СасуСаку.ру - Сказание о ведьмаке: Изгой - версия для печати

ТЕКСТ X



Подсветка:
СасуСаку - Откл/Вкл
Рисунки: откл/вкл

Сказание о ведьмаке: Изгой

Воистину, нет ничего более отвратного, нежели монстры оные, натуре противные, ведьмаками именуемые, ибо суть они плоды мерзопакостного волшебства и диавольства. Это есть мерзавцы без достоинства, совести и чести, истинные исчадия адовы, токмо к убиениям приспособленные. Нет таким, како оне, места меж людьми почтенными. А эти их школы, боле на крепости непреступные похожие, где оные бесчестники гнездятся, где мерзкие свои дела обделывают, стерты должны быть с лона земли и след по ним солью и селитрой посыпан.
*Монструм или Ведьмака описание

Стояла тёмная ночь. Тишина была почти что гробовая. Только уханье совы разбавляло эту тишину. Но не луна, которой и в виде полумесяца в небе не сияло. Вокруг стоял настолько сильный мрак, что в купе с туманом на расстоянии дальше своего носа вообще ничего нельзя было разглядеть. Хоть глаз, как говорится, выколи.
И только мутный свет от костра спасал двух мальчишек в этой беспросветной гуще.
- Брат?
- Что, Саске?
- Что с нами теперь станется-то?
- Ты о чём? Думаешь, раз мы теперь одни, то и жить нам осталось мало?
- А разве не так? - с выражением отчаяния обратился взглядом маленький Саске к брату.
- Не знаю, как тебе, а мне кажется, что наша жизнь только начинается. Надо лишь перетерпеть возникшие на нашем пути трудности и идти дальше.
- Мы теперь эти, как правильно… беспризорники, брат! Батька погиб, мама умерла из-за меня уже давно…
- Не смей винить себя в смерти мамы! Слышишь! Не смей! Многие женщины умирают при родах. Этого не изменить. Такое, к сожалению, иногда случается. И мне жаль, что у тебя не было возможности узнать её при жизни из-за этого. Пусть я и был очень мал, когда родился ты, и умерла она… однако я сумел запомнить её, запомнить её счастливую улыбку. Она вдохновила этим меня на жизнь. В будущем я мечтаю создать крепкую семью, в которой мои жена и дети будут улыбаться так же счастливо, как это делала мама. Уже поэтому я не хочу сдаваться. А что насчёт отца… Не повезло ему наткнуться на тех бестий, о которых мне рассказал ведьмак, нашедший его тело. А и человеком, как бы это не прискорбно было говорить, он был неважным. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как такая замечательная женщина, как наша мама, вдобавок эльфка - дочерь старшей расы - смогла полюбить этого отчаявшегося глупца. Загнулся бы он от водки тогда или же сейчас сгинул - всё одно. Никто по нему не плакал бы. А что говорить, так оно и оказалось.
- И всё же мне его немножко жалко.
- Выше нос, братец! Благодаря этому человеку мы появились на свет, не спорю. Мама мне рассказывала, что он даже стал немного лучше, когда она его пожалела и утешила, решила излечить его отчаяние. Она дала ему второе дыхание к жизни. В ней не было ни капли высокомерия, как у её собратов. Она была великодушной женщиной и смогла разглядеть в отце силы, которые в будущем помогли ему снова встать на ноги. Отец достиг немного, но он хотя бы перестал жалеть себя и бросил пить. Однако после твоего рождения он утратил свои чувства окончательно. И его понять можно, любимая жена погибла из-за его новорождённого ребёнка. Как за такое не возненавидеть виновника. Но повторяю, ты ни в чём не виноват! Это ему не хватило ума, чтобы понять, такое порой случается и винить кого-то глупо.
- Вот как… Быть может, так оно и есть. Но тут хоть как покрути: родителей больше нет с нами, а значит, это конец и для нас.
- Я думаю, у нас с тобой всё же есть шанс не кончить на улице от голода.
- Какие у нас шансы? Куда мы можем податься? Мы на земле страны Огня. Здесь не прожить без лишней кроны в руках. Предлагаешь в Конохе попрошайничать?
- Ха-ха, не в руках, а кармане. Всё-то ты у меня понимаешь, братишка, - улыбчиво потрепал волосы мальца старший. - И нет, побираться мы не станем. Я давно присматриваюсь к армии. Если получится, смогу поговорить, с кем нужно, и начать хотя бы в качестве мальчика на побегушках. Буду мыть полы, чистить сапоги, доспехи полировать. А дорасту до призывного возраста, вступлю в армию. Там уже меня не староста, дающий мне задания, будет кормить за работу, а будут платить непосредственно деньгами. Того глядишь, дослужусь до какого-нибудь солидного чина и смогу обустроить нашу жизнь. Пока я слишком мал для призывника, но, как я сказал, шансы хотя бы послужить шестёркой в казармах несколько годков у меня имеются.
- Да, но это лишь для тебя. Ты не сможешь делиться со мной всем, что будешь получать за свою работу, как ты сказал, шестёркой. Я же ещё младше, чем ты. Меня даже тесто толочь у какого-нибудь толстого неприятного дядьки в пекарне не возьмут. Ещё скажут, что мелкие воришки им там не нужны и всё такое. Может, у тебя ещё всё и получится, но вот для меня всё уже кончено… - уныло свесив голову, заключил малой Саске.
- И всё же для тебя тоже кое-что найдётся, - отвернулся Итачи от брата и, наклонившись сидя на пне, поднёс ладони ближе к огню. - Я говорил с тем ведьмаком, что нашёл батю мёртвым. Он выведал у деревенских, где родня покойного, чтобы сообщить о трупе. Те указали ему, как найти нас, теперь уже сирот. Ты тогда гонял соседских куриц и не оборачивался на меня. Это было сегодня днём. Орочимару - так он мне представился. Он соболезновал нашей утрате и прекрасно понимал, что впереди одним нам будет очень трудно. Он дал мне немного денег на еду и на то, чтобы я смог до столицы. Там я смогу найти кое-кого из армии и устроиться. А тебя он хотел забрать в свою крепость. В школу на обучение ведьмачьему ремеслу. Тебе пока что только восемь. Такой возраст довольно оптимален для посвящения в ведьмака.
- А ты не можешь поехать со мной и тоже обучаться этому ведьмачьему ремеслу?
- Боюсь, для меня уже поздно. Обучение длится долго. А в процессе ребёнок, как мне рассказал этот Орочимару, взрослеет. Если начать будучи подростком, то все уроки будут напрасны. Обязательное условие для поступление на обучение к ведьмакам - это малый возраст. Как правило туда забирают детей от шести лет. Однажды в нашу деревню уже заходил один такой странник. Тебе тогда был один год. Я ещё носил тебя на руках, укачивал, кормил, пока на моих глазах забирали одного из соседских мальчуганов. Я не дружил с ним, но с моими ребятами мы часто принимали этого мальчонку к себе в компанию. Его звали Канбе, кажется… С тех пор я о нём более не слышал. Как он, где он, жив ли ещё. Не знаю.
- Это грустно.
- Конечно. Но в твоём случае просто нет выбора. Если там о тебе смогут позаботиться и в еде ты не будешь нуждаться, вдобавок ещё и мечом орудовать научат, что довольно полезно сегодня, а время не спокойное, как и всегда, то это будет даже хорошо. Я слышал, что ведьмаков обучают долго. Те успевают и до двадцати лет там прожить, оттачивая своё мастерство в фехтовании и всяком разном травоведении…
- Алхимии что ли?
- Верно. Я просто не силён в этом, поэтому говорю, как знаю. А ты, похоже, даже больше меня в этом понимаешь.
- Как-то читал несколько книжек со странным названием «Ботаника для детей» или вроде того. Там много рассказывалось о травах и их чудесных свойствах. Мне понравилось.
- Ну вот. А в стенах ведьмачьей школы ты и вовсе доведёшь свои познания до небывалых высот. Короче, перспективы у тебя куда приятнее моих. Этот ведьмак велел дать ему ответ на рассвете. Я не в праве решать за тебя. Быть может, мы и сможем как-то вдвоём перетерпеть этот ужас. Но вместе нам будет только тяжелее. И на твоём месте я бы пошёл с ведьмаком.
- Но если я уйду, будет ли это значить, что мы никогда не встретимся снова? Я не хочу потерять тебя, брат!
- И не потеряешь, Саске. Мы получили второй шанс, и этим нужно пользоваться. Однажды я вступлю в ряды имперской армии, получу высокий чин и добьюсь признания в столице от самого Императора. Я не опущу руки! А ты станешь известным охотником на чудовищ. Всюду будешь принимать заказы на разных монстров и однажды очистишь наш мир от них, дабы больше ни один ребёнок, вроде нас, не остался на произвол сиротой!
- Ты правда так считаешь? - перенял этот безосновательный оптимизм Саске, улыбаясь так, будто бы услышав, что снова встретится с родителями однажды и вновь заживёт счастливо.
- Конечно. Нас ждут великие свершения. Великая судьба нам уготована! Так зачем противиться тому, что нам предначертано?!
- Тогда я согласен! - радостно ответил Саске. - Если этот ведьмак действительно заберёт меня и однажды мы снова встретимся здесь, то я согласен!
- В таком случае нам лучше лечь спать. А утром пойдём в корчму. Я тебя как следует там на кормлю, а заодно представлю этому ведьмаку. Уверен, ты с ним поладишь. Он мне не показался каким-то злодеем, каким описывала мне в детстве бабка из дома напротив.
- Та плохо пахнущая старуха?
- Ага, она. Говорила, будто встреча с ведьмаком хуже смерти, заберёт и ритуалам дурным подвергнет. Однако всё это были лишь детские страшился. Все ведьмаки такие же люди, их просто, я думаю не понимают.
- Жутко как-то… Но всё равно согласен.
- Тогда пошли в дом. Там хотя бы дует не так, как здесь. А я не хочу, чтобы ты простыл.
- Хорошо, брат! Ура, я стану ведьмаком!

На том его сон и сорвался. Лёгкий треск, вызванный сломанной веткой где-то в нескольких метрах от потухшего перед ним костра. Саске очнулся резко, частично достав двимеритовый меч из ножен, которые были крепко сжаты его руках, пока он спал.
Осмотрев всё вокруг себя, поняв, что Сарада спит и довольно крепко, ведьмак успокоился, вдавил за рукоять меч обратно в ножны, испустил облегчённый вздох.
Немного потерев лицо рукой, Саске встал с места, где он спал, опираясь спиной на дерево, и прошёлся немного вперёд, не покидая спящую девочку совсем.
- Сука… Да когда ж эти кошмары прекратятся?! - произнёс Саске вслух, опираясь на прочный ствол локтём.
Он немного повертел головой. Ещё рас оценил обстановку. Лишний раз убедился, что ничего, кроме деревьев в этом лесу нет. Да, Куса оправдывала своё название. Да вот только большая часть лесов на этой территории уже сгинула из-за войны. Не только Эмей пострадал от войны.
Однако на земле ведьмак заприметил отпечатки. Чёткие отпечатки ног, довольно худых, но с большим углублением. Явно ступал кто-то очень аккуратный, но высокий, раз даже ведьмак его не услышал. Возможно, треснувшая ветка была проколом этого незнакомца.
Саске оглянулся на спящую Сараду, хорошенько прогнал всю территорию через своё нечеловеческое зрение, убедившись, что никого близ неё нет. По такому случаю, ведьмак решил слегка углубиться в сторону леса, куда вели следы.
Он старался не уходить далеко, ведь кто бы не пытался к ним подкрасться, он умеет прятаться. Так что первое подозрение лежало на местных скоя’таэлях, которых Саске надеялся не потревожить за те два дня, которые предстояли ему, чтобы пересечь Кусу с девочкой верхом на лошади и дойти до границы Касая.
- Ни с места! - прозвучал не очень громкий голос со спины.
«Во истину, бесшумен, как вода в штиль», подумал ведьмак. Возможно этот эльф прятался на дереве, а Саске просто этого не заметил, не смог задрать голову достаточно высоко. В любом случае, сейчас ему важно было не сглупить.
- Тише, я вам не враг, - медленно поднял руки, продолжая стоять спиной к натянутой на тетиву стреле.
Другие двое эльфов уже так не аккуратничали и уже более отчётливо для ведьмачьего слуха вышли из высоких зарослей, сквозь которые как раз зрение Саске не сработало. Будто бы из них хоть кто-то болен, покашливал слегка или просто внутри в горле глубоко хрипел, ведьмак бы это услышал, и сразу ощутил неладное. Но эти стрельцы были профессионалами.
Те двое так же достали свои луки из-за спины и нацелили их точно на затылок ведьмака.
- Повернись! - велел первый.
Ведьмак медленно повернулся.
Эльфы осмотрели его с ног до головы, не отводя прицел с головы оппонента. Их взору предстал молодой на вид тридцати пяти-сорока лет мужчина с чёрными волосами в доспехах ведьмачьей школы Змеи, характерной чертой которых был кожаный нагрудник и длинный подол зелёного цвета, идущий от плеч без рукавов поверх белой рубашки, рукава которого закреплялись на предплечьях перчатками, которые уходили под толстые кожаные наручи, тянущиеся почти до области сгибания рук в локте и сделанные явно из той же кожи, что и нагрудник, от которого шёл высокий толстый ворот, под который было весьма удобно складывать отросшие длинные волосы. Также за его спиной и блестели два меча, рукояти которых виднелись из-за правого плеча. Один меч - Дисглаир - серебряный меч и обычный стальной клинок левее первого.
- Это эльфская земля, dh’oine, - пояснял первый близстоящий эльф. - Таких, как ты, здесь ждёт смерть!
- Я знаю, на чьей я земле.
- Тогда по какому праву ты топчешь её своими грязными ногами? - резко спросил всё тот же озлобленный скоя’таэль.
- Bloede dh’oine! - себе под нос тихо произнёс один из эльфов позади.
- Я не ищу неприятностей. Мы с девочкой держим путь на восток. До границы с Касаем ещё полдня пути. На рассвете вы нас тут уже не видите.
- Не слышал прежде, чтобы ведьмаки путешествовали с детьми на плечах! Обычно они делают всё, чтобы эти дети погибали при обучении.
- Моя школа давно этим не занимается. Я еду в страну Огня лишь чтобы дать ребёнку будущее, шанс начать новую жизнь.
- Жизнь, в которой она унаследует то, чем занимаются её предки, - истреблять нелюдей, вроде нас. Продолжать губить священные леса своими войнами, пачкать эти земли своей грязной кровью. Ты хоть понимаешь, как безрассудно было ступать сюда, vatt’gern?
- И тем не менее мы спешим. У нас нет времени рисовать крюк через рисовые поля. Прошу отнестись с пониманием.
- Не смей мне указывать, как относиться к dh’oine, вроде тебя, мутант! - чуть сильнее натянул тетиву взвинченный эльф.
Саске позволил себе на секунду отвлечься и точно так же оценить главного эльфа, стоящего перед ним.
Судя по нескольким нашивкам, висящим на кожаном ремне, который шёл эльфу через плечо, это были нашивки солдат, а именно с иероглифом «Огонь» на гербе. Этот юноша убил немало сержантов и несколько лейтенантов. А невзрачные трофеи с убитых рядовых солдат украшали стоящих сзади.
Так же на груди у всех троих, по-видимому закреплённые на тех же ремнях, болтались и маски, исполосованные зелёной краской, которые обычно носят те скоя’таэли, которые желают грабить анонимно. Но ведьмак их не судил. Он знал, что нелюдям в такое время не легко, и порой приходится прибегать к грабежу и насилию на большаках, дабы прокормить себя.
Однако главный выделялся ещё и тем, что имел кожаный нагрудник, который, как у ведьмака, не шёл почти через весь живот до пояса, а лишь покрывал ту часть груди, под которой были трахеи. И шёл этот нагрудник ровно по всему торсу вокруг и был крепко закреплён стёжками на спине. Также на нём было много металлических заклёпок.
Если вся левая его рука была закрыта рукавом и дополнена стёганным наплечником и с перчаткой на всю руку, то правая, которая натягивала тетиву, была почти что голой. Лишь перчатка до запястья надета была, но с вырезом для указательного и среднего пальцев. А второй рукав едва ли доходил до локтя, так как был закатан и закреплён парой ремешков. На всё предплечье красовалась весьма комплексная татуировка - алый дракон, отчётливый глаз которого будто точно смотрел навстречу ведьмаку.
Одежда в целом на эльфе была толстая, с высоким подолом и кольчугой по всему торсу выше от пояса. А в районе талии был повязан широкий бедуинский шарф красного цвета, исполосованный белыми полосками. Голова была перевязана красной банданой, что также сильно отличало его от подчинённых позади, которые были экипированы явно более скромно. На левом бедре всех троих висели эльфские мечи с красной обмоткой на рукояти, однако у лидера был и второй на втором бедре. Примечательным элементом оружия была его изогнутая форма.
Пора стояла если не жаркая, то очень тёплая. Так что Саске сильно удивился тому, что их командир был так плотно одет. И хоть это была зона, где часто шли проливные дожди, а эпицентром и вовсе был Эмей, который находился в двух днях пути на юг, это всё равно не оправдывало такого жёсткого обмундирования.
- Ты здесь главный? - спросил Саске.
- А у тебя какие-то проблемы на этот счёт? - укоризненно щурясь, интересовался скоя’таэль.
- Ни в коем случае. Я лишь хочу убедиться, что мне не придётся просить отвести меня к кому-то постарше, так как, скорее всего, я вижу командира перед собой. Я прав?
- Допустим. Да вот только что ты желаешь сделать, чтобы уйти живым. Я думал, до тебя уже дошло, что никто тебя отсюда не отпустит.
- Тогда к чему все эти разговоры?
- А мне просто нравится тешить своё самолюбие, решая судьбу человечишки, каждый раз молящего о пощаде, стоящего перед моей стрелой на коленях. Но ты, как мне думается, молить о пощаде не собираешься.
Помолчав секунду, Саске принял тот факт, что без кровопролития не обойдётся.
- Я не хочу трогать вас. Последний раз прошу, пустите! - монотонно предупреждал ведьмак.
- И не тронешь. Даже если ты справишься с нами тремя, наши братья, коих десятки, сядут на твой хвост, стоит мне только свистнуть на весь лес. Но я тебе такого удовольствия не дам. А стрелой убивать тебя не стану. Это будет не так интересно.
Все трое отошли на несколько шагов назад и только после этого главный опустил лук и убрал его за спину, после чего достал левый меч, висящий на ремнях, закреплённых на поясе. Принял стойку, выдвинув правую ногу вперёд, чем слегка подставил правый бок.
- Доставай свой меч! Я убью на равных!
- Боюсь, вынужден отказать, - опустил ведьмак руки. - Я уже говорил, у меня нет на это времени.
Правая рука ведьмака мгновенно рванулась к стальному мечу, а левая, сложенная в знак Игни, резко вытянулась вперёд и испустила тысячи раскалённых частиц. Пламя ринулось наружу и обуяло правую половину одежды командира. Тот резко испугался и стал размахивать правой рукой, дабы сбросить пламя.
Другие двое лучников не успели отреагировать и, получив резкий жар в глаза, дезориентировались пустили стрелы в разные стороны.
Командир трусливо кричал и размахивал горящей рукой. Пламя дошло и до воротника, который начинал обжигать лицо.
Ведьмак быстро вынул меч и неспешным шагом пошёл навстречу неприятелям, пока те держались за лица от перегрева и старались придти в себя.
Начал капать ночной дождь. Первым дело ведьмак решил вырубить командира, но не убивать лично, так как хотел предоставить всю работу пламени, которое нехило так разошлось по всей одежде командира. Так он и сделал. Дабы тот вскоре не крикнул своим далёким подчинённым, ведьмак вломил ему как следует по голове и бросил на землю.
Другие двое не дали себя коснуться и быстро, бросив луки, оголили лезвия мечей.
Тут Саске пришлось защищаться. Однако конфликт был решён буквально в три движения.
Ведьмак парировал удар первого эльфа. Схватил его за правую руку своей левой и, пригнувшись, сделал полуоборот, смыкая свою спину с вражеской и параллельно уходя от горизонтального замаха второго эльфа. Попутно, делая полуоборот, ведьмак замахивался мечом в правой руке, чем одарил врага широкой раной на животе, из которой мигом посыпались кишки. Затем Саске отпустил первого эльфа, которого немного вывел из равновесия, потянув его за схваченную руку, и ударил сквозь себя прямым уколом в спину, не оборачиваясь, ударяя точно назад. Лезвие прошло точно по касательной с правым боком ведьмака, который, если посмотреть в профиль, будто бил в живот самого себя, и пронзило эльфа насквозь, выглянув остриём из живота.
Спустя секунду ведьмак резко вытащил меч из спины скоя’таэля и наконец дал ему упасть.
Смахнув кровь эльфов с лезвия на землю, он вернул меч в ножны.
- Мальчишка... Заносчивый и высокомерный. Ну весь в предков! - произнёс Саске, смотря на спящего эльфа через плечо, пламя на одежде которого ещё не потухло от крапинок дождя. - Если выживешь, надеюсь, урок будет усвоен.
Ведьмак побежал обратно к своему лагерю. Принялся поднимать вещи с земли и будить Сараду, которая к счастью звуков боя не слышала, так как всё происходило далеко от неё.
Дождь начал бить сильнее.
Ведьмак надел на Сараду свой балахон, натянул капюшон, чтобы она не промокла и усадил на коня. Вскочил сам и устремился вперёд на большак, стараясь более не касаться лесов и тех, кто там остался, пока основные силы скоя’таэлей не хватились пропавшей разведки.

*Kusa - земли Травы.
*Ame - страна Дождя.
*Kasai - страна Огня.

Сказание о ведьмаке: Изгой. Глава 2

Шёл третий день после побега из Кусайских лесов. Ведьмак со своей девочкой верхом на Акуме пересекли границу в тот же день, когда повстречали в тех лесах эльфов.
Саске не хотел рисковать безопасностью ребёнка, поэтому не стал щадить коня. Спокойной рысью они дошли бы до границы, как он и сказал тому эльфскому командиру, за полдня. Однако пришлось скакать галопом, сколько того способен был выдержать конь.
Тот оказался выносливей предыдущих лошадей ведьмака, насколько ему не изменяла память. За такую работу он более не налегал на животное и дальше шёл пешком, оставляя в седле лишь свою подопечную, чтобы конь отдыхал. В перевес тому остановки их были очень редкими. За эти три дня они как следует не высыпались. Только Сараде изредка удавалось подремать под убаюкивающие покачивания от шага бравого коня.
За это время ведьмаку не удалось скрыть крапинок крови на его одежде.
Девочка была настырная. Она желала знать, с кем её проводник столкнулся.
Саске молчал, как мог. Но в итоге рассказал. Даже увиливания и враньё не помогали. Девчушка была довольна смышлёная, и даже если лож ведьмака срабатывала, она всё равно догадывалась, что столкновение с Касайскими войсками было невозможно. С картой она была знакома. Так что понимание того, на чьей земле они были, помогло ей поймать Саске на лжи. После этого его терпению пришёл конец и он сказал, как есть.
Девочка на него слегка обиделась. Она ещё была слишком мала, чтобы быть пацифистом или реалистом. Она в любом случае не приемлила бессмысленное насилие, отказываясь верить, что при ином исходе Саске могу погибнуть, и девочка осталась бы одна.
Сарада обиделась на него, и все эти дни молчала. А её обида тем временем постепенно утихала.
Ведьмак её понимал и не держал на неё зла. «Ей ещё предстоит это понять» - подумал он, ведя за собой коня за поводья.
Ещё одной причиной такой спешки была большая непроглядная тайга, в которой наверняка водилось немало опасных монстров, в наличие которых ведьмак не сомневался. Эта тайга длилась от западной границы со страной Травы и вплоть до развилки между путём на град Химачи и Коноху. До последнего от развилки было, к слову, ещё один день дороги.
Дорога до Кусы шла одна и была довольно широкая. Однако даже это не позволяло двигаться войскам на северо-запад, не оставляя за собой следы. Добрая часть леса вдоль дороги была вырублена и довольно грубо. Если бы страна Огня не отбила эту часть лесов у Кусы, то здешним эльфам не пришлось бы бежать в Йаму, где те только и ждут, когда их славная прекрасная раса найдёт свой конец средь хладных гор.
Ведьмак их не жалел. Ему было всё равно, что будет с ним, что станется с эльфами гор и к чему приведёт эта бессмысленная война между двумя сильнейшими королевствами, одному из которых в этом мире просто стало тесно. Только девочка представляла для него смысл. Невинное дитя, которое он как-то поклялся защитить.
Впрочем, ему сейчас было не до воспоминаний.
На их пути возникла небольшая деревенька, приблизительно за пару миль перед развилкой. Очевидно, что тут была и корчма, так как очень часто здесь проходят путники. Однако ведьмак ясно видел, что деревня живёт не только на деньги путников. Тут был свой кузнец, очевидно, не самого высокого ранга, так сказать, кто-то держал овец и буквально в данный момент состригал шерсть с одной из них. Поле неподалёку в стороне от дороги стояло, и старый погонщик гонял по нему с десяток коров. О трудоустройстве этой деревни можно было не думать. Люди с виду, явно, не унывали. Хотя некоторые жёны, завидев пришедшего мутанта, с опаской решили спрятать своих десятилеток по домам, пока их мужи трудились вдалеке от семей.
Саске завёл коня в ограду корчмы, которая точно рисовала букву «п», если взглянуть на неё свысока. Однако третью часть этой буквы дорисовывал как раз таки загон для лошадей с широким навесом и длиннющей кормушкой, в которой вместо сена по большому счёту лежало больше соломы. Но Акуму это не удручало. Этот коняра был слишком голоден, чтобы привередничать.
Ведьмак взял Сараду за подмышки и снял с седла, поставил на землю. Он постарался взглянуть в её глаза, даже при учёте её малого роста. Но девочка тем и пользовалась, что с малым ростом ей нетрудно отворачиваться, дабы не ловить взгляда Саске.
- Может, хватит дуться? - спросил ведьмак, пытаясь как можно сильнее прижимать подбородок к груди, чтобы заглянуть в очи девочке.
Но она всё сильнее отворачивалась.
- Сейчас я голодна, - слегка выпячила Сарада нижнюю губу, по-прежнему изображая недовольство. - Сперва накорми меня, а том ещё, наверно, поговорим.
- Ну что ж, ты мне выбора не оставила, - чуть усмехнулся Саске, подняв голову и посмотрев на дверь корчмы. - Пойдём, поедим!
Оба вошли внутрь и, не к удивлению ведьмака, словили несколько взглядов, приветливых и не очень.
Саске этому не удивился, ему уже не привыкать к косым взглядом деревенщины. Его не устраивало, как в последствии свой взор некоторые перевели на девочку, что застыла перед ним, удивлённо раскрыв рот такому вниманию.
Саске подтолкнул её чуть в спину, побудив её пройти дальше. Однако не все после этого перестали на них глазеть.
Подальше от лишнего внимания они удалились в левую часть корчмы, которая была второй третью буквы «п», стоящей перпендикулярно основной части корчмы, как загон для лошадей. Там не было народу. Лишь один мужчина, с виду молодой, но уже не юный, сидел да попивал что-то крепкое из своей рюмки, встречая нейтральным взглядом героев.
Тут вместо положенных двух столов стоял лишь один, и с противоположной стороны его занимал тот самый мужчина.
- Хозяин! - крикнул ведьмак, обернувшись. - А где второй стол? На его месте только гора щепок.
- Прошу, не судите плохо, сударь! - сложил обе ладошки вместе юный корчмарь с белым платком на всю голову и тёмно-зелёным запачканным фартуком через весь живот поверх синей рубашонки. - На днях тут двое не поделили чего-то меж собой. Вот столу-то и досталось больше всего. Мы уж попросили нашего у ремесленника новый. Но у него и без того работы по дереву-то много. Второй день дождаться не можем.
- Ладно, не важно. Уважаемый, позволите?
- Конечно, пожалуйста. Не стесняйтесь моей компании, - приятным баритоном ответил незнакомец, показавший на скамью через стол напротив себя.
- Благодарю. Давай, малая, садись. Сейчас что-нибудь тебе принесут.
- Лучше что-нибудь овощное. Можно?
- Да. Думаю, можно.
Ведьмак вернулся к стойке корчмаря, который как раз держал поднос наготове и ставил две рюмки с крепким содержимым.
- Чего-нибудь овощного для ребёнка. А мне… рыбки не будет?
- Есть селёдочка, милсдарь. Но, если хотите повкуснее, то ещё лосось остался.
- Селёдка подойдёт, - устало ответил Саске.
- Тогда скоро будет, - приятно улыбнулся корчмарь.
Ведьмак сразу за всё заплатил, вернулся за свой стол и наконец-то смирно осел, дав ногам немного отдыха.
- Подожди немного. Скоро всё принесут.
- Ага, - также неохотно буркнула Сарада.
На несколько секунд воцарилась тишина. Только хохот и жужжанье мужиков в главной части корчмы было слышно. Вскоре эту тишину решил нарушить ведьмак, пристально наблюдающий за тем, как его сосед напротив порциями попивает какую-то настойку.
- Что? У меня что-то с лицом? - чертыхнулся незнакомец, заметивший пристальный взгляд ведьмака.
Саске мимолётным движением глаз осмотрел собеседника, насколько сумел. Тот был одет весьма посредственно: чуть распахнутая, несильно завязанная шнурочками на груди белая рубаха без воротника, тёмно-серая тонкая куртяйка без рукавов, некрепко стянутая на поясе ремнём, правый конец которого, проходя под пряжкой, свободно свисал. А ниже этого ремня шёл подол до колен, продолжающий куртку. Белые рукава рубахи были подвёрнуты до предплечий и закреплённые парой ремешков, дабы держалось. На ногах поверх типичных старых деревенских штанцов были поношенные сапоги, которые плохо сочетались с остальной одеждой. У Саске создалось впечатления, что этот незнакомец их у кого-то стащил или даже с трупа снял.
Под подолом был её обвязан тонкий ремешок вокруг ляшки. Наверняка держал ножны с самим ножом.
Взгляд у мужчины был слегка усталый, но не то, чтобы в силу возраста, а скорее в виду каких-то изматывающих обстоятельств. Кожа светлая, даже бледноватая. Волосы были цвета не белого, но что-то среднее между светло-светло-голубым и серебристым. Также длинными примерно настолько же, насколько у ведьмака, только ещё и повязанные вокруг головы синей лентой, что было весьма ярко не в самом хорошем смысле. «Однако типичный безобидный дворняга» - как для себя его охарактеризовал Саске.
- Отнюдь, ничего, - наконец ответил ведьмак. - Просто странно видеть такое озабоченное выражение лица в подобном месте. Тоже проездом здесь?
- Можно и так сказать, - улыбчиво покивал незнакомец. - Если вкратце, то путешествую по странам и городам в поисках тех, кто способен услышать меня. Но, к моему сожалению, меня мало кто понимает. С каждым разом всё больше думаю, что «таких, как я» в этом мире осталось немного.
- Вы приверженец какой-то церкви, которая растеряла своих покровителей, или что? По вам не скажешь, что вы верующий.
- Нет, я не фанатик, уж Боже упаси, - сделал ещё глоток.
- Хорошо, если так. Ладно, не буду настаивать. Ваше дело.
- Раз уж я вам ответил… Могу и я проявить ответный интерес? - облокотился обеими руками на стол и положил их параллельно навстречу друг другу.
- Если только вопрос будет не очень личный, - слегка дёрнул бровью Саске, опасаясь неприятного вопроса касательно последнего «громкого» события.
- Ни в коем разе, - отрицательно помахал головой собеседник.
- Ну тогда валяйте, - слегка отдалился Саске, снимая лишний груз со спины и ставя его возле стенки позади Сарады.
Незнакомец проследил взглядом за мечами, которые ведьмак отставил.
- Вы один из тех легендарных охотников за чудовищами, верно говорю? Ведьмачей тут давно уже не принимали.
- Вы верно поняли. Я считал, что мои глаза давно обо всём сказали.
- Да, лицезреть такую необычную радужку - воистину необычное зрелище. Кошачьи верно? Сколько себя помню, всегда выказывал большое уважение к вашему ремеслу.
Корчмарь явился с полным подносом пряностей и урожая. Рыба, предназначавшаяся ведьмаку тоже была «в полном здравии». Парень составил всё на стол и, поклонившись, немедля удалился.
- В моём цехе мутации были слегка иного рода. Поэтому не кошачьи, а змеиные. Но довольно лестно слышать такое в месте, подобном этому. Обычно, никак более ласково, чем мутант или приблуда, тут таких, как я, не называют, - докончил фразу и опрокинул первую из двух рюмок Саске.
- Чернь всегда призирает то, чего не понимает, - опять отрицательно помотал головой. - Уж мне это известно.
- Откуда же, позвольте узнать?
- Ну, я не на своём опыте это испытал, разумеется. Мне как-то довелось повидать бедолагу, перенёсшего последствия такого непонимания.
- Ну так выпьем за него, кто бы он ни был? - откусил ведьмак рыбки и поднял вторую рюмку, пока его подопечная уплетала салат с морковью.
- Выпьем, - пару раз покивал незнакомец и долил в свою рюмку настойку, которую пил ранее.
Они чокнулись, опрокинули свои ёмкости. Ведьмаку явно было чуть более неприятно от послевкусья огненной воды. Однако его собеседник, хоть и явно пил что-то крепкое, переносил это не с такой кривой рожей. А лишь слегка цыкнул, чуть обнажив передние зубы, будто на секунду улыбнулся сквозь них, и довольно выдохнул.
- Могу я узнать, с кем мне удалось так приятно посидеть? - поинтересовался незнакомец.
- И мне любопытно. Саске из Йамы, ведьмак, - протянул правую руку, встав с насиженного места.
- Дан Като, одинокий странник из Очи! - встал и ответил на рукопожатие. Затем синхронно с ведьмаком сел обратно. - А тебя, маленькая? Кем ты будешь?
- Я давно уже не маленькая! - недовольно возразила девочка и топнула ногой.
- Прости, юная леди. Я вовсе не хотел задеть твоё…
- Сарада, - нехотя, пялясь в стену, надувая губки, отвечала она. - Учиха Сарада.
- Прекрасное имя. Тебе очень повезло, что твой отец - ведьмак. С таким по миру странствовать, должно быть, совсем не страшно.
- Я не её отец, - внёс поправку Саске, разделывая рыбу. - Я везу её в Коноху, чтобы это странствие наконец прекратилось. По крайней мере для неё.
- Странно, но… Где же тогда её родители? Сомневаюсь, что можно считать нормальным странствия юной леди с кем-то, кто не является для неё близким родственником.
- А это уже личный вопрос, на который я отвечать не обязан.
- Полагаю, настаивать тоже бесполезно.
- Верно полагаешь, - грубо откусил рыбы ведьмак.
- Он везёт меня домой, - вступилась за него Сарада. - Мы с Саске проделали долгий путь, чтобы наконец вернуться. И никто…
- Сарада, - прервал её ведьмак. - Не надо говорить лишнего.
- А, прости, - опешила она и стала чуть тише в голосе. - В общем, там, куда мы едем, мне уже не нужны будут родители. Я сама смогу о себе заботиться.
- Не сомневаюсь, юная леди, - в свойственной себе манере покивал Дан, улыбаясь и примерно представляя, о чём идёт речь, но лишь поверхностно. - Что ж. Прошу прощения, если я доставил этим неудобства.
- Да всё хорошо, - улыбнулась Сарада.
- Мы просто едем уже третий день, и давно как следует не отдыхали. Так что не сочти мои слова грубо.
- Я не в обиде. Всё прекрасно понимаю. Солнце уже садится, - посмотрел Дан себе за спину в окно, откуда слегка поддувал ветерок.
Из окна точно не было видно, что солнце уходит за горизонт. Но характерный алый окрас облаков, неспешно идущих по небу и гармонично переходящих в мутно-синий тон самого неба, говорил о скором наступлении ночи.
- А в такое время принято готовиться ко сну, - продолжил Дан. - С утра я бы порекомендовал вам сходит на озеро тут, недалеко, и отмыться от дорожной глины. Бабы иногда ходят туда ради стирки, ну или чтоб самим поплескаться. Место приятное. Пойдёте по вымощенной тропинке в сторону леса, и там за деревьями увидите его. Здесь как раз рядом проходит река Они, разделяющая страну на две части. От неё идёт проток аккурат мимо деревни и выходит в здешнее озерцо. Рядом с ним также стоит большой валун, так что не ошибётесь.
Саске слегка настораживала такая любезность со стороны встречного. Однако не так уж и часто на пути ему встречались приятные личности, которые не спешат кидать дерьмом в лицо. Да и просто от него веяло искренностью и добродушием. Обычно от педофилов-маньяков несёт иначе. Саске не мог этого объяснить, даже самому себе. Но ему всегда удавалось угадывать суть людей, с которыми он общался. В этот раз он тоже не стал противиться подсказкам своего чутья.
- Спасибо за подсказку, - прищурившись благодарил ведьмак. - Честно признаться, в последние дни только о ванне и мечтаю. Но озеро тоже сойдёт.
- Я не грязная! - заметила Сарада.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Твой балахон в ту ночь не помог. Я вымокла так сильно, что заодно и всю грязь на себе отмочила, и она стекла.
- Так не бывает.
- А вот и бывает. Вода вся одна. Раз под дождём прокатилась и хватит.
- Ладно, малявка. Только истерик не надо, прошу, - отмахнулся Саске. - Пойду утром один. Дан, раз уж так получилось, то можешь?..
- Да не вопрос, друг мой. Присмотрю не без удовольствия. Сарада, а ты в карты играть умеешь? А то в последнее время у меня никто толковый выиграть не может.
- Не очень, но с правилами, наверное, знакома.
- Вот и славно. Ну а если нет, то научим заново. Приходи сюда утром. Скоротаем время.
- А как, кстати, ты, твои странствия тебя не обязывают?
- Да что ты, Саске из Йамы. Я вольный человек. Путешествую, помогаю, как могу, другим не во вред себе или кому-либо ещё. Я не тороплюсь.
- Тогда ещё раз спасибо.
- Не за что, друг, - улыбчиво покивал Дан.

*Yama - страна Гор.
*Ocha - страна Чая.

Сказание о ведьмаке: Изгой. Глава 3

Ведьмак поторопился снять с себя кожаную кирасу, вслед за ней сбросить перчатки с наручами и сапогами на землю. Расстегнул ремень, подкрепляющий самую яркую часть его одежды, и тоже сбросил. Оставалась лишь поверх штанов рубахи ни то жилет, ни то камзол, ни то очень тонкий балахон без рукавов тёмно-зелёного цвета, который закреплялся под кирасой парой пришитых к нему же ремешков в виду отсутствия пуговиц. Ни тем, ни другим, ни третьим это назвать точно нельзя было, потому что у всех этих видов одежды никогда не бывало настолько длинного подола, аж до самых щиколоток, да ещё и с вырезом слева и справа, что придавало большей эффектности костюму во время ветра, когда его подол свободно развивался. Не веси бы поверх кирасы медальона на шее ведьмака с оскаленной пастью кобры с широко расправленными складками свободной кожи, что придавало устрашения, по характерному виду доспехов мало кого затруднило бы определить его принадлежность к определённому цеху. Хотя глаза его выдали бы намного раньше.
Убедившись, что в округе никого постороннего нет, а впоследствии оголившись полностью, ведьмак охотно залез в воду и принялся сперва намыливать руки сверху донизу, а затем и торс.
С таким удовольствием, пожалуй, может мыться только тот, кто не делал этого месяц. Да и следовало ли это здесь - в единственном водяном источнике для деревни. Как оказалось, можно было. Дан глубоко заверил его, что вода из озера не настолько чиста, чтобы её пить, но для стирки и мойки вполне годиться. И Саске было приятно это слышать.
Спустя пару минут удовольствия ведьмак ощутил на себе чей-то взгляд. Странно, ведь бесшумно подкрасться к нему сумели уже во второй раз за последние несколько дней, что его весьма насторожило. «Теряю хватку, наверное».
На берегу сидела молодая девушка с длинными завитыми волосами. Шатенка в белой, словно молоко, рубахе находилась в тени деревьев, отбрасываемых утренним ярким солнцем. Она просто сидела и плескала воду своими стройными ногами, опираясь руками назад о землю.
Ведьмаку, который уже почти год не имел контакта с женщинами, было приятно видеть эту красоту. Он напрочь забыл о мыле, которое вскользь выпало у него из рук, когда он обернулся на девушку, встав относительно неё в профиль.
Она оценила его внешние данные. Яркая улыбка явно дала понять, что он ей понравился. Острые аккуратно составленные зубки блеснули от пробежавшего сквозь колыхнувшие ветви деревьев солнечного лучика и отразились ярким бликом в глаза ведьмака.
«Чудо, чёрт меня возьми!» - подумал он про себя, решая всё же отвернуться и докончить свои водные процедуры.
Спустя ещё пару мгновений он неуверенно обернулся вновь, но её уже не увидел. «Должно быть, нашла занятия поважнее. Ведь солнце встаёт, а значит, жизнь начинает кипеть снова».
Наконец-то он закончил. Набравшись хорошего настроения на предстоящий день, Саске вышел из воды и присел на траву под солнце. Обтереться ему было нечем, однако, к его счастью, стояло не жаркое, но всё же тёплое лето.
Ведьмак встал, оделся, вот уже как следует затягивал все ремешки на пряжках, да только таинственная незнакомка вновь отвлекла его взор. Она вынырнула, словно дух, из-за дерева, к которому грациозно прильнула всей грудью и мило улыбнулась.
Ведьмак улыбнулся в ответ и отвёл взгляд вниз, делая вид, что следит за тем, как застёгивает свою форму. Да только это был лож. Ему хотелось смотреть ей навстречу. Он хотел этой близости, хоть и понимал, что не должен её допускать. Однако мужчина есть мужчина, мутант он или нет.
«Может быть, воспользоваться моментом?! Настроение как раз подходящее. С Сарадой ничего не случится. А я смогу отвлечься ненадолго…». Слишком сладки были эти мысли для него. Но вот для кого он в итоге станет врагом, когда тот узнает, что его дочь или, может, уже и юную супругу, которой просто захотелось «сходить налево», оприходовал вшивый ведьмак, который только и может, что забирать чужих деток, обворовывать честных граждан да новыми неслыханными болезнями люд бедный одаривать.
- Нет, наверное, не сегодня… - вслух сразу дал ответ мутант, которому совсем не хотелось говорить подобного.
Девушка не обиделась, а только похихикала, скрываясь за деревом с той же стороны, откуда вынырнула, и рванула босиком по тропе, которой сюда дошёл Саске.
- Постой!
А она даже не обернулась, убегая в даль.
Ведьмак от уныния покачал головой. Ему больше не осталось нацепить на себя ничего, кроме валяющихся мечей, которые он слишком небрежно и пренебрежительно бросил наземь.
- Скоро… - ограниченными движениями головы быстро кивал он, озвучивая свои будущие намерения для себя. - Скоро это всё кончится. И снова смогу тебя найти. Больше не будет этих гонений в никуда, и мы снова будем вместе. Скоро!..

С внешней стороны забора под солнцем, будто не имея совершенно никаких планов на грядущий день, за деревней полулёжа сидел Дан, беззаботно покручивая тонкий длинный колосок между зубами и поддёргивая сапог на правой ноге за отворот.
- Ты, кажется, говорил, что приглядишь за Сарадой, пока меня не будет, - замечал ведьмак, подсаживаясь рядом и опираясь хребтом на косой забор.
- Она всё ещё спит без задних ног. Видать, поздняя пташка - эта твоя спутница.
- Путь наш довольно непрост в виду некоторых непредсказуемых обстоятельств. Довольно часто она не высыпается из-за этого. А иногда мне приходится нарушать её сон. Порой обстоятельства говорят мне, что не время спать, время как можно скорее уносить ноги.
- У вас так много недоброжелателей?
- Н-н-не совсем, - протяжно начал Саске, смотря в туже даль, что и Дан, - куда-то далеко, где за бескрайним лесом уже ничего не видать. - Просто за последние времена мне пришлось поучаствовать в некоторых делах ради будущего блага девочки. Но если бы я сомневался в своих силах, я бы тут не сидел. Она для меня всё, Дан.
- Вот, значит, как, - удивлённо приподнял брови и вытащил изо рта колосок. - Что ж, и при этом она не твоя родная дочь? Так кто она для тебя?
- Ведьмаки полностью стерильны - это факт. После того, как нас, будучи детьми, забирают в ведьмачьи школы, мы становимся отщепенцами и козлами отпущения. Во всех болезнях и морах винят нас, а за людей принимают и вовсе очень немногие. От нас остаётся только наше прошлое. Из моего прошлого эта девочка мне и досталась… Это дочь моего старшего брата, которого давно не стало. Её мать тоже умерла. Остался только я. Кое-кто пообещал устроить Сараду в Конохе, дать ей собственный и обеспечить безопасность за мою работу.
- Весьма благородно.
- Благородство не свойственно мутантам.
- Я так не считаю. Все мы люди. Все достойны лучшего. Стоит только за это немного побороться и нам за то воздастся полно. Но вот, мне кажется, твоя борьба направлена только на обеспечение девочки, а о себе ты не думаешь вовсе.
- Это так заметно? - волнительно потирал ведьмак костяшки одной руки о ладонь другой.
- Да, я думаю, так и есть. Рассуждения в подобном ключе с таким выражением на лице… я насмотрелся на таких мучеников сполна. И, если честно, сильно от этого устал. Этот взгляд человека, который собирается сделать что-то глупое и рискованное, даёт понять, что он утратил смысл жизни. Тоже я сейчас вижу и на твоём усеянном шрамами лице.
- А каков твой секрет? - дёрнулся и негромко откашлялся Саске. - Что ты видишь в конце своего пути?
- Вот, что я тебе отвечу Саске: лучше без точно сформулированной цели двигаться вперед, чем без цели стоять на месте, и уж наверняка гораздо лучше, чем без цели пятиться.
- И кто это сказал?
- Я когда-то.
- Интересно. Я запомню.
Дан промолчал и устремил свой взгляд далеко за холмы, на которых виднелись «пушки» листвы поверх редких деревьев, вернув соломинку обратно в зубы.
- Вот ради этого и стоит прожить вечность… - пробубнил Дан, погружённый в свои мысли.
Саске, сидевший рядом и смотрящий примерно в ту же сторону, услышав это, нахмурил брови и заводил глазами, пытаясь понять, что эти слова могут значить.
- А чем ты вообще занимаешься?
- Я-то? Ну, как я сказал, путешествую… Занимаюсь собирательством и продажей редких трав, но в большей степени самых обыкновенных. Несколько алхимических формул знаю. Братался как-то с одним натуралистом из академии Танзаку. Вот, немного подчерпнул у него, о чём-то узнал сам из книг, ну и из прочих источников понемногу. Иногда мне удавалось серьёзно помочь человеку, страдающему от горячки. У меня как раз были нужные компоненты для изготовления отвара. Помогать не здравствующим, знаешь ли, приятно. Да и просто кому-либо помогать.
- И что, все прям таки были к тебе благосклонны?
- Нет, мои знания далеко не всем помогали. Меня как только не оклеветали в некоторые моменты. Хе, две недели назад даже такой случай был: я заехал в такой тихий городок, Коро, кажется. Так там перед моим приездом в каналах завелись утопцы. Ведьмаков тогда в городе не было. В городе нашлось несколько крепких молодцов, которые обещали разобраться с проблемой. Да вот, не вышли они оттуда без время. Кого-то сильно подрали эти твари, кого-то просто оцарапали. Но всё одно - все подхватили какую-то хворь. Я пытался помочь, хотя бы от горячки бедолаг избавить. Но, видать, лекарь из меня тоже ещё тот. Потом кто-то, недовольный моими попытками помочь, и вовсе посчитал, что это я напустил чудовищ в каналы, дабы с заразившихся потом деньги стрясать за лечение. А я ведь ни гроша с них не попросил, пока не появлялись положительные результаты.
- Паршиво, наверное, когда с тобой так поступают.
- И верно. Поэтому я держу путь на запад. Надеюсь осесть на пару лет в Кунийских горах подальше от всего этого негатива, которым пропитано людское общество. Подышать свежим воздухом тоже не помешает. Заодно и войну пережду.
- Не лучший план, друг.
- Это почему?
- Тамошний король недавно погиб. Генералы в смятении, а Касай сейчас пользуется этой суматохой, чтобы завершить войну как можно скорее. Потери будут большие, но страна Огня возьмёт верх. После этого разгромленные потерявшие своих лидеров Эмей и Куса, в которой только «белки» и остались, что грабят торговые караваны на границах, перейдут во владения Касая. И Империя укрепит свои позиции в мире.
- Для простого ведьмака ты слишком хорошо осведомлён. Могу я поинтересоваться, откуда?
- Я… - кашлянул и чутка продрал голос ведьмак, - боюсь, это уже личное. Я не могу тебе сказать.
- Что ж, как хочешь. Но за меня не переживай. За себя постоять я в состоянии. К тому же, кто будет обращать внимание на какого-то отшельника вроде меня, верно?
- Не поспорю. Быть может, тебе там ничего и не грозит, если ты будешь подальше от политиканов и их интриг.
- Вот и славно. Я тоже так думаю, - улыбчиво, слегка кивая, согласился Дан и внезапно смолк на минуту.
Из-за правого бока он достал бутылку спирта и, не сводя глаз с природы, протянул ведьмаку.
Тот слегка удивился, что ему предложили выпить только сейчас. Но не обиделся. В конце концов, день только начинался, и всерьёз распивать было не лучшей идеей. Да и содержимое бутылки было почти на донышке. Так или иначе, Саске принял эту бутылку и, откупорив пробку, сделал пару глотков.
Затем пару глотков сделал и Дан, забрав бутыль назад.

Наступил полдень.
Жизнь внутри деревни и вне её забурлила. Бабки стали друг другу глотки рвать, а лесники да пастухи, набрав с собой орудий ремесла, под дружеский хохот и пустые разговоры направились на рабочие места.
Навстречу трём мужикам, вышедшим из деревни по тропе, которая пересекала высокий забор с сидящими возле него героями, шла та самая шатенка, что повстречалась ведьмаку в лесу. Мужики не постеснялись повернуться и оценить её прелести сзади, хоть в виду её одежды там и нечего было рассматривать. Несколько парней, занятых своей рутиной в деревне, тоже не постеснялись одарить её своим вниманием, стоило ей только пройти мимо них.
На этот раз она была менее оголена, чем на озере. Теперь на её ногах были просторные мужские штаны с подвязками на щиколотках, а на плечах свисал плащ, капюшон которого болтался сзади. Странно было только то, что она всё ещё шагала босиком. Однако тропа не была такой грязной, как после проливных дождей. Так что, возможно, поэтому она не боялась чуть запачкать ноги в сухой пыли нелипкой земле.
Дан тоже её заприметил, поглядев на неё искоса прищуренными глазами.
Она улыбнулась ведьмаку. Всё так же ослепительно, как и на озере. А её клычки так и отражали свет куда сильнее, чем все остальные зубы.
- Ceadmil, Aen Woedbeanna, - поприветствовал девушку ведьмак, улыбчиво прошедшую мимо него.
Она это явно оценила.
- Ммм! - сдержанно простонал Саске, обернувшись на Дана.
- Мои извинения. Я не нарочно, - просил прощения беловласый, случайно поранив Саске, когда решил срезать своим ножичком букет черемицы, точно торчавший возле руки ведьмака.
Тот удивился, что его новый друг был так неаккуратен, но воспринял это спокойно.
- Я не хотел. Просто черемица не везде растёт, а до этого я не заметил, что ты сел рядом с ней, - волнительно запинаясь в своих словах, оправдывался Дан и перебрасывал взгляд с ведьмака в ту сторону, куда прошла девушка, и обратно. - Такие травы не часто можно найти… А мне в дороге ещ1 может пригодиться, наверное… Вот так и получилось. Должно быть, эта красотка тоже меня очаровала, что я и не заметил, как отвлёкся на неё, пока срезал букет…
- Ничего страшного, - успокоил его Саске, встав с травы. Он заметил, что из получившейся ранки вытекло пару капель крови. Он полностью снял перчатку с руки, но оставил наруч, и убрал её в кармашек на поясе сзади, поскольку на ней из-за пореза образовалась дырка, что было бы некрасиво со стороны. - Да. Видел бы ты её на озере… - ухмыляясь смотрел ей вслед.
- Ты уже с ней знаком?
- Нет. Просто она там тоже была. Видать, молодость в крови у девки заиграла. Мужика ей искать пора, а не заглядываться на одиноких странников вроде нас.
- Что ж, не могу не согласиться, - свойственно для себя, покивал Дан, вставая с насиженного места. - Ну, пойдём в корчму. Посидим, - протянул руку, чтобы помочь встать. - А вечером, я слышал, местные собираются что-то отмечать. Внутри будет уже не протолкнуться.
- Значит, лучше будет отсидеться сейчас?!
- Я думаю, так.
- О! Вот вы где, - возникла, словно из неоткуда, Сарада точно у ног ведьмака, стоило ему только подняться. - Вас обоих издалека слышно. Чё вы тут расселись?
Улыбка с лица Саске, вдохновлённая мыслями о той незнакомке, пропала. Он опустил глаза и удивился недовольной рожице малявки.
- Голодна?
- А ты что, спрашиваешь что ли? Конечно же, я хочу есть. Всю ночь живот урчал, - недовольно надулась девочка, поправив очки за оправу.
- Ну пойдём. Надобно набираться сил на дорогу. Мы всё-таки немного задержались. Ты, вообще как, Дан, когда думаешь отправляться?
- Ну. Сегодня было бы не вежливо отказаться от веселья, что намечается на вечер. У меня были планы пробыть здесь всего пару дней и на третий день с восходом солнца направиться дале.
- А чего местные празднуют-то?
- М-м-м, без понятия, если честно, - отрицательно помотал головой. - Наверное, мужики просто придумали новый повод, чтобы хозяина здешнего паба разорить. А, может, у деревенских какой-то свой праздник. Удачный урожай, должно быть, в этом году получится. Да и не всё ли тебе ровно?!
- Если честно, без разницы. Главное, чтоб было чем горло промочить.
- Вы забыли обо мне что ли? - недовольно вскрикнула Сарада.
- Ой, прости, юная милсдарыня, - изображая искренность, извинялся Дан. - С нашей стороны было весьма грубо потерять тебя из внимания. В качестве извинений твой спутник тебя как следует накормит, а я, как и обещал, сыграю с тобой в карты, если ты ещё не растеряла интерес. А, может, и каким особенным трюкам научу, еже ли позволишь.
- Позволяю! - бросила она и повернулась через плечо, направившись к дверям корчмы.
Ведьмак и его новый друг направились вслед за своей «госпожой», минуя загон, возле которого стоял ведьмачий конь. Тот неожиданно вертанул головой в сторону обоих. Принялся топтаться на месте. Заржал во весь голос и стал на дыбы, отталкивающими движениями водя передними ногами по воздуху.
Дан замер на месте на какое-то мгновение, удивлённо глазев на коня.
- Тихо, красавец, тихо! - успокаивал Саске ретивого, постепенно к нему приближаясь. - Что с тобой? Ты будто лешего увидел!
Конь опустился на все конечности, но не перестал топтаться, отдаляясь чуть назад. В конце концов Акума упёрся задницей в ясли, полные свежего сена, но попытки отдалиться ещё больше не бросил.
В итоге Саске достиг его морды и удержал за шоры.
- Успокойся, говорю. Что ты, как неродной, брыкаться начинаешь?! В чём дело? - Саске обернулся, но позади него уже никого не было.
Он задумался на секунду, но потом бросил.
Поругавшись на коня, ведьмак в итоге отпустил его, понимая, что волнения ушло. Для него странным было такое поведение коня. Но он не стал придавать этому значения.
Обычно конь подобным образом шарахался от чудовищ, которые угрожали ему на дороге. Но в людской местности он повёл себя так впервые. Впрочем, это уже было не важно. Тревога ушла, а вместе с ней и Саске удалился в корчму, не желая заставлять ждать своих подопечную и нового друга.

*Kuni (ударение на «и») - страна Земли.

Сказание о ведьмаке: Изгой. Глава 4

- Чего ты встал-то? Вечор уже. Пить пора! - кричал деревенский мужик своему товарищу, уставившему свой взор куда-то вдаль, в сторону леса.
- Акайо всё ещё нет. Не по-братски это будет без него напиваться, - отвечал ему второй. - Не ясно, куда и наш столяр запропастился.
- Да ты же сам ведуешь, как эти те две стервы-жёны этим двоим весь плешь последние дни проедали. Небось оба нынче на лесопилке расселись вдали ото всех. Посидеть возле теплинки да нацидить друг другу небось решили. Подём уже!
- Ну не знаю. Как-то странно это. С тех пор, как к нам этот чудной ведьмак заехал, так что-то странное началось. Столяра два дня не видно, а теперь и Акайо…
- Не загоняйся, Джеро. Давай, раз тебе так приспичило, завтра с утра их и навестим. Вот увидишь, с ними всё будет нормально.
- Ну ладно… - не уверенно и неохотно сдвинулся с места дровосек и поплёлся за другом в корчму, из окон которой валил тёплый свет от множества свечей.

- Я, конечно, понимал, что люди захотят отметить свою дату с размахом, но не настолько же шумно! - ворчал Саске, смотря в свои карты на руках и опираясь локтями на стол.
- Они тебе так мешают? - поинтересовался Дан Като, не отрывая глаз и от своих карт.
Сарада, являясь третьей в их игре, сидела смирно и молчала.
- Не то, чтобы сильно… Просто я немного не привык к таким громким пьянкам деревенщины.
- А как же тогда расслабляются ведьмаки? - проявил внезапное любопытство.
- Да мало чем отлично от простых людей. Только вот мы не теснимся в крохотной хате по двадцать человек. Для того у нас в крепости целая отдельная зала есть. Старая, правда. Стены с потолком давно осыпались. Однако нас никогда за один столом более пяти не сидит. Нас мало уже, знаешь ли. А многие школы давно отказались ломать жизни детям, которые, к тому же, не факт, что переживут испытания, связанные с ведьмачьей подготовкой.
- В твоей школе вас только пятеро и осталось? - положил Дан карту на стол и удостоил своего оппонента прямым взглядом.
- Отнюдь, - более басисто, нежели обычно, ответил ведьмак, вспоминая фрагменты из той поры, когда начались его первые тренировки. - Когда я только приехал в Хеби-но-Гако - так называлась моя школа - я познакомился там с пятью ведьмаками: Орочимару, Якуши Кабуто, Хируко из Иши, Саконг из Эмеи и Кимимаро из Хотто. С последним мне удалось подружиться с первых же дней. Именно он-то меня и тренировал. Однако основные уроки фехтования всё-таки давал Орочимару. Конечно, ведь ему уже больше сотни, и он много опытней. Кимимаро же был самым молодым из всех, - выдохнул ведьмак. - Досадно было слышать, что он ещё двое - Хируко и Саконг погибли, делая свою работу. Смерть Кимимаро оказалась самой недостойной.
- Что с ним случилось?
- А его Бес на рога насадил. Ну, так мне рассказал Орочимару, исходя из свойств его ран. Зверь просто в миг прошил его своими рогами насквозь. Воочию я ни одного тела не видел. Кабуто же, когда ему наконец осточертело просиживать свои лучшие годы в крепости, ушёл далеко на север. Помнится, в тот год я закончил своё обучение и завершил испытание медальона. То было двадцать лет назад. Я скитался по миру, поминал учителя добрым словом. «Общался» с женщинами, - завуалировал в присутствии девочки банальное «трахался». - Однако на чудовищ особо не охотился. Так, в основном, брал по червонцу за голову утопца да по пять за накеров или гулей. Столько покойников на кладбищах теперь действительно спят спокойно, что я даже гордиться собой могу. Ещё не один ведьмак не прирезал столько трупоедов за деньги, сколько того сделал я, - сбросил карты.
- Сочувствую, - положил одну карту в ответ на карту Сарады.
Сарада перебила его ход своей картой и объявила свою победу, громко хлопнув лукой по столу со вскрытыми картами.
- Да чтоб меня черти покусали… - тихо выругался Дан. - Ты ж говорила, что играть не умеешь. Так почему я проигрываю тебе вот уж пятый раз подряд?
- А я и не умею, - нейтрально отвечала Сарада. - Может, это вы мне поддаваться вздумали. Меня это не устраивает.
- Я вообще никогда не играл, - вставил свои пенни в эти слова ведьмак. - Это вы меня уговорили, вот мне ничего и не оставалось.
Сарада строго посмотрела из-подо лба на своего опекуна и, поверив ему на слово, снова посмотрела на Дана, сидящего напротив, как на одного оставшегося виноватого.
- Ладно, признаюсь. Я немного блефовал, но ведь во благо тебе, а не мне. Детям принято давать поблажки.
- Всё равно. Играть надобно на равных, - отрицательно помотала головой девочка. - Человек, не способный воспользоваться любой возможностью для того, чтобы победить, вряд ли будет жить вечно.
- Это кто так сказал?
- Он и сказал, - указала Сарада глазами на ведьмака.
- Я ничего такого не говорил.
- Но как же. Разве твои слова о том, что в бою всегда важно поймать момент и ударить в критическое место, чтобы получить преимущество, ничего не значили?
- Я это говорил очень давно. А меня этому научил старик Орочимару. Да и причём тут карты?
- А при том, что ради конфет или собственной жизни на кону всё равно бьются с одним намерением - победить! - впервые за день улыбнулась она, считая, что говорит что-то действительно заумное.
Ведьмак с таким нелепым выражением лица, будто его действительно удивили чем-то чего он не знал, посмотрел в глаза Дану.
- И откуда такие дети нынче пошли?!.
- Из матерей! - будто ничего более очевидного не смогла сказать Сарада. Однако вопрос оказался риторическим.
Дан, услышав такой умный тон в голосе девочки, засмеялся и, облокотившись одной рукой на стол, закрыл глаза ладонью.
Саске сделал вид, что не услышал этого. Зато он повёл одно ухо в сторону двух баб, старающихся что-то друг другу говорить через мужицкий гонор, сидя за стойкой возле корчмаря.
- Да ходила я уже на лесопилку. Его там не было.
- Значит, он в домике на опушке почивает. Родная, но ты же знаешь, как он тебя любит. А скоро, вдобавок, твой день рожденьица подступит. Вот увидишь, он наверняка сейчас завершает всю заказанную у него работу и приносит всю выручку к вам в дом, а то и не обязательно в виде денег.
- Ты думаешь, он сейчас втайне от меня пашет пуще обычного, только чтобы меня порадовать. Может, это тот ведьмак-страшила его убил. Им ведь убить - всё равно, что очередную девку чарами приворожить да трахнуть - ничего не стоит, - ещё тише сказала женщина.
- Уверенная я! Эти мутанты - все, конечно, выродки. Но не настолько же, чтобы людей без резать. Не накручивайся ты.
- Ты просто не слышала всего, что говорят об этих убийцах!..
- Ты здесь хочешь это обсудить?
- Да, точно, не место и не время… Ладно, но если окажется, что он опять водку жрать начал с дружами своими за моей спиной…
- О чём задумался? - оборвал его Дан.
- Пойду, прогуляюсь немного. Что-то слишком давящая здесь обстановка. Да и в угол самый нас припёрли, а сидеть здесь - вдали от других… В общем…
- Не утруждайся. Я тебя понял. Я присмотрю за Сарадой.
- Поняла? - обратился к ней ведьмак, встав изо стола и нацепляя ножны с мечами на спину. - Вернусь, уложу тебя спать, как обычно.
- Я не такая маленькая, чтобы ради меня бросать свои дела и укладывать спать!
- Но ведь раньше тебе это нравилось.
- Только тогда, когда мне бывало страшно. Сейчас я знаю, что мы в безопасности. Иди. Но не задерживайся. Может мне как ребёнку ложиться надо вовремя. Но тебе тоже нужен здоровый сон.
- Я польщён твоей заботой. Но обо не надо беспокоиться. Тебе - тем более.
- Ступай, Саске. Я присмотрю за ней, - оборвал их дискуссию Дан.
Ведьмак вышел на улицу. Сильно удивился громкой трели птиц, которой он не слышал внутри корчмы. Птицам, обычно, не свойственно было драть глотку при полной луне, но Саске было плевать. Ему хотелось наконец встретиться с той девушкой. Раз её вместе с остальной деревней не было внутри, то, вероятно, она гуляла где-то поблизости. По крайней мере, так думал ведьмак.
- О! И этот, вон, выпорхнул, - указывая горлышком бутылки с самогоном, заметил мужик, сидящий со своим другом на скамейке аккурат у стены паба напротив лошадиных яслей. - Я же тебе говорил, что мутантам в добром людском обществе тесно, ИК. А ты мне не верил…
- А я тебе и не верю, - в таком же ужратом тоне отвечал ему его собутыльник. - Ему, наверное, отлить приспичило, а то и чего другого оттуда же спустить. Я только-то и видел, как он на наших девок смотрит… Эй ты, приблуда!
До сего момента Саске, стоя на месте, смотрел по сторонам в поисках одинокой, но трезвой души, не придавал бреду пьяниц значения. Но тут он всё же повернулся к ним через правое плечо.
- Ты чего тут забыл-то, а?.. Мы тебя тута вон два дня спокойно терпели, но ты, походу… тут поселиться удумал?.. Вали давай, отседова, пока терпение наше не лопнуло!
Саске просто покачал головой, мол «где ни окажись, везде отношение одинаковое», но обиды не стал держать. Он просто поступил, как ему и было велено, - убрался с глаз долой.
Поднялся лёгкий ветерок.
Шагая не спеша, он предавался мыслям. Что будет с ним, когда он вернётся в город? Сдержит ли Император слово данное ему? Увидит ли он в будущем ту, что сердце его давно украла?
Изумрудные глаза, причудливо розовые полосы, тонкая талия, гладкая светлая кожа… Тоска по былым временам одолела хладнокровного убийцу. Но сейчас он находился «здесь», а не «там». Да и будет ли она ему рада, когда вновь увидит его - тоже вопрос без ответа.
«А, может, уехала она, как можно дальше, чтобы я её не нашёл? Не знаю. Но почему мне кажется, что она стала от меня ещё дальше? До столицы уже рукой подать, но я не чувствую, что стал ближе… Дурак, совсем теряешь хватку. Вот, щас пырнёт тебя какой-нить пьяница ножом, а ты о женщинах мечтаешь…». Но от такого бреда он уже предпочёл отказаться, и поднял глаза с земли. Снова осмотрелся вокруг себя и заприметил паренька, который как-то жигольно опирался на стену одной из изб, будто приковал кого-то своим стройным молодым телом. Ведьмак прислушался и узнал глас отвечавшей парню девушки. Он точь-в-точь совпадал с тем смехом, которым выделилась в его памяти та шатенка на озере.
Саске вдруг вспомнил, что ему четвёртый десяток идёт, и о молоденьких красотках думать, как минимум, поздно, по крайней мере, если они его не хотят. Но ведь утром он ясно видел, что ей понравился. «Неважно, если её предпочтения сошли на нет. Пусть молодёжь забавляется». С такими мыслям он лишь улыбнулся, когда девушка наконец чуть показалась из-за избы и стала соблазнять паренька, да повернулся куда-то в сторону, любуясь ночною синевой. Хотя для него ночь была не темнее дня. Не с его глазами.
Девушка чуть обернулась и краем глаза заметила, что за ней наблюдал уже отвернувшийся ведьмак.
Саске двинул медленным шагом вперёд.
Молодые переглянулись меж собой и, поняв, чего от этой ночи оба хотят, побежали в лес. Видно, сеновала в непосредственной близи не предвиделось.
Ветер задул чуть сильнее, донося разный спектр запахов из леса.
Его нюх был остр. Ежесекундно он ощущал запах разных трав, знакомых ему.
- Волокна хана, грибы-шибальцы, нострикс, ребис и… лепестки черемицы. Вроде, их вчера срезал Дан. Да, для леса такая трава - редкость. Разбавить ещё всё это белой чайкой, да на спирте настоять, - вспоминал ботаническую книгу из своей школы. - Вот только что это за рецепт, никак не вспомню.
Вслед за травами донёсся несколько странный для леса запах.
«Кровь?».
Он дёрнул головой, попытался сбить эти нотки, считая, что ему просто показалось. Но, даже вперемешку с запахом растительности, кровь продолжала ощущаться.
«Странно. Обычно кровь можно учуять только через несколько дней после смерти её обладателя. Хотя её след может сохраняться и через несколько лет. Но почему тогда я ничего не чувствовал ранее? Ветер здесь, может, и слабый, но хотя бы раз за день да бывает, - почувствовал неладное ведьмак; снова обратил внимание на несмолкающих птиц. - Похоже, что те мужики, которых хватились сегодня, уже не вернутся. Стоит проверить. Может, хоть свою репутацию в глаз черни поправлю. Но было бы мне какое дело до репутации… Пойду по запаху».
- Эй, куда это он потопал? ИК...
- А, чёрть его не разберёт. Эти мутанты всегда идут туда… куда идут...
- Но ведь, ИК… должна быть какая-то весомая причина.
- Предлагаю использовать давно проверенный дедуктивный, ИК… метод!
- Да ты ж ужрался так, что слова едва можешь в предложения связывать… о какой такой дедукции ты тут гутаришь?
- Себя послухай, фуфлыга!
- Это ты меня-то фуфлыгой назвал? Ты щас за такой базар ответишь!
Мужики в итоге подрались.

- Славно здесь, а? - поинтересовался сторонним мнением Дан, попивая самогон.
- Да, здесь проще, - отвечала Сарада.
- Что ты имеешь в виду под словом «проще»?
- Ничего особенного. В городе всегда просто чуточку душно, хоть Саске везёт меня туда. Но если бы мне предложили поселиться в красивой деревушке, вроде такой, я бы согласилась.
- Почему ты так неуважительно порой разговариваешь с ним? Судя по тому, что я смог узнать о вас и… как вам трудно последнее время жилось, я не могу поверить в то, что такая разумелая и прелестная девочка, как ты, не ценит того, что ради неё делает её опекун.
- Ты говоришь, что я неблагодарная?
- Ну конечно же нет! Просто… мне кажется, что такой отзывчивый человек, как твой…
- «Отец» - можешь так его называть.
- Хорошо, - кивнул Дан. - …такой отзывчивый человек, как твой «отец» заслуживает лучшего обращения. По нему видно, судьба обращалась с ним не лучшим образом. Но, мне кажется, помогая тебе обрести будущее, он искупает своё прошлое, если оно действительно столь скверно, как мне показалось. К слову о родителях. Я знаю, что их у тебя не стало. Но… что с ними случилось, ты знаешь?
- Отец знает. Он смотрел на то, как сгинул мой кровный папа. Это всё, что мне удалось вытянуть из него за все года. Из всего, что мне интересно, он ни за что не рассказывает именно о том, как мой папа погиб.
- А с матерью что?
- Отец говорит, что она переболела чем-то тяжким. Говорил, что в те времена по земле ходила какая-то хворь и касалась, кого только могла. Моя мама была в числе тех, кто этим заболел.
- Чёрная оспа… К счастью эту болезнь эту болезнь победили уж более сотни лет назад. Я сам ведь… - Дан внезапно задумался, но успел поймать себя, опешить и откашляться от того, чего чуть не сказал. - Прости. Но твоя мать ведь умерла не так давно, верно?
- Да. Я тогда была совсем ещё маленькой. Но ведь если мама заболела, то не победили ещё эту хворь.
- Ну, это уже иной вопрос. Как бы не удавалось отвести болезнь, рано или поздно она всё равно даёт о себе знать. Пусть даже не в таких больших масштабах. В любом случае, мне жаль. Жить в таком возрасте без матери… Это ужасно.
- Спасибо. Но я больше не плачу над ней. Я привыкла. И то, что папы больше нет, тоже привыкла.
- Почему ты зовёшь своего родного дядю, как я понял, исходя из того, что он является братом твоего биологического родителя, «отцом»?
- Потому что только отец так обо мне заботился, сколько я его помнила.
- А почему ты так строга к нему? Возвращаясь к вопросу о благодарности, я не могу не спросить. Если он тебе заменил отца, почему ты ругаешь его, будто он худший отец на свете, будто не уделяет тебе достаточно внимания, не заботится о тебе, не кормит…
- Потому что он не живёт.
- Что ты хочешь сказать?
- Он так старается ради меня. Большой король, который заведует этими землями пообещал отцу, что даст мне дом, даст мне место, где я буду в безопасности всегда. Но взамен он должен сделать кое-что. А теперь мы едем обратно, чтобы наконец король выполнил своё обещание. Отец старается для меня, но он мучается, я вижу это в его глазах каждый день. Его мысли где-то далеко, с кем-то другим. Он жертвует своей жизнью и своим счастьем ради меня. За это я его и ругаю. Я хочу, чтобы он начал думать о себе.
- И в этом мы с тобой похожи. Он ведёт тебя вперёд с таким взглядом, будто никаких целей в этой жизни у него больше не имеется, что это побеспокоило и меня. А ты довольно много понимаешь для твоего возраста. Даже глаголишь более менее грамотно.
- Читала книги, которые Саске мне иногда покупал. Разве, если мне мало лет, это должно значить, что я обязательно безграмотная? - нахмурилась девчонка, состроила свой фирменный строгий взгляд.
- Нет-нет, ты всё не так поняла. Просто…
Что-то отвлекло внимание белокурого мужчинки. Он прищурился и обернулся через левое плечо, посмотрел в окно, откуда виднелась только изба, стоящая напротив. Но не деревенский дом привлёк его.
- Слушай, а ты уже успела проголодаться?
- От хорошего ужина я бы не отказалась! - улыбнулась, задрав брови.
- Тогда позволь, я тебя оставлю ненадолго. Мне… нужно кое-что сделать. Давай так, я заплачу за всё лучшее, что только могут здесь подать молодой особе. А ты посидишь тут одна тихонько. Я верну Саске назад и уже с его соизволения ты отправишься апочевать.
- Хорошо!
- Только пообещай мне, что не будешь ни с кем разговаривать. Просто сиди и кушай себе спокойно. А если кто спросит, почему ты одна здесь… Что ж, просто скажи, что взрослым порой тоже нужно отдыхать.
- А что это значит? Отдыхать отчего.
- Вот подрастёшь, заведёшь своих собственных детишек, тогда поймёшь.
- Тебе что ли в тягость сказать сейчас? Я ведь не отстану.
- Знаю, поэтому не стану задерживаться, дабы не испытывать на себе всю силу твоего убеждения. Сиди смирно. Сейчас тебя накормят.
Дан ударил монетой по стойке, за которой стоял молодой корчмарь. Тому велели накормить да напоить девочку, что на время пришлось оставить. Также Дан ещё чуточек доплатил с просьбой проследить, чтобы её никто не трогал. Мало ли, вдруг кому-нибудь из черни девочка, путешествующая вместе с ведьмаком, может не понравиться ещё больше, чем сам ведьмак. Всякие люди бывают.
Но Дану пришлось её оставить, ибо более важные дела требовали к себе внимания.
Дверь корчмы хлопнула вслед за белокурым мужчиной.

Сказание о ведьмаке: Изгой. Глава 5

По разным странам блуждают они, но склонности их и повадки всюду одинаковы. Это означает, что никакой власти, человеческой или божеской, не признают, что никаких законов и правил не уважают, что никому и ничему подчиняться нужным не считают и безнаказанными считают себя. Будучи по натуре шарлатанами, живут с ворожбы, коей простой люд одурачивают, служат шпионами, продают амулеты поддельные, лекарства фальшивые, пойла и наркотики, также сутенерством занимаются, то есть девок гулящих приводят для утех нечестивых тем, кто платит. Когда нуждаются, просить милостыню не стыдятся, но воровства не допускают, однако им милей жульничество и плутовство. Обманывают доверчивых, будто они людей защищают, будто безопасность их стерегут, монстров убивая, но давно уже доказано, что делают это они для удовольствия собственного, ибо убийство для них главное развлечение. Готовясь ко своим деяниям, некое колдовство учиняют чародейское, дабы обольстить глаза смотрящих. Благочестивые священники сразу эти фокусы и ловкость рук разоблачают и срамят этих слуг бесовских, ведьмаками именуемых.
*Монструм или ведьмака описание

«Запах усиливается, - думал ведьмак».
Он продолжал идти по следу. Едва заметный запах крови, разносимый ветром, завёл его вглубь леса, но не очень далеко.
Внезапно на пути оказалась яма, которую вырыли явно не шибко глубоко, но достаточно широко, чтобы складировать трупы вширь, а не в высоту, которая росла бы с каждым новым телом, брошенным поверх остальных.
- Три тела… Одного этого я не припомню. А вот этих двух, вроде, замечал пару раз, пока пребывал в деревни. Должно быть это их хватились местные. Что за тварь такое могла учудить?!
Саске огляделся, понял, что один, и никто его врасплох застать не должен. Местность была тихая, даже трели птиц утихли. Деревья стояли не вековые, стволы были нетолстые, так что если кто-то тут и мог прятаться, то только очередные «белки» в силу своих худощавых тел. Но то было маловероятно. На людскую землю без явного повода и численного превосходства не суются, а их высокомерие не позволяет им хотя бы небольшую траншею для людских тел выкопать. Поэтому таковой вариант отсеялся сразу.
Ведьмак присел на корточки и облокотился на среднюю треть бёдер ног.
- Ну что ж, посмотрим. Все трое мужчины. И на всех имеются глубокие раны, очевидно, от когтей и довольно длинных. Удары были быстрые и точные. Один мужик даже лишился головы. Кровь у всех троих есть лишь на одежде - сухая, запёкшаяся. А вот сами тела уже высушены. Тот, кто ими питался, ни оставил внутри ни капли крови. Зараза… - перешёл в шёпот.
Ведьмак встал с корточек, оглянулся ещё раз. Никого не было. Лишь трели птиц были слышны вдалеке. «Да что ж они никак не заткнуться!».
- Ладно, надо бы сжечь эти останки, пока трупоеды не прочухались и не пришли на запах.
Так ведьмак и поступил. Сложил правую руку в знак Игни, направил её на гниющие тела да излил струю пламени и искр, которые продолжительным потоком коптили трупы и сжигали на них одежду.
Вскоре от тел ни осталось ничего, кроме обугленного мяса да костей.
- Теперь подумаем. Если удары наносились когтями, в момент перемалывающими все кости, а кровь в телах жертв была высосана, очевидно, это какой-то вампир. Быть может, Катакан или Экимма… А может, даже Альп? Последняя куда агрессивней в плане умерщвления своих жертв, нежели первые. Сука, - выругался опять шёпотом, - я ведь с ними никогда толком и не дрался. Всё привык думать, что начинаю стареть, а на своём счету ни одного серьёзного монстра так и не имею. Разве что с Лешим недавно разобрался. Да и тот был молодой. Не удивительно, что бой был даже проще, чем с пятёркой резвых накеров.
Он направился в сторону трелей. Понемногу начал вспоминать старые бестиарии.
- Та-а-ак, и как там говорилось?! Селятся рядом с жертвами… Обычно в местах, где их трудно застать врасплох… Не страшатся света… Но в темноте прибывают охотней. Отличительная черта: часто рыжий окрас волос и алые глаза. Вампир переходной стадии… Обычно принимают женскую форму. Чаще всего бродят вблизи деревень. Нападают ночью. В полнолуние особенно активны. Точно Альп. Но что-то там было и про птиц ещё...
Ведьмак прибавил шагу. Пение птиц всё усиливалось. Вдалеке сквозь стволы уже более долгоживущих деревьев стал проглядываться домик. «Наверное, там заседали лесорубы, если не решали возвращаться в деревню на ночь».
- «Если всё же предстоит тебе идти по лесу…» - вспоминал строки из описания бестии вслух. - «…остерегайся мест, где в большинстве слышны бесконечные трели птиц». Так вот, почему они не давали мне покоя. И правда старею. Забываю всё, чему меня учили. Только мечом размахивать и способен теперь. Так, а дальше… «Означают они, что вступаешь ты на земли…» Сука, забыл самый конец. Альпов или Брукс?! Вампиров разных ведь много. А описание у всех одно к другому - не различишь. Неважно. Главное, я уверен, кто здесь обосновался. И, кажется, знаю где. Следы?
На земле отчётливо виднелись свежие отпечатки.
- Кто-то тут прошёл совсем недавно. И эти кто-то, двое, направились к тому домику. Одна пара - довольно маленьких ног, да и к тому же босых. Женщина? - состроил искреннее удивление собственной глупости на лице. - Твою ж мать…
Саске понял, куда направлялась та молодая парочка. И кто был ведущим в этом смертельном танце - он тоже понял.
Он перестал осматривать следы и достал меч, сверкнувший серебряным отблеском луны, свет которой прорвался сквозь кроны.
«Неужели я был так глуп?! - подумал он. - Неужели ослабленная бдительность стоила жизни всем тем бедолагам, которых я нашёл в той яме и, скорее всего, тому парню, которого она увела и наверняка уже убила да сожрала?! Берегись, ведьмак! Скоро ты и свою племянницу так потеряешь!».
Ведьмак шёл твёрдым уверенным шагом. Его пальцы крепко стискивали рукоять меча «Дисглаир», долгое время служащий ему верой и правдой. На пути была лишь дверь, по которой довольно давно кто-то провёл окровавленными пальцами. Очевидно, что здесь люди и погибали.
Птицы замолчали. Тишина воцарилась столь глубокая, что стала давить на острый слух ведьмака.
За ради нарушения этой тишины он поднял левую руку и наложил на свою броню знак Квен во избежание внезапного удара и его критических последствий.
Множество жёлтых огоньков забегало по телу ведьмака с лёгким магическим скрипом.
Медленными движениями Саске открывал дверь, толкая её остриём своего меча, дабы не потерять руку, если вдруг вампиресса услышала его и притаилась у двери или над ней.
Едва дверь отскрипела немногим тише знака, как вновь на ухо стала давить тишина.
Внутри дома была непроглядная темнота. Но ведьмачий глаз прекрасно видел, что дом был не богат на интерьер. Скудная старая печка у левой стены. Пара-тройка кроватей напротив неё и несколько крючков то тут, то там, на которых в основном висели орудия труда. Но у дальней стены стоял широкий стол, вокруг которого были разбросаны разного рода мелочи. Будто кто-то стряхнул с него всё это, чтобы очистить место для чего-то более важного.
У того стола спиной к ведьмаку стояла женщина. Вся нага и с распущенными тёмными волосами. На полу валялась женская одежда, но мужские штаны с подвязками, а также длинный плащ с капюшоном. Помимо того было много клочков разного рода одежды, запачканных запёкшейся кровью.
Было слышно чавканье.
Из-за тела женщины виднелись крепкие мужские ноги в штанах и деревенской обувке. Явно на том столе лежало чьё-то тело.
- Эй! - окликнул её подкравшийся, но пока стоящий в дверном проёме ведьмак.
Теснота данного помещения явно не давала возможности вести здесь открытый бой.
- Нашла себе курятник, полный здоровых мясистых тушь, и теперь пир себе по ночам устраиваешь?
Вампиресса никак не отреагировала на это. Лишь перестала чавкать. Подвела руки к лицу и поцеловала что-то, что было в её когтистых лапах. Обернувшись она бросила это «что-то» на стол, как опустевшую тарелку.
Ударившись с грохотом о стол, оторванная голова парня немного покачалась на левом боку и наконец легла ровно.
А дева, тем временем демонстрируя ведьмаку свои прелести в полной мере, нежели тогда на озере, стала грациозно ходить из стороны в сторону, постепенно сокращая дистанцию.
Ведьмак в этот момент только смотрел, как ужас на лице бедолаги сверлил его встречным взглядом.
В какую-то секунду он всё-таки отвлёкся и снова оценил данные девушки, которая теперь стала целиком походить на «девушку», прекрасную и невинную, но не на тощего страшного монстра, коим она была, пока допивала кровь, сочащуюся из шеи мёртвого.
- Так всё же я ошибся. Альпы чаще охотятся группами. Ты Брукса!
- А ты не был уверен? - спросила дева прекрасным гласом. - Ну надо же. Убийца чудовищ почти не способен различать одно чудовище от другого. Тебе за свой цех-то не стыдно?
- Я не обязан обсуждать это. Тем более с тобой! - сжал меч обоими руками, опустив остриё направо к полу под углом.
Брукса усмехнулась. Посмеялась она не ехидно, без толики грубости, исключительно милым тоном.
- Полно тебе, ведьмак. Неужто ты забыл, как возжелал тогда, на озере? И у входа в деревню тем же утром. Только не отпирайся, что у тебя давно не было женщины. Я могла бы тебе с этим помочь.
- Звучит заманчиво, - с всё более серьёзным выражением на лице отвечал Саске.
Скоро ведьмаку придётся реагировать. И он был к этому готов. Но первый удар предстояло сделать точно не ему.
- Вот только если б ты не убила стольких человек… Мы могли бы как-то это уладить.
- А что для тебя есть «монстр», ведьмак? Всё, что жрёт людей? Всё, что просто пытается выжить и приспособиться в этом злосчастном мире? Скажи мне!
Её выражение лица из милых черт приобрело более строгие. Она явно была заинтригована тем, что ей должны ответить.
- Ты правда хочешь об этом говорить? Здесь? Сейчас? Когда я пришёл, чтобы наказать тебя за жертвы?
- А ты, значит, не такой ведьмак, о каких мне рассказывали. Вспомнить только этого дурня Дана, так для него каждый, кто истребляет ему же подобных, - человек праведный. «Не всяких чудовищ убивает ведьмак. Лишь тех, кто разумен, он порой не трогает».
- Вот и именно, «порой»! О ком ты говоришь? Какой Дан? Дан Като? Тот, что сейчас сидит в корчме рядом с моей племянницей?
- Ты ничего о нём не знаешь. А если ты узнаешь, кто он есть на самом деле, то уже и знать не пожелаешь.
- Только не говори, что он…
- Прости меня, дорогуша, - спокойным тоном произнёс баритон за спиной у ведьмака, входящий внутрь дома. - Но этот бой завершится не в твою пользу.
- Дан? - удивился его появлению Саске. - Что ты тут?..
- Прошу тебя, давай обо мне позже.
- Ты встал на его сторону? Теперь для тебя куски мяса - лучшие друзья? - оскалилась и перешла на визгливо грубый тон в речи Брукса.
- Михо, я тебе давно сказал, что между нами всё кончено! Мои мировоззрения изменились. Нужды в твоей компании или компании других отродьев, не отличающих обычного способного мыслить человека от скота, я не нуждаюсь!
- Ты, - снова перешла на приятный мягкий тембр, - разбил моё сердце в ту ночь, когда сказал, что люди вызывают у тебя больший интерес, чем я. Тогда я смогла пережить это и отпустить тебя с миром, mo minne. Но теперь, - обнажила, удлинила когти, приняла свою уродливую монструозную форму, - я тебя просто убью, будь потом я хоть на три тысячи лет потом проклята скрытым за это!
- Этого не случится. Из нас двоих здесь останется только один! А ты… Прошу тебя, не вмешивайся, - вытянул правую руку беловласый перед рядом стоящим ведьмаком. - Это уже «мои» семейные дрязги!
Брукса набросилась на Дана через весь дом, вытолкнув его наружу прямым ударом когтей в грудь.
Дан даже покривил лицом от боли. Ему было всё равно.
Руки Бруксы застряли в его плоти, и он воспользовался этим. Дан вцепился обеими руками в глотку вампирши, пока та рывками пыталась высвободить свои руки из тела противника.
Ощутив, с какой силой ей сдавливают горло, она изо всех сил закричала, широко разинув клыкастую пасть.
Звуковая волна, ударившая Дана в лицо, разве что, подобно сильному встречному валу, содрагала кожу на его лице, но каких-то физических повреждений, вроде треснувшего черепа или сломанных перепонок, ему не нанесла.
И всё же такая звуковая атака не понравилась Дану. Он ещё рассчитывал завершить эту, как бы он это назвал, «дискуссию» малой кровью. Но очевидно, что Брукса была настроена решительно.
Он легко, но с большой отдачей брыканул обеими ногами назад и отбросил её. Затем инертно перешёл в кувырок назад через голову и на секунду взмыл в воздух - настолько сильно он рванулся и одновременно смог ударить и тем самым встать на ноги.
«Мастерство, достойное акробата, - думал ведьмак, для которого этот бой был слишком быстрым». Его глаз едва поспевал за действиями этих двоих.
Всё ещё, весь этот целый миг, пока Брукса поднималась с земли, Дан стоял лицом к ведьмаку в нескольких метрах от него. Желая покончить с этим, он оскалился. Его черты лица приобрели более грубый и вытянутый вид, а все зубы внезапно стали длиннее и острее. Глаза почернели, а его ухоженные аккуратно стриженные ногти заострились, и удлинились аж на три два с небольшим вершка.
Дан обернулся, посмотрел в глаза вставшей Бруксе и, скрестив руки перед лицом, а затем мощно выбросив их в обе стороны, зашипел взвыл и во всю глотку издал свой звериный рык.
- Высший вампир… - Саске в полголоса довёл ранее оборванную Бруксой фразу до конца. И он явно не был рад узнать об этом.
Брукса Михо была права на его счёт. Отдельно этот ведьмак не был сторонником мысли о нечудовищности некоторых разумных чудовищ. А поэтому он снова взял свой меч в обе руки и приготовился ударить оставшегося вампира в спину.
Дан быстрее самой Бруксы рванул к ней и вмиг оказался впритык неё.
Она успела отреагировать. Отскочила назад. Но тут же в ответку рванулась вперёд, размахивая смертоносными когтями во все стороны. Громкий крик или невидимость были для неё бесполезным вариантом. Ведь дралась она не с кем-то из людей и даже не с ведьмаком, который несмотря на его мутации, во многом усилившие его рефлексы, как у человека, - а с высшим вампиром, на которого даже не всякий ведьмак взял бы заказ. Хотя бы в силу его возрастающих во много крат параметров: скорости, реакции и силы, а также множества индивидуальных для каждой особи умений.
Дан Като уклонялся даже быстрее, чем его атаковали. Он уже просто игрался с ней. В какой-то момент он решил контратаковать. Резким точным хуком слева серьёзно оцарапал лицо Бруксы, от чего она поморщилась и чуть отстранилась.
Быстрым взмахом правой руки он отсёк Бруксе её правую кисть, отчего она секанула воздух перед собой, когда там уже никого не оказалось.
За её спиной вспыхнуло облако тумана, откуда материализовался её противник. Тот пырнул её в левую лопатку и, дёрнув на себя, развернул на месте. Левой рукой схватил за морду и ударил её о резко подпрыгнувшее правое колено.
Такой удар рассёк Бруксе всё лицо и оглушил её. Она запрокинула голову и попятилась назад, в сторону ведьмака, который решил воспользоваться ситуацией.
Несмотря на то, что всё произошло слишком быстро, Саске успел подойти и ударить прямым уколом Бруксу в спину.
Но и на это Дан успел отреагировать. Он опять, словно через портал, возникающий в местах вспышки белого тумана, попал за спину Михо, направил удар Саске в сторону и оттолкнул его мягким ударом предплечья. После этого вернулся к своей ещё шатающейся подруге и, хватив её за правое плечо и промежность, перекинул через себя.
Её швырнули с такой силой, что она впечаталась даже в толстую стену срубленного лесного дома и почти полностью не смогла более пошевелиться.
В следующее мгновение высший телепортировался к мечу, выпавшему из рук ведьмака, который, упав, даже не успел понять, что выронил оружие. И, поднял этот меч с травы, снова благодаря искусству мгновенного перемещения очутился перед вымотанной Бруксой и вонзил меч точно ей в брюха. Отчего она с болью широко распахнула глаза и сквозь сухой стон глубоко выдохнула. Затем стала жадно глотать воздух, будто ей это было жизненно необходимо.
- Так вот, как распорядилось на мой счёт предназначение… - надышавшись, наконец изрекла Брукса в глаза возлюбленному, крепко сжимающему меч в руке, который давил ей на органы и утыкался в стену. - Это слишком несправедливо… Почему ты оставил меня одну? Всех этих смертей более не случалось бы. Ради тебя я отказалась бы от главного лакомства в своей жизни навсегда…
Лицо Дана, как и милое личико, казалось бы, невинной, прекрасной, стройной Михо, по щеке которой катилась лишь одинокая слеза, - уже не имело вампирских черт.
Он лишь смотрел опущенным взглядом куда-то вниз, наверное, на меч, которым гвоздил свою последнюю любовь.
- Как раз потому и оставил, что ты не смогла от этого отказаться, - ответил ей в глаза.
Она протянула к нему свою оставшуюся длань и нежно провела ей ему по лицу.
- Не отказалась только потому, что ты изменил мне с едой…
Это укололо высшего, ведь то были последние слова Михо - последней связи с вампирским миром, которому он некогда принадлежал.
Смысл этих слов Дан уловил. Он вспомнил, как единожды делил ложе с людской женщиной. Ему не было от того стыдно, но ему было жаль, что это послужило причиной смерти Михо. «А ведь она была лучшей среди всех вампиров, что я знал…».
Меч вышел из тела вампирессы, а её тело упало на землю в сидячем положении.
Ведьмак уже стоял на ногах. После этого направился к победителю, который сломлено смотрел вниз - на труп павшей красавицы.
- Надеюсь, ты не будешь против, что я одолжил это у тебя, - не оборачиваясь протянул меч ведьмаку.
- Нет, не буду, - строго ответил Саске.
- Ну и как теперь поступишь ты? - по-прежнему не оборачивался лицом к лицу Дан.
- Будет зависеть от того, что ты мне ответишь, когда я тебя спрошу.
Серебряный меч уткнулся остриём в хребет вампиру. Тот понял, что вопрос будет лёгким для него, но не самым простым для понимания ведьмаку.
- Я тебе доверился. Моё личное кредо таково, что никогда никому нельзя доверять. Даже те глупцы, что улыбаются тебе в лицо, на самом деле делают это сквозь зубы. Но ты первый на моём пути, кто улыбался, не разжимая губ. Мне стоило догадаться, что ты просто скрываешь клыки. Но вопрос мой в следующем: допускал ли ты в своей голове хоть на миг мысль о том, чтобы навредить Сараде? Действительно ли ты настолько полюбил людей, как говорила эта Брукса, что перестал пить их кровь?
- Твоя спутница - замечательная девочка и, уверен, отличная дочь для самоубийцы, вроде тебя. Вместо того, чтобы убеждаться, будто бы я представляю какую-то угрозу для неё, хотя всё это время я ни разу на неё даже косо не взглянул, уж лучше бы подумал о том, как ты будешь беречь её, если не станет тебя!
- С этой бестией я бы запросто разобрался, - полутоном прорычал Саске, говоря в спину Дану.
- Неужели. Ты даже не был готов к этой схватке! - говорил, оглядываясь через правое плечо. - Я рассчитывал, что ты хотя бы сперва вернёшься в деревню. Смажешь свой клинок маслом, наготовишь бомб и эликсиров. А на деле ты просто пошёл на смерть. Укуси бы она тебя всего раз, ты бы истёк кровью и в дальнейшем стал бы едой для падальщиков. Я был уверен, что ты, когда обнаружишь её, пойдёшь в бой почти безоружным. Поэтому я и порезал твою руку, когда срезал букет черемицы.
- Черемица… тогда…
- Всё верно. Напомни-ка мне, если я ошибаюсь. Но, мне кажется, лепестки черемицы - это один из компонентов ваших эликсиров, способствующих при борьбе с вампирами. Я надеялся, хоть это будет для тебя намёком. Но ты даже не заметил элементарного - того, что я вот уже два дня так ничего людского и не ел. Ты настолько расслабился, что начал упускать из виду элементарные вещи. Ещё бы секунд и я бы тебя уже мог не спасти.
Меч ведьмака уже давно валялся на траве. Он пал под натиском истины, текущей из уст этого вампира. Рука ведьмака не выдержала такого веса. А затем и его колени подкосились, после чего он припал на них и поник головою ниц.
Дан, не ощущая угрозы со спины, наконец повернулся. Он присел на одно колено, опёрся предплечьем на вторую ногу и положил вторую руку на плечо ведьмаку.
- Однако у тебя ещё есть шанс измениться, Саске! Будто впредь внимателен к ближним и следи за своей девочкой усерднее. Она поведала мне малую часть своего прошлого. Мне этого было достаточно, чтобы уяснить одно: отца да мать она смогла потерять и после этого жить дальше, но твою потерю она вряд ли уже перенесёт. Будь ей как отец. И будешь самым счастливым ведьмаком, которых видал свет.
Саске было не просто перевернуть свою позицию с ног на голову.
Он ещё раз пересмотрел своё поведение, оценил свои ошибки и степень их глупости. Ему было очевидно, что Дан говорит правду, но не так-то просто было её принять. Может, жизнь и благополучие Сарады и были для Саске в приоритете. Однако то, как оборвётся его собственная жизнь и прекратит его мучения, было куда важнее.
Да и, казалось бы, что может доставлять душевные страдания бессердечному убийце чудовищ. Подумаешь, семьи не осталось, а единственный брат сгинул в землях демонов. А также отвергла его любовь единственная женщина, что была ему мила чуть больше, чем путаны из очередного борделя, которые предпочитают любви деньги. Многие ведьмаки жили себе да зарабатывали крону-другую на избавлении селян от бестий, но и не вспоминали о семьях. Но на долю этого убийцы выпала именно настолько банальная причина. Одиночество и всеотверженность просто его убивали. И с этим он ничего не способен был изменить.
Однако стоило ему лишь посмотреть на Сараду, не как на долг перед пропавшим братом, а как на детище своё, пусть и не кровно созданное, всего разок, так он смог увидеть смысл в словах вампира.
- Всегда предоставляется вторая возможность. И я рад буду знать, что буду тем, кто такую возможность тебе предоставляет, - убрал руку с плеча и встал с колена. - Если ты поймёшь всё правильно, то, я надеюсь, мы сможем покончить с этой дискуссией и наконец убраться отсюда подобру да поздорову. Ну так что?
- Знаешь, - проклюнулся голос Саске из-под головы у груди, к которой прижимался его щетинистый подбородок, - ты жутко нудный моралист!..
Засмеялся, прикрыв лицо рукой.
Вампир, коль уж ему было проще выражать подобные эмоции в силу того, что он не был мутантом, скудным на яркие эмоции, охотно поддержал товарища и засмеялся вместе с ним.
- И верно говоришь, мой друг. Ну, пойдём же! - протянул руку помощи, желая помочь Саске подняться.
Тот как-то удивлённо посмотрел на протянутую ему руку. Ногти на руке Дана теперь были не аккуратны, а треугольно заострённые. Этот факт на секунду лишь напомнил ведьмаку о том, что впервые завёл знакомство с чудовищем, коих принято было ему истреблять. Но это же и стало поводом, чтобы пересмотреть свои взгляды насчёт отношения к разумным монстрам, что, возможно, вопреки своей природе не желали зла людям.
Саске просто не стал думать об этом и ответил на рукопожатие.

Сказание о ведьмаке: Изгой. Глава 6

Ведьмак и вампир вернулись в деревню.
Глубокий вечер уже давно сменился ночью.
По пути обратно Дан зачем-то собирал самый разный спектр трав, которые находил под ногами и складывал их в полотняную торбу, которой он на себе не носил ещё до того, как примчался в лес на помощь Саске.
Деревенские уж готовы были ложиться спать с хорошим настроением, да вот ведьмаку пришлось его испортить. Он остановил одного из мужиков, а остальные, выходящие из корчмы, обратив на это внимание, тоже решили встать и посмотреть, о чём убийца может разговаривать простолюдином.
- В лесу я нашёл тела. По крайней мере, четверых мужчин. Зачинщика бойни я убил, - говаривал, понимая, чья на самом деле в этом заслуга.
- А я ж говорил тебе, баранья башка! - вскрикнул мужик позади. - Я чуял, что тут чего-то не так, что Акайо точно пропал. А ты: «Да они со столяром в лагере осели. В одиночестве водку распивают».
- Примерно там я их и нашёл, - покивал Саске, смотря на восклицающего мужика. - Лучше бы вам пойти туда и разобраться с телами. Однако троих я нашёл в какой-то яме. Старой довольно, она уже неплохо заросла. Зачем её выгребали. Вампиры ведь так не делают.
- Ну так, сударь. Ни для кого ж не секрет, что давно тут остатки этих проклятущих скотоелей добивали. Они нам всё спокойно жить не давали. Стольких перебили. Одну из ближайших деревень так и вовсе вырезали под корень и сожгли. Ну, мы послали гонца в столицу. Армия прислала нам несколько элитных отрядов для устранения нелюдей, да те разобрались с проблемой в несколько дней. Нелюдей прям в эти ямы и закопали. А одна, видать, так и не пригодилась. Вот и оставили её.
- Зря. Тут у вас леса и так до жути густые и трудно проходимые местами, что чёрт ногу сломит. А если кто ещё и в яму улетит, так и вовсе уж не вылезет.
- С этим мы уж как-нибудь разберёмся! Вы лучше скажите, что там. Что за чудовище-то в наших краях светлых поселилось?
- Брукса. Особь явно относительно молодая. Пришла издалека. Смогла найти себе здесь пропитание. Примерно за пару дней до моего приезда тут у вас и поселилась, прикидываясь невинной и безобидной. Каждую ночь таскала по одному человеку…
- Да это небось за ним же все эти чудища, как банный лист и липнут! - сварливо закричала какая-то баба из толпы. - Или это он их всех убил, а теперь остальных в лес загнать хочет, чтобы одни бабы в деревне остались да потом, как он хотел, на нём вертелись.
- Ну что ты в самом деле за глупости такие говоришь? - оборвал её мужик, с которым разговаривал Саске. - Что по-твоему, ему боле заняться нечем?
- И верно, - вздохнул ведьмак. - В какие края не заезжай, а глядят здесь на таких одинаково, а думают, порой, даже хуже…
- Вы простите нас, если мы вдруг чем-то вас обидели.
- Да не стоит, - поморщился и отрицательно помотал головой. - Вы, главное, мимо ушей не пропустите, что я вам сказал. И вот ещё что. Там, у лесной избы вы найдёте труп этой самой девушки. Это была Брукса, так что не удивляйтесь, что жертвами стали исключительно мужчины. До восхода солнца её лучше не трогайте. Телами пока что займитесь. А с рассветом тело вампирши истлеет и тогда можно будет и её похоронить. Раскопайте могилу поглубже. Там же и закопайте. Денег я с вас, так уж и быть возьму. Но впредь…
Из дверей корчмы наконец вышла девочка. Это была Сарада. От усталости она уже потирала себе глаза. Чутка их освободив от трущихся рук, она замерла от того, что увидела.
То, какая толпа стояла напротив Саске, её слегка напугало. Привыкнув к тому, что все к нему относятся не лучше, к мусору, она была готова к худшему. Но её опасения были пустыми.
- Впредь будьте бдительными. И чуть что, сразу шлите в город. Будет лучше, если с очередным монстром разберётся профессионал, а не кучка солдат, у которых в руках будет только родная доблесть.
Ведьмак ступил мимо мужика к стойлу для лошадей. Акума был уже на ногах и полон сил. Пора было двигаться дальше.
- Куда ж вы это, сударь, на глядя? - обернулся и спросил тот же мужик.
- Не хочу больше навязываться. Да и мне не надо много понимать, чтобы заметить, с каким отношением тут терпят выродков.
- Да ладно вам, мастер. Останьтесь на ночь. Мы уж баб наших как-нибудь утихомирим. А вы, судя по всему, и с ребёнком едите. Ей-то уж тем более полагается нормальный отдых.
- И всё же, ещё раз нет! Мы и так здесь сильно задержались, - повёл коня за поводья.
Дан, опиравшийся плечом на высокий забор, которым была обнесена деревня от западного входа до восточного по кругу, отстранился от него и зашёл внутрь корчмы, где у него оставался массивный портфель с принадлежностями, в основном алхимическими. Надел его за спину и вышел.
С виду поклажа была тяжёлая и массивная. Но для него это было явным пустяком.
- Но куда такая спешка? - огорчилась Сарада, натужно смотря на ведьмака снизу вверх, когда он стал проходить мимо неё.
- Идём. Отдохнёшь по дороге, - устало ответил Саске.
- Тогда чур я опять в седле. А ты, раз такой, будешь пешком идти.
- Да как пожелаешь!
Он на ходу обернул её в свой давно высохший плащ, хватил за подмышки и посадил в седло. Натянул капюшон за его чело на её голову, да так, что скрыл её глаза под очками.
Она почему-то даже вмиг перестала вредничать и просто улыбнулась. Вероятно потому, что это был первый раз, когда он не помогал ей взобраться самой, и одел её да усадил не с усталым или измученным видом, вздыхая от тягости своей ноши, а ещё и улыбался при этом. Хотя несколько секунд назад явно говорил не самым радостным тоном.
- Ну тогда вперёд! - улыбчиво и, даже на редкость самой себе, мило сказала она, устремив свой взгляд вперёд, вдоль тропы, ведущей дальше восток.
Дан Като их нагнал и радуясь тому, что спокойная лошадь впредь не выдаёт его истошным ржанием, шёл в один ряд с остальными.

Они миновали развилку.
Вообще Дан держал путь совсем в противоположную сторону, но что для него было лишнее расстояние, если он подобно туману мог вмиг оказаться там, где угодно.
Спустя какое-то время они всё же остановились на отдых возле дороги. Там как раз стояло единственное массивное дерево, менее всего пострадавшее от прошедшей когда-то здесь армии.
С одной стороны этого древа, называвшегося дубом, легка Сарада. А рядом с ней лёг конь, о которого она также грелась.
С обратной же стороны сел Саске, вальяжно опёршись спиной на ствол и положив одну руку на подогнутое колено.
Напротив сел Дан на нечто вроде плоского валуна, будто говорящего о том, что он будет куда лучше колючего из-за сруба пня.
Они развели огонь.
Костёр тихо и приятно потрескивал, испуская множество искорок, уходящих ввысь.
- Так это из-за тебя бесился мой конь? - Саске нарушил молчание.
- Издержки жизни в вашем мире. Любое животное тотчас пугается, как чует нас.
- Ну да. Зверь зверя всегда различает…
- Ты это на что намекаешь? - возмутился.
- Не пойми меня плохо. Я до тебя вампиров встречал немного. А высших и подавно. И все на моих глазах показывали себя только со зверской стороны. Ни одна тварь, повстречавшаяся мне в жизни не давало повода не вынимать меча из ножен. Разумных я почти и не встречал.
- А скольких вампиров ты видал в принципе?
- Немногих… С гаркаинами, например, знаком только из книг. А сталкивался только с фледером, да и тот был какой-то хилый.
- Тебя послушать, так все, кого ты убил, были хилыми тварюшками. Право слово, столько же безобидными, как маленький прибожик.
- Нет, почему же. Я чуть ли не из каждой схватки выходил со свежей раной. фледер разве что мне бедро распорол, но не сильно. У меня были те, кто мог помочь… В народе говорят, что фледеры - умершие безбожники, после похорон вышедшие из своих могил. Считается, вроде как, что они нападают на людей во сне. А кметы болтают, что мол от их укуса можно самому вампиром обернуться.
- Вот и именно, что болтают! - стал изречаться мягче. - Уж ты-то ведьмак, должен понимать, что это всё суеверия, дабы запугать чернь ещё пуще обычного.
- Хе-х… Только вот ведьмачество от этого чернь ценить больше не стала.
- Причины таких предрассудков мне неизвестны. Я знаю точно лишь то, что все боятся того, чего не понимают, - бросил пару свежих веток в огонь.
- Такой возможности уже не будет… - пробубнил Саске. - Вот скажи мне, кто вы такие. Как вы сюда попали и откуда такие бессмертные родитесь? Да и нужен ли тебе вообще этот костёр, если ты не испытываешь нужды ни в тепле, ни в еде.
- Ни в воде, ни даже в воздухе, мой друг. Я понимаю, чем вызвано такое любопытство. Но прежде…
Дан достал из своей поклажи бутылку самогона, откупорил бутылку и отпил немного. Затем протянул собеседнику.
- На сухое горло такие темы лучше не начинать. Но… тебе действительно это так интересно?
- А стал бы я спрашивать?!
- Ну хорошо. Однако боюсь тебя огорчить. Мы не имеем права разглашать такие подробности касательно нашей расы. Одно могу сказать наверняка. Мы попали в этот мир в результате сопряжения сфер. Тогда ваши и наши миры слились воедино и стали проникать друг в друга. Так на эту землю и ступили мои предки, от которых уже произошёл и я.
- Историю можешь не пересказывать. Я знаю, каким было начало начал. Но «твои предки». Значит, вы рождаетесь наверняка так же, как и обычные люди. Это уже что-то…
- Ну… не совсем, но в целом…
- Ой, ну не томи ты! Кто тебя накажет за то, что ты просто с кем-то поделился?
- Боюсь есть на материке кое-кто, не прощающий подобных заигрываний с кем попало.
- Но ведь я же не «кто попало».
- Нет, ни в коем случае. Я вовсе не это хотел сказать. Просто…
- Объясни хотя бы, почему это такая тайна?
- Сколько тебе, ведьмак?
- Недавно стукнуло тридцать шесть. А что?
- Да, ты даже моложе того, сколько было мне, когда я узнал о том, о чём ты просишь поведать.
- А сколько тебе сейчас?
- Без малого две сотни.
Ведьмак искренне удивился. Такой старик, да в теле столь привлекательного с точки зрения женской, конечно, мужчины.
- Ого! Немало.
- Поверь, это ещё не предел, - как всегда, помотал головой. - Это только самый расцвет. В этом мире есть вампиры, живущие уж более тысячелетия. И они строго блюдут устои нашего вида, не давая воли нам говорить, что вздумается и кому вздумается. Они всегда прячутся в тени. О них никто не узнаёт, если они того не пожелают. Их никто не способен увидеть, пока кто-либо не сможет двигаться столь же быстро, как они. Имя им Скрытые! - в полголоса, чуть ли не зловеще, нагнетая саспенса, описывал всё, что помнил Дан.
- Это… древнейшие из высших вампиров?
- Всё верно, - покивал.
- И… ты хоть с одним из них встречался?
- Нет, но я надеюсь, что однажды получу такую честь. Судя по тому, что мне рассказывал мой старик, эм… старый знакомый: это настоящие реликты, сохранившиеся с незапамятных времён; твари, которых не пощадило даже время, но они всё равно продолжают жить, несмотря ни на что. Они стерегут те врата, из которых однажды просочились многие из нас. Они следят, чтобы ни один глупец не вошёл в ту дверь. И ожидают момента, когда ещё кто-нибудь сможет открыться с той стороны, дабы принять нас всех обратно.
- Как? Вот уже тысячу лет сидят и ждут?
- Терпение это то, что в особенности отличает нас от людей. Для нас просидеть на одном месте лишний век - вопрос плёвый. А если у тебя вдобавок вместительный гроб есть, то ты также имеешь отличную возможность отоспаться ещё лет на пятьсот вперёд. Хотя… во сне, как ты, я думаю, уже понял, мы тоже не нуждаемся, - слегка усмехнулся, сказав очевидное.
- Да я уж разобрался. А сколько таких скрытых есть на свете?
- Что, тоже загорелся страстью их увидеть?
- Благодаря твоим рассказам, я понял, что проще сразу с обрыва сбросится. Если Скрытые сидят у порога своего дома в полном одиночестве много веков, они наверняка давно могли тронуться умом. А добавь сильнейшему вампиру ещё и чуток безумия, приправь это всё тоской по былой родине и нежеланием пускать вонючий скот к дверям в свой дом… Так ведь с дуру и всех селян в радиусе сотни миль перережешь, чтобы уж наверняка никто не побеспокоил.
- Ну, поговаривают, что не все такие вспыльчивые. Бывают и те, кто всё-таки иногда выходит в свет и отлично ладит с людьми.
- То есть ты мне хочешь сказать, что не все чудовища такие именно «чудовища», коими я привык их считать?
- Да, мой друг. Именно так!
- Быть может, мне действительно стоит над этим подумать…
- Стоило бы. Ты же ведьмак - связующее звено межу миром людей и миром чудовищ. Ни те ни другие не в состоянии понять друг друга самостоятельно. Но у них есть вы - профессионалы, которые всегда контактируют с обоими мирами и зарабатывают этим на хлеб.
- Вот тут ты ошибаешься. Нам платят, чтобы мы как раз не водили хороводы с теми и другими, а лишь уничтожали вторых. Нам не платят за слова, нам платят за кровь.
- В таком случае тебе есть, над чем ещё поразмыслить.
- Люди немногим лучше. Я это понял давно. Порой они даже намного опаснее чудовищ.
- Ну вот, ты уже и сам это понимаешь.
- Только легче мне от оного не стало!..
- А это лечится. Ты выпьешь наконец или так и будешь сжимать эту бутылку, пока она не треснет?
- Извини, - отхлебнул ведьмак и протянул бутылку назад.
- Ну довольно обо мне. Давай лучше продолжим о тебе. Историю моей несчастной любви, если это можно так назвать, ты уже знаешь. Расскажи, что случилось с твоей.
- Как раз про тебя и тут до сих пор мутновато.
- Да… - помотал головой. - Всё до банального тривиально. Мне надоело заседать в обществе низших вампиров. Поговорить с ними всё равно не о чем. Вот я и решил попробовать себя среди людей. И, должен сказать, в обществе людских женщин мне понравилось больше. Один минус - они менее выносливы в моменты… ну… ты меня понимаешь.
- А вы настолько неуёмны?
- Но ведь сил у нас всё равно предостаточно. В свои ночи счастья я ещё сдерживался, чтобы какое-либо из моих движений не разорвало «её» на части.
- Ладно. Эти подробности меня уже не касаются.
- Тогда давай поговорим уже о тебе.
- А что я?!. Скитался по свету. Мелкую падаль мочил. На заработанное баб трахал, да так, что чуть ли ни в каждом борделе на континенте меня запомнили. Ну а в конце это пути была…
- Кто? Ну-ну, мне интересно.
- Она состояла в младшем чародейском совете при Императоре, здесь, на западе. Она тогда была очень способной. Несмотря на чародейский статус, всегда хотела лечить людей, а не калечить людей своей магией. А её-то как раз часто и отправляли на фронт с каким-нибудь полковником, которому она обязывала осуществлять всяческую поддержку, а также порой пускать все свои силы для уравнивания сил на поле. Её боевые заклятия - это нечто… Но она явно не получала удовольствия от убийств.
- Как её звать-то?
- Харуно Сакура, - внезапно улыбнулся, смотря на огонь, как и в тот миг, когда он всю её расписывал.
- Красивое имя. Когда вернёмся в Коноху, надеюсь встретить её там, а потом…
- А потом?..
- А потом мы и узнаем, возымеют ли твоя слова смысл. Те, что я якобы самоубийца, который забыл, ради чего жить.
- Ну полно тебе, друг! Неужто ты способен в петлю залезть из-за кого-то, кто тебя отверг?
- Видно, ты ничего так обо мне и не знаешь.
- Да мне и знать не надо! Может, от высшего вампира и можно оставить только мокрое место, но только вот ему и это будет достаточно, чтобы в течение некоторого времени регенерировать. Но, насколько я знаю, люди на такое не способны. И пускаться в расход ради подобных глупостей… Ведьмаки ведь славятся своей моральной стойкостью. Какие пытки и унижения им приходится терпеть. Неужто тебе надо совсем немного?
- Да, Дан, мне много не нужно…
- Ну ты даёшь, - со строгим выражением лица, недовольно помотал в разные стороны головой, будто случай и впрямь был безнадёжный.
Оба ненадолго замолчали.
Саске вдруг решил взглянуть в небо. В кой-то веки за последнее время звёзды стали видны куда более отчётливо.
- Но есть и альтернатива.
- Поясни!
- Ты когда-нибудь плавал на восток?
- Это… На Мизуйские острова, ты имеешь в виду? Там ведь утопия для нелюдей. Тебе-то туда зачем?
- Да нет, я имею в виду далеко. Совсем далеко на восток.
- На тех землях ведь ничего нет.
- Ошибаешься. Я как-то читал пару книг, писаных лично Мадарой из Шимы. Помимо старых бестиариев, к которым он тоже приложил некогда руку, эти книги были особенно хороши. Там писалось о чудном крае, где мир царил всегда. Где быть воином, дело чести, а не долга. Край розовых деревьев и крепкого саке.
- Саке… - призадумался Дан. - Что-то такое слышал… Кажется, это была страна Демона. Ты о ней?
- Да, но та территория пустынна. То, о чём говорю я, находится ещё дальше.
- Так ведь карту дальше просто и не нарисовали!
- Потому что никто не хотел, чтобы на их земли плыли назойливые послы и предлагали ненужные военные союзы.
- К слову. Позволь тебя прерву. Страна Демона пустынна?
- Потому что там сейчас сезон гроз. Алые всадники, которые для многих всегда считались вымыслом, уничтожили большинство территорий на материке, но дальше пределов карты они уже не пошли.
- Призраки? Ты ведь сейчас не шутишь?
- Отнюдь нет. Я сам был там и всё прекрасно видел. Ведь именно туда в последний раз ушёл мой старший брат. Там же я его и потерял…
- Они его забрали?
- Акацуки никого не оставляют. По крайней мере живым. Ты либо вступаешь в их ряды, если чего-то стоишь, либо там же находишь свой конец.
- Скрытый…
- Что-что?
- Так вот почему о Скрытом с того материка ничего не было слышно.
- То есть?
- Иногда мне удаётся чего узнать у моих братьев из Очи. Все, как и я, разбрелись по миру кто куда. Иной раз мы пересекаемся. И многих начинает волновать, что из призраков алой вереницы, как ты мне теперь говоришь, главный путь получения новостей от собратьев с того берега перекрыт.
- Рад, что мои сведения были полезны.
- Более чем, мой друг. Более чем!
- И что ты теперь рассчитываешь сделать? В одиночку пойти и проредить ряды потусторонней армии?
- Нет, я ведь не настолько глуп. Вполне возможно, что воды этими призраками тоже контролируются. Однако на материк мне попасть явно не мешало бы…
- Вот те раз. Только ты горел желанием перебраться в Кунийские горы. А теперь стал беспокоиться о земле, которую воочию не видел?
- А почему бы и нет?! Я направлялся на запад исключительно для разнообразия. Достали, я тебе скажу, все эти пышные балы, розовые маскарады. Дегустация редких сортов чая. Распитие вина при знатных особах. Наскучило знаешь ли.
- И ты ещё жалуешься? Ты ж, по идее, радоваться должен. Жить в этих райских садах. Что может лучше?
- Рано или поздно рай тоже может стать скучным, - глотнул самогону и передал бутылку.
- Ну как знаешь, - принял бутылку и сделал несколько глотков. - Вновь оба умолкли.
Костерок уж начинал тлеть. Пламени особо не было. Казалось бы, тем для разговора двух новых приятелей ещё много, но язык трепать не хотелось уже ни тому, ни другому.
Дан, сидя на валуне облокотившись на обе ноги, посмотрел в сторону, на горизонт.
Хоть до рассвета было ещё далеко, он понимал, что лучше бы ему пересечь Кусу в ближайшие сутки и не мешкать.
- Пожалуй, на этой тихой ноте нам стоит распрощаться, - как-то грубо, но не зло промолвил высший. У него всегда была манера порой говорить более грубым тоном, хотя ничего плохого он этим в своих словах подчеркнуть и не думал.
- Пожалуй, пора… - вздохнул Саске. Протянул товарищу самогон, возвращая владельцу.
- Нет. Оставь себе. Считай это… ну, не знаю, прощальным подарком. А у меня на дорогу всегда найдётся. Распей это за меня. А в будущем, надеюсь, свидимся.
- Мне даже в ответ на такое радушие сказать нечего, - посмеялся ведьмак.
- А ты ничего и не говори. Пообещай мне лишь одно, что никогда не оставишь девочку одну!
- Я постараюсь, - кивнул.
- Старайся тщательней! При следующей нашей встрече я проверю, как у тебя получается.
- Буду с нетерпением ждать, - вдруг начал сдержанно смеяться от такого серьёзного тона. Но вскоре перестал.
- Прощай, друг!
- Береги себя, Дан!
Вампир улыбнулся и растворился в белом облаке, возникшем на его же месте.

Часть первая. Конец.

СасуСакуы.ру - Сказание о ведьмаке: Изгой - версия для печати

Скрыть