СасуСаку.ру - Демон во мне - версия для печати

ТЕКСТ X



Подсветка:
СасуСаку - Откл/Вкл
Рисунки: откл/вкл

Демон во мне

 Весна. В Конохагакуре наступила прекрасная пора — все вокруг окрашено в бело-розовый цвет. Так цветет японская вишня. Считается, что ее цветы воплощают в себе всю красоту женщин. И не без оснований. Так цветет и душа легендарной куноичи* — Учиха Сакуры, ведь ее муж вернулся домой на целых три недели. Для кого-то это покажется сущим пустяком, но не для нее. Сейчас на душе поют ангелы.
 Учиха Саске вернулся с миссии S — ранга вчера вечером. Его возвращение было совершенно неожиданным для супруги, когда она пришла домой после вечерней смены и увидела свет в их спальне. Усталость и грусть ушли в забвение, а на смену им пришли радость и спокойствие. Да, именно так. Ведь девушка никогда не знала, вернется ли он в следующий раз, услышит ли она его спокойный и в то же время чувственный голос. Сколько времени они не виделись? Точно, целый год. Для них не действует этот глупый стереотип, что отношения на расстоянии рушатся. Разлука лишь проверяет их на прочность. Добровольно вступая в эти отношения, она прекрасно понимала, что их совместная жизнь медом не покажется. Сакура готова была ждать его годами, жарко молясь лишь об одном – чтобы Саске вернулся живым и здоровым.
 Куноичи в первую очередь вспомнила про свой внешний вид: круги под глазами — последствие частых ночных смен, а также отросшие волосы и отсутствие маникюра. В чем, собственно, виновата сама Сакура, ведь она добровольно заваливала себя тяжелой, но любимой работой. В последнее время она брала на себя множество сложных операций. Оно и понятно, ведь только в ее смену у обреченных людей была возможность открыть глаза на следующее утро. Что может быть приятнее, чем, смеясь, смотреть в лицо смерти, вырывая у нее из рук трофей, видеть ее поражение, слышать безмерную благодарность от своих пациентов? Она еще ни разу ей не проиграла. И ирьенин* была уверена в том, что профессию следует выбирать, как человека, по любви. Молва о чудесном медике разлетелась далеко за пределы Скрытого Листа, объясняя такой поток желающих оказаться у нее на приеме.
 Чертыхнувшись про себя, зная, что не в таком виде нужно встречать мужа после долгой разлуки, она поспешила зайти в дом. Сняв обувь, девушка увидела в приглушенном свете силуэт своего супруга. Сакура прикрыла уставшие глаза и грустно улыбнулась.
— Это я должна встречать тебя на пороге, — она подошла ближе и, приложив щеку к его плечу, продолжила: — Извини, я ничего не готовила поесть, но сейчас же этим займусь.
 Правая рука Саске легла ей на затылок, аккуратно погладив по мягким локонам, а затем он невесомо коснулся губами ее лба, шумно выдохнув.
— Я не голоден, перекусил в Ичираку.
 В действительности она слишком сильно устала, чтобы сейчас стоять за плитой. Куноичи с облегчением вздохнула. В ту же секунду в нос ударил запах крови, а в душу, точно скользкая змея, поникло чувство тревоги. Ирьенин поспешно начала осматривать своего супруга.
— Ничего серьезного. Одна-две царапины на груди, — проинформировал Учиха.
 Он знал — с этой женщиной невозможно спорить. Саске снял свой плащ, а затем жилетку с кофтой. Раны были неглубокие, но какая-нибудь зараза могла бы проникнуть внутрь, да и шрамы могли остаться. Рука медика залилась зеленым свечением. Сакура аккуратно вела по мужской коже, заживляя раны. От брюнета не мог скрыться тот факт, что его жена стояла перед ним вся красная от смущения. Все-таки его редкое появление в их семейном гнезде дает свои плоды. И они весьма несладкие.
— Прости, что заставляю тебя волноваться.
 Сакура промолчала. Вспомнив, что говорила эти же слова, когда они путешествовали вместе, девушка мягко улыбнулась.
— Где Сарада? — спросил он, когда куноичи уже заканчивала свое дело.
— Она со своей командой отправилась на миссию С-ранга. Вернется, скорее всего, послезавтра.
 Между ними повисла тишина. Казалось, что им больше нечего друг другу сказать, но ведь в действительности сказать хочется так много.
— Как она? — прошептал Саске, первым нарушив молчание, — Справляется?
— Она очень талантлива. Эй, она же Учиха! — весело улыбнулась Сакура, пытаясь подбодрить своего мужа, аккуратно толкнув его локтем.
— По большей части это твоя заслуга. Спасибо, Сакура.
— Всегда пожалуйста, — смущенно прошептала девушка.
 И опять эта удушающая тишина, отрицающая само существование звуков.
— Знаешь, Мицуки называет Сараду элитным генином, — начала она.
— С чем это связано?
— Все считают, что наша дочурка унаследовала твой гениальный талант и мой ум с идеальным контролем чакры. Безусловно, она умело применяет гендзюцу*, — с радостью сообщила ему Сакура.
 Даже в приглушенном свете было видно, как горели глаза отца, гордого за свое чадо.
— Завтра я сообщу Сараде, что ее отец вернулся домой, — с любовью в голосе вымолвила она.
— Я сильно устал с дороги, пойдем спать.
— Угу. Добро пожаловать домой, Саске-кун.
— Да. Я дома.

Демон во мне. Глава 2

 В больнице, как всегда, полно работы. В настоящий момент ирьенин занималась документацией в своем кабинете.
— Эх, Каору-чан... говорила же тебе, что нельзя привязываться к пациентам, — с глубоким сожалением в голосе прошептала Сакура, заполняя документ о регистрации смерти. Добросердечная старушка была совсем одна и обратилась в больницу слишком поздно, когда рак печени уже переходил из третьей стадии в четвертую. Каору-чан — совсем еще молодая куноичи, которая на данный момент является стажером под руководством Учиха Сакуры. Одно из основных правил ниндзя-медика — не привязывайся, сохраняй нейтралитет, держи эмоции под контролем. Ранее Сакура не могла следовать этому правилу, но опыт дает о себе знать. Вот и Каору-чан не смогла сдержаться и не скрасить своим присутствием и милыми разговорами последние дни одинокой старушки. На сегодня Сакура дала ей выходной, девушка впала в истерику, когда узнала о смерти ставшей ей близкой женщины.
 К обеду ирьенин закончила работу с документацией. На сегодня все свои дела в больнице она сделала. Теперь ей нужно сходить в салон красоты и привести себя в порядок, ведь так больше нельзя. А также ее ждет увлекательнейшая прогулка по рынку, ведь в холодильнике шаром покати.
 Наступал вечер. По деревне разносились радостные голоса детишек. Солнце достигло горизонта и окрасило все вокруг в удивительные цвета. На землю незаметно спустились сумерки. Зажглись яркие фонари, спасая прохожих от темноты. Весенний вечер. Это время самых невероятных надежд. И в глубине души верится, что все будет хорошо. Так легко дышать. Хочется наслаждаться как можно дольше этим свежим ветром.
 В доме клана Учиха уже витает запах еды, вызывающий дикий аппетит, что даже прохожие останавливались, чтобы вдохнуть этот чудесный аромат. Сакура уже закончила с приготовлениями и с нетерпением ждала мужа. Да, в юности она не умела готовить, точнее не готовила вообще. Куноичи все время была то на миссиях, то в больнице, то на тренировках. Да и жила она с родителями, тогда все было гораздо проще. Но теперь она является хозяйкой дома, хранительницей семейного очага и главной женщиной клана Учиха — положение обязывает.
 Сакура приготовила любимое блюдо мужа — рисовый пирог с тунцом и, конечно, салат из помидор, ведь Саске с таким удовольствием их уплетает. Она была в новом шелковом черном платье на бретельках, которое они с Ино недавно купили по большой скидке для какого-нибудь важного случая. И вот он настал. Учиха долго сомневалась, но все же решила не надевать нижнее белье. В салоне ей сделали модную на сей день стрижку — каре на удлинение, а также маникюр и педикюр. Уже дома Сакура приняла теплую ванну, сделала легкий макияж и принялась за готовку. Теперь оставалось только дождаться мужа. А все тело трясло от радостного и жаркого волнения.
 «Заметит ли он мои старания?» — назойливо крутилось у нее в голове. На смену этой мысли пришла другая, более беспощадная: «Он не прикоснулся ко мне вчера… Конечно, он устал с дороги, но мы не виделись целый год. А я так скучаю по нашей близости. Сегодня утром Ино достала меня расспросами: как прошла наша долгожданная встреча и как она далее продолжилась в постели».
 Услышав звук открывающейся двери и шаги в прихожей, куноичи поспешила встретить мужа.
— С возвращением, — с легкой улыбкой и нежным румянцем на щеках поприветствовала Сакура.
 Саске был весь потрепанный и тяжело дышал, а с лица стекали капельки пота. Его взгляд на несколько секунд остановился на куноичи, без стеснения рассматривая ее. Раскрасневшаяся под таким взглядом, она опустила свой взор и начала нервно теребить ткань платья.
— Я дома.
— Был на тренировке? — вопрос скорее был риторическим, ведь это и так было понятно по его внешнему виду.
 Учиха коротко кивнул. И тут послышалось урчание голодного желудка, исходящее от мужчины. Сакура еле слышно хихикнула.
— Садись за стол, а я пока приготовлю тебе ванну.
 Сейчас он больше всего на свете хотел просто отведать домашней еды, ведь в своем путешествии ему частенько приходилось питаться чем попало. А тут такой аромат… На столе уже было все накрыто. Сев за него, Саске принялся за еду. Он знал, что Сакура прекрасно готовит. И в этот раз она не разочаровала.
 Проверив, чтобы вода в ванне была не слишком горячей, девушка направилась обратно на кухню. Саске уже почти доел и принялся за чай. Она присела напротив него. Он был так красив. Эти черты лица, эти черные как смоль волосы, эти манящие глаза. Он всегда сводил ее сума. И даже сейчас — она нервничала. Ее тело выдавало ее волнение, ведь она ждала от этого вечера чего-то большего, чем от вчерашнего.
— Почему ты не ешь? — задал он справедливый вопрос.
— Я не голодна, — ее голос сорвался. «Как глупо. Я же не девчушка на первом свидании!» — ругала она себя.
 Они сидели в полной тишине еще несколько минут.
— Я в ванну. Было вкусно, спасибо.
 Сакура была довольна тем, что смогла угодить мужу. Этому свидетельствовала ее застенчивая улыбка.
 Встав со стула и собираясь направиться в ванную комнату, Саске развернулся полубоком к супруге и сказал: «Ты красивая».
 Сказать, что куноичи была удивлена — значит ничего не сказать. Она направила свой изумленный взгляд в сторону мужа.
— Ты заметил? Я зашла сегодня в салон красоты, — с нескрываемой радостью прощебетала Сакура.
 Учиха отвернулся и тихо, но так, чтобы она услышала, добавил:
— Я не имел в виду сегодня…
 Девушка осталась одна на кухне со своими мыслями и раскрасневшимся личиком.

Демон во мне. Глава 3

 Теплая вода позволяет полностью расслабиться, восстанавливая мышцы и забирая усталость. Запрокинув голову назад, Учиха глубоко выдохнул, погружаясь в свои воспоминания.
***
 Четвертая мировая война Шиноби закончилась, унеся с собой множество человеческих жизней. Но радость от осознания того, что наступило мирное время, неспешно проникала в души людей. В это время Саске находился в тюрьме, покорно ожидая своей участи. Он знал, что виноват. Но вина перед одной особой душила в немой тишине мрачной камеры сильнее, чем любая другая.
 Почему совесть больше всего мучает его именно из-за нее, из-за его низких поступков по отношению к ней. Возможно, отстаивая он до конца свой выбранный темный путь, этих душевных терзаний и не было бы. Но вот она — расплата за его грехи. Он столько раз пытался ее убить, разорвать эту связь между ними. «Пусть не получится убить, но заставить ее возненавидеть меня я обязан!» — так тогда думал Учиха. И сейчас каждый его поступок в прошлом, как лезвием по душе. Она не отвернулась. Никогда не отворачивалась. Может и пыталась, но разве это у нее получилось?! И Саске не понимал, как можно простить такое, где на это взять столько сил? И где эти силы взяла Сакура? А простила ли она или скрывает свои эмоции за лживой маской? Все эти мысли были прерваны уверенными шагами, но Учиха не может увидеть пришедшего. Он находится в тюремной камере, полностью скованный смирительной одеждой и с печатями на глазах, чтобы он не смог активировать их силу. В его положении оставалось только ждать, когда посетитель даст о себе знать.
 Увидев кто пришел, охранники немедленно вскочили со стульев и опустились в поклоне.
— Здравствуйте, Сакура-сама! — в один голос поприветствовали охранники ирьенина, которая не раз спасала их от верной смерти.
— Доброе утро, — вежливо ответила девушка, — откройте, пожалуйста, камеру и оставьте нас наедине. Мне нужно осмотреть заключенного.
 В знак согласия они коротко кивнули и поспешили выполнить приказ. Саске слышал, как шаги мужчин удалялись до тех пор, пока не исчезли. «Сакура-сама…» — пронеслось у него в голове. «Ее действительно уважают», — подытожил он. На лице у брюнета красовалась легкая ухмылка.
 Вошедшая девушка села на стул, находящийся напротив ее товарища, чтобы быть на одном уровне с ним.
— Как твоя рука? Как сильно беспокоит по шкале от нуля до десяти? — спокойным, но неравнодушным голосом спросила она.
 На самом деле, его душевные переживания заполняли все его мысли, превосходя телесную боль и отодвигая ее на задний план. Только сейчас он почувствовал, что хоть Сакура и подлатала немного его руку, повреждённую на поле боя, но она действительно болела на протяжении всего этого времени.
— Пять, — четко ответил он.
— Тогда позволь мне…
 Ирьенин медленно поднесла свою ладонь, охваченную зеленым светом, и принялась за окончательное исцеление раны, хотя руку уже было не вернуть. Снимать смирительную одежду, конечно, было запрещено, поэтому она лечила сквозь сковывающую ткань. Саске чувствовал, как тело охватывает долгожданное тепло, и режущая боль потихоньку сходит на нет, чему был искренне благодарен. Закончив свою работу, девушка встала с деревянного стула, но уходить не собиралась.
— Мы можем больше не встретиться, Сакура… — он намекал на то, что если у нее есть, что ему сказать, то сейчас самый подходящий момент. Его съедало чувство вины. Так несвойственно ему. И почему она не может просто избить его за все, что он сделал? Тем более с такой-то силой, что у нее, труда бы особого не составило. Да и вряд ли бы он жив остался после таких ударов, но это и на руку. «Как же она раздражает», — снисходительно подумал Саске.
Наруто и Какаши-сенсей сделают все возможное для твоего освобождения, — она выдержала паузу, — мой голос тоже имеет силу, — она хотела на этом закончить и покинуть мрачное помещение, очень хотела, но тело не давало это сделать. Ее трясло от недосказанности между ними. И она должна была с этим что-то сделать.
 Саске был удивлен, когда почувствовал теплые и мягкие губы на своих устах. Она не проявляла дальше инициативу, а лишь ждала ответа. И это ожидание сковывало все ее нутро. На ее удивление, Учиха не отвернулся, а лишь подался вперед. Розовые локоны касались его щеки, немного щекоча. Казалось, что сердце отбивает чечетку, а лицо и вовсе стало похоже на спелый помидор. И хорошо, что Саске сейчас лишен возможности видеть. Это был легкий и нежный поцелуй. Сакура прервала его первой, заправив выпавшие пряди за ухо.
— Это еще не конец, — с придыханием закончила она их разговор и поспешила удалиться.
 Послышались шаги вернувшихся смотрителей. А Саске остался сидеть в своей холодной камере, раздумывая о появившейся надежде на прощение.
***
 «Заслуживаю ли я этого?» — как только Учиха пустил эту мысль в свою голову, его мгновенно охватил дикий жар. Он вылез из ванны и в агонии облокотился на прохладную стену, сползая по ней вниз. Правая рука потянулась к левой стороне шеи, казалось, что там и есть ядро этой боли. И она была так знакома. Проклятая Печать Небес. «Но как? Я же избавился от нее!» — задал он вопрос в пустоту. На шее появились три томоэ*, распространяясь по всему телу языками пламени. Саске было тяжело дышать, он пытался перетерпеть эту боль, сомкнув зубы.
 Розоволосая куноичи направлялась к ванной комнате, которая находилась в конце коридора, чтобы удостовериться, что все в порядке, поскольку ее муж обычно так долго не принимает ванну. Она только хотела постучаться, как услышала странные звуки.
— Дорогой, с тобой все в порядке? — побеспокоилась она.
 Ответа не последовало. Только странный рык. Сакуре не составило труда выбить дверь с щеколды. От представшей картины у девушки перехватило дыхание: Учиха сидел на кафельном полу, сжавшись от боли в стену; темная аура окружала его, а тело было покрыто языками пламени. Она уже видела это однажды: в Лесу Смерти, на втором этапе экзаменов на чуунина*. Куноичи бросилась к своему мужу, пытаясь поднять его и перенести в спальню, где она смогла бы его осмотреть, но у нее не вышло. Саске находился в каком-то бреду: не слышал и не видел никого. Девушка попыталась деактивировать печать, поднеся к ней свою руку с исцеляющим свечением, но неведомая ей сила откинула ее к ванне.
Сакура! — сквозь зубы прошипел Учиха, приходя в сознание.
— Все в порядке. Что происходит? Почему печать вновь активировалась?
— Я понятия не имею, — прошипел брюнет.
 К сожалению, это было только начало. На глазах у розоволосой куноичи его кожа меняла свой окрас на светло — коричневый, волосы отрасли и приобрели темно — синий цвет, на переносице появилась крестообразная метка, а за спиной отрасли ужасные крылья, больше похожие на когтистые лапы. А его Сусаноо* стало заменой поврежденной в бою левой руки.
Сакура, мне нужно уходить. Я должен быть как можно дальше от тебя и от всей деревни! Печать перешла на второй уровень. Мне нельзя долго находиться в этом состоянии, я могу потерять контроль над собственным сознанием! — хрипя, сообщил он.
— Успокойся! Никуда ты не пойдешь, шаннаро*! Я сейчас же отправляюсь за Какаши-сенсеем, он должен знать, что нужно делать, — страх за любимого поглотил ее, но она пыталась контролировать свои эмоции и действия, ведь сейчас медлить нельзя.
 Как только девушка сделала шаг из ванной комнаты, то тут же оказалась на полу, больно ударившись. Схватив ее за лодыжку, Саске медленно тянул куноичи на себя, точно маньяк свою жертву. Развернув супругу лицом к себе и подмяв под себя, он наслаждался ее потерянностью, как будто она — самый хрупкий цветок на свете, который находится в неведении, что его вот-вот растопчут. И это было так прекрасно, что на лице мужчины растянулась хищная улыбка. А крыльями он отрезал девушке путь к отступлению.
Саске, что ты де…. — не успела она договорить, как пришло осознание, что перед ней не ее муж, а темная сущность этой чертовой печати.

Демон во мне. Глава 4

 Страшно ли ей было в этот момент? Безусловно, да. Но не за себя. Она помнила тот случай в Лесу Смерти, когда еще совсем юный Саске-кун потерял самообладание, открывая темной сущности самого себя и позволяя пробраться в самые дальние уголки сознания. Образовавшаяся влага в уголках глаз, не сдержавшись на ресницах куноичи, скатилась вниз. Сакура, словно по инерции, поднесла свои руки к лицу мужа, обхватив его, и, как в прежние времена, с ее уст слетела мольба:
- Саске-кун, остановись!
 Она не знала, подействует ли это, но гадкая ухмылка начала сползать с лица мужчины, а глаза, которые доныне были стеклянные, отмирали, будто воспрянули ото сна, приобретая живой блеск. Ее слова эхом разносились в голове. Приходя в себя, Учиха первым делом попытался понять - успел ли он причинить ей боль. К счастью, на лице куноичи уже красовалась теплая улыбка, словно говоря: «Со мной все хорошо. Пожалуйста, не волнуйся».
- Сакура- с трепетом произнес он дорогое ему имя и тут же запечатал его на ее коралловых губах.
 Весенний дождь. Мириады капелек барабанят по крышам и окнам. Вот только супругам казалось, что весь мир прекратил свое существование, а время замедлило свой прыткий ход, позволяя им раствориться в сладостном плену.
 Руки девушки робко покоились на плечах мужчины, пока она неумело отвечала на долгожданный поцелуй. Ее мягкие, теплые губы и его - слегка сухие и прохладные. Такой контраст. Но от того не менее желанный. Дыхание слилось в одно. Ненадолго прервав их крепкий поцелуй, Саске дал себе возможность взглянуть в глаза розоволосой куноичи, чарующие своим томным взглядом. Он осторожно отодвинул непослушную прядь волос с ее лица, неспешно проведя большим пальцем по ее нежной щеке. Она зарылась пальцами в его темно-синие волосы и опустила свои ресницы, а он в ответ уверенно накрыл ее манящие и столь желанные губы, немного придавливая ее своим телом. Спустя некоторое время поцелуй начал приобретать новые оттенки - более глубокие и смелые. Как только девушка немного приоткрыла свой рот, дабы ощутить глоток свежего воздуха, язык Саске властно и бесцеремонно проник в него, умело лаская ее язык, меняя ритм под себя.
 Тело Сакуры начала бить мелкая дрожь, почувствовав через тонкую ткань платья ласковые поглаживания вдоль спины. Влажные и немного опухшие губы болезненно ныли от жадных посасываний и легких укусов. Отпрянув от них, позволяя немного отдыха, Учиха прильнул к волосам зеленоглазой красавицы, вдыхая столь родной и немного сладкий запах. Правой рукой Саске очерчивал женские округлости, невесомо поглаживая затвердевший сосок, скрываемый шелковой тканью.
- Скучала по моим прикосновениям, Сакура? - прошептал он ей на ушко, немного щекоча своим горячим дыханием.
 Она замерла, словно громом пораженная. Его слова заставляли сердце биться в бешеном ритме, дыхание - сбиваться, а лицо - зардеться румянцем стыдливой девушки от своих помыслов.
- Не говори так… это смущает, - с придыханием отозвалась Сакура.
- Ласкала ли себя, представляя мой образ? - с издевательской улыбкой Саске продолжал эту опьяняющую пытку, шепча ей на ухо подобные слова.
- Не надо. Пожалуйста, прекрати! - молила она, надавливая своей ручкой на его плечо, пытаясь отодвинуть хоть немного.
- И не подумаю, - отрезал он, проигнорировав ее просьбу.
 Учиха несильно прикусил мочку ее ушка, чуть-чуть оттягивая на себя, от чего Сакура зажмурила глаза, прикрыв левой ладонью свой рот, чтобы не проронить протяжного звука. Саске с раздражением откинул ее руку в сторону.
- Не смей! - он сдержал паузу, смягчившись, - Позволь мне услышать…
 На ее бархатной коже не было ни единого шрама или царапины - преимущество высококвалифицированного ирьенина. С первого взгляда и не скажешь, что она - одна из сильнейших куноичи мира Шиноби. Но это лишь с первого взгляда.
 Он прильнул к изящной шее своими губами, покрывая пылкими поцелуями и слыша тяжелые вздохи жены. На утро ее тело будет устлано многочисленными засосами, которые придется залечивать - в этом она не сомневалась, однако сейчас ей было вовсе не до этого. Спустив лямку платья с женского плеча, он продолжил свои ласки уже на этом участке тела. Ее нежная кожа притягивала к себе, как снежная гладь, на которую еще не ступала нога человека, манила оставить на ней свой след. Сакура вдруг вскрикнула от неожиданности и мимолетной боли - Саске, сжав руками ее плечи, вонзил свои зубы в ее тело. Почувствовав металлический привкус крови во рту, он резко отстранился, всматриваясь в зеленые глаза супруги. Девушка положила правую ладонь ему на голову, притянув к себе, и прошептала на ухо, обдав горячим дыханием: «Дорогой, не сдерживайся». Она знала, что его кратковременные потери контроля над своим сознанием были неизбежны.
 Он решил избавить свою жену от столь красивой, но ненужной сейчас одежды. Взявшись за края платья, потянул его наверх, снимая и откидывая в сторону. Саске, мягко говоря, нагло рассматривал свою обнаженную женушку, на что, справедливости ради стоит отметить, имел полное право. Куноичи не знала куда деть себя от стыда, пытаясь свести колени вместе, что было невозможным, пока Учиха находился меж ее ног. Саске не был фанатом пышных форм, поэтому к стройной фигуре супруги с плавными женственными округлостями он питал особый интерес. И этот интерес чувствовала и сама Сакура, когда ее муж, немного вдавливая ее своим телом в пол, опустился на локти. Левой «рукой» он поглаживал ее бедро, в то время как губами обхватил набухший сосок, облизывая и прикусывая его. Его близость заставляла ныть между ног, а спину - выгибаться дугой. Ее стоны ласкали мужской слух слаще любой мелодии. Зеленоглазая запустила свои пальцы в его взъерошенные волосы, притягивая к себе еще ближе. И Учиха покорно выполнял ее просьбу, покрывая женскую грудь жаркими поцелуями, оставляя красные следы.
 Спускаясь все ниже, рукой, что была восстановлена с помощью Сусаноо, Саске осторожно провел по набухшему клитору, массируя его, в ожидании безмолвной похвалы. И он получил ее в виде пылких стонов своей жены. Учиха с гордостью отметил, какая влажная и податливая она была здесь. А его напряженный член давно уже болезненно ныл, желая наконец слиться с этой девушкой воедино. Все ее мысли, чувства и желания сконцентрировались в одной точке, вся окружающая действительность утратила свои яркие краски - есть только он и она с их греховными желаниями.
 Сакура прикрыла глаза от нахлынувших ощущений, ногтями вонзаясь в пол. И в следующий же момент она распахнула их в удивлении, чувствуя влажный и горячий язык своего мужа у себя между ног, и, прогибаясь в спине, приоткрыла рот в немом стоне. Саске, держа раздвинутыми ее ножки, массировал и вылизывал самое чувствительное место на женском теле. Жаркие стоны разносились по всему дому, разбиваясь о стены, словно волны о скалы.
- Са…ске, Саске-кун, - горячо, прерывисто и часто выкрикивает она его имя, поглощенная безумным желанием.
 Он не доводит дело до конца, зная какой разрядки куноичи на самом деле хочет. Оказавшись снова сверху, он накрыл ее соблазнительные губы своими, проникая языком внутрь и давая почувствовать ей свой же солоновато-сладкий привкус. Сакура уже уверенно и страстно отвечает на его поцелуй, неосознанно двигая бедрами, желая наконец ощутить любимого мужа внутри себя. И эти действия срывают ему крышу, все его хладнокровие и многолетнюю выдержку. Учиха, не прерывая жаркий поцелуй, резко входит в желанное женское тело, заставляя куноичи вскрикнуть от мимолетной боли, разорвав поцелуй. Ее влагалище так сильно обхватило его член, вынуждая вырваться из уст мужчины приглушенный стон. «Как узко…» - подумал он, наслаждаясь близостью с любимой женщиной. А дальше - все было как в дурманящем тумане: его повсеместные отметины и укусы; ее сладкие стоны и кровавые царапины, оставленные на мужской спине от переизбытка чувств; их влажные, разгоряченные тела, сплетающиеся в страстном первобытном танце.
 Саске резко принимает сидячее положение, выходя из девушки, чем вызывает раздраженный стон. Перевернув куноичи на живот и приподняв женские бедра, он начал дразнить ее разгоряченную плоть своей, проводя головкой члена вдоль влажной промежности. Она выгибает спину — будто кошечка потягивается, что пробуждает в мужчине какие-то, доныне сдерживаемые, животные инстинкты. Учиха резко ввел свой член в женское лоно, сильно сжав ее бедра, где позже появятся синяки. В глухой тишине дома раздавались бесстыдные и мокрые шлепки. Колени куноичи покраснели от неудобной позы. Грубые и быстрые толчки, от которых Сакура стонала все громче, приносили обоим ни с чем несравнимое наслаждение.
 Никого уже давно не волновало, что они находятся на полу, практически в коридоре, и их громкие стоны могут услышать случайные прохожие. Но, как говорится: «Не зарекайся!». В дверь позвонили. Они замерли, в надежде, что тот несчастный, кто их потревожил, скоро уйдет. Послышался еще один звонок, а затем знакомый до боли голос:
- Есть кто дома? Какаши-сенсей просил передать Сакуре-чан кое-какие документы на подпись. Не могу разобрать почерк, что-то про партию новых стажеров по медицинскому ниндзюцу.
 От такого щепетильного момента у Сакуры зарделись щеки от стыда. А вот Учиха, напротив, не придавал этой ситуации особой важности, он лишь возобновил властные движения. От неожиданности девушка приоткрыла рот, но тут же поспешила закрыть его ладонью, чтоб ненароком не выдать их.
- Эй, тут кто-нибудь меня слышит? - не сдавался Седьмой Хокаге.
- Усуратонкачи*! - прошипел Учиха сквозь зубы.
 Саске был раздражен таким визитом, ведь теперь он не слышит томных вздохов и сладких стонов своей жены. Он двигался в ней слишком нагло и уверенно, что еще больше затрудняло ее миссию по конспирации.
- Где они могут быть в такое позднее время? Ладно, - не дождавшись ответа, Наруто отправился домой.
 Подождав еще минуту, чтобы удостовериться в том, что незваный гость действительно ушел, Сакура наконец дала волю своим накопившимся эмоциям. Наклонившись вперед и поставив руки по обе стороны от нее, Учиха прошелся горячим языком по узкой спине, вновь оставляя следы укусов за собой. Чувствуя приближение развязки, Сакура начала активнее подмахивать бедрами, насаживаясь на его член самостоятельно. Саске, чувствуя это, увеличил скорость своих движений, переходя в бешеный ритм, буквально вбиваясь в податливое женское тело. Куноичи пробрала мелкая дрожь, даря необыкновенное блаженство. Совершив еще пару глубоких толчков, за ней кончает и Учиха, изливаясь в нее и погружаясь в сладкое состояние эйфории.

Демон во мне. Глава 5

Природа отпрянула ото сна, даря свою красоту и долгожданную свежесть. Примятая ночным дождем трава поднимается и тянется к восходящему солнцу, стряхивая с себя капельки утренней росы. Отовсюду слышится звонкое щебетание птиц, точно в дивном раю. Теплые лучики весеннего солнца пробрались в просторную спальню, минуя тонкие шторки и падая на миловидное женское личико. Саске, вернувшись в свой привычный облик, давно уже проснулся и тихо наблюдал, перевернувшись на бок, за своей супругой, все еще спящей рядом с ним. Было довольно забавно - девушка, ощущая на лбу и щеках легкое покалывание от солнечных лучей, морщила свой аккуратный носик. Длинные ресницы, очаровательные губы и этот ее манящий аромат. Брюнет резко отвернулся в сторону, отмечая про себя, что задержал свой взгляд на ней дольше обычного.
 Несмотря на чудесное утро, на душе у Шиноби было неспокойно. Раньше Саске постоянно обманывал себя самого, что одиночество - его неизбежная стезя. Но почему сейчас он, имея все, о чем только мог мечтать, не может насладиться этим? Девушка, что подарила ему семью и свою любовь, всегда шла на жертвы ради него. Разве это справедливо?
- Доброе утро, дорогой, - проснувшись, поприветствовала Сакура, потирая сонные глаза.
- Доброе… - задумчиво отозвался он.
- Надеюсь, ты хорошо спал, потому что сегодня будет весьма сложный день. Я приму душ, а затем мы с тобой отправимся в больницу - нужно будет взять у тебя анализы для обследования.
 Он коротко кивнул, соглашаясь на ее условия - не спорить же с медиком, тем более, что это было в интересах брюнета.
 Куноичи, приложив немало усилий, села в постели, откинув теплое одеяло в сторону. Поясница безжалостно болела, а все тело горело от вчерашних утех. Учиха направил свой изумленный взор на нее, изучая последствия своего бесконтрольного поведения. «Я снова сделал ей больно…» - коря себя, подумал он, нахмурившись. Саске сел позади нее и, дабы не причинить больший дискомфорт, мягко опустил свою голову на ее плечо, ощущая тепло женского тела.
- Не волнуйся, я залечу все это, - успокаивающе прошептала Сакура, невесомо касаясь его руки.
***
 Куноичи вышла из своего кабинета, оставив там мужа, и поспешно направилась в лабораторию, чтобы узнать наконец причину рецидива. Следуя по широкому коридору, она ловила на себе странные взгляды пациентов и коллег, но решила не придавать этому особого значения, ведь сейчас ей в первую очередь надо думать о Саске. На встречу ирьенину шла в медицинском халате и с папкой в руках рыжеволосая бестия, ставшая ей доброй подругой после рождения дочки.
- Доброе утро. Цунаде-сама уже посвятила меня в курс дела. Как он? - живо поинтересовалась Карин, странно поглядывая на розоволосую.
- Доброе. К счастью, печать пока не беспокоит, что немного странно, сравнивая с вчерашним днем. Сейчас направляюсь в лабораторию, - отозвалась Учиха, но заметив на себе не первый изумленный взгляд за сегодня, заинтересованно спросила: - Что-то не так?
- Нет, просто… С каких пор ты применяешь мою технику укусов для лечения пациентов?
 Осознав, о чем идет речь, Сакура с головы до пят покрылась стыдливым румянцем, потупив взгляд. Так неудобно получилось. Она совершенно забыла заняться своим лечением. Покусывая нижнюю губу, немного дрожащим голосом она коротко ответила: - Ни с каких. Вопросы прекратились, а на смену им пришло неловкое молчание.
- Стой, не продолжай! Лучше иди, куда шла, - уловив смысл слов, запротестовала Карин, весело добавив с укором: - развратница.
 Несмотря на то, что Узумаки все еще испытывала к бывшему товарищу теплые чувства, она была рада за него - он наконец нашел родной дом, в который всегда сможет вернуться, где его будут ждать с распростертыми объятиями дорогие ему люди. И речь сейчас идет совсем не о жилой постройке.
 Тихо хихикнув, Учиха продолжила свой путь, быстро попрощавшись с подругой.
***
 Находясь в просторном кабинете своей жены, Саске терпеливо ожидал результатов, сидя на кожаном диване в своей пугающей форме - Сакура попросила активировать печать и перейти на второй уровень ради исследования. Странно, но, находясь в такой форме уже довольно долго, он еще ни разу не потерял контроль над своим сознанием.
 В тишине издевательски громко тикали стрелки на часах, отмеряя время. Саске, погрузившись в глубокие раздумья, вспоминал то юношеское время, когда его жена уже доказала всему миру, что полноправно является Легендарной ученицей Пятой. Но не все смогли принять этот факт. Однажды, находясь на осмотре перед своим первым путешествием, он случайно подслушал нелестный разговор трех медсестер. Они живо и с энтузиазмом костерили ирьенина своими завистливыми языками за ее успехи, не зная каким адским трудом она их добилась. А стоило розоволосой куноичи появиться в их поле зрения, то из «выскочки» она мгновенно превратилась в «Сакуру-саму». Эти лицемерные разговоры только вызвали у брюнета горький смешок и еще большее уважение к своей напарнице. Именно на войне он смог посмотреть на нее трезвыми глазами. Он знал, что эти успехи - не предел ее возможностей. И она будет двигаться дальше, до самого конца.
 Скоро за дверью послышались торопливые шаги, вырывая Саске из омута собственных мыслей, и вдруг она отворилась - в кабинет вошли дети, уже вернувшиеся с миссии: его дочь, ученик и ... искусственное чадо Орочимару. Учиха встал с дивана, дабы поприветствовать прибывших.
- Папа, мама все нам рассказала! Как ты себя чув… - не договорила юная куноичи, уставившись на неизвестный ей ранее образ отца.
- Круто! - воскликнул Боруто.
- Ужас! - парировала Сарада.
- Где-то я уже видел это… - задумался Мицуки.
 Такая ужасающая форма для Сарады была совершенно в новинку. Да, она ей не нравилась, но куноичи прекрасно знала, что за этой неприятной формой стоит дорогой ей человек. Подойдя к отцу ближе, она кинулась к нему в объятия, сдержав образовавшуюся влагу на подрагивающих ресницах. Тоска по нему с каждым месяцем все больше расползалась в ее сердце едким туманом. Как только мама сообщила ей о том, что он вернулся в родной дом, девчонка с нетерпением ждала возвращения в Скрытый Лист, выполнив миссию даже раньше предоставленного срока. Учиха снисходительно улыбнулся и, положив широкую ладонь на девичью макушку, осторожно погладил по мягким локонам.
 В ту же секунду в кабинет вошли еще трое: Сакура, Седьмой и Какаши-сенсей. На душе у розоволосой куноичи в миг стало так тепло от представленной ей трогательной картины, что невольно захотелось запечатлеть этот момент в своей памяти до скончания времен. Отпрянув от отца, Сарада весело улыбнулась матери.
- Ого, ну, ты прям как Мадара! - неудачно пошутил Наруто, чем заслужил гневный взгляд своего лучшего друга, точно говорящий: «Мне не до твоих шуточек».
 Ирьенин подошла к своему мужу и опечаленным голосом сообщила:
- К сожалению, исследование не дало никаких результатов. Все органы функционируют правильно, никаких изменений, не считая значительного увеличения запасов чакры.
- Сейчас я не могу сказать ничего конкретного, Саске. Но дай нам пару дней, я и Цунаде-сама уже начали поиски информации, связанной с внезапной активацией печати. Да и, прямо говоря, хорошо бы поболтать с Орочимару - никто не знает свое творение лучше, чем сам творец, - проинформировал Какаши-сенсей.
 Саске оставалось лишь терпеливо ждать.
***
 Оставшись в кабинете одни, супруги стали искать хоть какую-нибудь информацию, связанную с печатью, в имеющихся здесь свитках, ведь Орочимару передавал некоторые из них на хранение.
- Ты больше не похожа на жертву безжалостного вампира, - внезапно отметил Учиха, сидя на диване и не отводя свой взгляд от свитка, - подлечилась?
- Да, меня кое-кто пристыдил, - смущенно ответила она.
 Через минуту кто-то постучал в дверь и, после разрешения, вошел в кабинет. Это был молодой парень в медицинском халате - один из стажеров Сакуры. Он обладал приятной внешностью, располагающей к себе. Брюнет был на голову выше ирьенина и на десяток лет моложе.
- Здравствуйте, Сакура-сама! - жизнерадостно поприветствовал юноша своего руководителя, не удостоив вниманием другого посетителя, спутав его с очередным пациентом.
- Привет, Таро-кун, рада видеть тебя, - куноичи подошла к молодому человеку.
- Я хотел от всей души поблагодарить вас за недавние практические занятия. Сегодня они мне очень помогли, - сказал он, оставив мимолётный поцелуй на женской руке, на что Сакура лишь смущенно завела ее за спину.
 Дальше Учиха не вслушивался в их бессмысленный разговор, а лишь искоса наблюдал за тем, как настырный парень совсем не сдерживал себя в якобы случайных прикосновениях к его наивной жене. Он вспомнил, как Наруто рассказывал о неком назойливом стажере, который, со слов Седьмого, постоянно крутится вокруг ирьенина. Тогда Учиха не придал его словам особой важности, посчитав, что у Наруто банально разыгралась фантазия. Он не сказал бы, что это была ревность, ведь прекрасно знал, что его верная женушка ни на кого так не посмотрит, как на него. Но Учиха по своей натуре был собственником, который не позволил бы позариться на то, что полностью ему принадлежит. Лицо его казалось спокойным со стороны, хотя свиток в руках уже трещал по швам.
 В разгар беседы из собранной в хвостик прически у розоволосой куноичи выбилась непослушная прядь волос, которую молодой стажер, конечно же, заботливо заправил обратно ей за ухо, касаясь бархатной кожи лица. Это была последняя капля, переполнившая чашу терпения.
 Закончив разговор, ирьенин повернулась к своему мужу и ласково спросила: «Может по чашечки чая?»
- Не отказался бы, - отозвался мужчина, специально добавив немного громче: - дорогая.
 Немного смутившись от такого слишком личного и, к слову сказать, редкого обращения, она задала тот же вопрос ее собеседнику, стоявшего с вдруг побелевшим лицом. Тот лишь молча кивнул. Стоило ирьенину ступить за порог кабинета и прикрыть за собой дверь, как Саске, встав с дивана и отложив бедный свиток в сторону, уверенными шагами приблизился к молодому стажеру на расстояние вытянутой руки. Таро казалось, что воздух вокруг накалился до предела, а на лице у стоявшего перед ним мужчины заиграли желваки, хотя виду он не подавал.
- Она - моя женщина, - выдохнув, спокойно и твердо начал он, - Еще раз докоснешься до нее - лишишься рук.
 Таро ни на миг не усомнился, что имеет дело с человеком, который держит свое слово - этому свидетельствовал уверенный голос, приводящий все нутро в страх. Стажер был совершенно не готов противостоять представителю клана Учиха. Он сглотнул, не смея даже взглянуть в глаза оппоненту.
- Ты слишком молод, - продолжал Саске и, насмешливо улыбаясь, добавил, делая акцент на этих словах: - Поверь, она любит поопытнее. Я понятно выразился? Парень только коротко кивнул.
- Исчезни, - прогнал его Учиха, уже не смотря на собеседника, а возвращаясь к ранее незаконченному делу. Чувствуя во рту горький привкус проигрыша, молодой человек поспешно покинул кабинет, понимая, что Сакура - птица не его полета.
 Через несколько минут в кабинет зашла розоволосая куноичи с тремя кружечками чая на подносе и, не увидев своего стажера, удивленно спросила:
- А где Таро-кун?
- Сказал, что у него есть срочные дела.

Демон во мне. Глава 6

Две недели пролетели незаметно, как чудный миг, несмотря на частые и хаотичные приступы Саске. И снова день подходит к завершению. На улице быстро смеркается и становится прохладно. В доме клана Учиха царила полная идиллия. Если бы кто-то украдкой заглянул в него, то, без сомнения, пришел бы к выводу, что это действительно примерная семья: хозяйка дома занималась глажкой, пока любопытная дочь выпытывала у отца рассказ о том, как тот полюбил маму. Саске, хмурясь, всячески уходил от ответа - ему нечего было сказать, ведь это не была «любовь с первого взгляда», о которой так хотела услышать Сарада. Их отношения с Сакурой складывались слишком долго и сложно, как говорится, через тернии к звездам. Хотя в этом виноват сам брюнет - он безустанно бежал от любви и всего, что она окружает, считая, что не заслуживает ее.
 Раздался телефонный звонок. Куноичи поспешила подойти к телефону.
- Да?
 Голос на том конце быстро и четко излагал информацию с неким азартом, точно разыскал пиратское сокровище:
- Я вспомнил, Сакура-сама! Я читал уже про это в одном из свитков создателя. Он выводил спорную теорию о том, что печать может активироваться вновь при условии, что носителя на протяжении долгого периода времени мучают своеобразные душевные переживания.
 Что она почувствовала в момент, когда слова, сказанные на другом конце провода, дошли до нее? Разочарование… Да. Заполонив душу, оно терзало изнутри. Ирьенин закрыла глаза и почувствовала, как её душит что-то невидимое, неосязаемое.
- Спасибо большое, Мицуки… - после недолгой паузы, взяв свои эмоции под контроль, опечаленно отозвалась куноичи и, вежливо попрощавшись, положила трубку.
- Сарада, иди в свою комнату, - обратилась она к дочери, словно находясь в прострации.
- С чего бы это? Я еще не хочу спать.
- Сарада, немедленно поднимайся к себе в комнату! - сорвалась Сакура, но, увидев испуганное личико дочери, смягчившись, добавила: - Извини. Пожалуйста, оставь нас с папой наедине.
 Юная барышня перевела свой взгляд с одного родителя на другого, не понимая, что между ними происходит. Спорить дальше с мамой не было никакого желания - брюнетка встала с дивана и поспешно направилась в свою комнату.
 Ирьенин передала супругу информацию, что предоставил ей товарищ их дочери. И теперь Сакура со скрещенными руками стояла напротив сидящего с непонимающим взглядом мужа.
- Саске, в чем твоя проблема? - рассерженно начала куноичи, нарочно забыв про суффикс, чтобы он понимал, насколько безвыходно его положение, - Ты создал собственный ад и добровольно горишь в нем живьем все эти годы. Как такое возможно? - она буквально горела высказать все, что думает о нем.
- Ты заставляешь людей, которым ты дорог, смотреть на твои страдания. Если бы я только могла забрать всю эту твою боль, то, не задумываясь ни на секунду, давно бы уже это сделала. Но ты даже не пытаешься поделиться ею, эгоистичный кретин! - перешла она уже на крик.
- А я могу? - отвечал ей в тон Учиха, не выдержав больше, - Как я могу позволить вам еще и разделять это мерзкое чувство, зная, что виноват перед всеми вами? Как я могу находиться рядом и смотреть вам в глаза?
- И в чем же твоя неисчерпаемая вина, а, Саске? - она теряла последние капли терпения.
- Я пытался тебя убить! - выкрикнул он, подойдя ближе к жене, - Много раз. А ты жертвовала собой ради меня. Я хотел уничтожить деревню, поглощенный своей местью, - он скривился от боли, языки пламени начали расползаться по телу, - Из меня вышел плохой отец и муж, хотя мечтал я об обратном, - превозмогая жгучую боль, прошипел он сквозь зубы, но тут же схватился за горящую щеку - куноичи влепила ему смачную пощечину, исчерпав все свои запасы моральной выдержки.
- Так исправься! Стань тем, кем ты хочешь быть, а не усугубляй все. Я простила давным-давно, деревня простила. Я люблю тебя вместе с твоими демонами, но я, как и наша дочь, не желаю видеть, как они целиком поглощают тебя. Сколько еще раз мне придется это доказывать? - по ее бархатным щекам бежали горькие слезы.
 Учиха осторожно провел большим пальцем, стирая мокрые дорожки с ее лица, а та в ответ, уткнувшись маленьким носиком в мужскую грудь, пыталась выплакать все накопившиеся слезы.
***
 Пролетела еще одна неделя и Саске уже пора выдвигаться, возвращаясь на свой долгий путь искупления грехов. Сарада ушла на
занятия еще утром, заранее попрощавшись с отцом.
 «Жаль, что время нельзя остановить», - грустно подумала розоволосая куноичи, собирая еду в дорогу. Она пообещала себе, что он не увидит ее слез, а позже, когда дом опустеет, она наревется вдоволь.
 Супруги молча стояли в прихожей, оттягивая неизбежное прощание.
- Будь осторожен, - предупредила она, протянув ему бэнто, - и возвращайся домой.
- Да, - ответил он, принимая протянутый мешочек, и, по обыкновению, аккуратно коснулся двумя пальцами ее лба.
 Сакура отвела от мужа взгляд, дабы он не увидел блеск тотчас сорвущейся влаги. Хлопнула дверь, оставляя куноичи в легком оцепенении, а после, позволяя женским слезам скатиться вниз и неслышно разбиться о твердую поверхность.
 Куноичи уже хотела отправиться в спальню, чтобы там дать волю своим эмоциям, как входная дверь, впуская свежий весенний воздух, снова открылась.
- Мне надоело убегать!
А от печати не осталось и следа.

СасуСакуы.ру - Демон во мне - версия для печати

Скрыть