьи, господин Абуми несколько витиевато заявил, что все портреты родственников находятся в доме его родителей, а у себя он планирует повесить лишь портреты семьи, которую создаст сам. Сакура особо не вслушивалась в его ответы, отмечая про себя, что кое в каких местах на стенах заметно, что там ранее что-то находилось, но затем было убрано по той или иной причине. Что же, это тоже можно с лёгкостью объяснить тем, что новый владелец дома решил поменять обстановку на своё усмотрение, так что ничего криминального в желании перевесить пару картин и зеркал нет.
Немного побродив за Заку по дому, Сакура, сославшись на недомогание, вроде как ещё не совсем оправилась после пережитого ужаса, удалилась в комнату, решив хорошенько поразмыслить над тем, что ей удалось узнать. Пока ничего путного сыскать не удалось, а голословные обвинения никто во внимание не примет. Да и скажи ей самой кто ранее подобное, девушка бы тоже сильно не доверяла данным утверждениям.
Так прошло три дня, в течение которых Заку практически никуда не отлучался из дома, тем самым лишая юную Харуно даже попытаться что-либо поискать. Мужчина практически всё время проводил в кабинете, тогда как его слуги то и дело ошивались рядом с девушкой, якобы присматривая и желая угодить в малейшей её прихоти, а на деле, как полагала Сакура, попросту шпионили.
Зеленоглазая красавица с каждым днём всё сильнее нервничала, не зная, что ей и предпринять. Покуда господин Абуми никак не выказал, что готов отменить свадьбу, что не могло не действовать на нервы девушке. Сакура и ранее не желала выходить за него замуж, а сейчас вообще была готова броситься сломя голову прочь, лишь бы избежать ненужного ей брака.
Скоро должны были пожаловать её родители, так что вопрос о свадьбе будет решён в считанные дни. Юная Харуно была готова уже открыто заявить, что ныне далеко не невинна, дабы расторгнуть помолвку, но покуда не решалась. Эту новость она приберегла на самый крайний случай. Кто знает, как отреагирует господин Абуми впоследствии на данное её заявление, но сейчас же в любом случае сие обнародовать было опасно, ведь мужчина может попросту выгнать её на улицу, тогда у Сакуры не будет ни малейшего шанса осуществить задуманное. И это в лучшем случае.
При всём этом зеленоглазая красавица заметила, что Заку последнее время стал весьма раздражителен, постоянно пребывал в задумчивости, практически не уделял ей время, как поначалу. Нет, это вовсе не оскорбляло Сакуру, напротив, она мечтала, чтобы и его слуги оставили её в покое. При этом пару раз девушка заметила, как к дому подъезжали какие-то странные люди, с которыми Заку вёл недолгую беседу, а затем возвращался в сильном недовольстве, запираясь в кабинете.
За эти дни Сакура обшарила все возможные в таких не самых лёгких для неё условиях места, но безуспешно. Нет, мелких доказательств она обнаружила массу, но ничего стоящего для посторонних людей. Девушке даже начало казаться, что она просто придумала себе всё это, господин Абуми действительно приобрёл дом недавно, вещи в большей степени не его, а оставленные прошлыми хозяевами по каким-то там причинам, но всё же юная Харуно покуда не спешила сдаваться.
Вечером одного из дней в дом прибыл какой-то странный мужчина, который долго обсуждал что-то с Заку в кабинете. Сакура не имела никакой возможности подслушать разговор, поскольку подле кабинета то и дело сновали слуги, явно следя, чтобы никто не мешал диалогу, что происходил между хозяином и его гостем.
Причём внешность гостя, пусть юная Харуно и видела его лишь мельком, была крайне отталкивающей. Сакура понимала, что глупо судить о человеке по внешности, но всё же ей казалось, что тот, кто выглядит подобно уголовнику, проведшему большую часть жизни в тяжёлой работе на каторге, не может быть законопослушным гражданином.
У этого человека не только лицо и руки покрывали уродливые шрамы, полученные явно ножом в пьяных драках, но и гнилые зубы, гематомы на лице. Его тело источало отвратительный запах, словно он не мылся несколько месяцев, ночуя в конюшне. А чего только стоил его взгляд… Сакура столкнулась с ним, когда выходила из гостиной, так этот человек уставился на неё с неприкрытым желанием наброситься прямо тут и… Он даже не удосужился скрыть похабную ухмылку, облизнулся, глядя на девушку.
Юную Харуно передёргивало от отвращения, стоило вспомнить столь отвратительную встречу, которая и длилась всего несколько мгновений, но этого было достаточно, чтобы девушка пожелала никогда его более не видеть даже за версту. И что же за дела у её жениха с подобными личностями? Или хотите сказать, что этот человек работает под прикрытием, добывая какие-то ценные сведения? Не смешите.
Незнакомец покинул дом поздно вечером. Каково же было удивление девушки, когда она, не зажигая в комнате свет, сидя на софе у окна, заметила, как господин Абуми в сопровождении пары своих слуг направился к конюшне. И что могло мужчине понадобиться там в столь поздний час? Сие было неведомо девушке, но явно было неспроста.
Заку вернулся в дом около полуночи, но уже без своих слуг. Либо девушка их просто не заметила. Сакура же не знала, что ей и предпринять. Время поджимало, условия становились всё невыносимее. Со дня на день пожалуют её родители, а она так и не смогла продвинуться в своих поисках. В течение пяти суток, что Сакура находилась в этом доме, ей удалось лишь два раза зайти в кабинет, но буквально на пару минут. Что-либо толком рассмотреть в таких условиях попросту не представлялось возможным.
Надеясь, что все уже легли спать, никто так просто шастать по дому не будет, юная Харуно решилась на отчаянный шаг, который в любой миг грозил обернуться катастрофой. Облачившись в тёмно-фиолетовый халат, девушка взяла в руки лампу, направившись прочь из комнаты. Осторожно ступая, опасаясь едва ли не на каждом шагу оказаться замеченной, Сакура добралась до кабинета, прошмыгнув внутрь. Затворив за собою дверь, зеленоглазая красавица зажгла лампу настолько, чтобы свет едва-едва озарял пространство вокруг неё, иначе существовала неподдельная опасность оказаться обнаруженной, Сакура приступила к поискам, хотя и понятия не имела, что именно ищет.
Первым делом юная Харуно принялась перебирать бумаги на столе, стараясь не раскидывать их, а оставить в том же положении, в каком и были до её прихода, но ничего интересного так и не обнаружила. Какие-то непонятные записи, странные слова, которые никак не увязывались на первый взгляд между собою, счета. Быть может, тут и есть что-то интересное, но понять в данных записях девушка ничего не могла.
Так ничего и не отыскав, девушка угрюмо взглянула на книжные шкафы. Да в этих книгах она до скончания века будет копаться в попытках что-то узнать. И почему-то юная Харуно сомневалась, что в них действительно что-то припрятано. Сакура принялась оглядываться по сторонам, не зная, где ещё посмотреть. Неужели всё бессмысленно, у неё ничего так и не получится?
Внезапно её внимание привлекли тихие голоса. Погасив лампу, Сакура бросилась в угол кабинета, где у камина стояли два кресла, спрятавшись за одним из них, укутавшись в широкий халат так, чтобы не сильно быть замеченной, ежели кто-то войдёт. Халат из тёмной ткани она выбрала целенаправленно, ведь теперь, сидя за креслом, она была похожа на тень, если не зажигать свет ярко.
Спустя пару мгновений дверь в кабинет отворилась, и в комнату вошли двое мужчин, одним из которых, ежели судить по голосу, был господин Абуми. Юная Харуно старалась не шевелиться, опасаясь быть обнаруженной. Девушка сжалась в комочек, боясь даже лишний раз вздохнуть. Вполне может статься, что это лишь ей кажется, будто её не видно, а мужчины могут запросто её отыскать.
Тьму озарил неяркий свет лампы, и Сакура зажмурилась, пытаясь унять дрожь. Ей было очень страшно. Что с нею сделают эти люди, если заметят? Как-либо оправдаться она не сможет. Зато угроза, мягко говоря, пропасть вновь, причём уже навсегда, вполне реальна.

Похитители. Глава 14

Сакура была напугана не на шутку. Если её сейчас поймают, то она даже предположить боялась, что с нею сделают. Это днём она могла заявить, будто привыкает к будущему дому, осматривается, ещё какую-либо чушь сморозить, но не сейчас, когда посреди ночи она прячется за креслом.
- Как такое могло случиться? - голос Заку был наполнен гневом.
Сакура услышала, как что-то с глухим стуком упало на стол. Видимо, мужчина что-то держал до этого в руках, а сейчас бросил на столешницу.
- Мы не знаем, - был ему ответ.
- А кто должен знать? Я вам за что плачу деньги?
- Мы ищем. Осмотрели все места, где они ранее появлялись, но безрезультатно. Куда могли в тот раз направиться, если верить слухам, не знаем, поскольку чётких ориентиров не имеем.
Юная Харуно вздрогнула, когда Заку ударил кулаком по столу.
- Найдите мне их. Если эти уроды решили, что можно кинуть меня, так я собственноручно с них шкуры спущу. Я им заплатил достаточно, чтобы выполняли в точности мои указания. А что мне в ответ? Сговорились и учесали в неизвестном направлении, не объявились и по сей день.
- Нужно ещё время.
- Так ищите! - рявкнул Заку. - Вот, больше не получите, пока не отыщите их. Я ясно излагаю?
- Да.
Сакуре показалось, что незнакомец с откровенным недовольством ответил Заку. При этом девушка расслышала шелест бумаги, словно кто-то пересчитывал купюры. И что же только что произошло? Абуми заплатил этому человеку за чьи-то поиски? Послышались шаги, а затем звук затворяемой двери. Кто-то ушёл, но юная Харуно не спешила расслабляться и покидать своё убежище. Свет всё ещё горел, да и девушка была убеждена, что ушёл только незнакомец, а вот Заку остался.
Послышался шелест бумаг, господин Абуми явно перебирал какие-то документы. Опасаясь с каждым мгновением быть обнаруженной, Сакура осторожно выглянула из-за своего укрытия, заметив брюнета, сидящего за столом, который просматривал какие-то бумаги. Рядом с ним лежал небольшой продолговатый предмет.
Покончив с чтением, Заку взял чистый лист бумаги, принявшись что-то на нём писать. Когда необходимые строки были начертаны, он сложил лист, убрал его в карман, скрутил в трубочку бумаги, что читал ранее, поместил их в небольшой продолговатый предмет, оказавшийся футляром, а затем поднялся из-за стола, направившись к окну.
Сперва Сакура невольно сжалась, опасаясь, что он может её заметить, но затем вновь осторожно выглянула из-за кресла, пытаясь понять, что делает мужчина. Заку стоял к ней спиною, что-либо толком девушка рассмотреть не могла, но была готова поклясться, что брюнет что-то там делал, а не просто смотрел в окно. Что он там не видел во мраке ночи?
Господин Абуми погасил лампу, а затем удалился из кабинета. Юная Харуно облегчённо выдохнула, надеясь, что это не ловушка, он на самом деле её не заметил, ничего не заподозрил. Обождав несколько минут, Сакура покинула своё укрытие, зажгла свою лампу, поставила её на стол, а затем приблизилась к окну, пытаясь понять, чем тут занимался Заку.
Девушка в недоумении взглянула на подоконник, на котором стояли цветы в горшках, осмотрела раму, но ничего не нашла. Так что же брюнет тут делал, куда дел тот футляр? Неужели забрал с собою, а она тут просто время теряет? Сакура едва не застонала от своего бессилия. Неужто все её надежды тщетны, а подозрения ложны?
Но тут внимание девушки привлёк один из цветов, который был немного наклонён. Ранее она не замечала, чтобы это растение росло вкривь. Да и грунт как-то слишком уж рыхло лежал. Сакура провела пальчиками по довольно большому горшку фикуса, аккуратно счистила землю от краёв к центру, а затем, стоило возникнуть шальной мысли, ухватила рукою за ствол, потянув вверх.
Большое и тяжёлое растение не сразу подалось, девушка даже было решила, что её очередная глупая идея провалилась, как фикус приподнялся вместе с землёю и тоненьким горшочком, в который оказался посажен. Юная Харуно удивлённо воззрилась на оставшийся стоять большой горшок, на дне которого лежала подставка, дабы влага не просачивалась ниже, а под нею оказался тот самый футляр, подле которого находился некий свёрток, обтянутый кожей.
Зеленоглазая красавица вынула футляр и свёрток, поставила цветок обратно, заровняв землёю тонкий зазор между горшками, попытавшись вернуть прежний вид, словно никто и не прикасался к растению, а затем подошла к столу, разложив на нём свои находки и раздумывая, как поступить в дальнейшем. Решив, что лучше уж здесь и сейчас узнать, что ей удалось сыскать, положив при надобности всё обратно, чтобы незаметно было, чем потом пытаться вновь пробраться сюда, рискуя нарваться на неприятности, Сакура раскрыла футляр, вынув бумаги и углубившись в чтение.
Тут оказались какие-то непонятные расчёты. Правда, были даны и пояснения, но понятные явно тому, кто и без этого знал, что к чему. Мелькнули пара фамилий, что показались девушке смутно знакомыми, но она не стала заострять покуда на этом своё внимание, продолжая просматривать бумаги.
Только отложив данные бумаги в сторону, Сакура вдруг вспомнила, где слышала мелькнувшие фамилии. Одним из людей, чьи фамилии имелись в списке, был известный скупщик антиквариата. Поговаривали, что он нажил своё состояние далеко не самыми честными путями, в которые входило не только мошенничество, но и заказы на убийства. Доказать покуда сие не удавалось, так что он был на свободе, продолжая свою деятельность. Про другого же человека, чья фамилия фигурировала в бумагах, Сакура и не знала ничего толком, лишь смутно помнила, что где-то слышала о нём, но явно тоже не самое приятное.
И зачем же господину Абуми какие-то бумаги, в которых фигурируют фамилии этих людей? Он имеет с ними какие-то дела? Вполне вероятно. Да и некие расчёты явно свидетельствуют о деловом сотрудничестве между ними. Или ещё что-то, о чём юная Харуно и понятия не имела.
Решив пока не заморачиваться на этот счёт, нечего сейчас тратить драгоценное время, Сакура осторожно размотала кусок кожи, обнаружив внутри какие-то бумаги, оказавшиеся письмами. Девушка и не стала бы в них вчитываться, если бы не заметила пару слов, что привлекли её внимание. В итоге юная Харуно прочла несколько строк, убедившись в своих не самых приятных предположениях.
Зеленоглазая красавица отложила бумаги, направившись вновь к окну, принявшись рассматривать остальные три цветка. Счистив с двух землю по краям горшков, девушка ничего не обнаружила, а вот в последнем оказался такой же зазор между горшками, как и в первом случае.
Вынуть растение оказалось сложнее, нежели в случае с фикусом, поскольку на этот раз пришлось повозиться с папоротником, да и по какой-то причине горшок долго не поддавался, словно, что называется, прикипел. Сакура решила, что это по той причине, что долго никто не пытался что-либо положить или забрать из горшка, вот земля и склеила и без того узкий зазор.
Юная Харуно уже было решила, что только зря тратит и без того драгоценное время, увеличивая шансы был обнаруженной в кабинете, когда всё же ей удалось осторожно извлечь цветок, не рассыпав землю, не повредив листья. Внутри оказался очередной свёрток, обтянутый кожей. Девушка быстренько вернула цветок на место, предварительно вынув свёрток, а затем вернулась к столу, где и оставила лампу.
Поскольку зеленоглазая красавица безумно нервничала, она решила сейчас не тратить время на чтение бумаг, забрав их с собою в комнату, где сможет более спокойно всё просмотреть и обдумать. Спрятав находки в карманы халата, девушка погасила лампу, направившись на выход из кабинета.
Осторожно приоткрыв дверь, юная Харуно сперва некоторое время прислушивалась, стараясь уловить какой-либо шорох, который мог бы возвестить об опасности, а затем аккуратно, стараясь не шуметь, направилась к своей комнате на второй этаж. Двигаться приходилось в темноте, Сакура не желала рисковать, зажигая лампу, поэтому было боязно оступиться, выдав себя ненужным ей сейчас шумом.
Оказавшись в комнате, Сакура привалилась к двери спиною, устало выдохнув и прикрыв глаза. И всё же нельзя было сейчас расслабляться, ведь в любой момент может статься, что её обнаружат. Либо могут заметить вмешательство постороннего в кабинете, а затем и примутся за розыск нарушителя.
Сперва зеленоглазая красавица проверила шторы, дабы более-менее плотно закрывали окно, чтобы не было заметно с улицы, что в её комнате горит свет. Да, она совершила данную оплошность в кабинете, когда зажгла лампу, тем самым выдав себя любому желающему, кто мог бы оказаться на улице, так что оставалось лишь молиться, чтобы её присутствие не было обнаружено. Вновь оказаться столь же беспечной девушка не могла, поэтому, плотно зашторив окно, она поставила лампу на пол у кровати с противоположной от окна стороны, чтобы хоть как-то притушить свет, присела рядом с нею, извлекла свои находки и принялась внимательно вчитываться в содержимое бумаг.
С бумагами из футляра Сакура не стала заморачиваться, поскольку ничего в них толком и не поняла. Видимо, в них были расчёты каких-то сделок, поскольку фигурировали лишь имена, некие названия чего-то, о чём девушка и понятия не имела, а также цифры. Как бы то ни было, но разобраться в этом всём юной Харуно было не под силу без хотя бы намёка, что тут к чему.
Письма, что просматривала в кабинете, Сакура вновь перечитывать не стала, решив проверить сперва свою последнюю находку. Свёрток оказался толще предыдущего, а когда юная Харуно развернула кожу, обнаружила внутри не письма, а некие документы, заверенные печатями и подписями неизвестных ей людей.
Зеленоглазую красавицу в большей степени привлекли данные бумаги, поскольку она надеялась, что документы, чем бы они ни оказались, подлинные. Следовательно, был шанс найти или опровергнуть имеющиеся у девушки доказательства, хотя и шансы на успех были крайне мизерными.
Имена, указанные в документах, не были знакомы девушке, что и не удивительно, но одно имя, отмеченное на одном из листов, заставило юную Харуно углубиться в чтение. В итоге, как осознала Сакура, в её руках оказались документы на недвижимость и кое-какое имущество, что имело огромную ценность.
Зеленоглазая красавица, внимательно проштудировав документы, быстро пролистав и письма, сравнивая кое-что, сложила все свои находки, спрятав под матрац, погасила лампу и легла в постель. Девушка не в силах была глаз сомкнуть, ураган мыслей не давал успокоиться. Сакура не знала, верны ли её суждения, но, если же всё, о чём думала в данный момент девушка, правда, то надлежало незамедлительно что-то предпринять.
А если она ошибается? Не станет ли её наивная убеждённость в собственной правоте роковой ошибкой? И ведь подставить под удар она может не только себя, а на столь опрометчивый шаг было так сложно решиться. Как узнать, в верном ли направлении она движется? Не приведут ли её действия к краху всего?
Сакура не могла найти себе места, то принимаясь бродить бесцельно по комнате, то вновь и вновь перечитывая бумаги. Она ужасно нервничала, но ничего с этим поделать не могла. При этом к её столь неприятному состоянию добавился и страх, который с каждым часом всё сильнее окружал девушку, давил на неё, заставляя едва ли не кричать в голос.
Так или иначе, но решение девушка должна была принять до наступления утра. Стоит Заку или кому-либо из его доверенных людей войти в кабинет и решить проверить тайники, ей конец. Как бы то ни было, но на её причастность к исчезновению бумаг выйдут довольно быстро. А затем…
Зеленоглазая красавица не желала думать о том, что сделают с нею Абуми и его люди, ежели её опасения действительно верны, когда узнают о том, что она рылась в тайниках. И всё же страх всё сильнее и сильнее обуревал девушку, заставлял изнывать в бессилии. Юная Харуно то и дело поглядывала невольно на дверь своей комнаты, с ужасом ожидая, что в любой момент сюда ворвутся с обвинениями, схватят её, после чего… Но что будет, если она не успеет ничего придумать до утра, до того момента, как её причастность к вскрытию тайников будет обнаружена? Да и что вообще можно придумать в тех условиях, в которых юная Харуно оказалась?
Промаявшись всю ночь, но так и не сомкнув глаз, Сакура лишь к рассвету решилась провернуть одно дело. Да, данный шаг был весьма рискованным, сопряжён со множеством опасностей, но иного выхода девушка не видела. Существовала огромная угроза, что ей попросту не позволят даже попытаться воплотить свой план в жизнь, но Сакура была готова рискнуть.

***

Поскольку юная Харуно совершенно не сомкнула глаз этой ночью, поутру пришлось приложить много сил, чтобы сие не было столь уж заметно со стороны. Будучи дома, ей бы не составило труда придать лицу свежесть и задорный блеск очам, но в данных стеснённых обстоятельствах девушка была вынуждена положиться на все свои умения и актёрское мастерство.
Облачившись в своё уже довольно истрёпанное за период её пребывания вне дома, но всё же добротное платье, поскольку девушка категорически не желала надевать те наряды, что предоставил ей господин Абуми, Сакура внимательно оглядела себя в зеркало, пытаясь определить, всё ли в точности так, как необходимо, а затем направилась в столовую.
В столь ранний час завтрак ещё не был готов, но узрев, что молодая госпожа уже поднялась, слуги принялись скорее за дело. Быстренько перекусив, Сакура направилась в зал, где и столкнулась со спускающимся по лестнице Заку. Мужчина явно был удивлён, что девушка поднялась в столь ранний час, но всё же ничего не сказал по данному поводу.
- Моя дорогая, как Вы себя чувствуете? - поинтересовался господин Абуми, целуя руку юной леди.
- Хорошо, - улыбнулась ему Сакура, решив, что либо сейчас она попытается предпринять свою отчаянную попытку, либо уже никогда ей этого свершить не суждено. - Я бы хотела Вас кое о чём попросить.
- Всё, что угодно, - заявил Заку.
Юная Харуно безумно нервничала, но очень надеялась, что мужчина этого не замечает. Стараясь улыбаться одновременно несколько смущённо, но в то же время привлекательно, словно кокетничает с ним, зеленоглазая красавица проговорила:
- Мне так неудобно…
- Что Вы, я выполню всё, о чём Вы попросите.
- Дело в том, что, - протянула девушка, кокетливо «стреляя» глазками в мужчину, но при этом стараясь выглядеть пристойно, - те наряды, что Вы мне столь великодушно предоставили, мне несколько велики. Да, их можно ушить, но… Мне бы хотелось всё же приобрести нечто новое именно моего размера. Не сочтите за грубость, но, - Сакура вновь улыбнулась Заку, надеясь, что получилось очаровательно, а не перекошенная лыба, - дело даже не столь в обновках, сколь мне бы хотелось просто развеяться, вновь почувствовать себя живой.
Мужчина молчал, внимательно глядя на девушку, в связи с чем юная Харуно чувствовала, что вот-вот сорвётся. Её била нервная дрожь, Сакура едва могла замаскировать дрожащие руки, делая вид, что смущённо теребит платок. Если Заку её сейчас раскусит, скажет, что не позволит случиться тому, о чём она его просит, то всё пропало.
- Желаете прогуляться по магазинам? - протянул господин Абуми, словно жаждал получить подтверждение своим догадкам, хотя того и не требовалось на самом деле.
- Да, - ответила ему Сакура.
- Это опасно, - заявил мужчина, чем заставил девушку едва ли не взвыть от собственного бессилия.
Зеленоглазая красавица едва сдержала эмоции, продолжая улыбаться, хотя хотелось закричать, едва ли не разрыдаться. Неужели всё же её единственный шанс вот так и пропадёт? Неужто ей суждено проиграть в самом конце, когда осталось совсем чуть-чуть?
- Почему Вы так считаете? - поинтересовалась Сакура, внимательно смотря на Заку, хлопая ресницами, как наивная девочка, которая готова поверить любым словам мужчины, стоящего пред нею, словно он являлся её героем. - Многоуважаемый шериф заверил меня клятвенно, что все бандиты были уничтожены, когда меня спасали. Неужели он солгал мне?
Юная Харуно деланно ахнула, глубоко вздохнув, пытаясь сделать вид, что поражена происходящим, хотя так надеялась на честность шерифа.
- Убеждён, что шериф сказал Вам, моя дорогая, чистую правду, - заявил ей Заку, и девушка, делая вид, что её успокоили немного слова мужчины, улыбнулась. - Но существует угроза, что не все преступники были уничтожены. Вдруг кто-то из них остался на свободе? Вам может угрожать опасность.
Сакура едва подавила в себе желание закатить глаза, но всё же продолжала мило улыбаться и строить брюнету глазки. Конечно, прямо посреди города кто-то на неё и набросится. Ага, дуру нашёл. Но юной Харуно непременно следовало уговорить Заку сделать так, как ей нужно, иначе все её старания полетят ко всем чертям.
- Я более чем уверена, - проворковала Сакура, - что со мною ничего не случится. Пока Вы и Ваши люди рядом, я чувствую себя в полной безопасности. Но мне так хочется, - деланно горестно вздохнула юная Харуно, - к приезду моих родителей выглядеть хорошо.
Поскольку бытует мнение, что женщинам просто необходимо иногда бродить по магазинам, иным местам, которые доставляют им радость, приобретать что-то интересное, поскольку это здоровье женщины, она светится радостью, то Сакура и собиралась давить этим самым на мужчину. Надлежало любыми путями ему доказать, что ей просто жизненно необходимо что-то купить, тем самым она не только внешне себя украсит, то и расцветёт изнутри.
Знал ли господин Абуми про данное смехотворное, как полагала Сакура, утверждение или нет, но всё же явно не спешил соглашаться с мнением девушки, как и опровергать его. Помолчав некоторое время, явно обдумывая все «за» и «против» слов юной Харуно, заставляя тем самым девушку просто изнывать в страхе и бессилии, брюнет проговорил:
- Мы можем на днях съездить по магазинам, когда у меня будет свободная минутка. Вы приобретёте всё, что Вашей душеньке заблагорассудится.
А вот это Сакуре и не нужно было совершенно. Зеленоглазой красавице надлежало любыми путями поехать одной по магазинам, а никак не с Заку.
- Но родители вот-вот приедут, - состроила она грустную мордашку, отвернувшись демонстративно от мужчины, - а мне так хотелось к их приезду принарядиться. Да и для Вас сделать сюрприз. Неужели Вы всерьёз считаете, - она вновь взглянула на Заку, - что мне может сейчас что-то угрожать? Не думаю, что теперь кто-то из бандитов, ежели и остались на свободе, в чём я глубоко сомневаюсь, ведь шериф наверняка не сидел без дела, искал их, осмелится напасть на меня в людном месте.
Если Заку и хотел высказать всё, что он думает о шерифе и его людях, то благоразумно промолчал. Нечего девушке знать о его взаимоотношениях с законниками, пусть и дальше пребывает в неведении, полагая, что он водит с шерифом дружбу.
- Я и проснулась сегодня рано, - продолжала давить на жалось Сакура, пытаясь убедить Заку в своей правоте, - погода такая прекрасная. Думала, быстренько съезжу в город, прикуплю наряды, что обязательно Вам понравятся, вернусь, а затем буду готовиться к приезду родителей.
Некоторое время господин Абуми продолжал хранить молчание, раздумывая над чем-то там своим, а юная Харуно едва открыто не тряслась в страхе, что он вот-вот догадается, раскусит её жалкую игру. Сакуре любыми путями нужно было немедленно сбежать из этого дома, покуда Заку не добрался до кабинета, не осознал, что кто-то отыскал его тайник. Если же он не отпустит её, то всё пропало.
- Я прикажу подготовить повозку, - заявил мужчина, чем несказанно удивил и обрадовал Сакуру.
Девушка широко улыбнулась, на данный момент совершенно неподдельно радуясь удаче. Но ещё далеко не всё окончено, основное впереди, так что нельзя расслабляться.
- Благодарю.
Заку направился в столовую на завтрак, попутно отдав кое-какие распоряжения слуге, а Сакура, обождав возницу в зале, чтобы все видели, что она на виду, никуда не ушла, нигде не копошится, ничего не вынюхивает. Немного пококетничав с господином Абуми перед отъездом, делая вид, что благодарит за выделенные ей денежные средства на покупки, зеленоглазая красавица поспешила к повозке, когда та была подана к крыльцу.
Юная Харуно ужасно волновалась, что Заку приставит к ней охрану, ведь тогда у неё не будет ни единого шанса исполнить задуманное. Подойдя к повозке, девушка поняла, что Абуми действительно приказал двум своим людям следовать с нею. Что же, не катастрофа, покуда существует хотя бы мизерный шанс на удачу, но всё же эти мужчины представляли для девушки большую угрозу. С одним она бы как-нибудь и справилась, но вот сразу двоих обставить у Сакуры практически не было шансов.
Пока повозка мчала девушку к городу, всё дальше и дальше удаляясь от поместья, Сакура невольно оглядывалась назад, опасаясь узреть погоню. Заку мог в любой момент зайти в кабинет, осознать, что кто-то рылся в его тайниках, сопоставить жалкую попытку девушки напроситься на немедленную поездку в город с пропажей бумаг, а затем уже и выслать погоню.
Когда показался город, юная Харуно едва могла усидеть на месте в повозке, чтобы не дрожать открыто. Ещё немного, осталось совсем чуточку. Только бы по закону подлости в самый последний момент удача ей не изменила. Кое-как взяв себя в руки, зеленоглазая красавица принялась размышлять о том, как ей избавиться от двух своих надзирателей. Вряд ли в городе люди Абуми накинутся на неё открыто, если даже Заку уже выслал погоню, но нужно было придумать, как к тому моменту облапошить этих двоих.
То, что данные мужчины были приставлены больше для слежки, чем с целью охраны, юная Харуно ни капли не сомневалась. И в этом-то и состояла проблема. Как сделать так, чтобы оба не помешали ей исполнить задуманное? Они, не стоило и сомневаться, и глаз с неё не спустят, как и было приказано. И что же тогда предпринять, как быть?
- Леди, куда желаете заехать? - услышала Сакура голос одного из сопровождавших её мужчин.
- В самый лучший магазин, - деланно весёлым тоном ответствовала юная Харуно, словно уже предвкушала, как будет примерять шикарные наряды, кое-что приобретёт, чтобы потом покрасоваться.
- Как прикажете.
Сакура толком не могла понять, куда её везут, но особого смысла напрягаться по данному поводу и не было. Зеленоглазая красавица всё равно не знала город, так что бессмысленно было запоминать дорогу. Надлежало придумать план действий, а не растрачивать по пустякам драгоценное время.
Когда повозка остановилась, один из мужчин отворил дверцу, помогая девушке выйти. Сакура, делая вид, что её очень заинтересовали витрины магазинов, расположенных вдоль данной улицы, принялась с улыбкой озираться по сторонам, словно выбирая, куда ей первым делом заскочить.
Девушка надеялась, что ей удалось создать у своих надсмотрщиком мнение, будто она обычная пустышка, помешанная на нарядах и побрякушках, а сейчас у неё от обилия магазинов и денег жениха в кармане просто голова кругом идёт. Чем меньше она будет вызывать у них подозрений в обратном, тем лучше.
На самом же деле юная Харуно пыталась осмотреть улицу, выискивая возможные пути для побега. У зеленоглазой красавицы было одно предположение, но и оно вот-вот грозило кануть в небытие, если один из мужчин сделает то, чего сейчас опасалась девушка.
Весело захлопав в ладоши, пролепетав с довольным видом какую-то чушь о том, как она счастлива тут оказаться, сколько тут всего прекрасного, Сакура, продолжая играть роль глупой девушки, считающей, что её главная задача в жизни состоит в том, чтобы тратить деньги супруга, направилась в магазин, подле которого и остановился экипаж.
Возница остался сидеть на козлах, а вот второй мужчина последовал за нею. Юная Харуно едва не взвыла в голос, но продолжала удерживать маску непринуждённости и веселья. Произошло именно то, чего она больше всего опасалась, её надсмотрщик ходил за нею попятам, лишая девушку единственного шанса на побег.
Поскольку иного выбора девушка не видела, пусть время и играло против неё, в любой момент могли объявиться те, кого Заку отправил в погоню, ежели сие уже действительно произошло, Сакура принялась задорно болтать с продавщицей, обсуждать с нею те или иные детали, примерять наряды один за другим.
Вдоволь поиграв в покупательницу в данном магазине, прикупив что-то для приличия, юная Харуно направилась в соседний магазин, устроив там точно такой же спектакль. В дальнейшем всё продолжалось по тому же сценарию, девушка то и дело охала и ахала в восхищении тех или иных нарядов, болтала без умолку с продавщицами, примеряла горы нарядов, что-то покупала. Благо, Заку несказанно расщедрился, выделив невесте действительно хорошую сумму на покупки.
Но всё это было неспроста. Да, время неумолимо истекало, лишая Сакуры последней надежды на успех задуманного ею плана, но для зеленоглазой красавицы данный метод сейчас был единственно верным. Юная Харуно надеялась, что её надсмотрщик, как и любой мужчина в подобной ситуации, просто, мягко говоря, устанет от бесцельного шатания по магазинам за вертихвосткой, помешанной на барахле, тем самым его внимание притупится, дав шанс, пусть даже самый крохотный, девушке улизнуть.
Да, крайне наивная надежда, но лучше, нежели совсем ничего. Но юная Харуно даже и поверить сперва не могла в то, что в итоге произошло в дальнейшем. Стоило зеленоглазой красавице совершить очередную покупку, направившись в следующий магазин, как её сопровождающий остановил девушку. Сакуре казалось, что у неё сейчас сердце остановится, поскольку решила, что всё, игра окончена, но мужчина сказал, что осталось всего пара магазинов, так что он подождёт юную леди в экипаже.
Зеленоглазая красавица едва не засияла от радости, но всё же смогла сдержать эмоции. Флегматично поведя плечиком, словно ей вообще всё равно, что он там собирается делать, она абсолютно позабыла даже о его существовании, Сакура направилась в магазин, передав предварительно покупки мужчине.
Сквозь окно юная Харуно видела, как экипаж подъехал ближе к магазину, как мужчины переговариваются о чём-то между собой. Сакура безумно нервничала, ведь выйти незамеченной не получится, повозка стояла как раз напротив магазина. И что же прикажете делать?
Набрав кучу вещей для примерки, юная Харуно, улучив момент, когда продавщица удалилась на поиски аксессуаров, дабы предъявить юной леди наряды во всей их красе, раскрыла ширму, словно переодевается за нею, а сама, стараясь не попасть на глаза продавщице или кому ещё, кто может оказаться в магазине, прошмыгнула в подсобное помещение.
Пройдя осторожно мимо продавщицы, которая копалась в коробках, выискивая необходимое, Сакура добралась до двери, что служила чёрным ходом. Какова же была радость юной Харуно, когда она обнаружила, что дверь не заперта. Выскочив на улицу, зеленоглазая красавица бросилась между домами прочь от этого места, планируя убежать как можно дальше.
Остановившись на углу одного из домов, Сакура, пытаясь отдышаться, осторожно выглянула, озираясь вокруг, не появится ли на горизонте повозка с её надсмотрщиками, которые, обнаружив, что девушка сбежала, наверняка пустятся в погоню. Один из них явно побежит за нею по пятам, догадавшись, каким именно путём ускользнула беглянка, а это значит, что вот-вот её настигнут, поэтому надлежало что-то незамедлительно предпринять.
Покуда погоню не узрев, юная Харуно вновь оглядела улицу, прохожих, заметив неподалёку повозку. Когда экипаж тронулся с места, направляясь как раз к тому месту, где и стояла Сакура, девушка, осознав, что никого из пассажиров внутри нет, только возница, других экипажей она покуда на полупустой улице не наблюдала, это её единственный шанс, побежала ему наперерез.
- Остановитесь, прошу! - воскликнул Сакура, махая рукою.
Возница остановил коней, удивлённо воззрившись на взволнованную девушку. Кое-кто из прохожих тоже устремил взор на странную молодую леди, но решили не вмешиваться, а следовать по своим делам.
- Прошу Вас, мне необходимо немедленно добраться до участка шерифа, - проговорила Сакура. - Умоляю, это очень важно. Помогите.
Возница, пожилой мужчина, которого явно хозяева отправили по некоему поручению, не зная, как и отреагировать на просьбу незнакомки, некоторое время молчал, чем несказанно нервировал девушку, которая взволнованно озиралась по сторонам, то и дело ожидая увидеть погоню, но в итоге решил, видимо, что негоже оставлять юную леди в беде, ведь никто не знает, какое горе с нею приключилось, господа обождут немного, поэтому кивнул в сторону повозки, проговорив:
- Садитесь, леди. Сейчас доставлю вас до места.
Сакура запрыгнула в повозку, которая тронулась в путь. Стоило проехать пару домов, как юная Харуно в буквальном смысле слова упала на пол, едва ли не сжавшись в комочек, поскольку заметила, как из-за поворота показался экипаж её преследователей. Проверять, заметил ли её человек Заку или нет, Сакура не горела желанием, лишь закусила губу и зажмурилась, стараясь не поддаваться панике, когда экипажи поравнялись.
Юная Харуно слышала цокот копыт по мостовой, когда кони, подгоняемые возницей, промчали мимо экипаж. Голос мужчины, который заставлял коней скакать быстрее, бил страшнее плети по нервам девушки. Сакуре казалось, что её вот-вот схватят, но каким-то чудом повозки разминулись, человек Заку не заметил юную Харуно.
Повозка мчала Сакуру в противоположную сторону от той, куда укатил экипаж преследователей, но девушка всё ещё опасалась подниматься с пола. Она видела лишь одного мужчину, значит, второй где-то пешим её разыскивает. В любой момент возница и пеший мужчина могут её заметить, ведь повозка открытая, не такая, как тот экипаж, в котором она прибыла в город. Юная Харуно не могла так рисковать, поэтому продолжала лежать на полу повозки, пытаясь унять нервную дрожь, справиться с паникой.
Зеленоглазая красавица и понятия не имела, сколько прошло времени. Она даже боялась открыть глаза. Повозка мчала её в неизвестном направлении, а сердце девушки едва не выскакивало от волнений из груди, отбивая ритм в такт цокоту копыт лошадей по мостовой. Юная Харуно вздрогнула, когда повозка остановилась, а затем услышала внезапно голос возницы:
- Прибыли, леди.
Сакура, нервно озираясь, приподнялась. Её совершенно не волновал удивлённый взгляд возницы, который, обернувшись, увидел лежащую на полу экипажа девушку. Главным было то, что её действительно доставили целой и невредимой к участку шерифа. Поблагодарив мужчину, передав ему несколько монет, зеленоглазая красавица, всё ещё нервно оглядываясь, быстрым шагом направилась в участок. Только бы шериф был на месте. Или хотя бы его помощник.
Отворив дверь участка, Сакура устремила взор на сидящего за столом шерифа, который о чём-то беседовал до прихода юной леди со своим помощником. Мужчины удивлённо воззрились на гостью, чьё появление явно стало для них полной неожиданностью. Затворив дверь, юная Харуно сделала несколько шагов к столу шерифа, краем глаза заметив, что у окна напротив стояли два молодых парня, которых она не знает.
- Госпожа Харуно, - протянул шериф Узумаки, - что Вы тут делаете? Что-то случилось?
Ничего ему не ответив, Сакура, глубоко вздохнув, принялась расшнуровывать корсаж платья.
- Леди, Вы что задумали? - воскликнул Нагато, поднимаясь со своего места и направляясь к Сакуре.
Придерживая одной рукою распахнувшийся от ослабленных завязок корсаж, юная Харуно обернулась к двери, скрывая тем самым от мужчин свои действия, достала спрятанные доселе в лифе платья бумаги, после чего вновь обернулась к взволнованному и непонимающему происходящее шерифу, протянув их ему.
- Вот, это всё, что я смогла найти, - сказала зеленоглазая красавица, пряча взгляд. - Не знаю, можно ли с этим что-то сделать, но очень надеюсь на это.
Нагато принялся быстро просматривать переданные девушкой бумаги, а затем произнёс:
- Как Вы сюда попали?
- Кое-как упросила Заку позволить мне съездить в магазин за покупками. Он отрядил со мною пару мужчин, они меня сейчас ищут по городу.
- Конохамару! - громко проговорил Нагато, а мгновение спустя поле шерифа стоял один из тех молодых парней. - Живо найди их и обезвредь!
- Понял.
Сакура лишь проводила удивлённым взглядом парня, когда тот выбежал из участка. Девушка искренне недоумевала, как он будет искать тех, кто был в качестве надсмотрщиков у неё, ведь юная Харуно даже не описала их внешность. Шериф же, словно прочитав её мысли, произнёс, продолжая листать документы:
- Не переживайте, леди, всё будет отлично. Конохамару знает своё дело, так что отыскать их сможет без проблем, если они ещё в городе.
- С этим можно что-то сделать? - спросила Сакура, глядя с надеждой на шерифа.
Некоторое время Нагато молчал, игнорируя вопрос девушки, которая не знала, куда и деться, ведь от волнений, что все старания зря, её едва не начала бить истерика, а затем, обернувшись к своему помощнику, проговорил:
- Яхико, собирай людей. Всем полная готовность. Встречаемся в назначенном месте.
- Сделаем, - ответил рыжеволосый мужчина, довольно осклабившись. - Я правильно тебя понял? Мы начинаем финальную часть?
- Именно, так что шевелись! - рыкнул на помощника шериф, а когда тот удалился, взглянул на взволнованную Сакуру, затем, сделав к ней шаг, обнял девушку, поцеловав легонько в макушку. - Ты молодец, девочка. Это именно то, что я не мог сыскать так долго, - затем, обернувшись к оставшемуся в участке парню, сказал: - Удон, проводи госпожу Харуно, но так, чтобы никто ничего не знал.
- Понял, - проговорил парень, подходя ближе.
При этом зеленоглазая красавица вновь подивилась, каким же это фантастическим образом парень понял шерифа, куда именно ему нужно сопроводить девушку, когда шериф и словом не обмолвился по данному поводу. Видимо, у этих людей всё отработано до мелочей до такой степени, что они без слов понимают друг друга, знают заранее, кому и что нужно делать в той или иной ситуации.
- Не переживайте, леди, - вновь обратился Нагато к Сакуре, - теперь Вам ничего не угрожает. Вы под надёжной защитой.
С этими словами шериф подошёл к своему столу, достал из ящика какую-то коробку, а затем покинул участок, оставив юную Харуно наедине с молодым парнем.
- Пойдёмте, госпожа, - произнёс Удон, указывая на дверь с противоположной стороны от главного входа.
Сакура и понятия не имела, куда её везли в данный момент в экипаже, но старалась не думать об этом, сосредоточив свои мысли на том, что шерифу и его людям обязательно должно повезти. Что будет потом, она наверняка узнает в своё время. Лишь бы только все старания стольких людей не пропали всуе.

Похитители. Глава 15

Сидя в крытом экипаже, Сакура нервно теребила пальцами юбку, то и дело поглядывая по сторонам, опасаясь заметить своих преследователей. Пусть шериф и тот парень, который сейчас куда-то вёз её по указанию начальника, и заверили девушку, что ей ничего не угрожает, зеленоглазая красавица всё равно никак не могла успокоиться, едва ли не каждый момент ожидая нечто ужасное.
Когда экипаж остановился, Сакура опасливо взглянула в окно. Удон тем временем подошёл к дверце экипажа, отворил её и протянул девушке руку, помогая выйти. Зеленоглазая красавица принялась озираться по сторонам, отметив тот факт, что они находятся на окраине города. Дом, у которого остановил экипаж Удон, был не особенно большой, но довольно симпатичный. Сразу чувствовалась рука женщины, которая обладает хорошим вкусом относительно благоустройства жилища.
- Не волнуйтесь, госпожа, - сказал Удон. - Тут Вы пробудете некоторое время, пока шериф не скажет, что делать дальше.
Сакура лишь кивнула на его слова, позволяя подвести себя к крыльцу дома. Девушка и понятия не имела, что её ждёт, но очень надеялась, что в доме она не будет одна. Интересно, чей это дом? Быть может, тут живёт кто-то из родственников шерифа? Но стал бы он подвергать возможной опасности родных?
Удон тем временем постучал в дверь, а Сакура осматривала палисадник. Не прошло и пары минут, как дверь отворилась. Юная Харуно взглянула на человека, который показался в дверях, не без удивления отметив, что перед нею стояла молодая женщина. То, что это явно не мать и не тётя шерифа, не составило труда догадаться. Жена, сестра, вообще не родственница, а дама, которая следит за хозяйством? Вообще имеет ли она родственные связи с шерифом?
- Удон, мальчик мой, - произнесла с улыбкой дама, глядя на сопровождающего Сакуры. - Какими судьбами ты ко мне заскочил? Неужели решил познакомить со своей подругой?
Юная Харуно взглянула сперва на парня, не особо понимая, как дама могла решить, что они пара, когда Удон явно намного моложе Сакуры, а затем перевела взгляд на незнакомку. Парень же, немного покраснев в смущении, тем временем проговорил, обращаясь к даме:
- Госпожа Хаюми, я тут по поручению шерифа. Нагато просил на время укрыть юную госпожу.
- Что-то серьёзное? - спросила дама, при этом она уже не улыбалась, а слегка нахмурилась, глядя на парня.
Дама отошла немного в сторону, дав возможность пройти в дом Удону и Сакуре, и затворила дверь.
- Пока не могу сказать, - ответил парень. - Но речь идёт о важном деле шерифа.
- О-о, - слегка улыбнувшись, протянула дама, окинув взглядом Сакуру.
Зеленоглазая красавица невольно поёжилась под испытующим взглядом дамы, осознавая, что та каким-то образом в курсе некоторых дел шерифа, но в то же время не могла взять в толк, что за странная реакция на её, Сакуры, появление. При этом юная Харуно не могла понять, почему её нужно было прятать в доме этой женщины. Случись что, вряд ли эта дама сможет что-либо противопоставить вооружённым людям. Да и как-то странно, что шериф не подумал о последствиях. Или как раз подумал, но Сакура просто не в состоянии постичь его замыслы?
- Мальчик мой, ты останешься с нами? - поинтересовалась госпожа Хаюми, обращаясь к Удону.
- Да, некоторое время я тут побуду, коли Вы не против.
- Что ты, я только рада, что ты к нам присоединишься. Мы с подругами как раз собирались выпить чаю, я пирог испекла.
Госпожа Хаюми проводила Удона и Сакуру в гостиную, где на диванчике, о чём-то тихо переговариваясь, сидели три девушки. Стоило гостям приблизиться, как они устремили на прибывших взгляды.
- Дамы, - произнесла с улыбкой госпожа Хаюми, - сегодня нашу компанию разбавит молодой и симпатичный кавалер.
- Я только счастлива буду, - довольно заулыбалась светловолосая дама, поднявшись с диванчика и приблизившись к Удону, приобняв парня за плечи. - А что же ты один, не захватил с собою ещё парочку друзей?
- Все в делах и заботах, - ответил парень.
Сакура же не упустила из виду тот факт, что Удон ещё сильнее покраснел, поскольку светловолосая девушка принялась его крепче обнимать, откровенно тискала, при этом «стреляла» глазками в его адрес.
- Правильно, зачем нам они, когда тут такой красавчик. Присаживайся, сейчас мы тебя приголубим.
- Темари, - деланно строгим тоном пожурила блондинку хозяйка дома, - перестань приставать к мальчику. Совсем несчастного в краску смущения вогнала.
- Завидовать плохо, Конан, - парировала та. - Твоя ревность уже не поможет, поскольку он мой.
- А супругу ты это как объяснишь? - усмехнулась госпожа Хаюми.
- С чего это вдруг я должна этому лентяю что-то объяснять? - в тон ей заявила Темари. - Я не виновата, что он обо мне совсем позабыл, вот и обратила внимание на шикарного красавчика, который тоже от меня без ума. Верно, Удон?
Парень в ответ только что-то пробормотал, больше похожее на: «Только бы он не узнал», а затем, не без труда выбравшись из объятий Темари, прошёл к окну, устроившись на небольшом пуфике.
- Погляди, до чего ты довела мальчика, - протянула с сочувствием другая светловолосая девушка, которая до этого момента хранила молчание. - Узнай Шикамару о вашей «любви», так несчастного парня потом и не сыщут. А ты тут кричишь едва ли не на весь город.
- Скучно с вами, - вздохнула Темари. - Прям подурачиться нельзя.
- Можно, - ответила ей Конан. - Только мальчика не доводи.
- Дамы, за вашими «любовными баталиями», - произнесла темноволосая девушка, - вы упустили одну немаловажную деталь.
- Ой, прошу прощения, - встрепенулась Конан, обернувшись к Сакуре, о которой за это время все успешно успели позабыть. - Проходите, моя дорогая, присаживайтесь. Как Вы уже поняли, моё имя Конан. Это Темари, Ино и Хината, - с этими словами дама поочерёдно указала на каждую из девушек, а те кивнули в ответ.
- Меня зовут Сакура, - сказала зеленоглазая красавица, опускаясь в кресло.
При этом юную Харуно не отпускало ощущение, что она уже где-то видела похожий взгляд, как у черноволосой девушки, которую представили ей под именем Хината. Конечно, людей много, мало ли у кого могут быть похожие глаза, но одно дело, когда голубые, карие или зелёные, а тут весьма странный оттенок. Глаза у Хинаты были не просто серого оттенка, а очень светло-серые. Но за обуревавшими её переживаниями Сакура не стала заострять на этом своё внимание.
Зеленоглазая красавица невольно отметила тот факт, что ей неуютно, когда эта девушка смотрела на неё. Быть может, кому-то и всё равно, кому-то даже нравится её взгляд, но юную Харуно буквально холодом пронизывало, когда Хината обращала на неё взор, хотелось либо уйти, либо закричать, чтобы не смела на неё смотреть.
Кто-то скажет, что это глупые мысли, но Сакура не могла иначе, она чувствовала себя не очень хорошо рядом с этой девушкой. Юная Харуно понимала, что нельзя так реагировать на едва знакомую женщину, но всё равно в глубине души копошилась некая неприязнь. Как и с внешним бликом человека: может быть, кто-то и привлекателен, но в итоге оказывается ещё той тварью, а может статься, что человек внешне не совсем красив, но вот знакомство с ним может являться едва ли не манной небесной.
Сакура невольно сравнила данную ситуацию с одной дамой, которая жила неподалёку от дома родителей девушки. Она была весьма привлекательна, но черты лица дамы, казалось, откровенно говорили всем о надменности, пренебрежении к окружающим... Когда дама разговаривала, многим казалось по тембру её голоса, что она хамит. Её считали эгоистичной натурой.
И вот во время одного из уроков по стрельбе, когда Сакура оттачивала свои умения под надзором учителя на полянке, она стала свидетельницей общения мужчины и этой дамы. Оказалось, что всё совсем не так, как казалось окружающим. Тембр голоса и черты лица, дарованные природой, дама изменить никак не могла, но, стоило только вслушаться в её речь, становилось понятным, что женщина невероятно умна, начитана, весьма разносторонняя и интересная личность. Общаться с нею было сплошным удовольствием, в чём впоследствии и убедилась лично Сакура.
Так вот, для юной Харуно в этот миг было почти то же самое. Ту женщину многие презирали, сторонились, Сакура же с нею очень тепло общалась, а Хинату все тут явно любят, но сама зеленоглазая красавица не желала иметь с нею никаких дел. Быть может, эта девушка сейчас перед нею и вполне хорошая собеседница, милая и добрая, но, как говорится, на вкус и цвет товарищей нет.
Сакура допускала, что могла бы с этой девушкой общаться, но вот подругами бы точно они не стали. Пусть другим Хината явно и нравилась, юная Харуно испытывала к ней неприязнь, хотя и самой себе толком не могла объяснить свои чувства. Ей скорее больше импонировала Темари, хотя Сакура и была знакома тут со всеми всего-то несколько мгновений.
Да и какая, в сущности, разница, кто тут нравится юной Харуно, а кто нет? Она в этом доме лишь на краткий срок, на что весьма надеялась Сакура, затем же, когда всё образуется, уедет домой. Больше она этих людей не увидит, хотя в этой жизни всякое случается, так что нынче не было никакого смысла рассуждать о подобных вещах.
Конан тем временем положила Сакуре на тарелку кусок пирога, налила в чашку чай, а её гостьи в этот момент о чём-то оживлённо беседовали. Удон в беседах дам участия не принимал, время от времени прохаживаясь от одного окна к другому, выходил на улицу, осматриваясь.
Зеленоглазая красавица и не пыталась даже вслушиваться в разговор девушек, стараясь вообще ни о чём не думать, хотя выходило не особо, ведь то и дело возвращалась к мрачным воспоминаниям, опасаясь, что всё напрасно, её найдут, а тогда уже ничто ей не поможет. Встрепенулась же невольно юная Харуно в тот момент, стоило Удону произнести:
- Госпожа Хаюми, к Вам гости.
Конан тотчас упорхнула из гостиной, направившись встречать гостя, а Сакура, которая и без того пребывала вся на нервах, опасалась даже обернуться в сторону дверей. При этом юная Харуно даже не обратила внимания, что Удон особо и не волновался, когда сообщал хозяйке дома о визите кого-то там, что, стало быть, не сулило девушке неприятности. И вскоре Сакура убедилась, что её волнения были напрасны, поскольку услышала недовольный женский голос:
- Вот как так можно?
Спустя пару мгновений в гостиную вошла хозяйка дома, а следом за нею появилась и незнакомка, которую Сакура, как и других девушек, присутствующих в этот момент в комнате, видела впервые.
- Сакура, познакомьтесь, - проговорила Конан, - это Тен-тен.
- Очень приятно, - ответила только что прибывшая девушка, присев в кресло подле Сакуры.
- Мне тоже, - ответила юная Харуно.
- Ты чего такая взвинченная? - поинтересовалась Темари.
- А чему мне радоваться? - буркнула Тен-тен. - В кои-то веки удалось уговорить Неджи поехать со мною прогуляться, а то вечно занят чем-то в последнее время. Так не успели мы даже из города выехать, как появился посыльный, вручив ему какой-то конверт. И что вы думаете? - рыкнула она в недовольстве. - Этот гад быстро прочёл послание, сказал: «Прости, милая, в другой раз, срочное дело», а после умотал. А мне что прикажете делать?
- Может быть, дело действительно важное, - сказала Ино.
- Да хоть сотню раз пусть будет важным и срочным, - продолжала возмущаться Тен-тен, - но мог ведь хотя бы нормально объяснить. Или я того не заслуживаю?
- Я убеждена, - произнесла Конан, - что вскоре всё станет ясно. Могу заверить тебя, что Неджи бы не умчался так просто, ничего не объяснив. И ещё, - госпожа Хаюми склонилась ближе к подруге, понизив голос почти до шёпота, - ты заметила, что тут Удон?
- Ну, я думала, - протянула ей в ответ девушка, - в гости зашёл, передать что-то нужно было.
- Почти угадала, - улыбнулась Конан. - Не дуйся, скоро всё образуется.
В течение всего времени, что дамы провели за разговорами, юная Харуно старалась вести себя неприметно, не участвовала в диалогах, ежели к ней напрямую никто не обращался, да и в этих случаях пыталась отвечать односложно, не вдаваясь ни в какие подробности. Она, конечно же, осознавала, что поступает в некоторой степени некрасиво, поскольку откровенно даёт понять окружающим о своём нежелании находиться в их обществе, общаться с ними, но ничего менять не желала.
Да, вскоре, как надеялась Сакура, она покинет не только этот дом, но и город, так что её не волновало, кто из этих людей что о ней подумает. Пусть даже они каким-либо образом в этой жизни и встретятся ещё хотя бы раз, это для юной Харуно не имело никакого значения. Сейчас зеленоглазая красавица была обеспокоена более важными для неё вещами, нежели чьё-то мнение о её персоне.
Время шло, но никаких известий не поступало, что заставляло Сакуру стенать от неизвестности. Удон никуда не ушёл, оставаясь в доме госпожи Хаюми, что несколько давало надежду девушке на то, что кто-то всё же придёт к парню с сообщением. Только когда хоть какое-то известие будет доставлено? И действительно ли сие произойдёт? Удон запросто может в один прекрасный момент попросту уйти, тем самым юная Харуно окажется в крайне удручающем положении.
Постепенно гостьи госпожи Хаюми покинули её дом, тем самым остались лишь Удон и Сакура. Юная Харуно очень переживала, что парень тоже скоро уйдёт, поэтому, когда Удон действительно сказал Конан, что ему нужно отлучиться ненадолго по важным делам, девушка едва не заскулила в голос. И как долго это будет продолжаться? Сколько ей ещё томиться в неизвестности?
Пока зеленоглазая красавица пребывала в доме Конан, то успела выяснить, что дама является невестой помощника шерифа, когда-то тоже состояла в команде, но затем по неким причинам, что дама не называла, она оставила службу, занимаясь нынче своими любимыми делами.
И что-то юной Харуно подсказывало, что обстоятельствами, заставившими даму уйти из команды шерифа, были настоятельные требования Яхико и Нагато, поскольку нечего женщине подвергать свою жизнь опасности. Конечно, всякое могло случиться, но девушка склонялась более к данной версии. Да и к помощи Конан лучше прибегать вот так, как сейчас, скрытно, что вполне удобно для мужчин.
То ли понимая, поскольку девушка тут не просто ради собственного удовольствия, вот и такая отстранённая, то ли не желая разговаривать с хмурой особой, то ли ещё что-то, но Конан особо и не старалась разговорить и как-либо развеселить юную Харуно. Госпожа Хаюми обращалась к ней лишь тогда, когда что-то действительно было нужно, как радушной хозяйке: интересовалась, не голодна ли её гостья, не желает ли прилечь, чем-либо заняться, дабы скоротать время…
Сакура даже в некоторой степени была ей благодарна, поскольку тоже не горела желанием с кем бы то ни было общаться в том состоянии, в котором нынче пребывала. В итоге к тому моменту, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряно-лиловые тона, юная Харуно до такой степени извелась, что была готова наброситься на любого, кто хотя бы даже просто глянет в её сторону.
Когда совсем стемнело, Сакура была готова послать всё и всех, помчавшись лично за новостями. В тот момент, когда кто-то постучал в дверь, зеленоглазая красавица едва не подскочила на месте, сердце забилось в учащённом ритме. Девушка не знала, к чему ей и готовиться. Это кто-то просто в гости зашёл к госпоже Хаюми? Или принесли всё же хоть какие-то вести? Быть может, это вообще по её душу прибыли, причём далеко не люди шерифа?
Каково же было облегчение, когда юная Харуно, выйдя из гостиной в прихожую, узрела беседующего с Конан молодого парня, которого, если она верно припоминала, звали Конохамару. Заметив девушку, он слегка склонил голову, приветствуя молодую леди, а затем проговорил:
- Госпожа Харуно, шериф просил передать, что Вам нет нужды более тревожиться, всё под контролем.
- То есть я могу спокойно уже выйти отсюда? - протянула с толикой неуверенности Сакура. - Или мне ещё какое-то время необходимо посидеть незаметно?
Сомнения девушки не были необоснованными, поскольку по тем данным, что передал ей только что Конохамару, юная Харуно не могла понять всей картины происходящего. Вполне могло статься, что шериф со своими людьми что-то там провернул, но отнюдь не вся угроза для девушки устранена. Быть может, выйди она на улицу, её кто-то из оставшихся на свободе бандитов тотчас и подкараулит.
- Да, Вам ничего не угрожает, - кивнул парень. - Шериф сказал, если госпожа Хаюми не против, - с этими словами он взглянул на хозяйку дома, - Вы можете провести некоторое время, покуда не приедут Ваши родные, в её доме. Но можете, если желаете, провести это время в гостинице.
- Без проблем, - сказала Конан.
- Нет, я лучше отправлюсь в гостиницу, - заявила Сакура.
- Вы мне нисколько не мешаете.
- Нет, так будет лучше. Я Вам благодарна, госпожа Хаюми, но не вижу нужды и далее злоупотреблять Вашим гостеприимством, - сказав это, Сакура обернулась к парню, поинтересовавшись: - Вы покажете мне, куда идти?
- Конечно, - ответил Конохамару. - Прошу за мною.
Поскольку Конохамару, явно не ожидавший, что девушка решит покинуть дом госпожи Хаюми, прибыл без экипажа, поэтому он просто шёл подле юной Харуно, ведя своего коня под узды. Можно было, конечно, и усадить юную леди в седло, но Сакура отказалась, заявив, что желает пройтись немного, если только это не повлечёт за собою какие-либо проблемы.
- В гостиницу мы в любое время можем наведаться, - заявил ей парень, когда юная Харуно высказала свои опасения, ведь час уже довольно поздний. - А я никуда и не тороплюсь, только рад прогуляться в компании красивой леди.
- Надеюсь, что у меня хватит оставшихся денег, - спохватилась несколько запоздало Сакура, - чтобы провести ночь в гостинице, а то будет крайне неловко возвращаться посреди ночи к госпоже Хаюми.
- Не переживайте по данному поводу, хозяйка гостиницы разместит Вас на ночь совершенно бесплатно.
Как и говорил парень, хозяйка гостиницы не высказала ни слова, которой явно не внове подобное, либо была заранее предупреждена, что может в поздний час пожаловать юная леди, которой, по просьбе шерифа, нужно на некоторое время предоставить комнату. Дама просто провела Сакуру к нужному номеру, отдала ей ключ, поинтересовалась, не нужно ли что, а затем удалилась по своим делам.
Юная Харуно, присев на кровать, оглядела грустным взглядом номер, глубоко вздохнула, а затем, погасив свет, сняла одежду и легла спать. Сон долгое время не шёл, хотя Сакура была ужасно измотана, причём не только морально. Да, нервное напряжение давало о себе знать, при этом и двое суток практически без сна сказывались не самым лучшим образом, но мысли, терзаемые девушку, всё же не позволяли уставшему организму получить долгожданный отдых.
Когда же всё-таки зеленоглазая красавица смогла забыться сном, в иллюзорном мире она вновь переживала прошедшие моменты, хотя и с некоторыми изменениями. Как бы то ни было, но ближе к полудню Сакура проснулась вполне отдохнувшей. Можно было и ещё немного поспать, ведь вряд ли её прогонят, но девушке более не хотелось спать.
Для Сакуры стало удивлением, когда девушка спустилась вниз, что хозяйка гостиницы предложила ей принять ванну, приготовила вкусные яства, при этом всё было абсолютно бесплатно. Юная Харуно понимала, что это всё лишь благодаря содействию шерифа, но всё равно чувствовала себя крайне неловко.
Поблагодарив за всё даму, зеленоглазая красавица, разузнав предварительно, как ей добраться до участка шерифа, направилась в нужном ей направлении. Рассматривая дома и витрины магазинчиков, при этом всё же не сдержавшись и прикупив себе парочку пирожных, Сакура довольно скоро добралась до цели.
Шерифа в участке не оказалось, как и его помощника, зато присутствовал Удон. Парень не знал обстоятельств произошедшего, либо попросту, как решила юная Харуно, не желал трепаться кем бы то ни было без дозволения начальника, поэтому не смог посвятить девушку в суть дела.
Поскольку Удон не знал или не хотел по каким-то там своим соображениям говорить девушке, когда появится шериф, парень предложил ей немного прогуляться по городу, дабы скоротать время. Что же, юной Харуно даже несколько понравилась экскурсия, которая отвлекла девушку от мрачных мыслей, пусть и ненадолго, поскольку Удон водил её по довольно красивым и интересным местам.
В итоге за весь день зеленоглазой красавице так и не удалось встретиться и побеседовать с шерифом, который отсутствовал в городе всё это время по каким-то там важным делам. На ночь Сакуру вновь сопроводили в гостиницу, а вот поутру за нею заехал Конохамару, заявив, что шериф ожидает девушку в участке.
Естественно, юная Харуно тотчас направилась в участок в сопровождении Конохамару. Шериф, занимаясь своими делами, некоторое время не обращал внимания на девушку, чем её несказанно раздражал, ведь, коли не желаешь сейчас общаться, занят, то и нечего было её звать. Зато спустя четверть часа зеленоглазая красавица поняла, зачем её позвали, что она дожидалась.
Сперва девушка услышала, что к участку подъехал экипаж, а затем, когда дверь распахнулась, увидела тех, кто и прибыл. С одной стороны, Сакура была рада, а вот с другой стороны, она не была ещё готова к тому, что придётся объясняться. Да и не особо-то она и хотела кое-что открывать, пусть даже и собственным родителям.
- Девочка моя, - бросилась к Сакуре её мать, крепко обнимая. - Я едва с ума не сошла от переживаний. Какой ужас, до сих пор не могу поверить.
- Я в порядке, мама, - ответила зеленоглазая красавица.
- Ты не пострадала? - продолжала Мебуке, немного отстранившись, рассматривая дочь.
- Нет.
- Как же ты, наверное, перепугалась. Не могу представить, что ты пережила за эти дни.
- Всё было не так плохо, как тебе кажется, - ответствовала Сакура, невольно отводя взор.
В памяти тотчас всплыли некоторые моменты, что довелось девушке пережить, пока она находилась в том домике. Что-то действительно наводило на неё страх, да и то лишь большей частью в первые дни, что-то вспоминалось с улыбкой, что-то с тоской.
- Бедняжка моя, - продолжала причитать Мебуке. - Ума не приложу, как ты провела в руках этих чудовищ столько времени.
- В руках чудовищ я провела последние дни, когда меня освободил шериф, - буркнула зеленоглазая красавица.
- Я не понимаю, - протянула мать девушки, взглянув сперва на дочь, а затем и на шерифа.
- Да что ты её слушаешь? - заявил отец Сакуры, обращаясь к супруге. - Разве не видишь, что она настолько перепугалась, что едва соображает? Я же говорил, что за её напускной бравадой скрывается слишком изнеженная и ранимая девица. А всё твоё пагубное влияние.
- Я бы не стал сие утверждать, - вмешался шериф. - Юная леди показала себя поистине с лучшей стороны, её выдержке и храбрости можно лишь позавидовать. А вот если продолжить тему о чудовищах, то это Вы, господин Харуно, как раз и отдали дочь в их лапы.
- Ты что несёшь, щенок? - рявкнул мужчина. - Как ты смеешь обвинять меня в похищении собственной дочери?
Шериф же, казалось, отнюдь не был напуган, даже не сдвинулся места, когда отец Сакуры шагнул к нему, намереваясь то ли ударить, то ли попытаться просто запугать. Нагато даже бровью не повёл, что разозлило ещё пуще мужчину, но и одновременно вселило в него некий страх. Кизаши понимал, что шериф сильнее его физически, при этом смутно осознавал, что Нагато не просто так заявил подобное, пусть и не желал с этим соглашаться.
- А разве я это сделал? - скучающим тоном протянул шериф. - Я лишь сказал, что Вы отдали дочь в руки чудовищ, но не обвинял в инсценировке её похищения. Тот, кого Вы, господин Харуно, прочили в женихи своей дочери, которого так рьяно умасливали, оказался отъявленным преступником.
Кизаши не нашёлся с ответом. Ему хотелось и продолжить спор с шерифом, пытаясь оправдать себя, и попытаться как-то вообще сменить тему, но ничего не приходило на ум существенного.
- Он сам похитил её? - ужаснулась Мебуке.
- Нет, тут дело в ином, - сказал Нагато.
- Откуда нам было знать, кто он такой? - продолжал возмущаться господин Харуно. - И откуда нам знать, что сейчас слышим правду, а не ты пытаешься оклеветать человека, повесив на него все грехи?
- Это уж вам самим решать, чему верить, - пожал плечами Нагато, а затем взглянул на Мебуке и Сакуру, откровенно дав понять Кизаши, что с ним беседовать не желает. - Ныне можете не переживать, преступники более не представляют угрозу, тем более для вашей дочери.
- Но кто же тогда причастен к бедам моей девочки? - спросила госпожа Харуно. - Или это были разборки между бандитами, она стала разменной монетой.
- Можно и так сказать, - ответил ей шериф, не сводя при этом взгляда с Сакуры.
Зеленоглазая красавица отвела взор, чувствуя себя не очень хорошо под испытующим взглядом шерифа. Ей казалось, что он вот-вот объявит во всеуслышание, что она сама не такая уж и невинная овечка, её тоже можно обвинить кое в чём. Но Нагато молчал, лишь внимательно глядя на девушку.
- В следующий раз, если захотите проявить свою власть в отношении судьбы дочери, советую получше разузнать о кандидате в мужья для неё, а уже затем и строить с ним какие-либо совместные планы. В этой жизни всякое случается.
- А вот это лишь нам решать, - прошипел Кизаши. - Ещё доказать нужно, что действительно не оболгали вы тут все человека.
- Проверяйте. Только лучше сосредоточьте свои силы на попытке создать благополучное будущее для дочери.
- Всё ли хорошо теперь? - продолжала выспрашивать Мебуке, прерывая поток возмущений супруга, которые тот планировал выплеснуть на шерифа, устроив очередной скандал. - Мы можем забрать дочь домой? Девочка и без того уже натерпелась.
- Да, - кивнул шериф, - вы можете смело отправляться домой.
- Вот и отлично, - рыкнул Кизаши, направляясь на выход из участка. - Шевелитесь, Мебуке, Сакура.
Госпожа Харуно, извинившись за ужасное в который раз поведение супруга, взяла дочь за руку и направилась было с нею на выход, но Сакура, остановившись, попросила мать дать ей возможность пару слов сказать шерифу. Когда Мебуке удалилась, зеленоглазая красавица, помявшись несколько мгновений, проговорила, обращаясь к Нагато:
- Шериф Узумаки, я Вам благодарна за все Ваши старания, Ваших людей. Простите моего отца, но он в последние годы просто невыносим.
- Не переживайте, юная леди, - ответил ей Нагато с лёгкой улыбкой на устах. - Меня подобный гонор не трогает. А вот у Вашего отца могут когда-нибудь возникнуть серьёзные проблемы, ведь не все люди терпеливы, будут сносить откровенное хамство в свой адрес.
- Я это понимаю, - вздохнула Сакура. - А вот отец всерьёз считает, что ему все должны.
- Если человек не пожелает сам измениться, то это лишь его проблемы. Хорошо, если ничего не произойдёт, но в жизни всякое случается, лучше не загадывать, не испытывать судьбу.
- Я ещё спросить хотела кое-что, - протянула зеленоглазая красавица. - Тот человек, который помог мне… Как он?
Шериф молчал, и юная Харуно, которая в течение диалога старалась смотреть в пол, невольно подняла на него взор, не понимая, в чём причина заминки. То, каким взглядом на неё смотрел Нагато, заставило девушку поёжиться.
- Юная леди, - сказал шериф, внимательно глядя на юную Харуно, - давайте с Вами договоримся раз и навсегда. Я не люблю, когда меня держат за полного идиота, поэтому не советую, тем более после выходок Вашего отца, испытывать моё терпение на прочность. Заверяю Вас, ни чем хорошим подобное не кончится.
- Я не понимаю…
- Понимаете, - с толикой недовольства в голосе заявил Нагато, оборвав попытки девушки оправдаться. - И давайте сделаем так, что эта маленькая тайна останется между нами. И впредь я бы Вам посоветовал не играть подобным образом с законниками. Попытка выгородить преступника карается сурово. Подумайте об этом.
- Но ведь…
- Давайте закончим этот разговор. Я забуду о Вашей выходке, а Вы впредь будете более вдумчивы и осмотрительны.
- Премного благодарна за совет, - бросила ему Сакура.
Девушка была одновременно напугана и сердита. Да, зеленоглазая красавица осознавала, что шериф может запросто обвинить её в пособничестве преступникам, поскольку она выгораживала виновного в похищении человека, но в то же время её злило, что Нагато подобным образом с нею разговаривает. Хочет наказать по закону? Пожалуйста, она не станет сопротивляться, ведь действительно виновна, но сперва пусть скажет ей то, что она желала знать.
- Всего доброго, юная леди.
Судя по взгляду Нагато, юная Харуно осознала, что он прекрасно понимает, о чём она только что думала. Но подобное вовсе не трогало девушку, поскольку она считала, что пусть лучше шериф знает, что её не так-то просто запугать. Она не позволит кому бы то ни было диктовать условия, а сама выберет свою судьбу, пусть даже сие и обернётся для неё катастрофой. Развернувшись, Сакура подошла к двери, но, замерев на несколько мгновений, не оборачиваясь к шерифу, спросила:
- Он жив?
- Да.
- И что с ним будет?
Ответа не последовало, да и зеленоглазая красавица не особо и рассчитывала на подобное. Глубоко вздохнув, она покинула участок, направившись к экипажу, в котором её дожидались родители. Около трёх часов семья Харуно провела на вокзале, пока не прибыл поезд, который и должен был доставить их домой.
Сакура даже думать не хотела, как в дальнейшем сложится её судьба. Теперь любой уважающий себя мужчина не захочет иметь с нею дел, если прознает о том, что она уже давно не невинна, при этом ещё и произошло сие в момент её пребывания в плену. Нет, юная Харуно не переживала по данному поводу, но вот для её родителей эта новость станет ударом. Может быть, они даже решат переехать куда-либо, дабы скрыться от позора, ведь слухи подобного рода молниеносно облетают маленькие города.
Сейчас Сакура продолжала переживать лишь за состояние того, кто остался в этом городе, оказавшись в руках законников. Конечно, существовал шанс, что друзья как-то попытаются помочь ему сбежать, но сие маловероятно, весьма рискованно. Шериф не допустит подобного, ещё и получит шанс схватить остальных. Юная Харуно считала, что пусть ему лучше грозит тюрьма, ведь мысль о том, что его могут повесить, сводила её с ума.
Поезд уносил девушку и её семью всё дальше от города, мчась по пустынным прериям. Сакура же не обращала ни на что внимания, устремив невидящий взгляд в окно, пребывая в своих тяжких думах. И почему-то зеленоглазой красавице казалось, что прежней жизни уже более никогда не будет. А потом… Об этом девушка не хотела даже задумываться. Видимо, ей не суждено стать счастливой.

Похитители. Глава 16

И вновь однообразные скучные будни, которые так опостылели. Первое время родители старались не трогать особо Сакуру, поскольку Мебуке настояла, что дочери необходимо прийти в себя после похищения и столь длительного нахождения в плену, где она явно натерпелась страху. Кизаши не видел в словах супруги смысла, поскольку было отчётливо заметно, что Сакура отнюдь и не переживает сильнейший стресс, но перечить не стал, дав девушке и себе время.
А вот спустя пять недель для зеленоглазой красавицы вновь начались мучения. Её отец решил, что довольно уже ей прохлаждаться, делая вид, что произошедшее так сильно отяготило её ранимую душу, поэтому продолжил то, что ранее временно прервалось по причине похищения девушки. Кизаши вновь принялся с остервенением подыскивать дочери женихов, то и дело приглашая кого-либо из мужчин к себе домой, отправляясь с Сакурой к кому-нибудь в гости, на различные празднества и мероприятия.
Даже Мебуке, которая сильно переживала за здоровье Сакуры не только в моральном, но и физическом плане, тоже старалась сделать так, чтобы девушка оказывалась в обществе холостых мужчин, надеясь, что таким образом дочь забудет произошедшее, вновь будет радоваться жизни. Она повсюду таскала за сбою Сакуру, надеясь, что она кому-либо понравится, кто-то и ей придётся по душе.
Первое время зеленоглазая красавица открыто заявляла, что не собирается ни с кем заводить близкие отношения, что ей вообще претит всё это насильственное знакомство, но в итоге нарывалась лишь на скандалы, в которых отец едва сдерживался, дабы не поднять на дочь руку. Даже мать порою поражалась поведению дочери, полагая, что на неё так повлияло похищение, иначе Сакура бы не разговаривала таким надменным тоном с родителями.
В итоге юной Харуно надоело всё это, поскольку выяснение отношений с родителями ни к чему хорошему не приводили, поэтому она попросту перестала на всё обращать своё внимание. Конечно, она продолжала ходить с родителями по их знакомым, но откровенно игнорировала окружающих, бывало даже, что провоцировала скандалы, так что потенциальные женихи исчезали в мгновение ока.
Естественно, её родители видели, что дочь нарочно отталкивает от себя всех вокруг, но выяснение отношений не помогало. Сакура просто игнорировала крики родителей, закрывалась в комнате, а бывало, что вообще покидала дом на весь день, возвращаясь ближе к полуночи, что вообще неприемлемо для молодой и незамужней девушки, при этом Кизаши и Мебуке и понятия не имели, где она всё это время ходит, чем занимается.
Скандалы стали едва ли неотъемлемой частью жизни семьи Харуно, практически каждый день Кизаши кричал на дочь, упрекал её в безнравственности, распущенности, цинизме, напыщенности, чванливости, но Сакура абсолютно не реагировала ни на что, словно её это не касалось, вообще девушки в этот момент рядом не было.
- Неужели ты всерьёз думаешь, что я и дальше стану терпеть твои выходки? - прорычал Кизаши, когда Сакура в очередной раз в довольно грубой форме отвергла очередного поклонника, которого её отец пригласил в гости.
- Могу то же самое сказать, - ответствовала зеленоглазая красавица.
У Кизаши глаза едва ли не кровью налились. Мебуке, предчувствуя жуткий скандал, не знала даже, что ей и предпринять. Вмешайся она сейчас, муж не станет разбираться, на чьей именно она стороне, отвесив и ей оплеуху. Сакура же со спокойным видом направилась в свою комнату.
- Я не дозволял тебе уходить, - сжимая в бешенстве кулаки, прошипел господин Харуно.
Девушка не удостоила отца ответа и даже взгляда, удалившись из гостиной.
- Эта паршивка переходит все границы, - сказал Кизаши, когда остался с супругой наедине.
- Девочка просто ещё не отошла от пережитого кошмара, - попыталась заступиться за дочь Мебуке.
- Не пори чушь. Она уже полтора месяца ведёт себя подобным возмутительным образом. Причём спешу заметить, что становится лишь хуже с каждым днём.
- Видимо, следовало всё же съездить с нею к лекарю, что нам рекомендовали. Ты же видишь, что у неё серьёзная травма, а не обычный шок от пережитого.
- Травма? - язвительно протянул Кизаши. - Она попросту переняла привычки бандитов. Эта поганка и ранее вела себя отвратительно, а сейчас просто окончательно от рук отбилась.
- Я уверена, ты ошибаешься, - сказала Мебуке, хотя и сама понимала тщетность свои слов.
Сакура действительно слишком откровенно демонстрировала не только родителям, но и окружающим, что ей наплевать на всё, на установленные правила, на будущее. Госпожа Харуно осознавала, что девушка наверняка подверглась сильной эмоциональной встряске, что и послужила толчком к подобному, но в то же время разделяла мнение супруга относительно того, что Сакура просто окончательно потеряла контроль.
Юная Харуно, по мнению родителей и их знакомых, слишком уж стала нахально себя вести, не слушалась совершенно, а подобное было непростительно. В их небольшом городке слухи о том, что девушка ведёт себя подобным образом, быстро распространились. Если и ранее Сакуру особо не считали достойной юной леди, приписывая ей всякие странности, вследствие чего над зеленоглазой красавицей то и дело посмеивались, то теперь стало намного хуже.
Мебуке осознавала, что в их городке и близлежащих окрестностях отныне найти хорошего супруга для дочери ей и Кизаши не удастся. Сакура уверенно перечеркнула все попытки родителей устроить ей достойную жизнь в браке. Ну, естественно, о себе они тоже не забывали, но в данном вопросе среди большого количества людей подобное являлось некой нормой, так что они не видели ничего зазорного в том, чтобы сыскать дочери богатенького муженька, вследствие чего и им бы с этого кое-что перепало, причём не только в денежном эквиваленте.
- С меня довольно, - заявил господин Харуно. - Более я не позволю этой мерзавке портить мне жизнь. Если она думает, что я спущу ей с рук унижения, которые то и дело приходится испытывать из-за её дрянного характера, то глубоко заблуждается. Либо она выйдет замуж за того, кого я ей выберу, перестанет устраивать весь этот идиотизм, либо я её отправлю в самое далёкое поселение, где она сама будет о себе заботиться.
- Ты хоть понимаешь, чем сие для неё обернётся? - ужаснулась его супруга.
- Пусть знает, чем заканчивается подобное неуважение к родителям и окружающим.
Господин Харуно удалился по своим делам, оставив супругу в гостиной наедине с её мыслями. Мебуке понимала, что муж прав, но от этого легче не становилось, поскольку вскоре её дочь могла оказаться в очередных неприятностях. Вот почему она такая упёртая? Выбрала бы одного из претендентов, которых родители ей сватали, так и не случилось бы подобного. Теперь же и не узнаешь наперёд, что предпримет Кизаши, кто окажется тем, за кого мужчина отдаст практически насильно свою дочь.
Мебуке не могла никак понять, что случилось с Сакурой, почему дочь стала такой. Да, девушка и ранее была несколько взбалмошной, безрассудной, но то, что творилось сейчас, ни в какие рамки не укладывалось. Неужели всё же в плену с нею что-то сделали бандиты, раз девушка настолько изменилась. Может, всё же стоит показать её лекарю? Или уже слишком поздно?
Когда госпожа Харуно как-то сказала о подобном супругу, Кизаши заявил, что нечего ещё и подобное выносить на суд общественности. В их небольшом городке всё становится известно с невероятной оперативностью. Прознай кто, что Сакура сошла с ума, то жениха они ей точно даже среди самых нищих слоёв общества не сыщут. Господин Харуно сказал тогда, что сперва нужно отдать её замуж, а тогда сие, ежели действительно имеет место быть, уже будет проблемой супруга девушки. Пусть попробует доказать, что она уже была не в своём уме до свадьбы.
Сакура же, переодевшись, покинула дом, ни слова не сказав матери, куда и с какой целью направляется, что стало уже обычным делом. Зеленоглазой красавице порядком осточертело выслушивать едва ли не каждодневные скандалы, терпеть оскорбления, выносить опостылевших потенциальных женихов, с которыми её насильно знакомили.
Единственной отдуШиной для девушки были тренировки. Сакура то и дело наведывалась на ранчо к бывшему шерифу их небольшого городка, который и обучил её некогда стрельбе из револьвера. Не то чтобы зеленоглазой красавице требовалось оттачивать свои умения, просто ей так было спокойнее. Никто её не заставлял вести себя подобающе леди, словно она на приёме королевы, которая выбирает себе невестку, никто не говорил всякие гадости, не уверял, что нужно вот так делать что-либо, а не иначе, вообще жить. Тут не было никаких напыщенных женихов, которым родители пытались её продать, не было завистливых и косых взглядом, пересудов за спиною.
- Ты сегодня что-то совсем грустная.
Вздохнув, Сакура положила на стоящий рядышком ящик револьвер, обернувшись к тому, кто и произнёс данную фразу. В пяти шагах от неё стоял пожилой, но не утративший до конца былой привлекательности и стати мужчина, который взирал на девушку с тёплой улыбкой на устах.
- Почему же? - протянула Сакура, улыбнувшись в ответ, надеясь, что её трюк сработает.
- Ты без интереса даже стреляешь, просто на автомате.
- Задумалась просто.
- Подобные оправдания прибереги для кого другого, - заявил мужчина серьёзным тоном.
Сакуре оставалось лишь смириться с тем, что он прекрасно умеет угадывать чувства людей, словно читает мысли.
- Просто устала, - сказала зеленоглазая красавица, склонив голову, пряча тем самым взгляд.
- Вижу, они совсем тебя допекли. Наслышан о тех, кого тебе родители пророчили в мужья. Ты ни с кем из них точно не уживёшься.
- А также о том, как я себя веду, - грустно усмехнулась девушка.
- Ну, ты всегда была немного своевольна, - ухмыльнулся мужчина. - Поверь, девушки с характером дорого ценятся. Нет, я не говорю, что излишний выпендрёж кому-то нравится, как и излишня покорность. Подобное по душе только таким же пустышкам, как и они сами. Те, кто родились в «грязи», всю жизнь с нею живут, в ней копошатся, мерят всех вокруг по своим «грязным» стандартам, а гонору, словно они королевских кровей. Гниль из таких не вытащить, потому что они из неё состоят. Ты никогда, сколько я тебя помню, не пыталась показаться выше кого-то, надменнее, не была высокомерна, но при этом знала себе цену, не унижалась, не подстраивалась под чьи-то интересы.
- И что толку? - произнесла Сакура. - Я оказалась на дне, с которого теперь и не выбраться.
- Милая, запомни, что бриллиант, упавший в грязь, всё равно останется бриллиантом, а пыль, взлетевшая благодаря ветру до небес, всё равно останется пылью.
- Кто будет разбираться, что там внизу, в грязи, - спросила зеленоглазая красавица, - когда всем хочется в небо, пусть даже ветер и носит по воздуху пыль?
- Кому нужно, тот будет копаться в чём угодно, на любой глубине, - заявил ей со знанием дела мужчина. - Ежели ты себя перестанешь ценить, то зачем кому-то это делать за тебя? Ты всегда была собою, так почему сейчас готова всё бросить и сдаться?
- Устала, - выдохнула Сакура. - Порою мне всё чаще кажется, что лучше быть тупой бабищей, помешанной на шмотках и цацках, думающей лишь о том, как бы с какого мужика побольше денег содрать. Вот Вы говорите, что подобное плохо, но выходит, что такие как раз и получают всё, а подобные мне вынуждены лишь смотреть на всё со стороны.
- То есть хочешь сказать, что, уж прости, лизать кому-то из-за денег задницу, даже самым отвратным и старым личностям, это предел мечтаний?
- Нет, но выходит, что именно на таких сейчас и спрос.
- И что? Хочешь уподобиться им? Хочешь стать ничтожеством, которое просто временно используют для сомнительного удовольствия, а потом вышвыривают на помойку, заменив новым тупоголовым существом? Девочка моя, ты начинаешь меня пугать.
- Всё не так, - принялась оправдываться Сакура, видя неодобрение в глазах мужчины. - Просто… Вот Вы говорите, что подобные мне девушки нравятся достойным мужчинам, но я вижу лишь то, что вокруг спрос на вот таких существ. Почему на, скажем так, хороших девушек почти не смотрят, зато с удовольствием общаются с иными личностями?
- Потому что этих личностей, - сказал ей мужчина, - полно на каждом шагу. Да и достойных мужчин, что тоже крайне прискорбно, всё меньше и меньше становится, как и женщин. Найти друг друга всё тяжелее в этом прогнившем до основания мире. На дешёвый товар всегда слетаются любители халявы, а подобное никогда хорошим не заканчивается.
- И что же делать, если, так сказать, дорогой и ценный товар залежался, а его никто не берёт? Он ведь вскоре придёт в негодность. Почему бы и не снизить чуток цену, тогда, быть может, кто и возьмёт.
- На каждый товар всегда найдётся свой купец.
- А ежели не найдётся?
- Конечно, можно снижать цену до тех пор, пока не появится кто-нибудь, приобретя ценность за гроши, чтобы потом похвастаться перед друзьями, полюбоваться чуток самому, а затем забросить куда-либо за ненадобностью.
Сакура отвела взор. Да и что она могла сказать, когда сама всё прекрасно понимала, разделяла убеждения этого человека, но легче не становилось, поскольку время шло, а толку никакого, ситуация лишь ухудшалась. На неё давили со всех сторон, причём не только общество, но и родители. И как же жить ей теперь, когда разум твердит одно, а сердце и душа упорно молят об ином?
- Ладно, давай не будем о плохом, - сказал мужчина. - Ты и без того вся на нервах, ещё и я тут тебя терзаю. Поведай лишь старику кое-что, ежели только не тайна за семью печатями.
- Что именно?
- Сама-то драгоценность имеет на примете кого-либо, кому хотела бы достаться?
Зеленоглазая красавица повела плечиком, взглянула в сторону, помолчала немного, а затем ответила:
- Возможно. Только толку от подобного желания, ведь оно несбыточно.
- Всякое в этой жизни может случиться.
- Нет, - вздохнула Сакура, покачав головою. - И не спрашивайте о причинах.
Да мужчина и не настаивал на полном ответе. Он давненько заприметил, что Сакура сильно изменилась после возвращения домой. Не имеет значения, что именно стало причиной столь кардинальных перемен, если только сие не во вред ей будет. Понимал он и то, что зеленоглазой красавице действительно тяжко придётся, ежели родители её продолжат давить на дочь, вновь попытаются насильно выдать её замуж, ведь сие закончится для Сакуры катастрофой.
Вскоре юная Харуно оправилась домой, хотя и не хотелось. Она догадывалась, что её вновь ждёт очередной скандал, в который раз её будут заставлять сделать так, как угодно другим, но не ей самой. Неужели это никогда не закончится? Почему она должна страдать? Можно было бы согласиться на требования родителей, но добровольно отдаваться в рабство, становиться безвольной куклой, от которой требуется лишь безоговорочное послушание, девушка не желала. Да и сердце не желало другого.
Вечером родители её совершенно не трогали, что зародило в душе зеленоглазой красавицы подозрения. Отец не ругал дочь за то, что вновь поздно вернулась домой, где-то моталась весь день, вёл ни к чему не обязывающую беседу с супругой. Сакура то и дело переводила задумчивый взгляд с матери на отца и обратно, пытаясь понять, что они задумали, ведь подобное затишье неспроста, явно грянет буря.
Ночь прошла более-менее спокойно, хотя Сакура едва смогла нормально поспать, терзаемая неприятными предчувствиями. За завтраком всё повторилось, что уверовало девушку в грядущей катастрофе. И вот, словно издеваясь над зеленоглазой красавицей, произошло то, чего она так опасалась.
Господин Харуно в очередной раз болтал с супругой о чём-то там своём, словно и не замечая сидящей рядом дочери, и как бы между делом заявил супруге, что всё готово, осталось только дождаться приезда какого-то господина, они подпишут договор, а затем, обернувшись к замершей в предчувствии чего-то ужасного для себя Сакуре, сказал:
- Через неделю состоится твоё обручение. Прибудет один из тех господ, кого тебе ранее представляли, он и станет твоим супругом. Советую вести себя достойно, иначе пожалеешь. Мне с трудом удалось убедить его, что ты лишь проверяла, понравишься ли ему всерьёз, вот и строила из себя надменную ледышку.
Сакура аж рот открыла от подобного. Неужели вновь она должна пережить всё то, что случилось ранее? Неужто для её родителей прошлый урок жизни оказался пустым звуком? Для чего они вновь хотят отдать дочь тому, кто по их мнению является выгодной для неё партией, а ей самой противен до умопомрачения? Нет, хватит, более девушка не собиралась добровольно совать голову в петлю.
- Ни за что я не выйду замуж за того, кого вы выбрали, исходя из собственных соображений, - заявила зеленоглазая красавица, - а не лелея мечту о моём благе.
- Ты выйдешь за него, - зашипел на дочь Кизаши. - Только посмей воспротивиться, так я…
- Что? - оборвала Сакура речь отца. - Заставите силой? Попробуйте.
- Ты ещё пожалеешь о подобном, - грозно выпалил господин Харуно.
Сакура прекрасно отдавала себе отчёт в том, что собиралась сделать, но иного пути она не видела. Так или иначе, но ей больше не было смысла скрывать подобное, тем более что вскоре сие всё равно стало бы известно. Доводить до крайности девушка ситуацию не собиралась, поэтому решила прямо здесь и сейчас поставить родителей в известность, дабы более им неповадно было решать за неё её судьбу.
- Кстати, а тот, - произнесла зеленоглазая красавица с некой толикой ехидства, глядя то на отца, то на мать, - кого вы выбрали себе в качестве зятя, в курсе, что та, кого вы ему столь настоятельно пытаетесь сбагрить в качестве супруги, уже давно не так невинна, как вы все думаете?
Несколько мгновений за столом царила тишина. Когда Кизаши и Мебуке осознали, что именно хочет им сказать дочь, которая явно не лгала, они впали в немой шок. Конечно, можно было с лёгкостью развеять ложь девушки, банально показав её лекарю, но что-то господин и госпожа Харуно не сомневались в том, что Сакура сейчас говорит чистую правду.
- И это не было насилием, - продолжала тем временем юная Харуно, добивая самообладание родителей, - всё произошло по обоюдному согласию. Хотя нет, есть исключение, ведь я сама являлась инициатором.
- Что ты такое говоришь? - прошептала с ужасом во взгляде Мебуке. - Доченька, я понимаю, ты расстроена, тебе не по нраву жених, принуждение к браку, хотя мы действуем во благо тебе, пусть ты и не понимаешь этого пока, но подобная ложь…
- Это правда. Я спала с теми, кто меня похитил, причём сама прыгнула к ним в постель. Проверяйте, если не боитесь огласки в вашем излюбленном городе.
Естественно, Сакура лгала, заявляя, что спала сразу с несколькими мужчинами, а не с одним единственным, причём заявляла, что сие было много раз, а не всего-то одну ночь, но в данном случае это не имело никакого значения, был важен сам факт, что девушка уже не невинна. И чем сильнее она очернит себя в данном вопросе, тем больше шансов избежать ненавистного замужества.
- Убирайся прочь с глаз моих, грязная потаскуха! - рявкнул Кизаши, побагровев от бешенства.
Сакура же спокойно поднялась из-за стола, направившись на выход. Она не желала сейчас сидеть в комнате, а хотела немного пройтись. Теперь ей явно светит ссылка в какое-либо отдалённое поселение, либо же, что скорее всего и произойдёт, её отдадут в монастырь. Как бы то ни было, теперь о прежней жизни она может лишь мечтать.
Нет, юная Харуно отнюдь не сожалела о содеянном, хотя ей хотелось сбежать отсюда как можно дальше. Жаль, что у неё не было достаточно средств, чтобы уехать. Нет, на билет она наскребла бы немного своих сбережений, но ведь нужно где-то и на что-то жить ещё, а такими средствами она не располагала.
Зеленоглазая красавица брела по улице, ни на что не обращая внимания, поглощённая своими тяжкими думами. Сейчас ей как никогда казалось, что лучше бы она осталась в том городе, упросив шерифа помочь ей с какой-либо работёнкой, попыталась бы накопить немного денег, чтобы жить одной. И всё равно, как бы сие смотрелось со стороны, зато она была бы свободна, никто не диктовал бы, как надлежит ей жить, не подсовывал бы женихов, от одного вида которых её тошнило.
Может быть, всё-таки рискнуть, уехать? Но получится ли у неё задуманное? Может статься, что она окажется на улице без гроша в кармане, никто не станет с нею возиться. Но разве подобное страшнее, нежели прожить всё оставшуюся жизнь с тем, кто ей противен, кому её продали с целью самим жить красиво, обзавестись знакомствами и связями, с тем, кто никогда не получит от неё взаимности, ведь своё сердце девушка отдала другому?
- Красавица, куда торопишься?
Сакура невольно обернулась на голос. Неподалёку стояли двое мужчин.
- Не желаешь познакомиться с обаятельными и приятными в общении мужчинами? - поинтересовался один из них.
Девушка обвела взглядом улицу, отметив про себя, что в столь ранний час прохожих практически не было, а те же, кого она заметила, спешили по своим делам, не обращая внимания ни на что вокруг. Но прохожие сильно, особенно в данный момент, и не волновали Сакуру, поэтому она направилась к мужчинам, которые стояли подле одного из домов. Приблизившись, зеленоглазая красавица положила ладонь одному из мужчин на грудь, немного надавливая, заставляя его отступить за угол дома.
- Желаю, - сказала Сакура, глядя ему в глаза. - И не только познакомиться.
В следующий миг, не дав мужчине и слова вымолвить, зеленоглазая красавица обхватила его руками за шею, притягивая к себе, приподнялась на носочки и прильнула к его устам в поцелуе. Он обнял её в ответ, крепко прижимая к себе. Его товарищ, усмехнувшись, стал так, что несколько загораживал собою пару от взглядов случайных прохожих, делая вид, что просто дожидается кого-то в тени одного из домов.
- Вы там особо только не забывайтесь, - проговорил он спустя некоторое время. - Народу прибавляется, дамочки в церковь явно потянулись.
- Я так скучала, - прошептала Сакура, прильнув к мужчине, уткнувшись лбом ему в грудь.
- Я тоже по тебе соскучился, моя невыносимая хулиганка, - сказал мужчина, поцеловав её в макушку.
- Не ори на меня, - деланно строго проговорила девушка, а затем добавила: - Думала уже, что не увижу тебя более.
- Никуда ты от меня не денешься.
- Я бы так не сказала.
- На что это ты намекаешь? - нахмурился тот.
Сакура немного помолчала, не зная, стоит ли это ему говорить, ведь всё равно вряд ли что-то можно изменить, а так лишь расстроит мужчину, но придя к выводу, что всё равно уже завела невольно данный диалог, вздохнув, произнесла:
- Родители опять взялись за своё, вновь хотят отдать меня замуж за кого-то там, кого сами выбрали. Мало им, видимо, прошлого раза. Я пыталась воспротивиться, то и дело отваживала тех, кого они приглашали на смотрины, но в итоге отец сегодня просто поставил меня перед фактом, что он с кем-то заключил очередной договор, так что через неделю должна состояться свадьба. Поскольку я не видела иного выхода, я им заявила, что спала со всеми теми, кто меня похитил.
Последнюю фразу девушка практически прошептала, стыдясь своих слов. Для неё уже само по себе было тяжко рассуждать о подобном, что уж говорить о том, чтобы во всеуслышание такое объявлять. Да и лгала она в некоторой степени, ведь провела ночь лишь с одним мужчиной, а не со всеми, кто состоял в его компании, как пыталась убедить родителей, но от этого особо легче не становилось.
- Представляю сейчас их состояние, - засмеялся блондин, привлекая к себе внимание. - Кстати, мы так и не познакомились толком. Меня зовут Намиказе Наруто. Являюсь, к моей величайшей скорби, но поделать ничего уже нельзя, лучшим другом этого теме.
- Рада знакомству, - ответила ему Сакура, а затем, вернув своё внимание брюнету, провела ладонью по его животу, коснувшись того места на боку, где была ранее рана. - Как ты?
- Нормально, - пожал плечами Саске. - Иногда доставляет неудобства, но это скоро пройдёт.
- Шериф мне ничего не сказал о твоём состоянии перед моим отъездом, где ты находишься, хотя я просила его.
- Кстати, об этом, - с недовольством заявил девушке брюнет. - Никогда не смей пытаться обманывать шерифа, особенно таким образом. Ты хотя бы понимаешь, чем это могло для тебя закончиться?
Сакура едва стерпела подобное, дабы не треснуть поганцу по физиономии. Она его, видите ли, выгораживала всеми силами, а он ещё и недоволен. Да, девушка прекрасно осознавала, чем её выходка обернулась бы, не будь шериф Узумаки явно связан с Саске и его друзьями. Особо много ума не нужно, чтобы догадаться. Не имеет значения, каким образом Саске и его товарищам удалось всё это провернуть, оставшись безнаказанными, но юная Харуно не собиралась дозволять ему с нею разговаривать подобным образом, словно она умалишённая малолетка.
- Отлично, в следующий раз сдам тебя, - рыкнула Сакура, высвобождаясь из объятий мужчины, - при первом же удобном случае с потрохами любому законнику.
Саске не успел ничего ей сказать, поскольку зеленоглазая красавица развернулась и направилась прочь от него, демонстрируя всем своим видом недовольство и возмущение. Наруто лишь усмехнулся другу, а затем поспешил догнать юную Харуно, принявшись ей что-то весело рассказывать. Брюнету же оставалось лишь плестись следом, стараясь придумать, как умаслить девушку.
- Дядя так рассвирепел, - услышал Саске часть фразы, брошенной в рассказе Наруто, когда догнал ушедшую вперёд пару, - что все отхватили по полной программе. Он-то ведь не знал в самом начале, что мы задумали, а после уже не мог нам помешать. Зато потом он отыгрался на нас от души. И ладно ещё мы все, хоть меньшей кровью отделались, а теме вообще просидел две недели за решёткой. Причём дядя запретил ему передавать даже еду, кормили пайком для заключённых, ограничил до минимума посещения.
- Но ведь он же ранен был, - вознегодовала девушка.
- Так его сперва лекарь выходил, а уже потом дядя запер в тюрьме. Нет, конечно же, случись что, то явно бы выпустили, а так дядя не видел смысла. Ох, а что он вытворял, когда…
- Добе, заглохни, пока я тебе все зубы не вышиб, - рыкнул Саске.
Наруто показал свирепеющему от осознания безысходности другу язык, а затем, подмигнув Сакуре, склонился к ней поближе, прошептав на ушко:
- Позже расскажу. Поверь, это того стоит, тебе обязательно понравится.
- Ловлю на слове, - заговорщически подмигнула ему Сакура, а затем, спохватившись, спросила: - А как вы тут оказались, с какой целью?
- Так теме помчался на твои поиски, - ответил ей блондин. - А я не мог его одного отпустить, иначе точно в какую-либо неприятность попал бы.
- Я только из-за тебя и попадаю в передряги, - прошипел Саске.
Но Наруто его словно и не слушал, продолжая диалог с юной Харуно. Брюнет лишь покачал головою, стараясь взять себя в руки, дабы не прибить друга, который явно ему ещё все косточки перемоет, рассказывая о чём-либо, что Саске надеялся скрыть, Сакуре.
- Дядя по своим каналам выяснил, где ты с родителями живёшь. Мы вчера приехали вечером, переночевали в гостинице, а поутру направились на поиски. Глядим, а тут ты идёшь навстречу, только грустная совсем, расстроенная чем-то.
Постепенно компания добралась до дома Сакуры. Девушка и понятия не имела, что сказать родителям, как они отреагируют после недавнего скандала, а Саске заявил, что просто поставит их перед фактом, что она его невеста, так что пусть привыкают к мысли, что не будет так, как им хочется.
- Я боюсь, что они что-то предпримут против, - сказала девушка.
- Пусть только попробуют, - ответил ей брюнет. - Не переживай. Пойдём.
Стоило Сакуре отворить дверь, как на неё едва ли не на пороге накинулась с упрёками мать, но тотчас опомнилась, завидев подле дочери мужчин. Юная Харуно провела Наруто и Саске в гостиную, куда вышел спустя некоторое время и её отец. Кизаши и Мебуке недоумённо и с толикой непонимания переглядывались, не зная, как и реагировать на подобное. Сакура тоже не знала, как ей начать разговор. На помощь ей пришёл Саске, который проговорил, обращаясь к родителям девушки:
- Моё имя Учиха Саске. Я прибыл с визитом к вам, дабы сообщить, что ваша дочь отныне является моей невестой. Я в курсе, что вы желали выдать её за другого, поэтому спешу заявить, что не допущу подобного. Ежели вы попытаетесь воспрепятствовать мне, то жестоко поплатитесь за содеянное.
Если говорить откровенно, то особой необходимости в данной речи и угрозах не было, стоило Саске назвать своё имя. Да, семья Харуно прекрасно слышала, как и многие, эту фамилию. При этом граф Учиха Фугаку некогда заказывал у Кизаши пианино, благодаря чему тот и достиг того, что имел в данный момент.
Конечно, ходили слухи, что граф с семьёй погибли, но это не было подтверждено официально, поэтому информация то и дело разнилась. Кто-то заявлял, что граф уехал с семьёй в другую страну, кто-то утверждал, что он нарочно пустил слух о своём исчезновении, дабы полюбоваться на реакцию окружающих, кто-то поговаривал, что это всё вообще происки недоброжелателей, а граф никуда и не прятался, спокойно живёт в своём доме, наплевав на слухи.
Как бы то ни было, пойти против этой семьи Кизаши не мог, так что ему оставалось лишь покорно кивать головою в знак согласия со словами молодого мужчины. Вряд ли он, не будь этот человек связан с семьёй Учиха, осмелился бы лгать о подобном, ведь такие вещи легко проверить.
- Так ведь… - попыталась вставить слово Мебуке, но Саске её прервал, заявив:
- Я всё сказал. Не советую проверять, что я с вами сделаю в том случае, ежели перейдёте мне дорогу, - а затем, обернувшись к Сакуре, он добавил: - Собирай вещи, завтра мы за тобою заедем. Бери только самое необходимое, остальное купим на месте.
Заверив девушку, что ей нечего бояться, иначе кто-то очень сильно пожалеет о содеянном, Саске и Наруто удалились, оставив Сакуру наедине с её родителями. Если Кизаши молча удалился в свой кабинет, то ли не зная, что ему теперь предпринять, то ли решив написать письмо тому, с кем ранее договаривался о замужестве с дочерью, что всё отменяется, то ли ещё что-то, об этом знал лишь он один, а вот Мебуке помчалась за дочкой в её комнату, то и дело пытаясь выспросить о произошедшем, желая узнать, как она познакомилась с этими людьми, как давно они знают друг друга.
Зеленоглазая красавица не желала ни о чём распространяться, пусть даже и матери, заявив лишь, что познакомилась с сыном графа Учиха совершенно случайно, ещё до того момента, как родители решили выдать её замуж за Абуми Заку. По этой причине она на некоторое время потеряла связь с молодым мужчиной, при этом не без злорадства отметив, как поменялась в лице мать, которая явно передаст сейчас весь разговор супругу, когда сказала, что якобы именно Саске был тем, кто и помог с её освобождением, пока некоторые личности только орали, что кто-то обязан им помочь, а сами и палец о палец не ударили.
Весь день Сакура провела в приготовлениях к отъезду. Девушка никак не могла решить, что именно из вещей ей взять. С одной стороны, у неё не столь уж и много было всего, но с другой стороны, сюда она уже вряд ли в ближайшее время вернётся, так что не было смысла что-то вообще оставлять. При этом она не хотела особо напрягать с покупками Саске, в то же время осознавая, что весь скарб тащить нет резону в другой город.
Вечером зеленоглазая красавица сбегала в гости к бывшему шерифу их городка, который и обучал её стрельбе, утешал советами в трудные времена, дабы попрощаться. Зашла она в гости и к паре знакомых дам, с которыми, благодаря всё тому же пожилому законнику, довольно тепло общалась.
Саске и Наруто заехали за нею в экипаже на следующий день, как и обещали, в районе полудня. Пока грузили вещи, она попрощалась с родителями. Мебуке ещё как-то более-менее тепло разговаривала с дочерью, давала напутствия, как и подобает матери, а вот Кизаши откровенно демонстрировал своё недовольство происходящим, заявив лишь, ежели что произойдёт, то пусть Сакура не мчится назад в слезах, он её жалеть не станет.
Юная Харуно прекрасно понимала, чем вызвано подобное настроение отца. Он не получит ни гроша от замужества дочери, поскольку Саске напрямую ему заявил об этом. Брюнет сказал, что с семьи Харуно будет предостаточно и тех денег, что некогда им заплатил Абуми Заку, когда заключался договор о свадьбе с Сакурой.
Естественно, Кизаши лучше было не знать, чьи на самом деле он получил тогда средства, как и то, что Саске мог в любой момент опротестовать в суде тот договор, потребовав деньги обратно. Господин Харуно попросту не смог бы вернуть их молодому графу, поскольку истратил большую часть на свои нужды, а попытка возвратить, ещё и с компенсацией, обернулась бы для него разорением.
Сакура не стала заверять родителей, что будет ждать их на свадьбу, поскольку даже и сама не была убеждена в том, что сие состоится. Мало ли что тут Саске говорил, официально он ей не делал предложение, даже речь о взаимности чувств между ними не заходила. Они только встретились после разлуки, толком ни о чём не поговорили. Девушка лишь сказала родителям, что оповестит их о церемонии, а те, ежели пожелают, пусть приезжают.
Когда поезд тронулся, Сакура с толикой грусти смотрела в окно на удаляющийся перрон. Быть может, она ещё вернётся сюда, всякое возможно, но что-то подсказывало девушке, что в ближайшие годы она точно не увидит более этот городок. Поезд увозил юную Харуно в будущее, которое, как она очень надеялась, более никогда не будет омрачено интригами, кознями и проделками тех личностей, которые только спят и видят, как за чужой счёт обеспечить себе вольготную жизнь.

Похитители. Глава 17

В пути Саске поведал девушке о том, что некоторое время назад он и его родители попали в крупные неприятности, на них было совершено покушение. Господин Учиха оказался серьёзно ранен, когда они возвращались из одной поездки домой. Дабы обезопасить семью, шериф Узумаки и его товарищи из близлежащих городов приняли совместное решение пустить слух, что граф с семьёй погибли, а их самих надёжно спрятали.
Те, кому и была предназначена данная информация, быстро проверили предоставленные факты, убедившись, что никого из семьи Учиха более нет в живых. Кто-то даже заявлял, что слышал, будто законники обсуждали между собой, как отыскали в прерии изуродованные тела, но никаких прямых подтверждений этого не было.
А вскоре после покушения появился Абуми Заку, предоставивший документы на право владения поместьем покойного графа Учиха. По всем правилам документы были безукоризненны, подкопаться не к чему, ежели не появится сам граф или кто из его семьи, предоставив доказательства, что Фугаку не подписывал нечто подобное, завещание написано на абсолютно других людей.
Естественно, что оригинал завещания, ежели он и существовал, никто не видел, как и иных документов, кроме тех, что предъявил Абуми. Проникнуть в дом и поискать шериф и его люди не могли, поскольку не было на то веских оснований. Шериф Узумаки не был готов к столь скорому кардинальному повороту событий, тем самым лишившись возможности парировать Заку чем-либо. Абуми тотчас окружил имение своими людьми, большинство из которых оказались известны шерифу, поскольку были некогда осуждены за то или иное правонарушение, но вышли по какой-то причине на свободу, так что не было никаких шансов даже в его отсутствие туда наведаться в поисках нужных документов.
Шериф Узумаки смог узнать, что нотариус, который заверял печатями документы, предоставленные Заку, скончался якобы от сердечного приступа, так что даже и эта возможность испарилась. Нагато смог внедрить в окружение Абуми парочку своих людей, но дознаться правды было не так-то просто, Заку оказался очень избирательным, не скрывал своей подозрительности ко всему, кого попало к себе не подпускал, доверенных лиц у него вообще не было.
Нагато как раз раздумывал над тем, как бы докопаться до истины, когда узнал, что Заку решил жениться, выбрав простую девушку в каком-то городке. Быть может, шериф Узумаки не обратил бы на это внимания, мало ли кто решил создать семью, если бы не тот факт, что имелась, пусть и неподтверждённая, информация, будто Заку не является ярым поклонником женщин, а предпочитает мужчин.
Тогда зачем ему невеста? Ежели только с целью что-то эдакое с её помощью провернуть. Но чем могла привлечь Заку простая девушка, у которой ни связей, ни наследства? И тут один из людей, которые находились в окружении Абуми, передал информацию, что к Заку, когда тот вернулся из очередной поездки, приезжал нотариус, а затем удалось подслушать часть диалога, из которого следовало, что Абуми после свадьбы намеревался обнародовать, что перепишет на молодую супругу кое-что из имущества, предварительно застраховав состояние и её жизнь.
Нагато не составило труда догадаться, что произойдёт в итоге. Девушка была необходима Заку для того, чтобы запутать документацию. Но не только в этом состоял план Абуми. Застраховав жизнь своей невесты и имущество, Заку явно планировал устроить несчастный случай со смертельным исходом для девушки, тем самым получив огромную сумму. В итоге он остался бы вдовцом, распоряжающимся имуществом покойной супруги, которое у него уж точно бы никто не смог так легко отнять, ежели вскрылись бы махинации с завещанием графа Учиха.
Шериф Узумаки знал, в каком городке Заку нашёл себе невесту, знал о том, что подписан договор между родителями девушки и Абуми. Он отослал кое-какие бумаги шерифу того городка, но было поздно, отец девушки поспешил отвезти её к жениху, тем самым отправив дочь на верную смерть. Нагато оставалось лишь ждать приезда девушки, а затем постараться установить за нею наблюдение, дабы уберечь её от опасности.
Каково же было разочарование, граничащее с бешенством, когда Нагато узнал, что на поезд, в котором и ехала невеста Заку, было совершено нападение. Шериф не мог найти себе места, то и дело коря себя за опрометчивость. Неужели Заку решил действовать уже сейчас, устроив похищение своей невесты, а затем и убить её? Но как же свадьба? Или в документах прописано нечто такое, что само бракосочетание и не нужно в итоге? Или он и отец девушки уже оформили всё, оставалось лишь просто людям показать церемонию?
Шериф Узумаки был готов ринуться прочёсывать окрестности, надеясь отыскать девушку живой и невредимой, как узнал довольно интересную новость. Оказалось, что буквально за неделю до происшествия с поездом в город съехались все друзья сына «покойного» графа, а два дня назад они все куда-то исчезли. Нагато и ранее подозревал, что эта шайка неспроста собралась вместе, что-то замыслили, а теперь же у него возникли обоснованные доводы.
В конце концов, обождав немного, Нагато убедился в своих предположениях. В город друг за другом воротились друзья Саске. Отловив своего племянника, шериф Узумаки пригрозил ему, что устроит им всем самые страшные муки, какие только можно вообразить, не погнушается даже опуститься до шантажа, заручится поддержкой дам сердца молодых людей, ежели тот не скажет, что они задумали.
Наруто сперва не желал открывать дяде тайну, но спустя пару дней всё же сдался. Нагато же при этом не знал, что и делать, радоваться ему или огорчаться. С одной стороны, девушка оказалась не в руках людей Заку, вот-вот рискуя распрощаться с жизнью, а была похищена этой чокнутой компанией во главе с сыном Фугаку. С другой же стороны, шериф не мог понять, чего они добиваются, поскольку Заку явно не станет выполнять их требования, какими бы они ни были, будет только рад, ежели девушка погибнет, а сам он останется чист.
Попытки убедить отпустить девушку не привели к желаемому результату. Нагато оставалось скорректировать свои планы таким образом, чтобы никто не прознал о том, кто именно похитил девушку, обернув её исчезновение себе на руку. Пока девушка была вне зоны досягаемости людей Абуми, за её жизнь можно было не волноваться, но существовала угроза, что люди Заку всё же отыщут место, где её прячут, тем самым пострадает не только невинная душа, но и все те, кто замешан в её исчезновении. Шерифу Узумаки пришлось взять дело под свой контроль, потребовав отправить Саске бумагу, в которой всё ему излагал, требуя не учинять беззаконие, делать всё так, как он прикажет.
Поскольку для общественности надлежало расследовать похищение невесты Заку, Нагато получил возможность наведываться свободно в имение графа Учиха. Естественно, никто бы не позволил законникам лазить по дому, но зато шериф и его помощник имели возможность увидеть всё собственными глазами, кое-что услышать, сделать выводы.
Люди Нагато, которые были приставлены к Заку, передавали шерифу обо всём, что происходило в доме. Нагато совершенно не нравилось, что Абуми отрядил часть своих бандитов на якобы поиски невесты. Отыщи эти типы девушку, ей точно не выжить. Хорошо ещё, что Абуми пока не догадался, кто стоит за похищением, списав всё на какую-то шайку заезжих преступников, которые позарились на девушку, планируя выудить из родственников деньжата, даже не подозревая, кто она. Единственную опасность представляло требование выкупа, в котором обозначалась огромная сумма, которая далеко не всем под силу, ведь это было всё состояние графа Учиха, а сие явно навело Заку на подозрения, хотя доказательств у него покуда и не было.
Также шериф Узумаки запретил друзьям Саске покидать город, поскольку за ними была установлена слежка. Видимо, Заку всё-таки что-то заподозрил. В итоге никто не ездил к Саске с новостями, не возил провиант. Нагато понимал, что в домике, где отсиживался Саске с девушкой, много провизии нет, но не мог допустить, чтобы шпионы Заку прознали о том месте. Этот домик принадлежал отцу супруги Нагато, так что о нём знали лишь пара людей. Шериф как-то возил туда племянника и его друзей, вместе рыбачили, охотились, отдыхали на природе, вот, очевидно, молодые люди и придумали использовать это место для временного убежища.
Всё бы ничего, но вылазки бандитов очень раздражали шерифа. Если кто-то всё же проследил во время последней поездки кого-то из ребят в домик, то это добром не закончится. Что же, единственный закон, который всегда действует безотказно, не даёт сбоев, это закон подлости. Он сработал и на этот раз.
Нагато пришёл в ярость, граничащую со страхом, когда ему принесли послание от одного из людей в доме Заку, где указывалось, что пропавшие давеча бандиты так и не вернулись, зато всё же объявился один из них, весь в крови, раненый, заявив, что его товарищей перестреляли, сообщил и приблизительное направление. Бандиты быстро собрались и отправились мстить, не поставив Заку в известность.
Быть может, сообщи они тогда Заку, всё было бы иначе. Абуми мог придумать более дельный план, а не просто переть в лоб, мог вообще не пустить своих людей куда-то там, дабы разобраться с какими-то там их обидчиками, а мог и догадаться, что тут что-то не так, явно его люди наткнулись на то, что он и искал всё это время.
Как бы то ни было, но медлить более Нагато не мог. Он уже собрал к тому времени множество доказательств вины Абуми в различных преступлениях, в которые входили также подлог документов, грабежи, вымогательства, организация убийств, подкуп должностных лиц. Оставалось совсем чуточку, нужно было достать доказательства причастности Заку к покушению на графа Учиха и его семью, а тут такое. Все его планы в один миг полетели к чертям.
Нагато прекрасно осознавал, что Саске в домике один, к нему никто из друзей давненько не наведывался. Бандитов было слишком много на него одного. Конечно, Саске прекрасно умел стрелять, но количеством можно взять любого. Даже банально бандиты могли спалить домик, заживо изжарив всех, кто окажется внутри.
Шериф Узумаки тотчас приказал собирать людей, направляясь на помощь. Ежели они опоздают, то даже думать не хотелось, что произойдёт в итоге. И всё же вышло так, что они не смогли опередить бандитов. Нагато опасался худшего, заметив мёртвых бандитов, никто не вышел ему навстречу, но оказалось, что в домике всё же кто-то живой есть, поскольку Наруто едва не нарвался на пулю.
Следующим, хотя и не таким уж неприятным, сюрпризом для шерифа, если не считать новость, что Саске всё же жив, хотя и серьёзно ранен, стало то, что пленница, которой полагалось сейчас сдать всех своих похитителей с потрохами, принялась выгораживать брюнета всеми возможными способами. Конечно, её слова были наивны и даже в чём-то глупы, шериф мог всё это опровергнуть в одно мгновение, но не стал, сделав вид, что поверил, списав всё на тяжёлую ситуацию, что пришлось пережить девушке, так что придумать что-то дельное у неё просто не было времени и возможности.
Более оставлять Сакуру тут было нельзя, как и пытаться перепрятать. Да и как бы это смотрелось, коли шериф заявил бы, что её надлежит увезти в иное место, вновь посадив под замок? Но нынче нужно было все силы направить на защиту девушки, ведь теперь Заку ничто не помешает достигнуть желаемого.
Естественно, девушку вернули жениху, оповестив и её родителей о том, что всё в порядке, она жива и здорова, они могут приехать и убедиться в этом лично. Нагато попутно разрабатывал новый план, как бы ему проникнуть в имение, постараться всё же отыскать необходимое, как в участке появилась откровенно напуганная Сакура. Сперва шериф испугался, что с нею что-то произошло, но оказалось, что девушка не столь глупа и наивна, как всем демонстрировала.
Каким-то образом у неё оказались необходимые ему документы, что безуспешно покуда разыскивал Нагато. Тут было и настоящее завещание графа Учиха, и его переписка с Заку, в которой Абуми завуалированно и не очень угрожал Фугаку, ежели тот не сделает кое-что, о чём Заку требовал, и договор с погибшим нотариусом, который составил и написал поддельное завещание, и денежные расчёты, что вёл Абуми с продажными чиновниками, и договор, в котором прописывалось, что произойдёт с имуществом, коли Сакура умрёт, и имена и адреса подельников Заку. Многое отыскали уже после, когда Саске самолично провёл ревизию в доме.
Поскольку шериф Узумаки не видел смысла сейчас разбираться, тратя время, каким образом девушка смогла добыть столь ценные бумаги, он помчался со своими людьми осуществлять финальную стадию всего плана. Сакуру же на время спрятали у невесты помощника шерифа, которая когда-то входила в команду законников.
Когда всё завершилось, Сакуру отправили домой, поскольку тут ей более не было смысла находиться. Лекарь поработал над Саске, который, вопреки опасениям зеленоглазой красавицы, потерял тогда сознание не из-за потери крови, хотя сие тоже имело место быть, а в большей степени из-за болевого шока, когда она пыталась пальцами вытащить пулю из его тела.
Когда же Саске более-менее оклемался, Нагато устроил ему такой разнос, что брюнет едва не пожалел, что выжил в той заварушке. Нагоняй схлопотали и все друзья Саске, но он, как зачинщик и главный исполнитель, получил в разы больше остальных. Шериф Узумаки рвал и метал, пытаясь объяснить брюнету, чем его выходка могла закончится, но тот, казалось, не слушал мужчину, витая в своих мыслях. Складывалось ощущение, что Саске было вообще всё равно, что с ним теперь будет, поскольку он лишился чего-то очень дорогого и важного в своей жизни.
Нагато расспросил друзей Саске на интересующую его тему, сопоставив с поведением Сакуры, придя к выводу, что знает причины столь упадочного состояния брюнета. Шериф решил действовать, хотя и существовала неподдельная угроза, что он ошибся. Подержав парня немного за решёткой, дабы не думал, что подобное будет и далее сходить ему с рук, пусть хоть десять раз наследник графа Учиха, который являлся другом Нагато, шериф выпустил несчастного на свободу, вручив лист, где был указан некий адрес, а также передал кое-что ещё.
Разъяснять что-либо Саске не пришлось, он сам прекрасно догадался по хитрой физиономии шерифа, что тут к чему. Прихватив с собою своего лучшего друга, Учиха помчался на поиски своего счастья. Для чего был нужен Наруто? Саске боялся, что не сможет так просто пережить отказ, ежели Сакура всё же заявит, что у неё нет взаимных к нему чувств. Очередного похищения, конечно же, не произошло бы, хотя такие мысли посещали брюнета, но вот что-либо учинить, оказавшись во власти эмоций, он запросто мог.
Рассказал Саске Сакуре и о том, что он и его родители некоторое время после покушения прятались у их знакомых, но вскоре Саске, не поставив отца и мать в известность, поехал разбираться за всем этим делом. Естественно, стоило ему объявиться во владениях шерифа Узумаки, его тотчас отловили люди Нагато, а тот потребовал от брюнета не высовываться, иначе за его жизнь не даст и ломаного гроша.
Естественно, Саске не внял требованиям шерифа, поэтому, узнав, кто теперь живёт припеваючи в имении его родителей и тратит их деньги, брюнет решил действовать по-своему. Узнав, что Заку собрался жениться, а Абуми не скрывал этого, едва ли не на каждом углу кричал об этом, Саске узнал имя его избранницы. Далее план разрабатывался с учётом данных обстоятельств.
Не догадываясь о причинах, побудивших Заку жениться на простой девушке, Саске подговорил друзей помочь ему, а затем и приступил к исполнению своего плана. Он не имел представления, как выглядит на самом деле Сакура, знал лишь бегло описание её внешности и имя. Да, авантюра была ещё той, когда он и его друзья напали на поезд. И Саске не скрывал, если бы не отец Сакуры, который при нём назвал дочь по имени, ему вряд ли бы удалось отыскать её. Он уже собирался банально ходить по вагонам и орать, кто из девушек является Харуно Сакурой, а тут такая удача.
Кто же мог предположить в итоге, что его жертва окажется далеко не инфантильной девицей, падающей в обморок от вида маленького паучка. Конечно, будь Саске действительно преступником, Сакуре с её характером явно не поздоровилось бы, но в итоге лишь он один и оказался под ударом ярости зеленоглазой бестии.
И кто мог представить, что именно эта бойкая и дерзкая девушка попросту отыграется за своё похищение, выкрав тихо и незаметно в отместку душу и сердце того, кто осмелился на данный в её отношении шаг. И уж явно никто бы и не рискнул предсказать, что сие окажется взаимным.
- Леди, а Вас это разве не касается?
Сакура сперва недоумённо воззрилась на Саске, который с улыбкой смотрел на неё, а затем, припомнив всё, произнесла деланно надменным тоном:
- Что именно?
Саске же лишь протянул вперёд руку, а на его ладони девушка увидела свои серьги, которые она так не хотела отдавать «бандитам» в поезде и которые у неё всё же в итоге забрали в том домике, собираясь использовать в качестве доказательств, что всё это не шутка.
- Я же говорил, что они к тебе вернутся, - довольно заулыбался Наруто.
- Они мне очень дороги, - сказала Сакура, - потому что я их сама сделала. Да, они много не стоят, но для меня очень ценны.
- Я тут спросить хотел, - протянул Саске, при этом немного замявшись в неуверенности. - Почему ты не попыталась меня пристрелить сразу же, как ребята уехали, оставив нас одних? У тебя ведь всё это время был револьвер. Гаара пытался мне намекнуть, что я олух, не досматривал тебя, но до той перестрелки я и понять не мог, о чём он.
- Я никогда не стреляла, - ответила зеленоглазая красавица, - в живых людей, только по банкам. Учитель запрещал даже думать о подобном. Тебя я почему-то не воспринимала как непосредственную угрозу моей жизни. Видимо, подсознательно чувствовала, что ты только пугаешь, но не станешь меня убивать. В тот день я ужасно перепугалась за тебя, да и за себя тоже, не вижу смысла скрывать, поэтому и стреляла в бандитов, другого выбора всё равно не было. А кто такой Гаара? - спросила она. - Тот странный тип с пугающим взглядом, словно у маньяка?
- Да, - кивнул Саске, после чего он и Наруто улыбнулись такому описанию их друга.
- Он, наверное, заметил это в тот раз, когда напугал меня. Он вошёл в дом с ножом в руке, тебя не было рядом, а его взгляд был… словно он намеревался меня на кусочки живьём покромсать. Я невольно и потянулась за револьвером, а тут ты вошёл.
- Да, Гаара умеет пугать, когда хочет, - усмехнулся Наруто.
- А если бы решила, что я представляю для тебя угрозу, - продолжал допытываться Саске, - ты бы застрелила меня?
- Хочешь прямо сейчас это проверить? - буркнула в недовольстве Сакура.
Девушке не нравилось, что он завёл данную тему, поэтому открыто ему заявляла, что готова пустить оружие в ход хоть сейчас, ежели не угомонится. Решив сменить тему, покуда действительно не дошло до членовредительства, либо же серьёзно поругаются, Наруто попытался разговорить Сакуру, интересуясь тем, как ей удалось отыскать нужные Нагато бумаги.
Зеленоглазая красавица рассказала мужчинам о том, что произошло с нею в поместье, когда её отдали Заку, как жениху. Наруто и Саске не упустили возможности укорить её за безрассудство и легкомыслие, хотя и не отрицали, что лишь благодаря её отваге и сообразительности удалось добыть искомое.
Сакура также рассказала о том, по каким причинам не верила Абуми, когда тот пытался впечатлить её якобы своим богатством. В доме было столько всего, а он не имел даже понятия о ценности той или иной вещи, не мог должным образом объяснить, почему именно так что-то, а не иначе. Конечно, можно было кое-что списать на то, что он купил этот дом уже с имуществом, но слишком уж мужчина заврался, пытаясь показаться неотразимым в её глазах.
Зеленоглазая красавица поведала о том, что провела ночи в поместье в комнате Саске, при этом поняла, кто хозяин, стоило ей только войти. Повсюду стояли фигурки из дерева, которые он то и дело вырезал в домике. При этом весь дом утопал в резных элементах декора. Да и на двери была вырезана надпись, которую можно с лёгкостью принять за сплетение побегов какого-то растения.
- Знаете, как я догадалась, что это не просто узоры? - поинтересовалась Сакура, поглядывая хитрым взором то на Саске, то на Наруто. Оба покачали головою, ожидая ответа. - Когда-то давно, я была тогда ещё маленькой девочкой, мне в руки попал подобный эскиз жимолости, который надлежало перенести на деревянную поверхность. Естественно, не мне следовало это сделать, но я так тогда хотела попробовать, так мне понравился рисунок, что не удержалась, пробралась ночью в мастерскую отца, принявшись за дело. Когда меня поймали за этим делом, то чуть было не поколотили, но затем родителям понравилось то, что я изобразила. Заказчик тоже в итоге пришёл в восторг. Узор был нанесён на выполненное на заказ одним господином пианино, - Сакура не сводила взгляда с Саске, на лице которого всё отчётливее видела удивление, граничащее с шоком. - Я лишь намного позднее осознала, что это были не просто переплетения лоз, а слова. И окончательно в этом я убедилась, когда ты мне в домике дал перекопировать листы, на которых имелись различные изображения, среди которых было и оно, то самое, что некогда я перенесла на пианино, что ныне стоит в особняке твоих родителей. И на нём написана фраза, зашифрованная в лозах жимолости: «Моей любимой Микото».
- Отцу, - проговорил Саске, - когда он однажды нашёл наши с Наруто рисунки, которыми мы обменивались, играя, они понравились, показались довольно интересными. Когда мы с Наруто не хотели, чтобы что-то стало известно окружающим, то рисовали вот такие узоры. Это был наш с ним секретный шифр. Постепенно с возрастом рисунки становились всё более сложными, но суть не менялась. В переплетении лоз растений мало кто догадывался узреть какую-либо надпись, тем более умудриться прочитать весь зашифрованный текст.
- Точно, - поддакнул Наруто. - А если было изображено какое-то существо, так вообще можно непосвящённому голову сломать.
- Я так и не догадалась, что означали те животные и река.
- Если я верно догадываюсь, о чём речь, - усмехнулся Намиказе, - то это графическое изображение наших родов. Ну, водоворот - знак нашего рода по матери, мой дядя Нагато сюда относится. Животные… Явно был олень, который является символом семьи Шикамару. С ним скоро познакомишься, как и с остальными. В общем, каждый рисунок что-то подобное означает, а узоры имеют под собою зашифрованные надписи, что-то вроде рун.
- Здорово.
- Вот отец и попросил меня соорудить надпись, - сказал Саске, деланно хмуро взглянув на друга, как бы укоряя его за то, что раскрывает все их секреты, - когда готовил маме подарок на юбилей, чтобы было красиво. Сперва я написал: «Моей любимой маме», - усмехнулся он, - но затем переправил, поскольку всё же подарок был от отца, а от меня лишь узор.
- В доме я видела пустой зал, а пианино стояло в комнате, где, сразу заметно даже непосвящённому, не место для него.
- Это Абуми перетащил. Мама музицировала именно в том зале, что ты видела, там великолепная акустика. Отец специально всё перестроил таким образом.
- Я как-то так и подумала, - задумчиво протянула девушка, припоминая всё то, что видела на момент своего пребывания в поместье. - А картины? Я видела пустые места, но там явно что-то ранее было.
- Заку портреты в подвал сложил. Не знаю, что сделать с ними собирался, но сейчас они в целости и сохранности на своих законных местах.
- Думала, что выбросил, сжёг.
- Надеюсь, ты не против, что мы некоторое время поживём с моими родителями в одном доме.
- Против? - непонимающе протянула Сакура.
Как она могла воспротивиться тому, что хозяева дома вернутся в своё имение? Это её могли в любой момент выгнать взашей, причём отказать в замужестве с сыном, поскольку она ему неровня, ещё и потребовать от её семьи вернуть деньги, полученные незаконным путём, да ещё и компенсацию выплатить. Не можете, так добро пожаловать в тюрьму, а всё имущество будет изъято за долги.
- Позже я обязательно найду нам новый дом, - сказал Саске, словно всерьёз считал, будто девушка может выказать недовольство по тому или иному поводу, вообще отказаться от свадьбы с ним. - Знаю одно местечко, где можно обустроить хорошее жилище.
- Перестань, - нахмурилась зеленоглазая красавица. - Ты сам себя хотя бы слышишь? Это я должна трястись, что бросила всё и поехала наудачу, хотя в любой момент могу оказаться на улице без гроша в кармане.
- Я только…
- Хватит, - прервала его речь девушка.
Набросив на голову шаль, зеленоглазая красавица притянула брюнета поближе к себе, а затем, укрыв и его, дабы посторонние не видели, поцеловала. Естественно, некоторые женщины, которые стали свидетельницами сего, принялись выражать своё недовольство разнузданностью и бесстыдным поведением молодой пары, но Саске и Сакуру это нисколечко не волновало.
- А что будет, ежели я тебя ещё разочек украду? - прошептал Саске.
- Всё будет зависеть от происходящего в плену, - ответствовала Сакура. - Ежели мне понравится, то я не прочь подольше побыть в заточении.
Собственно говоря, именно с целью уединения Саске и построил в довольно живописном местечке в лесу домик, в который частенько и наведывался с Сакурой впоследствии. Хотя было некое отличие, поскольку в большинстве своём «похитителем» выступала именно зеленоглазая красавица, а «жертвой» её становился Саске, но от этого суть дела не менялась, напротив, в этом всём была некая пикантность.
Родители Саске приняли Сакуру весьма радушно, хотя девушка то и дело безумно нервничала. Микото постаралась помочь ей влиться в общество, обучила многому, что следует знать и уметь настоящей леди. Познакомилась Сакура и с друзьями Саске, найдя их весьма интересными и приятными в общении людьми. Даже Гаара, который ранее так пугал девушку, при близком знакомстве оказался весьма весёлым и добродушным мужчиной.
Свадьба была сыграна в узком кругу, приглашены были лишь близкие. Как и обещал, Саске построил отдельный дом, куда и переехал с Сакурой, которая к тому времени уже подарила ему дочь, а нынче пара ждала очередное пополнение в семействе. Рядом с ними построил для себя и своей супруги дом и Наруто, а их первенцы довольно неплохо сдружились.
Постепенно забылись все обиды и страдания. Сакура не знала и знать не хотела, что стало с Абуми Заку и его подельниками, ей было всё равно, посадили их или казнили. Главное, чтобы более эти люди никогда не появлялись в её жизни и тех, кто ей дорог. Будущее готовило свои сюрпризы для молодого поколения, поэтому надлежало запастись терпением, стараясь дать детям самое важное, привить им любовь, взаимопонимание, сострадание, ответственность, чуткость… Всё то, что должен в себе взращивать достойный человек.
Не имеет никакого значения, какие испытания ждут впереди, надлежало лишь оставаться собою, быть человеком в истинном смысле этого слова. Как бы то ни было, жизнь скорректирует всё по своему усмотрению, сведёт или разлучит навеки, заставит рыдать и смеяться. Это всё не столь уж и важно, если рядом будет тот, кто достоин быть другом, любимым. А всё остальное лишь мелкие неприятности, которые не стоят внимания, ведь исчезнут навсегда, стоит только обрести себя, найти смысл жизни, свою судьбу.

СасуСакуы.ру - Похитители - версия для печати

Скрыть